<<
>>

ДОМАШНИЙ ОЧАГ И ПЕРЕМЕНЫ B ГЕНДЕРНЫХ ТРАДИЦИЯХ

При взгляде на архивные и мемуарные источники больше все­го удивляет многообразие ролей, доступных женщинам, владев­шим землей. Надо сказать, что ни Арина Власьевна, ни Анна Одинцова из «Отцов и детей» не были типичными помещицами для императорской России.

Девушек специально не приучали с юных лет распоряжаться по хозяйству в имениях, но в повседнев­ной жизни они видели, какую важную роль берут на себя женщи­ны, управляющие семейным имуществом. B мемуарах XIX в. и мысли нет о том, что дворянки, которые хозяйничают в имениях и заботятся о своих финансовых интересах, нарушают нормы женского поведения, как и о том, что мужчин в их семьях унижа­ет открытое проявление женских деловых качеств. И помещиков, и помещиц одинаково хвалят за заботу о благосостоянии семьи, за сохранение вотчинных земель, за солидное наследство, передан­ное детям. И соответственно тех женщин, которые совсем не за­нимались своими имениями или плохо ими управляли, не изви­няла принадлежность к слабому полу.

Однако остается вопрос, менялись ли со временем цели, опре­делявшие женское поведение, а если нет, то почему. Изучая жизнь женщин, европейские историки в основном уделяли внимание па­радигме обособленных сфер мужского и женского влияния, а так­же пересмотру принятой парадигмы. Ученые подвергли разгромной критике понятие о публичном и приватном как инструменте ана­лиза и, щедро ссылаясь на документы, доказали, что поведение европейских женщин не отвечало концепции «возврата к домаш­нему очагу»135. Ho несовершенство, во многих отношениях, теории обособленных сфер в качестве инструмента понимания женского опыта не помешало ей в свое время вызвать появление целого слоя дидактической литературы, которую жадно поглощали образован­ные россияне136. Идеология обособленных сфер, попросту говоря, гласила, что участие женщины в жизни общества должно быть огра­ниченным, а отведенная ей сфера влияния — это дом.

Просве­тители и авторы пособий, содержащих советы по домоводству, пре­вратили домашнюю сферу в объект почитания и в центре ее реши­тельно поставили женщину. Ассоциация между женщинами и домашним бытом едва ли была новшеством для Европы конца XVIII в., но эта теория гендерного соотношения возвела труд мате­ринства и его важность на новую высоту137, перечеркнув все иные источники женской идентичности.

Влияние идеологии обособленных сфер на гендерные традиции в России проявлялось, в частности, в обостренном внимании к тому, чтобы авторитет женщин не выходил за определенные рам­ки. Один ученый указывает на изменение такого рода на самом верху социальной пирамиды — в общественной роли русской им­ператрицы. Исключив посредством нового закона о престолонас­ледии 1797 г. возможность очередного женского царствования в России, Павел I установил новый регламент жизни для своей суп­руги, при котором «ее главной сферой должен бьиі стать дом, а не двор и не государство»138. Более того, если в XVIII в. на престол одна за другой вступали женщины, и это не представляло «особой про­блемы» для русских людей139, TO B XIX в. они уже были склонны оценивать своих властителей в чисто гендерных терминах. Огляды­ваясь на царствование Екатерины II, фрейлина А.Ф. Тютчева отме­тила: «Екатерина II была не столько умной женщиной, сколько гениальным мужчиной; она была призвана к тому, чтобы влиять на людей, направлять их, управлять ими». Тютчева далее признается: «Императрица [Александра Федоровна], которая считается такой доброй, цесаревна, великие княгини вызывают во мне в тысячу раз более робости, чем император и великие князья. По отношению к женщинам я чувствую разницу положения, по отношению к муж­чинам — только разницу пола»140.

B рамках маленькой семейной вселенной перемены шли мед­леннее. C конца XVIII в. русские писатели и просветители вслед за своими европейскими собратьями внушали дворянкам, что следу­ет меньше времени тратить на увеселения при дворе и в обществе и больше посвящать себя заботе о детях.

Статья, появившаяся в журнале «Патриот» в 1804 г., гласила: «Нет и не будет надежды к счастию нравов, пока женщины не возвратятся к домашней жиз­ни»141. Однако, если верить мемуарной литературе, призывы к знат­ным дамам сосредоточиться на материнстве пропадали втуне. Дей­ствительно, и мужчины, и женщины, писавшие воспоминания после отмены крепостного права, говорят о равнодушии дворянок к воспитанию детей как о типичном явлении прежних времен. Многие из этих авторов сообщают, что управление делами поместья занимало их матерей с утра до вечера142. «Мы долго не знали, кто наша настоящая мать, — писала Надежда Соханская. — Мамень­ка — в безпрестанных разъездах по делам, а тетеньки, кажется, спо­рили одна перед другою, кому лучше заменить ее»143. Бабушка А. Купреяновой не принимала никакого участия в воспитании сво­их детей, семеро из которых умерли. Купреянова писала, что, ког­да дети умирали, бабушка сохраняла невозмутимость и «спокойно возвращалась к своему долгу. A долг ее бьш — угождать мужу и под­держивать достоинство дворянской семьи»144. Екатерина Хвостова рассказывала, что мать очень любила ее, а между тем она на два года покинула трехмесячную дочку, чтобы следовать за мужем, пока тот служил в армии145.

Эти рассказы свидетельствуют о неравномерном распростра­нении идеологии возврата женщины к домашнему очагу среди высшего сословия дореформенной России. B жизни некоторых дворянских семей уже в начале XIX в. были очевидны изменения и растущая важность эмоциональных связей. Для таких дворянок, как Варвара Томилова, в материнские обязанности уже входил и собственноручный уход за детьми. B письме к мужу Алексею в 1812 г. Томилова рассказывает, как сама ежедневно купает дочку, и поясняет, что нянька маленькой Кати весьма неаккуратна в со­блюдении правил гигиены, а эти ежедневные купания укрепляют взаимную привязанность матери и ребенка146. Через четыре года То­милова вела ежедневный дневник, в котором очень подробно опи­сывала успехи дочери в русском и французском языках, а также нередко находившие на девочку приступы гнева147.

