§ 46-47. Народное собрание

§ 46. У римлян сохранилось предание, будто Сервий Туллий не успел провести в жизнь созданные им учреждения, а Тарквиний Гордый не считал нужным вводить их, так что их практическое осуществление началось только с введением республики*(128).

Но если даже центуриатное собрание было создано и раньше республики, во всяком случае, с введением последней его значение увеличилось: оно каждый год избирало высших республиканских магистратов (консулов), чаще, чем в царское время, утверждало законы и получило право суда по всем уголовным делам, по которым закон Валерия Попликолы допустил провокацию. Едва ли можно сомневаться, что и объявление наступательной войны входило в число предметов его ведомства в то время. Несмотря, однако, на высокую важность этих предметов ведомства центуриатного собрания, политическая роль этого последнего была второстепенная: народ мог собираться и решать дела только по инициативе консулов, которые, в свою очередь, зависели от сената, и сверх того, сила постановлений собрания зависела от auctoritas patram.

Более подробных сведений о центуриатном собрании в начале республики у нас не имеется. Куриатное собрание осталось без перемены, кроме только того, конечно, важного обстоятельства, что из его ведомства были изъяты все только что названные предметы ведомства центуриатного собрания.

§ 47. Оценивая, с историко-юридической точки зрения, результат вышеописанных событий, мы должны повторить то, что было сказано в заключение очерка государственного права царского периода, т.е.

Плебеи также извлекли некоторую выгоду из политических перемен. В силу права провокации они были защищены от крайних проявлений судебного произвола; участие в сенате и центуриатном собрании заключало в себе признание за ними некоторой степени политической правоспособности. Но право провокации исчезало с назначением диктатора, да и вообще консулы могли без особого затруднения нарушать закон о провокации, так как они за это не подвергались никакому наказанию (см. § 43). Допущение же в сенат и собрание большого практического значения не имело, потому что плебеи не имели там большинства голосов. Таким образом, для плебеев влияние первых событий в республике заключалось главным образом в том, что они должны были усилить в них желание и надежду улучшить свое положение.

Если мы сопоставим этот результат, во-первых, со стремлением патрициев пользоваться своим политическим господством для улучшения своего экономического благосостояния в ущерб плебеям и, во-вторых, с известной из последующей истории энергией плебеев, то мы получим ключ к уразумению событий, которые будут изложены в следующих параграфах.