ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Сегодня защита человека от вторжения государства в сферу его прав, свобод и законных интересов приобретает особую важность из-за сложной и постоянно меняющейся международной обстановки.

При реализации такой формы властных отношений, как государственное принуждение, часто сталкиваются интересы обладающего большими ресурсами государства и противостоящих ему отдельных людей или социальных групп. Если на этапах становления и формирования современного государства - суверенного обладателя верховной политической власти, проблемы, возникающие в результате столкновения частных и публичных интересов, носили локальный характер и решались, как правило, в пользу государства, то за последние три десятилетия ситуация кардинально изменилась.

Во-первых, правомерность применения конкретных мер государственного принуждения может стать предметом судебного и квазисудебного разбирательства на национальном, региональном и международном уровнях. В рамках сложной и многоуровневой системы юридических механизмов защиты индивидуальных и коллективных прав и свобод официальную и объективную оценку получают как основания, так и процедуры применения мер государственного принуждения в отдельных государствах. Принимая ее во внимание, уполномоченные органы государственной власти корректируют положения действующего национального законодательства и сложившуюся практику их реализации.

проигнорировать оценку состояния правовой системы, консервируя ее и укрепляя аппарат принуждения - составную часть аппарата управления.

Во-вторых, процессы глобализации затрагивают не только экономические, но и юридические институты, обусловливая их практическое преобразование по образцам и моделям, получившим признание большинства постиндустриальных стран. Тенденции универсализации и унификации права проявляются в смягчении и ограничении воздействия государственной власти на поведение индивидов, в гуманизации традиционных карательных отраслей права: административного и уголовного материального и процессуального права. В данном случае так же от выбора законодателя во многом зависит степень интенсивности государственного принуждения и его соответствие выработанным практикой цивилизованных стран универсальным стандартам и общим принципам права.

Наконец, механизмы ограничения государственной власти и обеспечения индивидам возможности реализации их законных интересов, оказываясь в поле зрения исследователей, получают свое концептуальное оформление. В настоящее время на основе известных подходов ученые формулируют новые определения государственной власти и государственно-правового принуждения как формы ее реализации. Они устанавливают основания и критерии допустимости применения мер государственного принуждения в демократическом обществе как условия его осуществления в качестве государственно-правового принуждения, т. е. легального и легитимного. При этом методология современных исследований политической и правовой природы этого феномена позволяет соотнести понятия оснований и критериев допустимости государственно-правового принуждения и раскрыть взаимосвязи структурных элементов каждого из них.

Вместе с тем анализ понятия, сущности и содержания государственно­правового принуждения, в том числе с методологических позиций юридического неопозитивизма, феноменологии и структурализма, должен быть ориентирован на практические нужды. Поэтому одной из актуальных задач, стоящих сегодня перед исследователем, является изучение особенностей нормативного закрепления оснований, критериев допустимости государственно-правового принуждения и

интенсивности воздействия государственной власти на поведение индивидов при осуществлении принуждения в конкретных отраслях права.

Основываясь на полученных нами в ходе исследования результатах, можно сформулировать рекомендации законодателю. Они направлены на достижение оптимального распределения интенсивности воздействия государственной власти на поведение участников общественных отношений. Кроме того, они позволяют активизировать установленные нами критерии допустимости осуществления государственно-правового принуждения и придать им императивную силу.

Степень разработанности темы исследования. Вопросы природы государственной власти и принуждения, выявление их сущностных признаков, оснований и границ применения, приемов, способов их использования приобретают важное значение в рамках процесса государственного управления. Поэтому они всегда находились в центре внимания представителей философских, юридических, политологических, социологических и иных наук как в России, так и за рубежом.

Первые попытки концептуального осмысления государственной власти и принуждения были предприняты в рамках политической философии такими мыслителями как М. Вебер, Г. В. Ф. Гегель, Т. Гоббс, И. Кант, К. Маркс, Ф. Ницше, Т Парсонс, М. Ротбард, И. Г. Фихте, Ф. В. Й. Шеллинг, А. Шопенгауэр и др. Со временем свой существенный вклад в развитие представлений о государственно­правовом принуждении внесли отечественные мыслители (А. А. Гусейнов, Г. И. Иконникова, И. А. Ильин, С. В. Соловьев, И. В. Солонько и др.).

С позиций политологии и социологии вопросы государственной власти и принуждения рассматривались А. Г. Аникевичем, М. К. Горшковым, С. Е. Каптеревым, В. В. Колотушей, В. Г. Ледяевым, И. М. Меликовым, А. Н. Строителевым, А. А. Федоровских и др.

