Евратом в системе сообществ

Судьба Евратома неотделима от судьбы двух других сообществ, и в первую очередь от того, как развивалось ЕЭС. Подводя итоги развития западноевропейской интеграции с 50-х по 90-е годы, можно утверждать, что Евратом достаточно успешно сыграл отведенную ему роль.

Взаимоотношения стран внутри Евратома не раз изменялись. С самого начала наибольшую заинтересованность в этом Сообществе проявляла Франция. Другие страны также стремились извлечь пользу из возможности экономить собственные средства за счет объединенных усилий в области научных исследований и строительства атомных электростанций. Пожалуй, нефтяной кризис 60-х годов был временем «пик» для Евратома. Чернобыль же стал отправной точкой критического пересмотра прежнего отношения к использованию атомной энергии: усилилось внимание к вопросам безопасности, охраны окружающей среды. Эти аспекты находят отражение в деятельности Евратома, но в целом роль этого Сообщества в развитии европейской интеграции незначительна.

Соотношение трех договоров – Парижского 1951 г. о ЕОУС и двух Римских 1957 г. – о ЕЭС и Евратоме – предопределяется прежде всего их содержанием. Несмотря на то что все три договора объединяют общие принципы и единые цели интеграции, между ними есть различия. Они касаются прежде всего объема регулирования. Договор о ЕЭС выделяется в первую очередь благодаря тому, что охватывает основные сферы интеграции, т.е. практически всю экономику, а в известной мере также социальную сферу и внешнюю политику, Договоры же о ЕОУС и Евратоме нацелены на конкретные, узкие сферы интеграции, особый характер которых требовал отдельного урегулирования. Появление не одного, а трех договоров во многом объясняется условиями времени.

Вместе с тем сохранение трех отдельных договоров имеет свои последствия. Каждый из них регулирует свою сферу интеграции, что в принципе предохраняет от дублирования или противоречий. Договоры отличаются друг от друга различным регулированием сходных проблем. Если, например, инвестиционная политика в ЕОУС и Евратоме в значительной мере определятся самими сообществами, то в ЕЭС она остается главным образом в компетенции государств-членов и присутствует на наднациональном уровне лишь в виде Европейского инвестиционного банка. Специфика договоров закономерно проявляется и в том, что каждый из них наделяет институты сообществ соответствующей, а следовательно, неодинаковой компетенцией. Однако подобные различия не затрагивают единую суть договоров, направленных на развитие интеграции как комплекса взаимосвязанных задач. Более того, в случае коллизий институты сообществ, и в особенности Суд, исходят из того, что принципиальные положения заложены в Договоре о ЕЭС как документе общего назначения.

Иное соотношение проявляется при юридико-техническом подходе. Договор о ЕЭС выделяется не только широтой охвата, но и тем, что по сравнению с Договором о ЕОУС и в известной мере Договором о Евратоме имеет значительно больше процессуальных положений. Договор о ЕЭС исходит из того, что вопросы функционирования Сообщества будут решаться прежде всего правовыми актами, относящимися к так называемому вторичному праву. Институтам ЕЭС предоставлена большая свобода, ограничиваемая лишь принципами, закрепленными в Договоре. Что касается Договора о ЕОУС и частично Договора о Евратоме, то в них более конкретно определены задачи, система институтов и их полномочия. Эти договоры в большей мере выступают как нормативная база для принятия решений.