§4.1. История создания МГКУФ

При составлении Дополнительного Протокола I к Женевским конвенциям идея создания постоянного органа по установлению фактов возникла не сразу. Соответствующие положения не фигурировали в первоначальном проекте Протокола, подготовленном Международным Комитетом Красного Креста (Далее - МККК), а были впоследствии предложены делегациями Дании, Норвегии, Швеции и Новой Зеландии, с одной стороны, а также Пакистана - с другой.

На стадии разработки текста Протокола возникли серьезные споры относительно необходимости/возможности создания постоянного органа по расследованию, а также соотнесения его полномочий с суверенитетом государств. Г олосование как в Комитете, так и на пленарном заседании проходило с большим трудом. Несмотря на то, что многие делегации голосовали против, положения были приняты . По словам Ф. Кальсховена, «идея создания постоянного органа по установлению фактов была с энтузиазмом воспринята одними и получила жесткий отпор других. Так как ни одна из позиций не победила, неизбежным исходом стал компромисс: текстом никто не был полностью доволен, но он и не был настолько плох, чтобы исключить компромисс»^{[223] [224] [225] [226].}

Учреждение Комиссии стало «дальновидным и смелым решением для того времени» . Принятие статьи 90 было бы невозможно, если бы государства не были готовы к компромиссу. «Следует учитывать, что дипломатическая конференция 1974-1977 гг. проходила в годы Холодной войны, когда так называемое «мирное сосуществование» все еще основывалось на ядерном сдерживании между двумя сверхдержавами. К тому же, конференция отражала напряжение, вызванное продолжавшимся процессом деколонизации и конфликтами на Ближнем Востоке. В условиях недоверия между государствами было непросто идти на уступки в области национальной безопасности.

231

устаревшей» .

Несмотря на то, что нормы о деятельности Комиссии были согласованы государствами еще в 1977 году, ее формирование и начало функционирования были поставлены под условие признания компетенции не менее чем двадцатью государствами-участниками Протокола. Это условие было выполнено лишь в 1990 году. В 1991 году Федеральный совет Швейцарии как депозитарий Женевских конвенций и Дополнительных протоколов, организовал конференцию в Берне, в которой приняли участие представители 20 государств, признавших компетенцию Комиссии. Тогда в ее состав были избраны первые 15 членов. Но «действующей» («operational») Комиссия стала после того как в 1992 году приняла внутренний регламент . С тех пор Комиссия фактически не

функционирует^{[227] [228] [229] [230]}.

В ст. 90 Протокола Комиссия названа «Международной комиссией по установлению фактов». Сама Комиссия именует себя «Международной гуманитарной комиссией по установлению фактов», что в литературе объясняется необходимостью: 1) отграничить Комиссию от специальных миссий по установлению фактов ; 2) акцентировать внимание международного

сообщества на области, в которой работает Комиссия . Название Комиссии следует воспринимать с долей условности, поскольку оно не соразмерно той деятельности, которую она осуществляет. В одном случае название шире компетенции: Комиссия компетентна расследовать не любые факты, а только те, которые предположительно составляют серьезные нарушения Женевских конвенций или Дополнительного протокола I^{[231] [232] [233] [234] [235]}. С другой стороны, одной из функций Комиссии является оказание добрых услуг конфликтующим сторонам,

237

что выходит за рамки деятельности по установлению фактов . Любопытно, что два проекта, предложенные на этапе подготовки Дополнительного протокола I, содержали следующие названия: «Постоянная комиссия по обеспечению соблюдения гуманитарного права» (проект Пакистана) и «Международная следственная комиссия» (проект трех Скандинавских стран и Новой Зеландии) .