Развитие философских, политологических и социологических подходов к осмыслению государственной власти и принуждения в отечественной юридической науке осуществлялось С. С. Алексеевым, А. Д. Ардашкиным,

С. В. Бабаевым, Б.

Заметим, что правовая природа государственного принуждения тесно связана с двумя сферами законодательного регулирования общественных отношений, в которых принудительный характер государственной власти проявляется наиболее очевидно. Это административное и уголовное право. В то же время данные отрасли публичного права могут рассматриваться как материальные или процессуальные. Применительно к проблематике настоящего исследования важное значение имеют и материальные, и процессуальные нормы административного и уголовного права. Их анализу посвящены работы С. А. Алтуховой, Д. Н. Бахраха, С. И. Вершининой, О. С. Гречишниковой, К. В. Задерако, Л. Е. Калининой, А. И. Каплунова, А. Н. Кокарева, П. А. Лупинской, И. В. Максимова, В. М. Манохиной, И. Л. Петрухина, Б. В. Россинского, С. А. Шейфера, С. Б. Щербакова, А. Ю. Якимова и др.

В научной литературе при рассмотрении вопросов государственной власти и принуждения преимущественное внимание уделялось их понятию, сущности, признакам и условиям их легитимного осуществления. При этом не проводилось отдельных исследований проблематики выявления и определения общих критериев допустимости государственно-правового принуждения и соответствия положений отечественного отраслевого законодательства этим критериям.

Цель диссертационного исследования. Целью диссертационного исследования является определение оснований и критериев допустимости осуществления государственно-правового принуждения как формы реализации государственной власти в постиндустриальном обществе.

Задачи диссертационного исследования:

- определить понятие государственной власти на основании систематизации ее основных концепций;

- выявить сущностные признаки государственно-правового принуждения как формы реализации государственной власти;

- сформулировать определение оснований применения государственно­правовогопринуждения в узком и широком смыслах;

- установить общий критерий допустимости государственно-правового принуждения и рассмотреть особенности его структуры;

- раскрыть содержание и взаимосвязи структурных элементов общего критерия допустимости государственно-правового принуждения;

- соотнести понятия оснований и критериев допустимости государственно - правового принуждения;

- провести анализ нормативного закрепления оснований и критериев допустимости государственно-правового принуждения в административном и уголовном материальном и процессуальном праве;

- определить степень интенсивности воздействия государственной власти на поведение индивидов при осуществлении принуждения в административном и уголовном материальном и процессуальном праве.

Объект диссертационного исследования: общественные отношения, которые возникают, изменяются и прекращаются в связи с осуществлением государственно-правового принуждения, а также их концептуальное понимание ведущими учеными и современным российским законодателем.

Предмет диссертационного исследования: сущность, структурные взаимосвязи и содержание оснований применения и критериев допустимости осуществления государственно-правового принуждения как формы реализации государственной власти в постиндустриальном обществе.

Методологическую основу диссертационного исследования составляет комплекс методов, обеспечивающих осуществление системного подхода к изучению предмета исследования и способствующих достижению поставленной цели, включающий в себя диалектический метод, метод формальной логики, формально-юридический метод, конкретно-социологический метод и др.

Диалектический метод и метод формальной логики позволяют определить характеристики и системные связи государственно-правового принуждения как сложного, комплексного феномена, оснований и общих критериев допустимости

его применения. В свою очередь, это требует использования таких специально­юридических методов научного познания, как формально-юридический метод, который позволяет определить качество юридической техники отечественного законодателя, и конкретно-социологический метод, обеспечивающий возможность с учетом общественной практики определить соответствие положений отдельных нормативно-правовых актов в сфере осуществления государственно-правового принуждения основным критериям его допустимости.

Кроме того, исследование проводилось с применением системного метода, который позволяет определить место государственно-правового принуждения в системе методов реализации государственной власти.

