ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Рассмотрение современного отечественного правопо­нимания, его состояния и перспектив развития было пред­принято с обращения к общетеоретическим проблемам. Анализ генезиса учений о праве показал, что это длитель­ный н сложный процесс, который начал формироваться с момента появлення первых представлений относитель­но природы права, сю основ, проявлений.

Категории «право» и «правопонимание» находятся в диалектическом единстве, они взаимосвязаны и взаи­мозависимы. Бытие категории «право» детерминировано возможностями восприятия, оценки, анализа субъекта по­знавательной деятельности, который фактически и сози­дает многогранный познавательно-методологический ин­струментарий постижения сущности права — категорию «правопонимание».

Для того, чтобы социальный феномен «право» и кате­гория «право» были всесторонне и полно представлены, убедительно обоснованы, познавательный инструмента­рий должен быть безупречным, понятным и эффективно функционирующим, что на сегодняшний день в современ­ной юридической науке явно не наблюдается.

Категория «правопонимание» это, своего рода, мощ­ный «канал», через который осуществляется научная деятельность, достигаются се цели и решаются задачи, связанные с освоением содержания, раскрытия сущности сложного социального феномена права, выступающего «ядром» в предмете общей теории нрава. Именно «право- понимание» как теоретико-методологический, познава­тельно-творческий инструментарий получения достовер­ных знаний о нраве способно выступить надежным мо­стом, связывающим правовые реалии общественного бы­тия с абстрактно-логическим уровнем пх распознавания и представления, чем достигается необходимое органиче­ское единство объекта и предмета юридического знания.

Правопонимание — это профессиональная научная категория, широко применяемая в теоретической юрис­пруденции и указывающая как на сознательно-волевой мыслительный процесс, так и на творческий результат целенаправленной абстрактно-логической деятельности субъекта познания, зависящая от объектно-субъектных характеристик, представленных правом и человеческим сознанием, преследующая цель — получение достоверно­го знания о праве и раскрытие его сущности.

Обращаясь к анализу материальных и идеальных осно­ваний понимания права, следует заключить, что право не должно быть оторвано от своих истоков — факторов со­циальной жизни. Иначе оно утратит свое главное пред­назначение точно проецировать в правовой материи сложный характер социальных связей, перестанет быть адекватным существующим общественным отношениям.

как следствие, снизит свою регулятивную и охранитель­ную эффективность и вообще может превратиться в нор­мативную систему, существующую саму по себе. Следо­вательно, материальные начала в праве, сели под ними понимать разнообразные социальные условия его бытия, выступают первоосновой, а их отрицание неизбежно при­ведет к отрицанию самого права, его сущности.

Недопустимо отрывать действительное бытие права от экономических условий его существования. Общество об­речено платить слишком высокую социальную цену за по­зитивное право, лишенное материальных основ своего су­ществования и ввергнутого в пучину субъективных идей его вольного понимания. Ответственный законодатель и иные субъекты правотворческой деятельности должны усвоить этот вывод раз и навсегда. Необходимо понимать, что неадекватно сформулированная правовая норма (ото­рванная от экономических и иных объективных социаль­ных условий жизни общества) по недосмотру либо со­знательно иод воздействием влиятельных, лоббирующих свои интересы групп, всегда будет отрицать действитель­ное бытие права и выполнять антиправовую и антисоци­альную роль.

В то же время, «твердая объективная реальность» это нс буквально понимаемые материальные условия жизни общества, а в том числе и их психологическое субъектив­ное переживание, а значит, и субъективная оценка права, как части общего бытия.

Думается, что в этом обнаруживается сфера сопри­косновения идеального и материального. Правоноии- маиие следует воспринимать как сложную многогран­

ную категорию, имеющую социально-экономическое, социально-психологическое (социально-детермиииро- ванное и интуитивно-личностное), политическое, интел­лектуальное, духовно-нравственное наполнение. Толь­ко в этом случае категория «правононимание» способна адекватно, всесторонне представлять все грани сложного объекта се исследования - права.

