Внедрение коммунитарного социального законодательства

Социальное пространство ЕС — это сложное поле деятель­ности, где неизбежно возникают проблемы соотношения над­национального регулирования и национального суверенитета, приемлемости на национальных уровнях социальных стандар­тов, установленных Сообществом, гармонизации националь­ных систем социальной защиты и многое другое.

Немалые трудности возникают при определении компетен­ций руководящих органов Союза в области формулирования и внедрения положений европейского права. Ведь они наделены приоритетной силой и обязательны для применения на нацио­нальных территориях. Практика, к сожалению, показывает, что ч ряде случаев одобренные на уровне Сообщества акты остают­ся декларациями, формулирующими общие цели, которые на­циональные правовые системы не считают для себя обязатель­ными, а иногда умышленно игнорируют.

Стремясь реализовать социальную политику, ЕС использует различные формы и методы, которые неизбежно взаимодейст­вуют и должны сочетаться друг с другом, притереться как дета­ли, узлы одного механизма.

Процесс законотворчества на коммунитарном уровне (в том числе и в социальной области) предполагает, что государства- члены на добровольной основе идут на ограничение нацио­нального суверенитета и обязаны после принятия общего зако­нодательства вносить коррективы во внутреннее законодатель­ство своих стран. К сожалению, наделенная контрольными функциями Европейская комиссия вынуждена ежегодно на­правлять несколько десятков официальных писем государст­вам-членам о невыполнении ими юридических обязательств. Так «рекордсменами» по нарушениям были Италия, Португа­лия, Греция, Испания. Однако нс избежали нареканий и такие столпы европейской интеграции, как Франция, Германия, Ве­ликобритания.

Несмотря на определенные успехи в развитии социального диалога на коммунитарном уровне, далеко не все меры руково­дящих институтов ЕС в этом направлении оказываются реали­зованными.

Множество препятствий и трансформаций пришлось пре­одолеть документам, регламентирующим систему информиро­вания и консультаций на предприятиях общеевропейского масштаба. Теперь перед регистрацией компаний в качестве ев­ропейских им необходимо обзавестись специальными соглаше­ниями с социальными партнерами о создании и введении в действие систем информирования и консультаций. В принятые системы могли вноситься необходимые изменения, однако лишь в результате соглашения, подписанного администрацией предприятия и представителями трудящихся.

Следует отметить, что участие трудящихся в делах предпри­ятия выражается в основном в функциях контроля и допуска к разработке стратегических направлений деятельности. В то вре­мя как повседневное управление остается в компетенции ди­рекции. Участие трудящихся в управлении может осуществ-

литься через включение их представителей в административные структуры (например, пост директора по персоналу нередко за­нимают кандидатуры от профсоюзов) либо через особые струк­туры.

Усилия европейских институтов наталкиваются зачастую на противодействие предпринимателей, не желающих расставаться со своей монополией на руководство. Так, Парижская торговая и промышленная палата выразила протест против рекоменда­ций Комиссии по введению стандартов при допуске к инфор­мации и проведении консультаций, разработанных на основе общеевропейского социального диалога. Французские предпри­ниматели сочли это посягательством на принцип субсидиарно­сти, заявив, что на национальном уровне они сами в состоянии определить необходимость и степень вовлечения трудящихся в управление предприятиями и в процесс принятия решений.

Однако институты ЕС продолжают придерживаться избран­ной стратегии, при необходимости закрепляя это юридически (Сообщение Комиссии о согласовании и развитии социального диалога на коммунитарном уровне 1998 г.).

Еще в 1990 г. Комиссия обратилась в Евросовет с предложе­нием о принятии Директивы о создании Европейских советов по труду (ЕСТ) на предприятиях и группах предприятий ком­мунитарного масштаба в целях информирования и консульта­ций наемных работников. Эта инициатива не означала покуше­ние на принцип субсидиарности и не затрагивала внутренние процедуры, принятые в государствах-членах. Более того, она во многом была основана на общей точке зрения, выработанной в ходе социального диалога с участием Союза предпринимателей ЕС, Европейской конфедерации профсоюзов и Европейского центра работников госпредприятий. Однако трудности, связан­ные с нежеланием ряда государств поддержать политику Ко­миссии и мнение социальных партнеров, затянули процесс принятия законодательного документа о ЕСТ до 1994 г. В Ди­рективе о ЕСТ были сформулированы положения об условиях учреждения ЕСТ и процедурах, в соответствии с которыми на предприятиях общеевропейского масштаба осуществляются

консультации и информирование трудящихся. Главный смысл Директивы состоял в том, чтобы создать правовые рамки, в пределах которых может быть достигнуто соглашение между трудом и менеджментом, т. е. центром управления производст­вом и представителями трудящихся. О востребованности по­добного документа говорит тот факт, что на многих предпри­ятиях общеевропейского масштаба ЕПС стали создаваться еще до его официального принятия. Пионерами выступили «Том­сон» (1985 г.), «Бюлль» (1988 г.), «Фольксваген» (1990 г.), «Эльф Акитен» (1991 г.). Более 150 компаний, оценивших эту перспективную форму сотрудничества, заключили соглашения о ЕСТ, не ожидая появления Директивы.