Нормативная основа диссертационного исследования состоит из Конституции Российской Федерации и основополагающих кодифицированных и некодифицированных нормативных правовых актов Российской Федерации, регламентирующих отношения в административной и уголовной сферах отечественного законодательного регулирования, в том числе Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, Федерального закона «О полиции», Уголовного кодекса Российской Федерации, Уголовно­процессуального кодекса Российской Федерации, Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

Положения указанных выше нормативно-правовых актов анализируются во взаимосвязи с нормами Трудового кодекса Российской Федерации, Бюджетного кодекса Российской Федерации, Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Теоретическую основу диссертационной работы составили научные труды как зарубежных исследователей, сфера интересов которых затрагивает проблемы государственного принуждения (М. Н. Берман, Д. Битхем, М. Блейк, М. Вебер, Г. В. Ф. Гегель, Т. Гоббс, Э. Дюркгейм, И. Кант, К. Маркс, Ф. Ницше, Т Парсонс, М. Ротбард, И. Г. Фихте, Ф. А. Хайек, Ф. В. Й. Шеллинг, А. Шопенгауэр), так и уделявших внимание государственному принуждению в

своих трудах отечественных ученых (А. Г. Аникевич, А. Д. Ардашкин, Б. Т Базылев, М. И. Байтин, А. А. Гусейнов, И. П. Жаренов, И. А. Ильин, С. Н. Кожевников, С. А. Котляревский, В. В. Лазарев, В. Г. Ледяев, Н. В. Макарейко, А. В. Малько, Л. И. Петражицкий, А. П. Рогов, С. В. Соловьева, И. В. Солонько, А. А. Федоровских).

В исследовании также использованы выводы и отдельные положения, содержащиеся в работах, посвященных актуальным проблемам административного и уголовного материального и процессуального права (труды Д. Н. Бахраха, С. И. Вершининой, А. И. Каплунова, Ф. М. Кудина, Е. М. Манохина и др.).

Эмпирической основой исследования являются официальные документы (отчеты и статистическая информация) Федеральной службы государственной статистики. Методом анкетирования в индивидуальной форме по проблемным вопросам оснований и пределов допустимости государственно-правового принуждения опрошено 200 лиц, непосредственно столкнувшихся с правоприменением в уголовной и (или) административной сфере законодательного регулирования и не осуществляющими свою деятельность в указанных сферах на постоянной основе. Результаты анкетирования, полученные с соблюдением требований репрезентативности, нашли свое отражение в выводах и рекомендациях, содержащихся в работе.

Научная новизна диссертационного исследования обусловлена наличием пробелов в теории государства и права по вопросам государственно-правового принуждения, в том числе оснований и критериев его допустимости; отсутствием в отечественной науке теории государства и права отдельных исследований, посвященных вопросам определения критериев допустимости государственно­правового принуждения на отраслевом и межотраслевом уровнях системы права.

В рамках диссертационного исследования впервые в отечественной науке теории государства и права предпринята попытка выявления общих критериев допустимости государственно-правового принуждения, позволяющих с научных позиций оценивать допустимость государственно-правового принуждения как на этапе его нормативного оформления, так и при его осуществлении. Полученные результаты позволяют установить соответствие общим критериям допустимости

применения государственно-правового принуждения положений отечественного законодательства, закрепляющих порядок и условия его применения, в том числе в административной и уголовной сферах нормативного регулирования. При этом на основе результатов проведенного социологического опроса, определяются те положения законодательства, которые должны быть приведены в соответствие с общими критериями допустимости государственно-правового принуждения. Так, оценивается эффективность проведенного законодателем анализа интенсивности воздействия государственной власти по основным направлениям нормативного регулирования общественных отношений, которое осуществляется на уровне отдельных норм, институтов и отраслей системы российского права в их комплексном взаимодействии (отраслевой и межотраслевой уровни).

Последнее оказалось возможным в результате анализа отечественных и зарубежных подходов к пониманию категорий власти и принуждения, в том числе содержащихся в ранее не переведенных на русский язык источниках. В работе предложены авторские дефиниции государственной власти и государственно­правового принуждения. Определению автором общих критериев допустимости государственно-правового принуждения способствовало, кроме того, обоснование использования иерархической системы потребностей человека при определении преобладающего ресурса во властеотношениях, а также разграничение концепций оснований применения государственно-правового принуждения по критерию их понимания в узком и широком смыслах, что представляет собой новаторский поход исследователя к проблематике реализации государственной власти в сфере нормативного (правового) регулирования общественных отношений на уровне отдельных норм, институтов, отраслей и всей системы права в целом.

Положения и выводы, выносимые на защиту:

1. По итогам рассмотрения основных концептуальных подходов к понятию, сущности и признакам государственной власти нами сформулировано определение данного понятия. Государственная власть - это направленное на достижение определенных целей общественное отношение, основанное на праве и состоящее в подавлении обществом через легитимированное им государство,

представленное органами государственной власти и должностными лицами, нетождественной ему воли индивида или группы индивидов за счет преобладания в ресурсах. Субъекты государственной власти должны использовать в процессе ее осуществления только те ресурсы, которыми они обладают легально как представители государства.

