ВВЕДЕНИЕ

Осуществляемые в нашей стране реформы на фоне общей нестабильно­сти человеческого бытия имеют неоднозначные последствия. Значительная часть населения ныне страдает. Беда проявляется в разных формах и сферах жизни.

Вместе с тем возникает другая жизненно важная для самой философии про­блема - определение ее места и роли в общественной и личной жизни. В исто­рии известны две крайние точки зрения на ее решение: 1) каждый мыслящий человек - философ (Ясперс); 2) философская деятельность требует специально­го образования (Фихте). Первая точка зрения ярко выражена, например, пози­тивизмом, заявившим, что наука есть сама по себе философия. То же можно нередко услышать от представителей бизнеса, политики, искусства, религии и др. Отсюда, как следствие, отрицание необходимости профессиональной фи­лософии. Вторая точка зрения выражается как раз ее профессионалами. При­чем ее утверждают чаще всего не те, кто, так сказать, борется за хлеб насущ­ный, а именно беззаветно и искренне служащие мудрости.

Проблема, рассматриваемая в монографии, относится не просто к фило­софии, а к методологии ее прикладных исследований, точнее, к сравнитель­но молодой среди них области - философии управления, конкретно, к фило­софии рефлексивного управления. В этой связи возникает целый ряд кон­текстов понятий “философия”, “рефлексия”, “управление”, многочисленные смежные аспекты, точки зрения, вопросы.

Концепция рефлексивного управления возникла и развивалась преимуще­ственно в нашей стране. Её идея зародилась в контексте прикладных иссле­дований Московского методологического кружка, впоследствии названного школой Г.П. Щедровицкого, развивалась в тесном переплетении с ними, а с середины 1980-х - также в тесном переплетении с исследованиями отпочко­вавшейся от первой второй крупнейшей в стране методологической шко­лы - Новосибирской школы “интеллектики” И.С. Ладенко. Автор этой идеи В.А. Лефевр в то время работал в закрытом военном институте и занимался автоматизацией принятия решений. В 1967 году после выхода в свет перво­го издания его книги “Конфликтующие структуры” ее термин закрепился, а сама идея стала развиваться в особом практико-прикладном психологиче­ском направлении.

С конца 1990-х годов исследования рефлексивного управления охватили весь спектр социальных наук. В них включились политологи, социологи, юри­сты, экономисты, теоретики менеджмента, теоретики административного управления и др. В настоящее время интерес к нему проявляется также со сто­роны представителей естественнонаучных, технических и математических дисциплин, синергетики, науковедения и даже лингвистики. Таким образом, сейчас можно говорить о междисциплинарном характере его исследований.

Распространение идей рефлексивного управления за рубежом связано в ос­новном с деятельностью российских эмигрантов. Сам основатель этого научно­го направления В.А. Лефевр давно живет в США. Однако на Западе, также уже несколько десятилетий, ведутся и собственные аналогичные разработки. Это свидетельствует о наличии имманентной объективной логики в его исследова­нии.

Западные аналоги рефлексивного управления стали появляться с 1970-х годов у создателей кибернетики второго порядка. Собственно техническое ее направление представили У. Матурано, Г. Паск, Ф. Варела, Р. Урибэ, Л. Лефгрен, Г. Гюнтер, Г. Рот, Х. фон Ферстер и др.; гуманитарное - Э. фон Глазерсфельд, П. Ватцлавик, З. Шмидт, Н. Луман и др. - сравнительно не­большая группа известных ученых, которые обратили особое внимание на роль положительных обратных связей в управлении и связанных с ними процессов самоорганизации. Понятие рефлексии толковалось ими в смысле самоотнесенности и самореферентности систем.

Сравнивая работы отечественных и западных ученых в этой области, В.А. Лефевр отметил, что “западная кибернетика второго порядка разработа­ла более развитую эпистемологию, в то время как советская превзошла За­пад в ясных формулировках и способности решать специфические задачи” [2, с. 98]. Действительно, исследования западных кибернетиков привели к возникновению нового направления в эпистемологии - радикального конст­руктивизма.

Философские обобщения идей кибернетики второго порядка осуществ­лялись почти всеми ее представителями, причем не только в эпистемологи­ческом, но и в методологическом аспекте. Специально исследовал метод сложного синергетического мышления Э. Морен. Использование этого ме­тода в прикладном аспекте показано, например, авторами теорий самообу­чающихся и интеллектуальных организаций. Практическую же реализацию такого образа мышления в менеджменте продемонстрировал известный американский предприниматель Дж. Сорос.

