<<
>>

§ 4. Преодоление противодействия расследованию нераскрытых преступлений

В УПК Республики Таджикистан и УПК Российской Федерации до сих пор отсутствует термин «противодействие расследованию преступлений», однако за последние 20 лет это понятие стало одним из ключевых (и в то же время проблемных, дискуссионных) для теории, по крайней мере, четырех наук так называемого криминального цикла: криминалистики, уголовного процесса, уголовного права и теории оперативно-розыскной деятельности.

Только представители одной научной школы под руководством российских профессоров Р.С. Белкина, А.Ф. Волынского, И.И. Колесникова, И.М. Лузгина, В.П. Лаврова, И.А. Цховребовой в эти годы выполнили свыше 20 диссертационных исследований, по отдельным актуальным, новым аспектам проблемы противодействия расследованию и методам его нейтрализации.

Следует также отметить специально посвященные этой проблеме монографические работы В.И. Фадеева (1998) и В.В. Дементьева (2004) - об инсценировках преступных событий; О.Л. Стулина - о тактических основах противодействия (1999); И.А. Николайчука - о противодействии расследованию как форме сокрытия (2000); И.А. Бобракова (1997), В.В. Трухачева (2001) - о правовых и криминалистических средствах предупреждения, выявления и нейтрализации преступного воздействия на доказательственную информацию; А.Е. Маслова - о следственной тайне как средстве преодоления противодействия расследованию (2001); С.А. Бурлина - о противодействии расследованию по делам об уклонении от уплаты налогов (2002); В.И. Брылева и И.И. Фуражкиной - о противодействии расследованию наркопреступлений (2004); Б.В. Рощинского - о сговоре как элементе противодействия и путях его преодоления (2004).

Особо надо выделить монографии Э.У. Бабаевой «Проблемы теории и практики преодоления противодействия уголовному преследованию» (2006); В.Г. Рубцова «Противодействие расследованию деятельности преступных формирований, организованных на этнической основе, и криминалистические методы его преодоления» (2011); И.Ю. Кулеевой, Я.М. Мазунина «Правовое регулирование и криминалистическое обеспечение расследования нераскрытых преступлений прошлых лет» (2013).

В литературе существует немало отличающихся друг от друга по форме определений понятия «противодействие расследованию». По существу же речь идет об одном и том же - о выделении различных «системообразующих» свойств, признаков этой категории деятельности.

Приведем определение, сформулированное В.П. Лавровым еще в 2003 г. и опубликованное в одном из спецкурсов. Оно не противоречит, а, наоборот, соответствует сущности противодействия, выраженной в формулировках Р.С. Белкина, В.Н. Карагодина, Н.П. Яблокова, и И.Ю. Кулеевой и многих других ученых. Мы полностью разделяем позицию В.П. Лаврова, который писал: «Противодействие расследованию преступлений нами понимается как совокупность умышленных противоправных и иных действий преступников (а также связанных с ними лиц), направленных на воспрепятствование деятельности правоохранительных органов по выявлению, раскрытию и расследованию преступных деяний»[121].

Подчас в противодействии принимают участие должностные лица (депутаты законодательных органов, представители административных органов и т.п.), обычно не являющиеся, по нашему мнению, субъектами противодействия в прямом смысле этого термина, но, тем не менее, служащие инструментом в «цепочке» всего противодействия расследованию по делу.

Рассмотрим ситуацию на примере.

Один из важных свидетелей вернулся из трудовой миграции на родину; об этом стало известно правоохранительным органам, соответственно потребовалось производство его допроса, проверки его показаний на месте происшествия и других следственных действий. При этом было неизвестно о его планах относительно сроков пребывания в г. Душанбе, так как он проживал в другом регионе Таджикистана. Кроме того, ранее он был судим за аналогичное преступление, за что отбыл наказание в исправительной колонии одновременно с лицом, разыскивавшимся по настоящему уголовному делу, а это могло повлиять на степень его лояльности к органу, ведущему расследование. Также следствие не располагало достоверными данными, находилось ли данное лицо на месте происшествия на момент совершения преступления либо оно отсутствовало. То есть неизвестно было, насколько это лицо могло являться важным свидетелем, а ценность его показаний для уголовного дела еще не установлена (по вине следователя или дознавателя, ранее занимавшихся расследованием).