Причем постепенно процесс создания сети ЕСТ приобретает новые формы, более отвечающие требованиям меняющегося мира. Показателен пример швейцарско-датской группы «АББ Бовери» (электроинжениринг), где представлены интересы предприятий, расположенных не только на территории ЕС, но и на общеевропейском экономическом пространстве. Более то­го, соглашение отражает мнение представителей бизнеса Че­хии, Польши и Швейцарии, поскольку предприятия группы присутствуют в этих странах (142 тыс. занятых в 41 стране Ев­ропы). Участники соглашения намерены привлечь к работе ЕСТ и тех, кто работает на предприятиях группы в других ре­гионах мира (еще 217 тыс. занятых). 54 из 200 американских ТНК, имеющих филиалы в странах ЕС, уже подписали согла­шения о создании в их рамках ЕСТ. На «Фольксвагене» создан Глобальный совет по труду, который представляет интересы наемных работников 35 отделений фирмы, расположенных в разных уголках мира.

Тщательное соблюдение социального законодательства име­ет решающее значение для успешного развития Европейской социальной модели-и проведения общей социальной политики. Суть принимаемых руководящими институтами ЕС документов в том, что они не препятствуют сохранению или введению лю­бым государством-членом более строгих защитных мер в соци­альной области, совместимых с Договором о ЕС, но предусмат­ривают обязанность государств-членов обеспечить меры, необ­ходимые для применения директив на их территории. Тем не менее и при наличии позитивных тенденций в деятельности го­сударств-членов вопрос о повсеместном соблюдении ими тре­бований и норм, определенных официальными документами

ЕС, остается не везде урегулированным. Процесс гармонизации национальных законодательств идет неравномерно.

Надзор за применением социального законодательства осу­ществляется институтами ЕС не только через системы контро­ля, но и через применение санкций, играющих сдерживающую и карающую роль. Поэтому законодательство ЕС предусматри­вает включение во все будущие национальные законы стан­дартной статьи, обязывающей использовать эффективные санкции, соответствующие нарушениям.

Поскольку включение законодательных актов Сообщества в национальные законодательства является важнейшим элемен­том правового развития Европы в социальной сфере, Евроко­миссия применяет санкции против государств, не соблюдаю­щих это правило. В ряде случаев ей приходится обращаться в Суд ЕС. Четверть дел, принятых Судом к производству, отно­сятся к нарушениям в социальной области.

Так, в Европейский Суд были поданы иски против ряда фран­цузских, немецких и голландских малых и средних предприятий и фирм, нарушивших нормы в отношении бельгийских строи­тельных компаний, а также против Бельгии, Испании и Ирлан­дии по поводу непредоставления сведений о национальных ме­рах по охране здоровья и безопасности на рабочем месте. Бель­гия получила предупреждение о необходимости упорядочить оплату труда турецких рабочих в районе Брюсселя. Были сдела­ны предупреждения в адрес Португалии за нарушение Директив № 93/88/ЕЕС, 90/679/ЕЕС и 93/ 103/ЕЕС, касающихся охраны здоровья и безопасности на рабочем месте и на рыболовецких судах; Греции за невыполнение Директивы № 91/382/ЕЕС о за­щите рабочих от рисков, связанных с использованием асбеста на рабочем месте. Франция и Бельгия стали объектом претензий со стороны Еврокомиссии по поводу несоблюдения целого ряда ев­ропейских социальных стандартов. Им предъявлено особое мне­ние Суда и было предложено в течение двух месяцев принять не­обходимые меры и т. д.

Хотя случаи несоблюдения и нарушения социального зако­нодательства Союза отдельными государствами-членами нали­цо, можно, однако, констатировать успехи в гармонизации коммунитарного и национальных законодательсті. Средняя цифра по применению 55 социальных директив Сообщества, которые введены в действие, в целом по ЕС достигла 94,3%. 35 директив (т. е. 63,6%) нашли место в законодательстве всех

государств-членов. 4 государства — Дания, Испания, Финлян­дия и Швеция являются рекордсменами. В их законодательства включены 100% юридических документов Сообщества.

Таким образом, меры, принимаемые на коммунитарном уровне в социальной области, свидетельствуют о тенденции к совершенствованию правового аспекта социальной политики и механизма ее действия.

На этом пути Европейскому Союзу предстоит преодолеть немалые трудности, поскольку применение права Сообщества в сфере внутригосударственных компетенций будет неизбежно порождать конфликтные ситуации. Практика показывает, что, несмотря на формальную договорную урегулированность, госу­дарства-члены все еще обостренно воспринимают вторжение правовых норм ЕС в пределы внутренних правопорядков, осо­бенно в социальной сфере.

При принятии новых законодательных документов Сообще­ства, какой бы области они ни касались, почти всегда возника­ет вопрос о правомерности увеличения компетенций коммуни­тарных институтов и о степени обязательности исполнения на национальном уровне. Позиция государств-членов бывает осо­бенно настороженной, когда речь идет о социальной политике, традиционно являвшейся сферой их исключительной компе­тенции. Такая позиция вступает в противоречие с обязательст­вами, которые они берут на себя, подписывая и ратифицируя Договоры и другие юридические акты. Таким образом, хотя де­легирование полномочий институтам Союза осуществляется на конституционной основе, задача гармонизации национальных законодательств и безусловного применения социального права ЕС на всей его территории остается выполненной к настояще­му времени не до конца.

28.6.