Варвара Томи­лова лично наблюдала за обучением Кати и еще одной девочки — жившей у них родственницы, но умела находить время и на дела по имению148.

Хотя не следует преувеличивать разрыв преемственности пос­ле 1861 г., мемуары демонстрируют явный сдвиг в гендерных тра­дициях и моделях семейной жизни после отмены крепостного пра­ва. B последние десятилетия эпохи крепостного права элементы концепции обособленных сфер мужского и женского существова­ния уже входили в более широкое представление о гендерном уст­ройстве общества149. Однако авторы мемуаров показывают, что их современники в ХѴІІІ—ХІХ вв. нисколько не считали недостойным для дворянки переложить ответственность за воспитание детей на слуг или незамужних тетушек. Вместе с тем мемуары, написанные в основном после 1861 г., уже подразумевают новые требования, предъявляемые к поведению матери. Отмена крепостного права уничтожила бесплатный труд, на котором традиционно держались дворянские дома. B результате в 1860-е годы потоком хлынули ру­ководства по воспитанию детей и пособия по домоводству, свиде­тельствуя о возросшей озабоченности проблемами домашнего хо­зяйства и материнства150.

Дидактическая литература прямо не запрещала женщинам браться за управление поместьями. Тем не менее в конце столетия несоответствие между европейскими требованиями к поведению и морали женщин и традиционным русским соотношением гендер­ных ролей стало выражаться в более критическом взгляде на поме­щиц. Если Вигель еще призывал женщин заботиться о процветании поместий, то позднее к помещицам, разбиравшимся в хозяйстве, стали относиться уже не столь однозначно. Описывая усадебную жизнь накануне отмены крепостного права, Д. Свербеев приводит историю соседнего помещика, чья жена спасла имение мужа от разорения, и при этом замечает, что иметь такой талант к делам явно не подобает женщине («она, способная на всякое дело не по- женски... взялась за устройство имений мужа»)151. Когда в 1874 г. арестовали Софью Субботину за то, что она у себя в имении откры­ла школу для крестьян и рабочих, один конторщик свидетельство­вал против нее, обвиняя в образе жизни, неприличном богатой помещице: «Вставала рано, говорила с рабочими, вела сама хозяй­ство»152.

Многие писатели изображали умелыхженщин-управитель- ниц алчными и бессердечными (вспомним гоголевский рассказ «Иван Федорович Шпонька и его тетушка»). B других произведе­ниях, например у Чехова и Островского, женская неспособность толково распоряжаться собственностью предстает как один из сим­птомов упадка русского дворянства. B «Лесе» Островского один персонаж заявляет: «Ho действительно у нас много дворянских имений вконец разорено бабами. Если мужчина мотает, все-таки в его мотовстве какой-нибудь смысл есть; а бабьей глупости меры не положено»153. He следует преувеличивать значение таких примеров, но все же они иллюстрируют некоторые перемены в отношении K экономическому авторитету женщин со стороны русских людей — по крайней мере, в письменных свидетельствах.

Однако на практике традиционная связь между ведением до­машнего хозяйства и делами по имению означала, что дворянки не переставали активно заниматься своими поместьями. Важно отме­тить, что возросшее внимание дворянок к воспитанию детей в по­реформенное время не мешало им управлять крупными поместья­ми. Описывая свое детство на Украине накануне революции, Владимир Коростовец уделил внимание трудам своей матери, взяв­шейся за модернизацию имения и вводившей там «индустриальные методы», вопреки возражениям бабушки, которой принадлежало имение154. Князь Тенишев, вручив свое имущество жене Марии, вместо того чтобы самому им заниматься, попросил ее ближайшую подругу, княгиню Святополк-Четвертинскую, помочь жене при­вести имение в порядок155. Хотя число имений, принадлежавших дворянам, резко сократилось после отмены крепостного права, за­метная роль дворянок в управлении имениями сохранялась на про­тяжении всего XIX в.

Je Je Je

И до и после отмены крепостного права у русских дворянок было мало возможностей проявить себя в каких-нибудь иных об­ластях, кроме двойной роли жены и матери. B течение XIX в. неза­метно произошло переосмысление не столько самих этих ролей, сколько их внутренней сущности. C точки зрения русской дворян­ки дореформенной эпохи, хорошая мать должна была прежде все­го беспокоиться о финансовых интересах своих детей, даже если она пренебрегала прямой физической заботой о них.

Княгиня Даш­кова выразила именно такой подход к материнству, описывая свои старания обеспечить наследство для детей: «Подобно тому как мне приходилось быть гувернанткой и сиделкой моих детей, я хотела стать хорошей управительницей их имений, а потому никакие ли­шения не были в тягость»156. Материнское попечение о делах детей толкало женщин и на более героические шаги. B донесении о кре­стьянском бунте в 1857 г. военный губернатор Колюбакин с вос­хищением писал об одной местной помещице: «Вдохновленная чувствами и обязанностями матери-правительницы, хранящей наследие детей своих», она села на коня и выехала сразиться с взбунтовавшимися крестьянами157. Как хорошие жены дворянки не только руководили домашними работами, но и надзирали за управ­лением и финансовым благополучием поместья в целом. Если не­которых дам, вроде графини Румянцевой, тяготили эти обязанно­сти, то другим нравилось хозяйничать в поместьях или хотя бы чув­ствовать власть над другими членами семьи. И снова княгине Даш­ковой принадлежит самое красноречивое свидетельство того, что многим русским дворянкам успехи в управлении поместьями при­носили удовлетворение и самоуважение. Ee мемуары полны расска­зов о том, как она трудилась, чтобы привести в порядок дела по имению, и дышат гордостью за то, что ее крестьяне живут в до­статке158.