Исходя из имевшихся данных, можно было полагать, что это лицо до сих пор не теряет связи с разыскиваемым, а также может способствовать введению следователя (дознавателя) в заблуждение, дезинформируя его. Можно было предположить, что после, допустим, дачи объяснения, такое лицо могло повлиять на показания и поведение других свидетелей и очевидцев или осведомить разыскиваемое лицо и его сообщников о ходе расследования, принятых мерах, о чем ему может стать известно в процессе опроса и дачи объяснения. Поэтому приведенная следственная ситуация требовала от лиц, расследовавших уголовное дело, придерживаться принципа наступательности, действовать с использованием комплекса следственных действий, планомерно, оперативно и внезапно, при этом следовало учесть, что применение следственных действий в данной ситуации крайне необходимо.

При этом следует иметь в виду, что в соответствии с УПК Республики Таджикистан задерживать доставленное лицо свыше трех часов запрещается. Задержание и последующее водворение в приемник-распределитель «в целях установления личности», хотя лицо предъявило необходимые документы, удостоверяющие его личность, и применение иных оперативных методов

ОРД в обход действующего уголовно-процессуального законодательства, как известно, может расцениваться как незаконные действия сотрудников правоохранительных органов и чреваты дисциплинарной либо уголовной ответственностью должностного лица.

Для возобновления уголовного дела и установления нового расследования срока по нему. В данной ситуации требуется согласие прокурора, то есть, будет он согласен с этим или нет, еще вопрос. Все зависит от мотивировки постановления следователя и того, насколько он сможет убедить прокурора в необходимости проведения следственных действий по уголовному делу.

Такие, вначале кажущиеся мелкими детали данного процесса, как окажется ли прокурор (либо его заместитель) в кабинете, может ли он принять следователя, есть ли у него время на «старое дело», актуальность которого со временем «утратилась», сколько времени следователь будет вынужден находиться в ожидании приема, сколько еще времени займет корректировка постановления и выполнение указания прокурора и, наконец, санкционирует ли он возобновление производства, безусловно, являются факторами, которые могут повлиять на темп оперативности сотрудников. Чаще всего, как показывает практика, эти обстоятельства замедляют ход выполнения неотложных следственных действий либо вообще ставят под угрозу возможность раскрытия преступления. Также не следует забывать, что помимо проблемы нераскрытых преступлений прошлых лет, существует сложившееся на практике мнение о немаловажных, более приоритетных направлениях в деятельности сотрудников милиции: расследование и раскрытие преступлений по так называемым «горячим следам», расследование «текущих» преступлений, по которым определены жесткие и более тщательно контролируемые сроки. Дежурство в следственнооперативной группе, привлечение следователей и дознавателей на мероприятия по обеспечению охраны общественного порядка и выполнение иных плановых и внеплановых мероприятий, занятия по служебно-боевой подготовке, оперативные совещания, строевые осмотры, разводы и так далее не оставляют времени для работы по «старым делам».

Как показывает практика, из-за допроса одного лица в качестве свидетеля следователю не всегда дается разрешение на возобновление производства по уголовному делу, хотя именно это лицо может дать показания, способствующие в перспективе раскрытию данного преступления. Поэтому нередко следователи прибегают к фальсификации, производя допрос без возобновления производства. При составлении постановления с ходатайством прокурору о возобновлении дела в качестве «весомых» пунктов, служащих мотивировкой в данном постановлении, включают надуманные, второстепенные, либо повторные, то есть ранее выполненные следственные действия и мероприятия. Но, к сожалению, еще более практически востребован вариант, к которому следователи в связи с занятностью вынуждены прибегнуть: это игнорирование новых обстоятельств, требующих производства дополнительных следственных действий. Этим самым они проявляют пассивность и халатность по отношению к своим служебным обязанностям.

Таким образом, с одной стороны, установленный УПК РТ порядок (ст.231 УПК РТ) препятствует раскрытию и расследованию преступлений прошлых лет. С другой стороны, игнорирование данной статьи следователями приводит к их моральной деградации, к нарушениям закона, а нераскрытие преступления противоречит принципу неотвратимости наказания и приводит к утрате доверия населения Таджикистана к правоохранительным органам.

Исходя из вышеизложенного, на наш взгляд, целесообразно возвратить ст.195 УПК Таджикской ССР в уголовно-процессуальный кодекс Республики Таджикистан (1961), которая обязывала следователей и органы дознания без возобновления приостановленных уголовных дел проводить по ним все необходимые следственные действия и мероприятия в целях раскрытия преступления и установления местонахождения разыскиваемого лица. Если последний задержан, то в этом случае потребуется возобновление уголовного дела, притом без ходатайства перед прокурором.

