ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Подводя итог проделанному исследованию, следует отметить, что в XXI веке происходит развитие системы международного права, однако по прежнему одним из важнейших свойств системы является взаимодействие ее элементов и непротиворечивость их другу.

Представляется, что отсутствие качественной однородности природоресурсных отношений, а также тот факт, что вряд ли в ближайшем или отдаленном будущем можно ожидать разработки единого универсального международного договора, регулирующего всю совокупность природоресурсных отношений, свидетельствует о том, что МПрП не может являться самостоятельной отраслью МП.

В результате рассмотрения критериев, которые используются в доктрине для построения системы международного публичного права, диссертантом сделан вывод о том, что международное природоресурсное право является подотраслью международного права окружающей среды. При этом важнейшим критерием

выделения МПрП как подотрасли международного права окружающей среды является предмет правового регулирования - международные отношения, возникающие в процессе поиска, разведки, освоения, добычи природных ресурсов - до момента непосредственного извлечения из среды их естественного пребывания (обитания).

природоресурсных отношений следует включить и отношения по поводу сохранения природных ресурсов, поскольку регламентация деятельности по сохранению естественных богатств напрямую определяется содержанием международно-правовых норм, регулирующих природопользование.

Также в ходе исследования сделан вывод о том, что при выявлении сущности МПрП целесообразно использовать критерии наличия специальных принципов и специфики международно-правовых норм, регулирующих международные природоресурсные отношения.

Кроме того, следует заключить, что в связи с расширением охвата международным правом отношений, которые ранее не относились к сфере международного сотрудничества, даже природные ресурсы в рамках государственной территории в некоторых случаях могут быть объектом международно-правового регулирования. Например, международно-правовые нормы могут регламентировать обязательства государств по поводу обеспечения безопасности осуществления иностранными инвесторами прав на природные ресурсы и предоставление им защиты, справедливого и равноправного режима на своей территории; соблюдения санкций ООН, устанавливающих эмбарго на импорт и экспорт природных ресурсов государства; по межгосударственному разделению выгод от использования генетических ресурсов и соблюдению положений международно-правовых актов о справедливом использовании водных ресурсов и т.д.

Эффективность международно-правового регулирования природоресурсных отношений напрямую зависит от учета их комплексного характера и специфики при разработке и принятии международно-правовых норм и качества реализации этих норм государствами-участниками соответствующих международных договоров.

Следует сделать вывод, что правовые режимы использования и сохранения природных ресурсов дифференцированы, и природоресурсные отношения могут регулироваться нормами международного экономического, энергетического, экологического и других отраслей международного права. Например, взаимоотношения государств по поводу рационального использования природных ресурсов и их охраны регулируются нормами международного права окружающей среды. В том случае, когда эти ресурсы становятся сырьем, приобретая стоимостную форму, или перемещаются (транспортируются) из одного государства на территорию другого на возмездных началах, они становятся объектом регулирования международного экономического права. Поэтому представляется важным создание таких механизмов управления природными ресурсами, которые обеспечат устойчивый баланс между экологическими и экономическими интересами государств.

Однако, несмотря на дифференциацию режимов природопользования, они имеют некоторые общие черты, которые должны учитываться при разработке международно-правовых актов: неравномерное распределение и исчерпаемость природных ресурсов, а также влияние принципа неотъемлемого суверенитета на их формирование.

Еще один вывод, к которому приходит диссертант, заключается в том, что участниками международных природоресурсных отношений являются не только субъекты МПрП, но и международные неправительственные организации, транснациональные корпорации, коренные народы. Кроме того, в современный период и в будущем институциональной основой для управления природными ресурсами будут являться не только международные межправительственные организации и органы, но и интеграционные объединения - Европейский Союз, Евразийский экономический союз, Африканский Союз, НАФТА, МЕРКОСУР и другие. Именно в рамках интеграционных объединений процесс управления природными ресурсами может быть наиболее эффективен, т.к. вырабатываются единые для всех государств-членов подходы к принципам такого управления.

Наконец, в результате исследования был выявлен и проанализирован ряд новых направлений в науке МП, которые находят закрепление в нормах международного права, становясь принципами-идеями или глобальными задачами и оказывают влияние на развитие международного природоресурсного сотрудничества. Таким образом, формирование международного природоресурсного права в XXI веке неразрывно связано с разработкой и эффективной реализацией новых правовых подходов для разрешения проблем, возникающих при регулировании отношений в сфере природопользования и во многом связанных с необходимостью сочетания экономических интересов государств и интересов по охране окружающей среды. Эти подходы, к которым автор относит концепцию устойчивого развития, экосистемный подход, концепцию благого управления закреплены в нормах soft law, однако могут получать конкретизацию и развитие в последующих соглашениях и практике государств.