Следует заключить, что право не может быть выше экономического строя общества и связанного с ним уров­ня культуры. Действительно, если предположить, что за­конодатель всесилен над правової! матерней (крайний законодательный волюнтаризм), то многие сложнейшие проблемы социума решались бы через принятие нормы права (идеальный компонент) и не важно, согласуется ли ее содержание с текущим состоянием общественных от­ношений (материальный компонент) или нет. В реальной жизни этого не происходит. И более чем убедительный пример этому — разразившийся всемирный экономиче­ский кризис, который невозможно было предотвратить и отменить ужасающие финансовые последствия этого экономического коллапса через издание, например, закона «О запрете экономического кризиса». Это было бы слиш­ком просто. Ведь искусство законодателя в том и состоит, чтобы увидеть, извлечь «на свет» из недр общественных отношений тот вариант нормативной регламентации, ко­торый как минимум нс вызовет диссонанса с состоянием реальных общественных отношений, как усредненный ва­риант, будет синхронно с ними сосуществовать и как мак­симум. создавать нормативные условия, стимулирующие развитие общественных отношений.

Следует признать естественным фактом неизбежность взаимодействия материальных и идеальных оснований по­нимания нрава, что подтверждается самим процессом ира- вообразовання, в котором происходит синтез объективных оснований нрава и субъективных правовых предпочтений.

Несмотря на то, что словесный оборот «тин правопо­нимания» прочно вошел в доктринальный язык современ­ной юриспруденции, остается нерешенным вопрос в отно­шении точности использования выражения «тип правопо­нимания», поскольку такой подход требует дифференциа­ции правопонимания на типы в соответствии с известным единым критерием, который, оказывается, скрыт от со­временных исследователей правовой действительности.

Полагаю неоправданным использование выражения «теория правопонимания», поскольку термин «теория» является максимально широкой, масштабной и устой­чивой категорией, значительно превышающей ио своему объему и значению оформившиеся научные направления правопонимания. Если все же прибегнуть к терминоло­гии «тип правопонимания», что весьма успешно делает юридическая паука, то, думается, следует исходить из решения основного вопроса философии: «Что первично: дух или материя, идеальное или материальное?». От его решения зависит не только общее понимание бытия, но и бытия правового, ибо материальное и идеальное явля­ются его предельными характеристиками. Иначе говоря, помимо материального и идеального в бытии, в том числе и бытии нрава, просто ничего нет. Следуя данной логи­ке, необходимо признать, что существовать могут толь­ко два тина правопонимания — это материалистический и идеалистический.

Содержание отечественного правопонимания совре­менной правової! науки, развивающееся в русле мате­риалистического и в большей степени идеалистических типов правопонимания, отличается плюралистичностью концепций понимания сущности права, каждая из кото­рых содержит свои зерна рациональности в совокупности

оформляющие целостное представление о сложном соци­альном феномене — нраве.

Существование различных подходов к типологии пра­вопонимания — это явление, скорее всего, закономерное, связанное с многогранностью самого объекта познания права и сложным субъективным его восприятием познаю­щей стороны. Противоречивый характер общественного развития и его части — правовой действительности — так­же не способствует выработке единого подхода к типоло­гии понимания нрава.

Нормативное понимание нрава, которое предлагает юридический позитивизм, способно служить обществу, защищать безопасность личности, что является, бесспор­но, его сильной стороной, но не имея достаточно четких внутренних ограничителей для произвола волн государ­ства, такое право не создает долгосрочной безопасной нормативной системы и ввергает общество в состоя­ние постоянного беспокойства в связи с возможными социально-политическими изменениями.

Нормативное понимание права, прежде всего, созда­ет тот необходимый нормативный каркас, на котором выстраивается все юридическое право. Без него просто невозможна правовая регламентация общественных от­ношений. А вот каким станет наполнение этого юриди­ческого нрава, зависит от конкретного исторического момента, от соотношения политических сил в обществе и других объективных и субъективных детерминирую­щих обстоятельств. К сожалению, на мой взгляд, необ­ходимо констатировать, что уязвимым местом юриди­ческого позитивизма является то обстоятельство, что данный тип нравононимания характеризуется доста­точно нейтральным своим содержанием, допускающим возможность быть и орудием политической расправы, и действенной системой защиты прав и свобод человека и гражданина. В таком широком диапазоне таится угроза

для стабильности общественного развития и безопасно­сти человека.