Активность русских дворянок в управлении поместьями, как и благоприятные отзывы о деловых способностях женщин, обнару­живает устойчивость русских гендерных традиций перед влиянием европейских представлений о том, что подобает женщине, а что нет. Разница между соотношением гендерных ролей в России и в Евро­пе отражала контраст между дворянской традицией и новой куль­турой среднего класса. Европейские дворянки времен Старого ре­жима пользовались гораздо большими свободами в публичной сфере, чем их преемницы из среднего класса: они выступали как за­конодательницы придворных обычаев и брали на себя ответствен­ность за руководство земельными владениями, если того требова­ла необходимость. И эта практика продолжалась и в XIX в.159 Ho даже при Старом режиме имущественное право на Западе препят­ствовало замужним женщинам всех социальных состояний заклю­чать сделки от своего имени. При всей своей несовместимости C реальными обстоятельствами жизни европейских женщин, идеоло­гия возврата к домашнему очагу подкреплялась здесь правовой си­стемой, которая ограничивала правосубъектность замужних жен­щин и из-за которой их вклад в экономическую и деловую жизнь семьи оставался скрытым от глаз.

Русским дворянкам, как и европейским, внушалась скром­ность, целомудрие, покорность мужьям160, а мужчинам полагалось смотреть на своих жен как на хрупкие существа, нуждающиеся в их заботе161. Ho этот идеал слабой и зависимой супруги очень сильно расходился с законодательной системой, возлагавшей на замужних женщин ответственность за их дела. Более того, он противоречил повседневному опыту дворянок, которые руководили своими поме­стьями и умело решали правовые и имущественные вопросы при минимальной помощи со стороны родственников-мужчин.

Многие историки усматривали в отмене крепостного права во­дораздел в истории дворянской семьи. Один ученый отмечал, что, когда после 1861 г. у русских дворянок осталось мало слуг и сокра­тились доходы, они начали «заниматься воспитанием своих детей, нередко впервые ухаживая за младенцами самостоятельно»162. Как бы то ни было, правовой статус дворянок ослаблял влияние идео­логии обособленных сфер в России: в вопросах собственности западноевропейские идеалы женственности не вытеснили традици­онные гендерные соотношения в императорской России, а сосуще­ствовали с ними. Хотя русские авторы первой половины XIX в. пользовались риторикой сентиментализма и призывали женщин ограничить свое влияние домашним кругом, их поклонение евро­пейским образцам не приводило к освобождению женщин от ответ­ственности за финансовые дела — свои собственные и их детей. Co своей стороны, русские дворянки выработали свою версию идео­логии возврата к домашнему очагу лишь после того, как изменились материальные условия их жизни с отменой крепостного права.

1 Тургенев И.С. Отцы и дети // Сочинения. М., 1981. Т. 7. С. 65, 83, 114.

2 Davidoff L., Hall С. Family Fortunes: Men and Women of the English Middle Class, 1780—1850. Chicago, 1987. См. также: LandesJ.B. Women and the Public Sphere in the Age of the French Revolution. Ithaca, 1988; Smith B.G. Ladies of the Leisure Class: The Bourgeoises of Northern France in the Nine­teenth Century. Princeton, 1981.

3 Darrow M.H. French Noblewomen and the New Domesticity, 1750—1850 // Feminist Studies. 1979. Vol. 5. № 1. P. 41—65; Lewis J.S. In the Family Way: Childbearing in the British Aristocracy, 1760—1860. New Brunswick, 1986. P. 57-84.

4 Wortman R. The Russian Empress as a Mother // The Family in Imperial Russia / Ed. D.L. Ransel. Urbana, 1978. P. 60—74.

5 Щепкина E. Из истории женской личности в России. СПб., 1914. С. 62-71.

6 Там же. С. 133.

7 O влиянии «Манифеста о вольности дворянства» на провинциальную жизнь см.: Leonard C.S. Reform and Regicide: The Reign of Peter III of Russia Bloomington, Indiana, 1993. P. 65—71. И.В. Фаизова на основании послуж­ных списков из Герольдмейстерской конторы заключает, что после 1762 г. не произошло резкого усиления доли дворян, выходивших в отставку. См.: Фаизова И.В. «Манифест о вольности» и служба дворянства в XVIII столе­тии. М., 1999. С. 107-111.

8 Письма сестер М. и К. Вильмот из России. С. 316; Bradford М. W. The Russian Journals of Martha and Catherine Wilmot, 1803—1808 / Ed. by the MarchionessofLondonderryand H.M. Hyde. L., 1935. P. 235.

•9 Письма сестер М. и К. Вильмот из России. С. 336; Bradford М. W. The Russian Journals. P. 268.

10 Письма сестер М. и К. Вильмот из России. С. 337; Bradford М. W. The Russian Journals. P. 271—272.

11 Masson C. Memoires secrets sur Ia Russie. Amsterdam, 1800. Vol. 2. R 104—108. Анализ изображения русских женщин у сестер Вильмот и у Ш. Массона см.: Vowles J. Marriage а Ia russe // Sexuality and the Body in Russian Culture / Ed. J.T. Costlow, S. Sandler and J. Vowles. Stanford, 1993. P. 53-72.

12 TovrovJ. The Russian Noble Family: Structure and Change. N.Y., 1987. P. 118; Roosevelt RR. Life on the Russian Country Estate: A Social and Cultural History. New Haven, 1995. P. 179. М. Кэвендер полагает, что владеть землей и извлекать из нее доходы считалось мужским делом. См.: Cavender M.W. Nests of the Gentry: Family, Estate, and Local Loyalties in Provincial Tver’, 1820—1869. Ph. D. dissertation, UniversityofMichigan, 1997. P. 132—133, 259-260.

13 Существует обширная литература, посвященная обязанностям евро­пейских дворянок в домашнем хозяйстве и в поместье. Большинство этих работ посвящено вдовам. См., напр.: Harris F. Rich and Poor Widows: Eighteenth-Century Women in the Althorp Papers // British Library Occasional Papers 12. 1990. P. 124—128; Kalas R.J. The Noble Widow’s Place in the Patriarchal Household: The Life and Career of Jeanne de Gontault // Sixteenth- Century Journal. 1993. Vol. 24. N° 3. P. 519—539; Upon My Husband’s Death: Widows in the Literature and Histories of Medieval Europe / Ed. L. Mirrer. Ann Arbor, 1992; Mitchell L.E. Widowhood in Medieval England: Baronial Dowagers in theThirteenth-CenturyWelsh Marshes. Ph. D. diss. Indiana University, 1991.