В деятельности правоохранительных органов Республики Таджикистан и в Российской Федерации много общего, но есть и специфика, связанная с менталитетом, традициями и обычаями народа Таджикистана. При этом необходимо отметить, что какие-либо криминалистические разработки в Таджикистане по противодействию расследованию пока отсутствуют.

Проведенное исследование позволило выявить определенные закономерности противодействия расследованию. Назовем некоторые из них. Так, большинство из этих особенностей связано с менталитетом, самобытностью, особенностями бытового уклада, религиозной спецификой и культурой народа, а также отдельных национальных групп (народностей) коренного населения РТ, его традиций, обычаев и т.п. Влияние этого фактора на раскрытие и расследование преступлений, в том числе в форме сокрытия преступлений, их следов и лиц, совершающих преступления, весьма многообразно. В России об этом писали В.Г. Рубцов, Р.Р. Рахматуллин, Р.А. Журавлев, П.И. Иванов, В.П. Потудинский и др.

Наиболее типичные, специфические для Таджикистана, в сравнении с Россией, приемы противодействия и их проявления:

а) связанные с религиозными догматами, традициями и обычаями: необходимость быстрого (почти в течение суток) захоронения тела убитого (погибшего); недопущение родственниками (односельчанами, единоверцами и т.п.) вскрытия трупов потерпевших при судебно-медицинской экспертизе; запрет освидетельствования живых лиц по делам об изнасилованиях и других половых преступлениях; воспрепятствование проведению судебномедицинской экспертизы новорожденных и выброшенных младенцев (с захоронением их на кладбище, даже без вскрытия) в целях определения живорожденности, причины смерти и т.д.;

б) негативное влияние мулл на поведение религиозных участников судопроизводства: свидетелей, потерпевших, своего рода запрет давать показания («ничего не видел и не слышал....»), а подчас и обеспечение подозреваемым (обвиняемым) ложного алиби;

в) сами следователи (дознаватели) подчас попадают под влияние религиозных деятелей при проведении отдельных следственных действий и решении некоторых тактических задач;

г) круговая порука, омерта («закон молчания» - в Италии) распространена особенно в сельских районах Таджикистана (подобные факты имеют место и в России);

д) в отдельных отдаленных от центра регионах республики, например, в ГБАО (Горно-Бадахшанской автономной области) имеет место недовольство населения назначением (правительством республики) на должности начальников органов внутренних дел, прокуроров и судей лиц из числа жителей (уроженцев) других регионов, не знающих и недостаточно учитывающих в своей работе, как полагают жители Горного Бадахшана, их интересы и особенности менталитета. Отсюда подчас нежелание оказывать «посторонним назначенцам» содействие в раскрытии, расследовании преступлений и привлечении своих провинившихся близких, родственников, земляков к уголовной ответственности.

В отдельных из таких регионов подавляющее большинство жителей при допросах в качестве свидетелей, оказывая противодействие расследованию, заявляют, что ничего не видели, не слышали и ничего конкретно об обстоятельствах расследуемого преступления сообщить не могут.

Меры по выявлению и преодолению такого противодействия - это любые следственные действия, а также оперативно-розыскные мероприятия, предусмотренные ст. 6 Федерального Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» Российской Федерации 1995г. № 144-ФЗ (с последующими изменениями и дополнениями 2011г.) и ст. 6 Закона РТ «Об оперативнорозыскной деятельности» от 2011 г. № 687 , а также меры организационноуправленческого характера.

При этом поисковая деятельность, помимо принятия поисковых мер (беседы с ранее допрошенными потерпевшими и отдельными свидетелями по делу с целью получения от них новой, дополнительной информации; направление запросов в различные учреждения и организации с целью проверки отдельных обстоятельств дела и т.д.), должна включать в себя аналитическую работу, а также принятие организационных управленческих решений[122].

По нашему мнению, необходимо повысить ответственность должностных лиц за искусственное создание волокиты, бюрократизм и халатное отношение к своим служебным обязанностям, что послужит основой для устранения противодействия эффективному расследованию нераскрытых преступлений прошлых лет.

Юридическое значение противодействия расследованию состоит в его всевозрастающей опасности для системы судопроизводства как в Таджикистане, так и в России. Противодействие расследованию, особенно организованное, существенно затрудняет достижение задач уголовного процесса по конкретным делам, приводит к тому, что очень большая доля совершенных преступлений остается невыявленными, а среди выявленных - нераскрытыми. В связи с этим значительная часть ущерба, причиняемая преступлениями гражданам, коммерческим организациям и государству, остается невозмещенной.