2. Государственная власть может осуществляться в форме силы и в форме принуждения. Критерием их разграничения служит источник подчинения подвластного субъекта властвующему субъекту. Необходимость реализации государством своих внутренних и внешних функций обусловливает постоянное применение государственной власти в одной из указанных форм. При этом власть в форме принуждения следует признать наименее жесткой формой реализации государственной власти. Под «жесткостью» принуждения как формы реализации государственной власти в настоящей работе понимается настолько высокая степень ограничения государством прав и свобод человека, что оно фактически граничит с их отчуждением. Государственно-правовое принуждение является и наиболее приемлемой формой реализации государственной власти, т.к. позволяет сократить делегитимационные процессы в государстве, угрожающие его существованию.

3. В результате рассмотрения концепций государственного принуждения сформулировано определение государственно-правового принуждения как формы реализации государственной власти. Под ним предложено понимать такую форму реализации государственной власти, при которой для властвующего субъекта (общества) в лице должностных лиц и органов легитимированного им государства значимо поведение принуждаемого субъекта.

Сущностными признаками государственно-правового принуждения как формы реализации государственной власти являются, во-первых, выступление на стороне властвующего субъекта должностных лиц и государственных органов, представляющих общество, в свою очередь, легитимирующее это государство; во- вторых, опосредованность правом государственного принуждения, в том числе процедур использования субъектами принуждения предоставленных им ресурсов.

4. Социальная природа государственно-правового принуждения

обусловливает его понимание как правоотношения, в которое вступают наделенные определенными правами и обязанностями принуждающий и принуждаемый субъекты. Первый обладает правом и несет обязанность подвергнуть принудительному воздействию принуждаемого субъекта и применить к нему в установленном порядке меры принуждения. Принуждаемый субъект имеет право потребовать соблюдения процедуры применения указанных мер и реализации их в режиме законности, но обязан претерпеть правоограничения личного, имущественного или организационного характера. Наделение лиц, в отношении которых применяются меры принуждения, субъективными правами и обязанностями свидетельствует о правовом опосредовании государственного принуждения. В результате оно должно удовлетворять требованиям легальности, легитимности и справедливости на обоих уровнях системы права - отраслевом и межотраслевом - и на всех стадиях процесса его реализации.

5. Основания применения государственно-правового принуждения следует понимать в узком и широком смыслах. Основаниями государственно-правового принуждения в узком смысле является совокупность нормативных и фактических условий применения мер государственного принуждения. В качестве нормативных условий применения мер государственного принуждения выступает совокупность материально-правовых и процессуально-правовых норм, а в качестве фактических условий - совершение принуждаемым действий, тождественных основаниям применения мер государственного принуждения, установленных материально-правовыми нормами. Под основаниями государственно-правового принуждения в широком смысле предлагается понимать необходимость реализации внутренних и внешних функций государства, опосредованных правом.

6. Отмечается, что только нормативной (законодательной) регламентации государственно-правового принуждения для признания его легитимным недостаточно по следующим причинам: 1) право не сводится к комплексу норм,

гарантированных государственным принуждением, а включает в себя также общие принципы права, правовую практику, правовую культуру и идеологию, правосознание; 2) формой государственной власти, соответствующей представлениям о демократии в постиндустриальном обществе, является правовое государство, в котором принуждение опосредовано и связано правом; 3) современная форма рационализации государственного управления, в отличие от предшествующих ей форм, не замыкается на легитимации суверенитета государства посредством принуждения людей к подчинению закону, а имеет своей целью осуществление справедливой социальной политики с помощью более эффективных управленческих технологий.

7. Общим критерием допустимости государственно-правового принуждения предлагается признать соответствие его применения требованиям справедливости как нравственной категории. Элементами структуры данного критерия являются обоснованность и соразмерность. Их разграничение по содержанию позволяет утверждать, что государственное принуждение должно основываться на праве (обоснованность) и соотноситься с индивидуализирующими обстоятельствами, позволяющими корректировать воздействие принуждающего на принуждаемого с учетом специфики конкретного случая (соразмерность).

