§3. ГОСУДАРСТВЕННОЕ ПРАВО (ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТРОЙ)

Классический этап римско­го права характеризуется значительными прогрессивны- ' ми изменениями в содержании отдельных отраслей пра­ва. Так, государственное право закрепляет становление ■ развитой республиканской формы правления.

Классичность республиканской формы правления в Риме определялась значительной развитостью структу­ры государственного строя. Формально высшим госу­дарственным органом считались народные собрания (куриатные, центуриатные, трибутные), фактически же они обладали ограниченными полномочиями. Финансы,

армия, внешняя политика, повседневные дела государ­ственного управления — все было сосредоточено пре­имущественно в руках сената и контролируемых им ма- ИИСТРИТИВ. Полибий (210—128гг. до н.э.), в какой-то мере идеализировавший государственный строй рим- ВВИй республики, полагал, что в лице консулов, сената и народа имело сочетание власти царей, власти «луч­ших граждан» и власти народа: «В самом деле, если мы сосредоточим внимание на власти консулов, государст­во покажется вполне монархическим и царским, если на сенате — аристократическим, если, наконец, кто-ли­бо примет во внимание только положение народа, он, наверное, признает римское государство демократиче­ским»⁷.

Элементы демократизма государственного строя наиболее полное проявление получили в праве народ­ных собраний принимать или отвергать законы (народ­ные собрания были и высшей судебной инстанцией) и в положении магистратов — они избирались в народ­ных собраниях. В период расцвета римской республики особое значение приобрела должность плебейского (народного) трибуна. Трибуны могли запрещать испол­нение приказов магистратов (кроме диктатора), накла­дывать вето на постановления народных собраний, аре­стовывать и подвергать публичному допросу как рядо­вых граждан, так и магистратов, даже консулов. Плу­тарх писал, что «власть и сила трибунов в том, чтобы препятствовать злоупотреблениям властью и силой ма­гистратов»⁸. Народные трибуны председательствовали в плебейских народных собраниях (consilia plebis), участвовали в заседаниях сената. Любой гражданин мог обратиться к трибуну за помощью, поэтому двери его дома были открыты и днем и ночью⁹, а сам он не дол­жен был покидать пределы города. Исключительность этой магистратуры подчеркивалась тем, что всякое по­сягательство на личность трибуна считалось не только государственным, но и религиозным преступлением. Полномочия трибуна ограничивались, однако, город­ской чертой.

Изменения наблюдались и в строительстве воору­женных сил Рима. К службе в армии стали допускаться

малоимущие и перегрины. В 107 г. до н. э. Гай Марий, будучи избранным на консульскую должность, немед­ленно стал набирать войско, записывая в число солдат вопреки существующим законам и обычаям массу бед­ных граждан и рабов, тогда как прежние полководцы не принимали их в войско. На первый взгляд, эти изме­нения носили демократический характер. Но в итоге реформированная армия сыграла свою роль в крушении республики.

Демократические аспекты государственно-правовой жизни римской республики нашли отражение в уче­нии Цицерона (106 —43 гг. до н.э.) о государстве и праве. Вслед за Полибием он защищал «смешанную» форму правления. В его трактовке государство — это не только выражение «общего интереса» членов сооб­щества, но также их согласованное правовое общежи­тие. Государство, по Цицерону, с необходимостью предполагает правовую организацию «общего дела». Исходя из учения о естественном праве, он выделял в позитивном, действующем праве аспект справедливо­сти (aequitas) и требовал соответствия писаного зако­на принципу справедливости: «Под действие закона должны подпадать все» (О законах, III. 5). Цице­рон выразил передовые устремления своего класса. Однако в практике римской республики они были реализованы лишь частично, а восхваляемое Цицеро­ном «смешанное» правление уже при его жизни ухо­дит в прошлое.

Кризис римской республики в I в. до н. э. привел к нарушению действия ее институтов. Умаляется роль на­родных собраний, а затем и сената, ограничивается зна­чение института магистратуры. Путем сосредоточения ряда магистратур в руках отдельных лиц осуществля­лось «преодоление» коллегиального, республиканского характера этого института. Теперь не избрание на выс­шую должность давало возможность командовать арми­ей, а, наоборот, реальная власть в армии, платежеспо­собность и популярность среди солдат имели следстви­

ем наделение командующего высшими магистратскими титулами.

Роль армии в политической жизни Рима резко воз­растает, а фактическая власть в стране сосредоточива­ется в руках командующих армиями. Как переходное состояние от республики к империи возникают воен­ные диктатуры Мария, Суллы, Цезаря. Главным звеном в государственном механизме становятся армия и ее ко­мандующий. В то же время наблюдается тенденция к единообразию и централизации управления Италией и провинциями.

Первостепенное значение для оценки республики в Риме имеет ее рабовладельческий характер, то, что она использовалась для подавления и угнетения подавляю­щей части населения. Однако при сравнении римской республики с формой правления в странах восточной деспотии нужно выделить и другое: республика в Риме была шагом вперед. Элементы демократизма содержа­лись в деятельности народных собраний, в выборности, коллегиальности, ответственности магистратов. Народ­ные трибуны в какой-то мере контролировали деятель­ность должностных лиц.