Неправильная правильная стратегия

Реформирование российского общества (сначала в составе всего СССР, советского общества в целом) началось в 1985–1986 годах с довольно осторожных, как в то время говорилось, взвешенных шагов.

И вот здесь определились две, как потом выяснилось, весьма разноплоскостных линии.

Одна из них – то, о чем говорилось ранее, – более интенсивное внедрение «социалистических» экономических форм в государственное хозяйство – расширение хозрасчетных стимулов, расширение прав предприятий и т.д., что, по официальным декларациям, должно было дать «больше социализма», а в действительности влекло за собой уп-

452

Стратегия реформ

рощение ранее существовавших частнособственнических институтов, связанных с государственным капитализмом и формированием корпуса крупных собственников – директоров.

Другая линия – нечто иное – формирование «новых собственников» – мелких и средних, которые могли бы создать основу свободной рыночной экономики. Эта линия в 1988–1990 годах получила довольно интенсивное развитие на основе принятых тогда законоположений об индивидуально-трудовой деятельности, кооперативах, совместных предприятиях, аренде, фермерских хозяйствах.

Эти наметившиеся после 1985–1986 годов две линии в реформировании экономики нередко представлялись как нечто единое – меры из одной цепи преобразований в ходе «совершенствования социализма» или «перестройки».

Между тем перед нами два качественно разных пути развития, приводящих к принципиально неодинаковым, несовместимым, в чемто отторгающим друг друга, враждебным результатам, пусть в общем виде и относящимся к строю, привычно именуемому капитализмом.

Первый путь (первая линия) – это в сущности сохранение в мо-

дернизированном виде обширного, доминирующего, монопольного государственного хозяйства, его реформирование на основе методов и механизмов частнособственнической, капиталистической экономики, но лишь до пределов, допускаемых пока властью-собственностью, самой сутью, природой азиатско-коммунистической системы, действующей под именем социалистической.

Наряду с категориями «хозрасчет», «самоокупаемость», «свободное распоряжение объектами соцкультбыта» и др. начиная с 1985–1986 годов в хозяйственную жизнь активно внедрялись «демократические институты», призванные активизировать предприимчивость непосредственных производителей, такие как выборность директоров, повышение роли «трудовых коллективов». Своего рода юридико-имущественной вершиной, легализующей правовые возможности государственных предприятий – субъектов хозяйственной деятельности, стали выработка и внедрение в практику новой категории, на основе которой государственные предприятия получили широкую экономическую свободу, близкую к свободе частных собственников, – «право полного хозяйственного ведения» (вместо «права оперативного управления», весьма ограниченного, с сильными акцентами на доминировании командно-административных, плановых начал).

Второй путь (вторая линия) только на первый взгляд совпадает

с общей политикой модернизации «социалистической экономики».

453

Идеология перестройки. 1992–1995 гг.

В действительности же этот путь экономических преобразований сразу же выявил свою специфику. Он изначально был направлен на формирование слоя новых свободных собственников. Именно в этом направлении стали действовать принятые в те годы законы о кооперации, о совместных предприятиях, об индивидуальной трудовой деятельности, о фермерских хозяйствах.

Довольно быстро выяснилось, что новым свободным собственникам, почувствовавшим вкус и импульсы экономической свободы, далеко не всегда удобно действовать по «правилам игры», выработанным для государственного хозяйства, в особенности характерного для него монополизма и ограниченности денежно-кредитных порядков, из-за чего деньги выступали главным образом в качестве просто счетных единиц, а не живых денег – всеобщего, интегрирующего рынок товара. Вот тогда-то кооперативы, совместные предприятия (в меньшей степени индивидуалы) стали изображаться в виде «нарушителей», то не считающихся с государственными монополиями, то все более становящихся каналами для перевода во все возрастающих масштабах безналичных денег в живую наличность.

Но наибольшую угрозу своему безраздельному господству огосударствленная, азиатско-коммунистическая система почувствовала в связи с введением института аренды.

Все было хорошо, когда на государственных предприятиях, ничуть не нарушая действующие в отношении них «правила», применялся

«арендный подряд», «подрядные бригады» и т.д.

Но вот в соответствии с законом, выработанным весной – осенью 1989 года, организации арендаторов-производителей, формируемые из трудовых коллективов и получившие в аренду государственные имущества, смогли уже «нарабатывать» свою собственность, а затем, накопив необходимые средства, выкупать и все арендованное имущество. Возникал – причем за счет государственных имуществ, в ущерб ему! путем разгосударствления! – слой опять-таки свободных собственников-производителей, который тут же продемонстрировал свою эффективность – рост производительности труда, стремление к модернизации, наращивание инвестиций за счет доходов, идущих на развитие производства.

Нет слов, в обстановке еще продолжающей господствовать азиатско-коммунистической системы в законоположения по вопросам аренды, а еще более – в многочисленные ведомственные правила – в том или ином виде вводились правила-ограничения, препятствующие развитию арендных отношений. И в конечном счете получалось, что рассматриваемый (второй) путь преобразований в экономичес-

454

Стратегия реформ

кой области под влиянием партийно-клановых установок становился не очень-то желательным, а отсюда в связи с введением все новых и новых ограничений – еще более «умеренным», еще более «взвешенным», не допускающим никакой «сплошной арендизации».

Тем не менее вот какой странный исторический парадокс. Обусловленная по всем данным и партийно-реакционными мотивами, указанная умеренная, взвешенная линия экономических преобразований, приводящая на деле к формированию слоя свободных собственниковпроизводителей, была, как все более и более выясняется теперь, оптимальным стратегическим направлением, во всяком случае одним из действенных, результативных вариантов начала перехода от тоталитарного, военизированного общества к демократическому, либеральному обществу – обществу свободы и благополучия человека.