Поскольку центральным, реально “работающим” в рефлексивном управ­лении понятием является понятие “рефлексия”, во многих специальных ис­следованиях происходит дальнейшее его уточнение, конкретизация его смы­слового содержания. При этом с различных позиций и точек зрения рефлек­сия представляется по-разному: как предмет исследования, как способность, как свойство, как объяснительный принцип, как регулятивный принцип, как принцип сознания, как принцип самосознания, как детерминанта, как про­цесс, как механизм и т.д. Отсюда возникает полисемантизм в ее определении, нередко приводящий к существенным методологическим расхождениям сре­ди ученых.

В философском контексте разные стороны рефлексивного управления от­ражены в работах А.В. Авилова, О.С. Анисимова, А.С. Ахиезера, А.Н. Арлы- чева, В.С. Диева, Д.И. Дубровского, Л.Г. Ионина, С. Кара-Мурзы, А.В. Кар­пова, Ю.Д. Красовского, И.С. Ладенко, В.А. Лекторского, В.А. Лефевра, В.Г. Марачи, В.В. Никитаева, В.Е. Никифорова, В.М. Розина, М.А. Розова, Г.И. Рузавина, О. Савельзона, Г.В. Сориной, В.С. Степина, А.П. Хилькевича, В.П. Фофанова, Г.П. Щедровицкого, Ю.А. Шрейдера, И.П. Элентуха, других отечественных ученых. Однако многими авторами оно толкуется неоднознач­но. В.А. Лефевр изначально определил его как “процесс передачи оснований для принятия решения одним из персонажей другому”, как “передачу основа­ний, из которых выводится предопределенное решение” [3, с.

Типичные и массовые примеры рефлексивного самоуправления пред­ставлены обыденной жизнью, где каждый самостоятельный человек более или менее успешно управляет собственными делами и поступками. Они популярно описаны Д. Карнеги. Такие примеры являются образцами для создания самообучающихся и интеллектуальных систем управления. Внешнее рефлексивное управление критическими ситуациями имеет эпи­зодический характер. Оно встречается там, где используется (причем для любой цели) синергетический эффект: в случаях махинаций, афер и обма­нов; выигранных “малой кровью” сражений; в управлении “по слабым сигналам”, в “мягком” управлении, в “умном” управлении и т.д.

Предмет монографии - методологическое функционирование философ­ской рефлексии в сфере рефлексивного управления. Его особенность обу­словливается философской спецификой субъект-объектных отношений в данной области человеческой деятельности. Выделяя два основных способа существования человека - реактивный и рефлексивный, С.Л. Рубинштейн писал: “С появлением рефлексии связано философское осмысление жиз­ни... С этого момента каждый поступок человека приобретает характер фи­лософского суждения о жизни, связанного с ним общего отношения к жиз­ни” [5, с. 352].

Субъект рефлексивного управления совпадает с объектом. Причем это совпадение реализуется в двух вариантах: 1. Путем включения объекта (в качестве средства) в деятельность субъекта. В этом случае осуществляет­ся рефлексивное самоуправление. Сферу влияния философской рефлексии здесь определяет духовно свободный субъект, способный осознанно прини­мать самостоятельные и ответственные решения.

Цель монографии - выявить управленческие способности философской рефлексии в роли методологии человеческой деятельности, т.е. раскрыть ее способности направлять, организовывать и регулировать человеческую дея­тельность, а также необходимость в самоуправлении и внешнем управлении критическими ситуациями.

В соответствии с указанной целью в работе ставятся следующие задачи:

- проанализировать развитие понятия рефлексии в истории философии и выявить ее методологическое значение;

- раскрыть философско-методологический смысл рефлексивного управ­ления, на основе этого различить рефлексивное самоуправление и внешнее рефлексивное управление критическими ситуациями;

- истолковать философскую рефлексию как отражение иного в себе, т.е. представить рефлексивное управление в методологическом образе (поняти­ях) философской рефлексии;

- рассмотреть философскую рефлексию как отражение себя в ином, т.е. представить ее в смысловом образе (понятиях) управленческого механизма подготовки и принятия решений;

- проанализировать мировоззренческие предпосылки внешнего рефлек­сивного управления критическими ситуациями;

- отрефлексировать на философском уровне стратегии действия субъекта в типичных критических ситуациях.

Рефлексивное самоуправление рассматривается применительно к обычным, относительно стабильным управленческим ситуациям (гл. 1, 2), внешнее реф­лексивное управление - применительно к критическим ситуациям, отличаю­щимся нестабильностью и повышенной опасностью (гл. 3, 4). Эти ситуации сменяют друг друга во времени.

Работа носит методологический характер и поэтому имеет непосредствен­ный выход на управленческую деятельность с любым объектом. Ее результа­ты могут использоваться, в частности, для обоснования подготовки и приня­тия различных решений; для разработки методологии различных стратегий, программ и планов, совершенствования организационной деятельности и по­вышения эффективности (само)контроля; в управленческом консультирова­нии и преподавании различных управленческих дисциплин.