8. Допустимость государственно-правового принуждения определяется формально и материально. Ее формальное определение совпадает с определением оснований применения государственно-правового принуждения в узком смысле и предполагает закрепление в законодательстве материальных и процессуальных правовых норм. Материальное определение допустимости государственно­правового принуждения выводится из широкого понимания права, которое не ограничивается совокупностью правовых норм, выраженных в законодательстве. Соответствие мер государственного принуждения и их применения общественным идеалам оценивается также путем непосредственного изъявления обществом своего отношения к государственному принуждению, как форме реализации государственной власти, в каждом конкретном случае.

9. По итогам рассмотрения закрепленных в административном и уголовно­процессуальном законодательстве Российской Федерации мер государственного принуждения, которые характеризуются наибольшей жесткостью, установлено их соответствие элементам общего критерия допустимости государственно­правового принуждения и требованиям справедливости. Однако меры государственного принуждения, применяемые в уголовном праве в связи с нарушением права на жизнь, показали низкий уровень обоснованности. Они не соответствуют в полной мере представлениям большинства членов общества о справедливости наказания и провозглашенному в Конституции РФ 1993 г. статусу права человека на жизнь как высшей ценности, конкретизированному на уровне отраслей права.

10. Очевидное несоответствие отдельных мер государственного принуждения, предусмотренных в российском уголовном праве, элементам общего критерия допустимости государственно-правового принуждения означает, что законодатель не принял во внимание комплексность государственно­правового принуждения и особенности его внутренней структуры. Он не провел предварительного анализа интенсивности воздействия государственной власти на общественные отношения, регулируемые нормами соответствующего отраслевого законодательства. В результате законодатель нарушил внутренние взаимосвязи между отдельными отраслями права и закрепленный в Конституции РФ 1993 г. баланс правовой системы и государственной власти.

Теоретическая значимость диссертационного исследования. Диссертация является комплексным исследование проблематики государственно­правового принуждения как формы реализации государственной власти. Его результаты позволят углубить представления о понятии государственно-правового принуждения и связанных с ним понятиях власти и принуждения. Они также позволят развить концептуальные подходы ученых и законодателя к основаниям применения и критериям допустимости государственно-правового принуждения на отраслевом и межотраслевом уровнях системы права. Наконец, они могут быть

использованы специалистами в областях теории государства и права, истории политических и правовых учений, философии права, социологии права, отраслевых юридических наук при осуществлении исследовательской и преподавательской деятельности, подготовке лекционных курсов и проведении семинаров.

Практическая значимость диссертационного исследования заключается в том, что его результаты могут применяться в законотворческой деятельности в целях совершенствования и дальнейшего развития регламентации государственно-правового принуждения, а также четкого различения допустимого и недопустимого государственного принуждения. Прежде всего, при использовании законодателем соответствующей терминологии, установлении оснований и пределов применения государственно-правового принуждения на отраслевом и межотраслевом уровнях системы российского права.

Результаты настоящего исследования могут использоваться также в правоприменительной деятельности при возникновении необходимости оценки допустимости реализации мер государственного принуждения уполномоченными органами. Например, при принятии решения о применении меры государственного принуждения; при обжаловании реализации мер государственного принуждения в связи с их недопустимостью. Результаты исследования могут быть использованы для упорядочения судебной практики и обеспечения ее единства в вопросе применения конкретных мер государственного принуждения.

Апробация результатов исследования. Основные теоретические положения и выводы диссертационного исследования успешно прошли проверку в ходе апробации, имеющей научную направленность, путем выступлений автора на международных и научно-практических конференциях: Международная научно-практическая конференция «Проблемы современного российского права» (г. Челябинск, 2010 г.), Международная межвузовская научно-практическая конференция «Традиции и новации в системе современного российского права» (г. Москва, 2010 г.), Международная научно-практическая конференция

«Тенденции и инновации современной российской науки» (г. Краснодар, 2014 г.), Международная научно-практическая конференция «Закон и правопорядок в третьем тысячелетии» (г. Калининград, 2014), изложены в 15 научных публикациях автора, включая четыре статьи в изданиях, рекомендованных ВАК (2011, 2013, 2015, 2016 гг.).

Результаты исследования внедрены в учебный процесс автономной некоммерческой организации высшего образования Самарского университета государственного управления «Международный институт рынка» где нашли применение при проведении лекционных и практических занятий.

Структура диссертации предопределена целью, задачами и предметом исследования. Она состоит из введения, трех глав, включающих шесть параграфов, заключения и списка литературы, а также приложения, содержащего результаты проведенного социологического опроса.