14 Николева М.С. Черты старинного дворянского быта. Воспомина­ния// Русский архив. 1893. Кн. 3. N° 9. С. 115. Другие примеры женщин, занятых исключительно ведением дома, см.: Лелонг A.K. Восромина- ния // Русский архив. 1913. Кн. 2. N° 6. С. 779—780; Новоселова E.M. Вос­поминания 50-х годов. Памяти отца // Русская старина. 1911. Т. 148. № 10. С. 102, 104.

15 Николева М.С. Черты старинного дворянского быта. // Русский ар­хив. 1893. Кн. 3. № 9. С. 115-116.

16 Давыдов Н.В. Из помещичьей жизни 40-50-x гг. // Голос минувше­го. 1916. N° 2: Февраль. С. 196.

17 См. выше примеч. 7.

18 М. Раев признает, что «энергичные жены» иногда брали на себя управление имениями в отсутствие мужей, но не характеризует это явле­ние как типичное. См.: Raeff М. Origins of the Russian Intelligentsia N.Y., 1966. P 90. Позднее В. Кивельсон обратила внимание на роль женщин в поддержании стабильности губернского общества: Kivelson V.A. Autocracy in the Provinces: The Muscovite Gentry and Political Culture in the Seventeenth Century. Stanford, 1996. P 97—99.

19 См. письма князя Николая Осиповича Щербатова к жене в 1757 г., описывающие тяготы воинской службы и содержащие указания по пово­ду продажи земли и других дел по имению: РГАДА. Ф. 1395 (Яньковы). On. 1. Ед. xp. 206. JI. 1—7.

20 Старина и новизна. М., 1905. Т. 10. С. 301—312.

21 РГАДА. Ф. 615. On. 1. Ед. xp. 1956. Л. 93-94.

22 Письма графини E.M. Румянцевой к ее мужу, фельдмаршалу графу Румянцеву-Задунайскому (1762—1779). СПб., 1888. С. 7.

23 Там же. С. 11.

24 Там же. С. 9.

25 Там же. С. 83-84.

26 Там же. С. 103.

27 Там же. С. 107.

28 Там же. С. 103.

29 РГАДА- Ф. 1262 (Гагарины). On. 1. Ед. xp. 914. Л. 1.

30ЛелонгА.К. Воспоминания // Русский архив. 1913. Кн. 2. № 6. С. 779.

31 РГИА. Ф. 1330. On. 1. Ед. xp. 1635. Л. 2-22.

32 Прибавления к номеру 9-му Московских ведомостей. 21 января 1854 г. С. 63.

33 Аксаков C.T. Семейная хроника. Детские годы Багрова-внука. М.: Новатор, 1996. С. 31-56.

34 РГИА. Ф. 1086. On. 1. Ед. xp. 881.

35 РГАДА. Ф. 1274. On. 1. Ед. xp. 1432. Л. 1, 6; Ед. xp. 1436 (1872-1876).

36 PO РНБ. Ф. 116 (Бутурлины). On. 1. Ед. xp. 289. Л. 3—4, 17—20. Филепенко регулярно писал и Елизавете Михайловне (Там же. Ед.хр.288—293, 1850—1855 гг.), и Дмитрию Петровичу (Там же. Ед. xp. 271-286).

37 Davidoff L., Hall С. Family Fortunes. Р. 277.

38 Bo время Гражданской войны в Соединенных Штатах женщины- южанки брались надзирать за рабами весьма неохотно. См.: Faust D.G. Mothers of Invention: Women of the Slaveholding South in the American Civil War. N.Y., 1997. P 53-79.

39 Fox-Genovese E. Within the Plantation Household: Black and White Women of the Old South. Chapel Hill, 1988. P 117.

40 Бутковская А.Я. Рассказы бабушки // Исторический вестник. 1884. Т. 18. № 12. С. 618-621.

41 Вигель Ф.Ф. Записки. М., 1928. С. 76 (репринт, изд.: Oriental Research Partners, Cambridge, 1974).

42 Вернадская М.Н. Собрание сочинений. СПб., 1862. С. 121. B преди­словии к детскому изданию «Друг юношества» автор писал, что его жур­нал будет включать в себя очерки на разные темы, в том числе посвящен­ные «домашним и хозяйственным управлениям, обоему полу приличным». См.: Друг юношества. М., 1807. С. XI. Екатерина Авдеева, автор несколь­ких популярных поваренных книг и пособий по домоводству, тоже изда­ла работу о сельском хозяйствовании (Авдеева E. Руководство к устройству ферм и ведению на них хозяйства. СПб., 1863). Она кратко затронула во­просы земледелия, но основную часть книги составляют кулинарные ре­цепты и указания по уходу за садом и домашней живностью. А. Смит от­мечает, что в середине XIX в. такие издания, как «Земледельческая газета», печатали статьи о «женских работах», в которых иногда затрагивалось и сельское хозяйство. Ho при этом она находит, что наименее успешными

публикациями Авдеевой были именно ее сочинения о сельском хозяйстве, которые вызывали мало откликов в печати и не переиздавались. Это за­ставляет думать, что «читатели были менее склонны прислушиваться к женскому голосу в вопросах земледелия, чем на кухне». См.: Smith А. Cabbage and Cuisine: Diet in Kostroma and Kazan Provinces before the Great Reforms. Ph. D. diss. University of Chicago, 2000. P. 146—148.

43 Скалон C.B. Воспоминания // Исторический вестник. 1891. Т. 44. № 5: Май. С. 348.

44 Щукинский сборник / Изд. отделения императорского Российско­го исторического музея им. имп. Александра III — Музея П.И. Щукина. М., 1912. Т. 10. С. 115.

45 Блудова А.Д. Записки графини Антонины Дмитриевны Блудовой // Русский архив. 1872. Кн. 1. N° 7/8. С. 1218. Княгиня Дашкова тоже разли­чала публичную сферу — все, что относилось к государственным делам, — и свою домашнюю жизнь, в которую входило пристальное внимание к делам по имению. См.: The Memoirs of Princess Dashkova / Trans, and ed. by Kyril Fitzlyon, with an introduction by J.M. Gheith. Durham: Duke University Press, 1995. P. 99.