11а мой взгляд, право нс может быть абсолютно свобод­ным при определении нормативов поведения для членов социума. В противном случае оно мало чем отличается от произвола и самоуправства. Право, в особенности циви­лизованное право, всегда должно иметь ориентиры и си­стему внутренних ограничений, основанных на осозна­нии непреходящих общечеловеческих ценностей. Только таким образом ограниченное право создаст необходимый иммунитет для нормотворческого своеволия и правотвор­ческого произвола государственной власти. Именно в та­ком нраве человек и общество смогут отыскать ту надеж­ную защиту, которая сможет обеспечить их безопасность, стабильность и предсказуемое развитие.

Непреходящая ценность естественно-правовой док­трины нравопонимания состоит в том. что она выступает нравственным ориентиром, постулирующим общечелове­ческие идеалы, являющиеся для всех понятными, универ­сальными и позволяющими судить, насколько осущест­вляемая государством нормотворческая деятельность со­ответствует естественным правам человека. Уже сам факт осознания существования естественных прав даст чело­веку определенную степень защиты на уровне его соб­ственного правосознания, а государству напоминает, что его правотворческая деятельность не должна быть конъ­юнктурной или произвольно осуществляемой, поскольку юридическое право должно служить человеку, а без ува­жения его естественных прав это не возможно.

Ознакомившись с некоторыми идеями социологиче­ской юриспруденции, можно заключить, что данное на­правление правовой мысли, выступающее самостоятель­ным направлением правопонимания, максимально при­ближает право и его понимание к реальным обществен­ным отношениям. Именно поэтому закон это всего лишь

проект права, а само право созидается профессиональной деятельностью правоприменителей. В этом постулате на­блюдаются очевидные зерна рациональности, т.к. наивно было бы полагать, что, осуществляя правотворческую дея­тельность, государство способно предвидеть все то много­образие развития права, которое ему предстоит пройти. В то же время правоприменитель не должен брать иа себя выполнение несвойственных ему функций, связанных с правотворческой деятельностью, поскольку здесь за­ключен значительный диапазон возможностей, связан­ных с произволом, нарушением прав и свобод человека и гражданина.

Обращаясь к истории идей философии права, можно сделать следующий вывод - философия права представ­ляет собой важное исследовательское направление позна­ния права через философское мировоззрение, которое об­ращено к идеализированным категориям справедливости, равенства, свободы, что создает добротную теоретическую основу для конструирования правового закона, стоящего на службе его единственной ценности — человека.

Думается, что философия права, обладая огромным созидательным потенциалом, способна создать тот необ­ходимый ориентир, основанный на возвышенных мораль­ных началах и гуманистических идеях, который не позво­лит субъектам правотворческой и правоприменительной деятельности забывать о нравственной составляющей их профессиональной сферы. Философия права относит­ся к тем направлениям правовой мысли, которые разви­вают чувство уважения к праву и обостряют моральную ответственность каждого за свои поступки и поведение в социуме.

Интегративная юриспруденция является адекватной требованиям времени и сбалансированным методологи­ческим ответом современной юридической науки на вы­зовы динамично меняющейся правовой действительности

XXI века. Полагаю, что смещение акцепта научной мысли в сторону интегративного нравононимания положитель­но отразится на состоянии отечественной правовой док­трины, сделав ее позиции более компромиссными, толе­рантными; представляет значительный академический интерес, вызывая к праву, как множеству его возможных проявлений, повышенное внимание осваивающих юриди­ческую специальность; имеет существенное значение для правотворческой и правоприменительной деятельности, максимально расширяя возможности для нормативного и индивидуального правового регулирования в целях по­вышения его эффективности.