Быть прагматиками при НЭПе

Если на кремлевском микроуровне руководители продолжали отовариваться в соответствии с найденной прагматической логикой, на макроуровне всей страны переход от идеологического экспериментирования, каким был военный коммунизм, к прагматической логике НЭПа разворачивался на катастрофическом фоне.

Правительство боролось с ним, нормируя распределение и согласившись на то, чтобы голодающими занималась международная организация помощи (American Relief Administration). Потрясения, связанные с голодом 1922-1923 гг., и его отголоски до 1924 г., а также трудный запуск НЭПа, делали снабжение населения ненадежным53. Но к середине 1920-х гг. частное предпринимательство и разветвленный рынок сделали свое дело, и снабжение перестало создавать серьезные проблемы. Перестали быть актуальными и затихли дискуссии о пайках. Позднее советские люди, измученные дефицитом, будут вспоминать об этом времени чуть ли не с восторгом, считая НЭП периодом «изобилия и процветания». Не приукрашивая, как они, все же можно сказать, что крестьянское хозяйство укрепилось, а это значило, что 80% населения могли сами обеспечить свое существование.

Начиная с 1924 г. насилие, сопровождавшее сбор государственных налогов, прекратилось. Продналог, заменивший продразверстку еще в 1921 г., к этому времени уже взимался деньгами в соответствии с прогрессивной шкалой. Это позволяло крестьянам после выплаты обязательных налогов сбывать полученную продукцию по своему усмотрению. К концу НЭПа, по сравнению с дореволюционным временем, крестьянин ел больше, хотя продавал и покупал меньше54. Он сам и его семья производили почти все необходимое (одежду, инструменты, домашнюю утварь). Промтовары были дороги, и их не хватало, поэтому в деревенских лавках покупались только жизненно необходимые мелочи (соль, спички, керосин, мыло, табак).

Горожане снабжали себя благодаря крестьянскому рынку и свободной торговле, преумножавшейся по мере утверждения новой экономической политики.

Иностранные предприниматели, получившие концессии, также способствовали увеличению производства легкой и пищевой промышленности, вводя в эксплуатацию заброшенные или возводя новые фабрики и заводы среднего размера.

Государственная легкая промышленность и торговля сильно отставали. Роль кооперативов, через которые государство реализовывало 80% своей продукции, и собственно государственных магазинов была минимальной56. Они занимались главным образом оптовыми операциями в провинции или большими универмагами в крупных городах.

К этой картине можно добавить, что объем сельскохозяйственного экспорта был незначительным при НЭПе, что, конечно, шло на пользу населению57. Резюмируя ситуацию со снабжением и потреблением на уровне всей страны в середине 1920-х гг., можно сказать, что укрепившееся крестьянское хозяйство способствовало развитию мелкого производства и частной торговли. Имея возможность вести свое хозяйство, крестьянин мог прокормить свою семью и вынести на рынок необходимое для пропитания горожан. При этом промышленных товаров по-прежнему не хватало.