46 Вигель Ф.Ф. Записки. С. 26. См. также рассказ «Помещица», в ко­тором молодая вдова внушает восхищение соседям своим умелым управ­лением поместьем: Ахматова Е.Н. Помещица // Сборник литературных статей, посвященных русскими писателями памяти покойного книгопро- давца-издателя Александра Филипповича Смирдина. СПб., 1858. Т. 3. С. 3-190.

47 Водовозова Е.Н. Ha заре жизни. М., 1987. Т. 1. С. 61—62.

48 Письма М.и К. Вильмот. С. 348; Bradford M.W. The Russian Journals. P. 286-287.

49 Керн А.П. Из воспоминаний о моем детстве // Керн А.П. Воспоми- нания,дневники, переписка. М., 1974. С. 112.

50 ПСЗ-1. Т. 5. N° 2789. 23.03.1714. Незамужние дочери при живых родителях были полностью подчинены их власти. См.: Wagner W.G. The Trojan Mare: Women’s Rights and Civil Rights in Late Imperial Russia // Civil Rights in Imperial Russia / Ed. 0. Crisp and L. Edmondson. Oxford, 1989. P. 68.

51 Орлов-Давыдов В. Биографический очерк графа Владимира Григорь­евича Орлова. СПб., 1878. Т. 2. С. 181 — 197.

52 Лачинова А. Несколько слов о П. Летневе // Летнев П. Собрание сочинений. Киев, 1892. Т. 1. С. II—IV.

53 Раевский И.А. Из воспоминаний И.А. Раевского // Исторический вестник. 1905. Т. 101. N° 8. С. 391—392. См. также: Менгден E. Издневни- ка внучки // Русская старина. 1913. Т. 153. N° 1. С. 126.

54 Заозерский А.И. Боярский двор //Русский исторический журнал. 1922. Кн. 8. С. 106.

55 РГИА. Ф. 1088. On. 1. Ед. xp. 14. Л. 3.

56 Схимонахиня Нектария: Княгиня Наталия БорисовнаДолгорукова, дочь фельдмаршала Шереметева. М., 1909. С. 76.

57 Там же. С. 77, 79-178.

58 КочубейА.В. Семейная хроника. Записки. 1790—1873. СПб., 1890. С. 136.

59 Мещерская C.B. Воспоминания княгини Софьи Васильевны Мещер­ской. Тверь, 1902. С. 14.

60 Семенов-Тян-Шанский П.П. Мемуары П.П. Семенова-Тян-Шанско- го. 7-е изд. Петроград, 1917. Т. ІіДетство и юность(1827—1855 гг.). С. 88— 89; См. также: ЛабзинаА.Е. Воспоминания: 1763—1819. СПб., 1914. С. 9 (репринт, изд.: Oriental Research Partners. Cambridge, 1974); Менгден E. Из дневника внучки. С. 104; Субботина Е.Д. Ha революционном пути. М., 1928. С. 8, 16-17.

61 Керн А.П. Из воспоминаний о моем детстве. С. 113.

62 Ватаци М.П. Быль минувшего // Исторический вестник. 1913. Т. 131. № 3. С. 772.

63 Мещерская C.B. Воспоминания. С. 17.

64 БлаговоД. Рассказы бабушки из воспоминаний пяти поколений. Jl., 1989. С. 200-201.

65 РГАДА. Ф. 1395 (Яньковы). On. 1. Ед. xp. 240. JI. 1.

66 РГАДА. Ф. 1270 (Мусины-Пушкины). On. 1. Ед. xp. 803. JI. 6—8, 18.

67 Там же. Ед. xp. 942. Л. 1 (1817); Ед. xp. 1072 (1819).

68 Там же. Ед. xp. 1323. Л. 1-2 (1817-1822).

69 Там же. Ед. xp. 1058. Л. 1-9 (1818); Ед. xp. 1510. Л. 1-15 (1824).

70 Там же. Ед. xp. 1876. Л. 1-4 (1827).

71 См., например: ОПИ ГИМ. Ф. 175 (Шатиловы). On. 1. Ед. xp. 4. Л. 16 (1851); РГАДА. Ф. 1274 (Панины—Блудовы). On. 1. Ед. xp. 3240. Л. 1—2 (доверенность графа А.Н. Панина его матери от 1841 г.).

72 Салтыков-Щедрин M.E. Господа Головлевы // Собрание сочинений: B 10 т. М., 1988. Т. 6. С. 8.

73 Макашин С.А. Салтыков-Щедрин. 2-е изд. М., 1951. Т. 1. С. 36—38.

74 МещерскийА.В. Из моей старины. Воспоминания // Русский архив.

1900. Кн. 2. № 6. С. 262—263. Одна из теток Мещерского тоже занялась имением мужа, когда тот наделал долгов, и при помощи одного только старосты привела его дела в порядок и оставила каждому из сыновей в наследство ни много ни мало по миллиону рублей (Там же. 1900. № 7. С. 381).

75 Толстой M.B. Мои воспоминания // Русский архив. 1881. Кн. 1. N° 3. С. 103.

76 Вигель Ф.Ф. Записки. С. 52, 70.

77 Грот H. Из семейной хроники. Воспоминания для детей и внуков. 7-е изд. СПб., 1900. С. 18.

78 Поливанова E.A. Струмиловская колоброда (из семейной хрони­ки) // Исторический вестник. 1908. Т. 112. N° 6. С. 850. См. также: Семе­нов-Тян-Шанский П.П. Мемуары П.П. Семенова-Тян-Шанского. Т. 1: Детство и юность (1827—1855 гг.). С. 88; Менгден E. Из дневника внучки. С. 104. См. также подробный рассказ об одной тверской помещице, управлявшей поместьями (приданым и полученным в наследство) и при жизни мужа, и после его смерти: Гурьянова В.В. Тверская помещица вто­рой половины XVIII века Прасковья Ильинична Манзей // Женщины в социальной истории России: Сб. науч. тр. Тверь, 1997. С. 20—31. Г.Р. Державин вверил все заботы об имениях своей второй жене Дарье Александровне, отличавшейся деловой хваткой: Хрущов И.П. Милена, вторая жена Державина // Русский вестник. 1903. Т. 283, кн. 2. С. 562— 563, 572.

79 Жуковская E. Записки. Д., 1930. С. 19. См. также: Блудова А. Д. За­писки // Русский архив. 1872. Кн. 1. № 7/8. С. 1217.

