Проблема «общих обязываний»

Постановка данного вопроса, думается, вполне закономерна. Коль скоро существуют ОбД и ОбЗ, то спрашивается, какие же препятствия к тому, чтобы и в отношении третьего способа правового регулирования – позитивных обязываний – не применять понятие «общее»

309

Общие дозволения и общие запреты в советском праве

в указанном выше смысле? Закономерность постановки этого вопроса подкрепляется тем, что в советском законодательстве можно встретить такие случаи регулирования, которые характеризуются значительной степенью общеобязательности, общности по отношению к субъектам.

Более того, в условиях острых революционных битв, в экстремальных социально-классовых условиях оказывается социально необходимым введение позитивных обязываний общего (по субъектам) характера и по существенным сторонам социальной жизни. Так, в первые годы после Октября Декларацией прав трудящегося и эксплуатируемого народа была введена «в целях уничтожения паразитических слоев населения и организации хозяйства» всеобщая трудовая повинность (за исключением малолетних, стариков, инвалидов, больных). Этот общий (в отношении субъектов) порядок был закреплен в КЗоТ РСФСР 1918 года и Конституции РСФСР 1918 года. До настоящего времени сохраняется необходимость во имя обеспечения защиты Социалистического Отечества всеобщая воинская (для мужчин) обязанность1.

Так что позитивные обязывания, притом довольно широкие, общие (по субъектам) существовали и существуют в советском праве (хотя, разумеется, их объем, сферы действия, интенсивность должны быть значительно сокращены в процессе формирования социалистического правового государства).

Тем не менее надо полагать, выделение «общих обязываний», которые могли бы стать в один ряд с ОбД и ОбЗ, не имеет достаточных научных оснований. Почему?

Здесь ряд соображений. Главное из них основывается на том, что позитивные обязывания, при всей их необходимости и важности в правовой системе социалистического общества, все же занимают в праве особое место. Они по определяющим своим характеристикам выражают не особенности права как своеобразного социального регулятора, а особенности государственной власти, осуществляемой через право, ее организующей управленческой деятельности, функционирования административно-командного управления. Весьма важно и то, что юридические обязанности, и более общие, и менее общие по кругу

310

1 Ведомости Верховного Совета СССР. 1980. № 52. Ст. 1121.

Глава 4. Общие дозволения и общие запреты (исходные положения)

лиц и степени обязательности, – это именно обязанности, они, даже будучи предельно общими, в отличие от ОбД и ОбЗ не выходят на субъективные права участников общественных отношений. И наконец – что для рассматриваемой темы имеет принципиальное значение – понятие «общее» применительно к позитивным обязываниям не имеет того особого смысла, который был важен в отношении ОбД и ОбЗ. Тут общее не идет дальше вопроса о круге лиц, оно не охватывает многообразие жизненных ситуаций и потому не возвышает нормативность на новый уровень. В соответствии с этим и исключения из такого рода «общих обязываний» – не нечто «другое», не «противоположное» (как в области дозволений и запретов), а просто изъятия из установленного общего порядка.

И еще одно, особое, идеологически-политическое соображение. Существование «общих обязываний» как типичных явлений, находящихся в одном ряду с ОбД и ОбЗ, могло бы быть с фактической стороны как-то обосновано или хотя бы навеяно в условиях доминирования командных, административно-властных методов управления.

В то же время позитивные обязывания, в том числе те, которые имеют относительно широкий и в этом смысле общий (по субъектам) характер, должны постоянно находиться в поле зрения при освещении права, в частности ОбД и ОбЗ. Они непосредственно, более прямо, чем ОбД и ОбЗ, предопределяют особые юридические режимы регулирования – то главное, что обусловливает и юридическое значение ОбД и ОбЗ в юридическом бытии. Да и в жизни они тесно переплетены с ОбД и ОбЗ. Во многих случаях – и это характеризует ряд важных принципиальных особенностей советского права – ОбД и ОбЗ развертываются и функционируют на фоне или в сопровождении правоотношений, их комплексов или даже режимов, основанных на позитивных обязываниях. Словом, то обстоятельство, что позитивные обязывания не могут иметь значение общих в том самом смысле, что и ОбД и ОбЗ, ни в коем случае не отодвигает их на второй план в процессе регулирования. И это должно учитываться при конкретизированном освещении регулятивного воздействия права на общественные отношения.