§ 5. Субъективная сторона

Субъективную сторону юристы-теоретики характеризуют различно. Например, С.В. Бородин занимает крайнюю позицию и считает, что данное преступление может быть совершено только с прямым умыслом[1].

Существует и более широкое мнение, например Панфилова и Попов считают, что преступление может быть совершено как умышленно, так и по неосторожности. Данный вывод вытекает из смысла ч. 2 ст. 24 УК РФ, поскольку в ст. 272 УК РФ специально не оговорено, что данное преступление может быть совершено только по неосторожности[5]. Однако, именно в ч. 2 ст. 24 УК РФ сказано: деяние, совершенное по неосторожности, признается преступлением в том случае, когда это специально предусмотрено соответствующей статьей, но в диспозиции ст. 272 нигде нет упоминания о неосторожной вине. Следовательно, признать такую точку зрения правильной нельзя.

Итак, следует признать, что неправомерный доступ к компьютерной информации — умышленное деяние, поскольку в диспозиции ст. 272 УК не указано о неосторожности. Человек, пытающийся получить доступ к информации, должен сознавать, что свободный доступ к информации ограничен, он не имеет прав на доступ к этой информации. Об умысле будут свидетельствовать меры защиты информации от доступа посторонних (коды, пароли и т.п.), которые приходится преодолеть, чтобы получить доступ к информации, вывод на экран дисплея компьютера предупреждающих сообщений, устные уведомления о запрете доступа к информации и т.д. Также умыслом должны охватываться действия второго плана. Относительно последствий, как от самого неправомерного доступа, так и от действий второго плана, вина может быть как в форме умысла, так и в форме неосторожности.

Мотивы и цели преступления значения для квалификации по ст. 272 не имеют, но могут быть учтены при назначении наказания.