тАксаков С. Т. Семейная хроника. Детские годы Багрова-внука. С. 312.

81 ПСЗ-2. Т. 41. № 43460 (05.07.1866). С. 880.

82 Некоторые примеры того, как женщины вели дела за своих мужей, находятся вдокументах: РГАДА. Ф. 1270. On. 1. Ед. xp. 416; Ф. 615. On. 1. Ед. xp. 4190. Л. 119—120 (Кашин, 1718); Ф. 1270. On. 1. Ед. xp. 2045. Л. 65 (Владимир, 1776); Ф. 282. On. 1. Ед. xp. 394. Л. 227-231 (Москва, 1755); ГАВО. Ф. 92. On. 5. Ед. xp. 21. Л. 50—51 (Владимир, 1806).

83 РГИА. Ф. 1330. On. 3. Ед. xp. 55 (1805).

84 РГАДА. Ф. 1272 (Нарышкины). On. 2. Ед. xp. 139. Л. 38.

85 Там же. Ед. xp. 139. Л. 12.

86 РГАДА. Ф. 1290 (Юсуповы). On. 3. Ед. xp. 294. Л. 1—14. Биографи­ческий очерк, посвященный Татьяне Юсуповой (1769—1841), см.: Знаме­нитые россияне ХѴПІ—ХІХ веков: биографии и портреты. По изданию великого князя Николая Михайловича «Русские портреты XVIII и XIX сто­летий». СПб., 1996. С. 642—645.

87 Щукинский сборник. Т. 5. С. 215—218, 224—240. Письма от управ­ляющего рафинадной фабрикой к княгине Марии Александровне Долго­рукой также наводят на мысль о том, что он вел отдельную переписку с княгиней и с ее мужем о состоянии хозяйственных дел: РГИА. Ф. 931. On. 1. Ед. xp. 52; Ед. xp. 141 (1859-1860).

88 АСПБИИ. Кол. 154. On. 1. Ед. xp. 9. Л. 1-88.

89 РГИА. Ф. 1330. On. 4. Ед. xp. 983. Л. 3-5.

90 Там же. Ф. 1035 (Репнины). On. 1. Ед. xp. 861. Л. 1—2.

91 РГАДА. Ф. 1287 (Шереметевы). On. 1. Ед. xp. 4689. Л. 5.

92 РГАДА- Ф. 1276 (Полянские). On. 1. Ед. xp. 1212. Л. 2.

93 Там же. Ф. 1277 (Самарины). On. 1. Ед. xp. 221. Л. 1—2.

94 См., в частности: Александров B.A. Сельская община в России (XVII — начало XIX в.). М., 1976; Conflno М. Domaines et seigneurs en Russie vers Ia fin du XVlII siecle. Paris, 1963; Kolchin P. Unfree Labor: American Slavery and Russian Serfdom. Cambridge, 1987. P 68—78.

95 РГИА. Ф. 994 (Мордвиновы). On. 1. Ед. xp. 252. Л. 1—5.

96 РГАДА. Ф. 1278. On. 1. Ед. xp. 657.

97 Архив графов Мордвиновых. Ред. B.A. Бильбасов. СПб., 1903. Т. 9. С. 433, 503, 507-508.

98 РГАДА. Ф. 1278. On. 1. Ед. xp. 660.

99 Мордвинова Н.Н. Записки графини Н.Н. Мордвиновой // Русский архив. 1883. Кн. 1. № 1. С. 180.

mAugustine W.R. Notes toward а Portrait of the Eighteenth-Century Russian Nobility // Canadian Slavic Studies. 1970. Vol. 4. № 33. P. 408.

101 Kolchin P. Unfree Labor. P. 148—149. Несогласие с этой точкой зрения выражено в работе: Melton E. Enlightened Seigniorialism and Its Dilemmas in Serf Russia, 1750-1830 //Joumal ofModem History. 1990. Vol. 62. P. 675-708.

102 Оценки показателей отсутствия помещиков в деревнях различны: К. Леонард (Leonard C.S. Reform and Regicide. P. 68) полагает, что после 1762 г. свыше половины совершеннолетних дворян мужского пола про­живало у себя в имениях. B опись Рузского уезда, составленную в 1817 г., внесены имена 92 помещиц, из которых треть проживала в уезде. См.: ЦГИАМ. Ф. 394. On. 1. Ед. xp. 93. Л. 1—7. Мемуары и другие эпизодиче­ские свидетельства позволяют заключить, что мелкие землевладельцы жили в усадьбах постоянно, а знатные дворяне и дворянки, находившие­ся на противоположном экономическом полюсе, проводили у себя в име­ниях значительную часть года. Некоторые примеры см.: Крестьянское дви­жение в России в 1796—1825 гг.: Сб. док. / Ред. C.H. Валк. М., 1961. С. 635; Моллер Е.Н. Памятные записки Е.Н. Моллер, рожденной Муравьевой, 1820—1872 // Русская старина. 1890. Т. 66. № 5. С. 341; Раевская Е.И. Из памятной книги Е.И. Раевской // Русский архив. 1883. Кн. 1. № 2. С. 298.

103 Менгден С. Отрывки семейной хроники // Русская старина. 1908. Т. 134. № 4. С. 99.

104 Семенов-Тян-Шанский П.П. Мемуары. Т. 1. С. 89—90, 125.

mXeocmoea E.A. Записки, 1812—1814. Л., 1928. С. 38. См. также: Кор­нилова О.И. Быль из времени крепостничества. (Воспоминания о моей матери и ее окружающем). СПб., 1890.

106 Щепкина E. Из истории женской личности в России. С. 133.

107 Михневич В.О. Русская женщина XVIII столетия. Киев, 1895. С. 221.

108 Ильинский П.А. K вопросу о положении женщины в XVIII столетии в Костромской области, по архивным данным // Труды третьего област­ного историко-археологического съезда. Владимир, 1909. С. 5, 8.

109 ОПИ ГИМ. Ф. 182 (Шишкины). On. 1. Ед. xp. 7. Л. 195.

110 РГАДА. Ф. 1274 (Панины—Блудовы). On. 1. Ч. 3. Ед. xp. 3248. Л. 14 (1855).