Поэтому проведение сравнительного анализа практики по борьбе с противодействием расследованию нераскрытых преступлений в Республике Таджикистан и в Российской Федерации следует признать актуальным. Совокупность вышеизложенных обстоятельств еще раз подчеркивает теоретическую и практическую значимость проблем расследования преступлений прошлых лет, и особенно - противодействия этому расследованию.

Непосредственно существование противодействия расследованию со стороны должностных лиц правоохранительных органов, как это ни парадоксально звучит, обусловлено наличием в российском уголовнопроцессуальном законе нормы об отказе в возбуждении уголовного дела1 и института возбуждения уголовного дела[123] [124] [125], что на протяжении ряда последних лет вызывает обоснованную критику значительной части ученых и большинства практических работников.

В российской литературе справедливо отмечается, что существующие на протяжении полувека правила начала производства предварительного расследования возбуждением уголовного дела при одновременной возможности принятия процессуального решения об отказе в возбуждении уголовного дела, с одной стороны, ограничивают, конституционное право граждан на доступ к правосудию, а с другой стороны, являются одной из основных причин снижения эффективности деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью . Об этом позволяют судить официальные статистические данные за 2004-2012 гг. о количестве зарегистрированных заявлений и сообщений о преступлениях и принятых по ним процессуальных решений о возбуждении уголовного дела[126] [127].

Статистические данные свидетельствуют, что количество возбужденных уголовных дел по фактам зарегистрированных преступных заявлений имеет крайне негативную тенденцию к сокращению (с 16,9% в 2006 г. до 7,2% - в 2012 г.). Иными словами, предварительное расследование сегодня

осуществляется в России менее чем по каждому тринадцатому заявлению, сообщению о преступлении, а удельный вес процессуальных решений об отказе в возбуждении уголовного дела в 2,5 раза превышает долю возбужденных уголовных дел. Перспективы по преодолению противодействия расследованию со стороны организованных преступных формирований (ОПФ) и иных преступных структур открываются посредством проведения сотрудниками подразделений экономической безопасности и противодействия коррупции комплекса ОРМ в отношении созданных и контролируемых представителями преступных структур коммерческих предприятий. Положительным направлением ОРД по преодолению противодействия расследованию являются ОРМ по дискредитации участников ОПФ, их дезинформирование в ходе предварительного следствия. Особого внимания требуют изучение приемов, которыми пользуются участники ОПФ в целях компрометации действий сотрудников правоохранительных органов, и научная разработка системы упреждающих мер по их выявлению, изобличению.

Под выявлением противодействия мы понимаем, прежде всего, деятельность следователя (дознавателя, оперативного работника) по

обнаружению, оценке и документированию признаков как начавшегося противодействия, так и возможного в последующем.

Управление деятельностью органов внутренних дел по выявлению и преодолению противодействия расследованию преступлений - это научное, целенаправленное, систематическое, организующее воздействие, адекватно выраженное, правильно оформленное и реализуемое на основе законов и иных нормативных правовых актов уполномоченными субъектами управления в отношении должностных лиц и подразделений органов внутренних дел в целях упорядочения их коллективных действий по своевременному выявлению и преодолению умышленных противоправных действий, направленных на воспрепятствование расследованию преступлений. Система управления органами внутренних дел на данном направлении служебной и процессуальной деятельности имеет

многоуровневое построение, характеризуется сложной структурой, основанной преимущественно на линейно-функциональных связях. Такое построение системы настоятельно требует создания органов управления, решающих задачи межуровневой и функциональной координации усилий должностных лиц и подразделений органов внутренних дел.

Особое место в системе планирующих документов в сфере выявления и преодоления противодействия расследованию занимают государственные программы. Так, реализация мероприятий по обеспечению безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства рассматривается как составная часть основных мероприятий Государственной программы Российской Федерации «Обеспечение общественного порядка и противодействие преступности», реализуемой в 2013 - 2020 годах (п. 21)[128]. В системе МВД России перечень мероприятий по выполнению программы, как правило, уточняется специальным планом, обязательным для всех органов внутренних дел. Организаторами исполнения мероприятий выступают профильные департаменты и управления МВД России1.

Ряд функций, составляющих содержание данного направления деятельности, прямо закреплен за соответствующими должностными лицами и подразделениями законами или нормативными правовыми актами МВД России. Так, руководитель следственного органа вправе создать следственную группу (ст. 163 УПК РФ), начальник органа дознания - группу дознавателей (ст. 2232 УПК РФ). Начальник органа внутренних дел имеет право создавать специализированные следственно-оперативные группы по конкретному уголовному делу или отдельным категориям преступлений (тяжким и особо тяжким, прошлых лет, серийным и т.п.).