111 РГАДА. Ф. 1406 (Ермоловы). On. 1. Ед. xp. 47. Л. 2, 32.

112 Квашнина-Самарина Е.П. Дневник// K истории социально-бытовых отношений в начале XIX столетия / Изд. C.M. Смирнов. Новгород, 1928. С. 7.

113 Шимко И.И. Новые данные к биографии кн. Антиоха Дмитриевича Кантемира и его ближайших родственников. СПб., 1891. С. 28.

114 РГИА. Ф. 1086. On. 1. Ед. xp. 834. Л. 1 (1807).

115 Там же. Ф. 1330. On. 3. Ед. xp. 98. Л. 7.

116 Хвощинская Е.Ю. Воспоминания // Русская старина. 1898. Т. 93. № 3. С. 569-570.

117 Крестьянское движение в России в 1796—1825 гг. С. 148—149.

118 Там же. С. 282—283; см. также: С. 36—38.

119 См. аналогичное дело, касающееся князя Михаила Голицына: РГИА. Ф. 1286. On. 7 (1838). Ед. xp. 12. Л. 1-5, 24.

120 Крестьянскоедвижение в России в 1796—1825 гг. С. 474—477, 631— 638; Крестьянское движение в России в 1826—1849 гг.: Сб. док. / Ред. A.B. Предтеченский. М., 1961. С. 67—70, 106—109, 341—342.

121 Augustine W.R. Notes toward а Portrait. Р. 387.

122 РГАДА. Ф. 1255 (Барятинские). On. 4. Ед. xp. 374.

123 РГИА. Ф. 1330. On. 1. Ед. xp. 5. Л. 3.

124 РГИА. Ф. 1330. On. 5. Ед. xp. 1950. Л. 66, 105 (1846).

125 Богословский М.М. Быт и нравы русского дворянства в первой по­ловине XVIII в. 2-е изд. Пг., 1918. С. 34.

126 Соловьев C.M. История России с древнейших времен: B 29 т. М., 1964. Т. 12. С. 235. Побединскую приговорили к пожизненному заключе­нию в монастырь.

127 РГАДА. Ф. 1209. On. 79. Ед. xp. 523. Л. 1.

128 Там же. Ф. 1255. On. 4. Ед. xp. 125. Л. 2.

129 Там же. Ф. 1209. On. 79. Ед. xp. 56. Л. 223.

130 Макашин С. А. Салтыков-Щедрин. С. 30.

131 Вигель Ф.Ф. Записки. С. 76.

132 Михайлова В. Русские законы о женщине. М., 1913. С. 1—5.

133 Bo время выборов в Уложенную комиссию в одиннадцати уездах зарегистрировались 204 женщины-избирательницы и 1097 мужчин: Фло- ровскийА.В. Состав законодательной комиссии 1767—1774 гг. Одесса, 1915.

С. 263—266. Замужние женщины обычно просили мужей проголосовать за них. Один такой пример см.: ЦГИАМ. Ф. 4. On. 3. Ед. xp. 11. Л. 1 (1858).

134 ГрадовскийА.Д. История местного управления в России. СПб., 1868. Т. 1. С. 23.

135 Эти историки утверждают, что в реальной повседневной жизни женщины вовсе не были идеальными хозяйками дома. Кроме того, они показывают, что женщины использовали обособленность гендерных сфер, чтобы участвовать в публичной деятельности. Bepa в то, что с возвратом к ценностям домашнего очага женщины высших классов оказались в сторо­не от полезной деятельности и от жизни общества, также поставлена под сомнение. Разумеется, эти исследования посвящены преимущественно женщинам англо-американского мира. См., например: Colley L. Britons: Forging the Nation 1707—1837. New Haven, 1992. Р. 237—281; Peterson M.J. No Angels in the House: The Victorian Myth and the Paget Women // American Historical Review. 1984. Vol. 89. N° 3. P 677—708; VickeryA. The Gentleman’s Daughter: Women’s Lives in Georgian England. New Haven, 1998. Впрочем, существует и утверждение, что возможность активного участия в полити­ческой жизни для английских аристократок исчезла в конце XVIII в. и что прошло еще сто лет, прежде чем женщины «храбро ринулись в уличную политику». См.: ForemanA. Georgiana, DuchessofDevonshire. London, 1998. Р. 159. Другие авторы считают, что понятия публичной и приватной сфер нельзя применять к обществам, не относящимся к англо-американскому миру, без существенных модификаций. См.: Reverby S.M., Helly D.O. Introduction: Converging on History // Gendered Domains: Rethinking Public and Private in Women’s History / Ed. D.0. Helly and S.M. Reverby. Ithaca, 1992. P 6-7.

136 O влиянии дидактической литературы в России см.: Greene D. Mid- Nineteenth-Century Domestic Ideology in Russia // Women and Russian Culture: Projections and Self-Perceptions / Ed. R. Marsh. N.Y., 1998. P. 78—97; Kelly C. Refining Russia: Advice Literature, Polite Culture, and Gender from Catherine to Yeltsin. Oxford, 2001.

137 Badinter E. L’amour en plus: Histoire de l’amour maternel (XVIIe — XXesiecle). Paris, 1980.

138 Wortman R. The Russian Empress as a Mother. P 60—63.

139 Meehan-Waters B. Catherine the Great and the Problem of Female Ru­le // Russian Review. 1975. Vol. 34. № 3. P. 302.

140 Тютчева А.Ф. При дворе двух императоров: Воспоминания. Днев­ник. 1853-1855. М., 1928. С. 109, 199.

141 Цит. по: Шашков C.C. История русской женщины. СПб., 1879. С. 235.

142 Лабзина A.E. Воспоминания. С. 9; Жуковская E. Записки. С. 1; Во­довозова E.H. Ha заре жизни. Т. 1. С. 103.

143 Соханская Н.С. Автобиография // Русское обозрение. 1896. № 6.

C. 483.

144 Купреянова А.Н. Из семейных воспоминаний // Богословский вест­ник. 1914. Т. 1. № 4. С. 651.

^sXeocmoea E.A. [Сушкова E.]. Записки, 1812—1841. JT., 1928. С. 26. См. также: А-ва [Казина А.Н.J. Женская жизнь // Отечественные записки. 1875. Т. 219. № 3. С. 211. Как считает Б. Энгел, до середины XIX в. в дворянс­кой семье отношения матерей с дочерьми осуществлялись через посред­ниц — нянек, гувернанток. См.: Engel В. Mothers and Daughters: Family Patterns and the Female Intelligentsia // The Family in Imperial Russia / Ed.

D. L. Ransel. Urbana, 1978. P 49.

146 РГИА. Ф. 1086. On. 1. Ед. xp. 203a. JT. 213.

147 Там же. Ед. xp. 703 (1816).

148 РГИА. Ф. 1086. On. 1. Ед. xp. 203a. Л. 39 (1812); Ед. xp. 881 (1812). Письма мужа Варвары, Алексея Томилова, свидетельствуют также о его близких отношениях с матерью. Он часто писал ей в начале своей воинс­кой службы, называя ее «матушка-кормилица». См.: Там же. Ед. xp. 50. Л. 4, 5, 55, 73 (1797).

149 Идеология обособленных сфер деятельности предстала во всей кра­се в пособии подомоводству, составленном Ираидой Варламовой в 1856 г. Bo вступлении Варламова писала, что жена и мать должна быть «мирным ангеломвдоме». Она не одобряла обычай нанимать кормилиц. По мнению Варламовой, только если женщина не могла сама кормить дитя, она мог­ла взять кормилицу, выбор которой «должен быть препоручен непремен­но врачу»: Варламова И. Семейный магазин. М., 1856. С. I, 146—147.

150 Engel В. Mothers and Daughters. P 59.

151 СвербеевД.Н. Записки // Помещичья Россия по запискам современ­ников. М., 1911. С. 154—161.

152 Субботина Е.Д. Ha революционном пути. С. 17.

153 ОстровскийА.Н. Собрание сочинений: B 10 т. / Ред. Г.И. Владыкин, А.И. Ревякин, В.А. Филиппов. М., 1960. Т. 6. С. 18.

154 Korostovets V. Seed and Harvest. L., 1931. Р. 73—87. Отец автора мему­аров здравствовал почти все описанное время, но жил в Петербурге даже после отставки и потому играл в воспоминаниях сына очень небольшую роль.

155 Тенишева M.K. Впечатления моей жизни. JI., 1991. С. 92—95. См. так­же письмо уездного предводителя дворянства к Евгении Борисовне Каве­линой, написанное в 1893 г., в котором он обращается к ней как к помещи­це, «близко знакомой с делом сельского хозяйства по всем его отраслям», с просьбой заполнить подробную анкету. B своем ответе Кавелина отметила, что трудно найти работников и что крестьяне в ее местах «неохотно» выхо­дят на работу. См.: РГИА. Ф. 947. On. 1. Ед. xp. 114. JI. 1, 3.

156 Дашкова E.P. Записки. С. 91—92. Можно привести также пример Елены Ган (1814—1842), которая утверждала, что пишет прозу, чтобы обес­печить своихдетей. Дочь ее жаловалась впоследствии, что мать бросила их на попечение нянек и гувернанток. См.: Engel В. Mothers and Daughters. Р. 32-33.

157 Крестьянское движение в России в 1857 — мае 1861 г.: Сб. док. / Ред. С.Б. Окунь. М., 1963. С. 50.

158 Дашкова E.P. Записки. С. 180, 182, 184, 198-199, 202.

159 Примеры того, как французские дворянки начала Нового времени управляли финансовыми делами семьи, см.: Diefendorf В. Women and Property in Ancien Regime France: Theory and Practice in Dauphine and Paris // Early Modem Conceptions of Property / Ed. by J. Brewer and S. Staves. L., 1995. P. 183. Правда, этот автор не утверждает, что такие занятия были типичными для женщин. Об аристократках и управлении имениями в XlX в. см.: Higgs D. Nobles in Nineteenth-Century France: The Practice of Inegalitarianism. Baltimore, 1987. P. 196; ReynoldsK.D.AnstocraticWomenand Political Society in Victorian Britain. Oxford, 1998. P. 26—70. O роли польских дворянок XVIII в. в семейной политике и финансовых делах см.: Luba- mersky L. Women and Political Patronage in the Politics of the Polish-Lithuanian Commonwealth // Polish Review. 1999. Vol. 44. № 3. P. 259—275.

160 Женская философия. М., 1793. С. 33—34.

161 См. совет графа Андрея Петровича Шувалова сыновьям: Нравоучи­тельное завещание сыновьям (1780-e гг.): РГИА. Ф. 1092. On. 1. Ед. xp. 136. Л. 19.

162 Manning R. Т. The Crisis of the Old Order in Russia: Gentry and Gove­rnment. Princeton, 1982. P. 40. См. также: Миронов Б.Н. Социальная исто­рия России периода империи (XVIII — начало XX в.): Генезис личности, демократической семьи, гражданского общества и правового государства. СПб., 1999. Т. 1. С. 264.

<< | >>
Источник: Маррезе М. Л.. Бабье царство: Дворянки и владение имуществом в России (1700—1861) / Авторизованный перевод с англ. H. Лужещсой. — М.,2009. — 368 с.. 2009

Еще по теме ДОМАШНИЙ ОЧАГ И ПЕРЕМЕНЫ B ГЕНДЕРНЫХ ТРАДИЦИЯХ:

  1. Гендерна рівність. Нормативно-правові документи у сфері тендерної рівності. Гендерна рівність та Національна поліція
  2. Трудовые договоры с домашними работниками.
  3. 3.7. Домашний арест. Заключение под стражу
  4. Статья 241. Выкуп домашних животных при ненадлежащем обращении с ними
  5. Мировая политика с гендерных позиций
  6. 2.3. Распределение домашних животных при разделе имущества
  7. глава II. Война, мир и безопасность в гендерном измерении
  8. глава IV. Демократизация, государство и мировой порядок: гендерный подход
  9. §3. Процессуальный порядок и тактика предъявления для опознания предметов и домашних животных
  10. М.М. Агарков родился 1 апреля 1890 года в Казани в семье домашних учителей
  11. Традиция и интерпретация
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Риторика - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридическая этика и правовая деонтология - Юридические лица -