При выполнении функции организации могут решаться вопросы организационного обеспечения и функции управления. Как правило, анализ причин приостановления предварительного следствия по основаниям, предусмотренным п. 1-3 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, организация работы по делам этой категории (учёт серийных преступлений; вопросы соединения межрайонных преступлений; государственной защиты участников уголовного судопроизводства) выделяются в качестве специальных линий служебной деятельности сотрудников контрольно-методических подразделений ГСУ, СУ, СО территориальных органов МВД России на региональном уровне[129] [130].

Для выявления серийных преступлений создаются специальные рабочие группы. Так, в Республике Татарстан созданы специализированные аналитические группы по анализу и контролю за раскрытием и расследованием грабежей и разбойных нападений, краж из жилищ и садоводачных домиков граждан1.

Их основная задача состоит в установлении единого способа совершения преступлений на территории республики и проверке сведений процессуальными средствами. В Архангельской области создана постоянно действующая группа для разрешения вопросов, связанных с обеспечением безопасности участников уголовного судопроизводства, состоящая из сотрудников СУ и ЦОГЗ УМВД, специализирующихся на более полной и компетентной проверке заявления (сообщения) о необходимости применения мер безопасности . В Волгоградской области на региональном и районном уровнях созданы межведомственные группы, в которые входят криминалисты, следователи, сотрудники уголовного розыска, на областном уровне - и сотрудники информационного центра и уголовно-исполнительной

3

системы .

В качестве оснований для выделения направлений организации деятельности органов внутренних дел по выявлению и преодолению противодействия расследованию могут быть предложены следующие:

- специфика деятельности ранее выделенных отраслевых подсистем;

- стадии работы подчинённых;

- характер и видовое разнообразие расследуемых преступлений;

- использование специальных знаний; [131] [132] [133] - ресурсное (информационное, материально-техническое, финансовое и др.) обеспечение деятельности[134]. Организация работы на каждом выделенном направлении выявления и преодоления противодействия расследованию будет иметь свои специфические черты, анализу и описанию которых, полагаем, следует посвятить специальные исследования.

Рассмотрение обозначенных выше функций управления органами внутренних дел по выявлению и преодолению противодействия показывает сложность и многогранность управленческой деятельности руководителей и сотрудников аппаратов управления органами расследования преступлений. Каждое направление организации деятельности подчинённых должностных лиц, подразделений и органов должно отвечать реально складывающейся оперативной обстановке. Следует помнить, что управление призвано создавать условия для успешной деятельности подчинённых, должно быть направлено на координацию и согласование усилий должностных лиц, специализирующихся на выполнении конкретных действий по выявлению и преодолению противодействия расследованию. Именно руководитель несёт персональную ответственность за организацию деятельности подчинённых, соответствие их действий требованиям закона и ведомственных нормативных правовых актов, а также за разрешение ситуации, складывающихся при расследовании конкретного уголовного дела о нераскрытом преступлении.

<< | >>
Источник: САМИЕВ НАЗАР МУРАДОВИЧ. РАССЛЕДОВАНИЕ НЕРАСКРЫТЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОШЛЫХ ЛЕТ (ПО МАТЕРИАЛАМ РЕСПУБЛИКИ ТАДЖИКИСТАН И РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ). 2012
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме § 4. Преодоление противодействия расследованию нераскрытых преступлений:

  1. Глава 31. РАССЛЕДОВАНИЕ ПОХИЩЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА
  2. §2. Криминалистическая характеристика признаков бандитизма и возбуждение уголовного дела
  3. ОГЛАВЛЕНИЕ
  4. ВВЕДЕНИЕ
  5. § 1. Характеристика нераскрытых преступлений прошлых лет в Республике Таджикистан и Российской Федерации
  6. § 3. Планирование расследования и тактика отдельных следственных действий после возобновления производства
  7. § 4. Преодоление противодействия расследованию нераскрытых преступлений
  8. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
  9. Приложение № 4 АНАЛИТИЧЕСКАЯ СПРАВКА по результатам изучения в Республике Таджикистан 450 уголовных дел, приостанавливавшихся производством в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, или за не розыском скрывшегося обвиняемого.
  10. Приложение № 6 К А Р Т А Контроля за работой следователя (дознавателя) по приостановленному производством уголовному делу о нераскрытом преступлении.
  11. Преодоление противодействия расследованию должностных преступлений, совершаемых в сфере деятельности органов местного самоуправления
  12. Оглавление
  13. § 3. Проблемы предупреждения преступлений против участников уголовного судопроизводства и возможные пути их преодоления
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -