Средства защиты при нарушении Правил ВТО

ДРС предусматривает три типа средств защиты при нарушении Правил ВТО:

• одно финальное средство, в частности, отмена (или поправка) меры, не соответствующей Правилам ВТО; и

• два временных средства, которые могут применяться в период ожидания отмены (или поправки) меры, не соответствующей Правилам ВТО, в частности, компенсация и приостановление преференций или других обязательств (ответные меры).

В данном разделе рассматриваются эти три типа средств защиты. Также здесь рассматриваются другие доступные виды средств защиты.

32.8.1. Отмена меры, не соответствующей Правилам ВТО

Статья 3.7 ДРС в соответствующей части гласит:

При отсутствии взаимоприемлемого решения, первая цель механизма разрешения споров, как правило, состоит в том, чтобы обеспечить отмену принятых мер, если устанавливается, что они несовместимы с положениями какого-либо из охваченных соглашений.

Далее, статья 3.7 предлагает, что отмена меры, нарушающей Правила ВТО, как правило, должна быть «незамедлительной».^[870]

Статья 19.1 ДРС предусматривает:

Если третейская группа или Апелляционный орган приходят к выводу, что какая-либо мера не соответствует охваченному соглашению, они рекомендуют заинтересованному члену привести эту меру в соответствие с данным соглашением...^[871]

После утверждения ОРС, такая рекомендация становится обязательной для реализации заинтересованной страной-членом.^[872] В отношении рекомендаций и решений, принятых ОРС, статья 21.1 ДРС далее гласит:

Своевременное выполнение рекомендаций и решений ОРС является необходимым для обеспечения эффективного разрешения споров в интересах всех членов.

В то время как статья 3.7 ДРС ссылается на отмену меры, нарушающей Правила ВТО, для отмены или поправки аспектов, нарушающих Правила ВТО, как правило, достаточно привести меру в соответствие с Правилами ВТО согласно рекомендациям или решению ОРС.^[873] Обеспечение быстрой или незамедлительной реализации рекомендаций и решений ОРС, то есть, быстрая или незамедлительная отмена или поправка меры, критически важны для эффективного функционирования ВТО и является первичным обязательством стран-членов.

Однако, если обеспечение незамедлительной реализации рекомендаций и решений нереалистично, и часто так оно и бывает, то заинтересованная страна-член, согласно статье 21.3 ДРС, имеет достаточный период времени, чтобы это сделать. «Разумный период времени для реализации» может:

• определяться ОРС;

• согласовываться между сторонами спора; или

• определяться через обязательный арбитраж по просьбе одной из сторон.^[874]

Зачастую стороны спора приходят к договоренности относительно того, что составит «разумный период времени для реализации». В сорока девяти случаях до настоящего момента, стороны смогли договориться о разумном периоде времени для реализации.^[875] Средняя продолжительность согласованного разумного периода времени составляет девять месяцев и одну неделю.^[876] «Разумный период для реализации» по согласованности сторон в деле «Канада - Подписные издания» (Canada - Periodicals) составил пятнадцать месяцев, в деле «Индия - Патенты (США)» (India - Patents (US)) - пятнадцать месяцев, «США - Креветки» (US - Shrimps) - тринадцать месяцев, «Япония - Сельскохозяйственные товары (Japan - Agricultural Products II) - девять месяцев и двенадцать дней, «США - ЗУПВ» (US - DRAMS) - восемь месяцев, «Чили - Системы ценовых диапазонов» (Chile - Price Band System) - четырнадцать месяцев, «США - Азартные игры» (US - Gambling) - одиннадцать месяцев и две недели и «EC - Экспортные субсидии на сахар» (EC - Export Subsidies on Sugar) - двенадцать месяцев и три дня.^[877] В двадцати одном случае до настоящего момента, «разумный период времени на реализацию» был установлен через обязательный арбитраж в рамках статьи 21.3(c) ДРС,^[878] которая гласит:

В таком арбитраже арбитр должен исходить из принципа, что разумный период времени для выполнения рекомендаций третейской группы или Апелляционного органа не должен превышать 15 месяцев с даты принятия доклада третейской группы или Апелляционного органа.

Однако этот период в зависимости от конкретных обстоятельств может быть короче или длиннее.

В споре «США - Горячекатанная сталь» (Hot - Rolled Steel) в отношении «разумного периода времени для реализации» арбитр заявил следующее:

Полезно вспомнить основной принцип и правило, что страны-члены ВТО обязуются осуществлять «быстрое обеспечение соответствия» рекомендациям и решениям ОРС и что «быстрое обеспечение соответствия» должно превращаться в «незамедлительное» обеспечение соответствия. Однако, когда такое «незамедлительное» обеспечение соответствия «неосуществимо», то страна-член, на которой лежит обязанность по обеспечению соответствия, имеет право на «разумный период времени», в течение которого она должна обеспечить соответствие. Аналогично полезно вспомнить, что период в 15 месяцев, упомянутый в статье 21.3(c) ДРС предназначен для того, чтобы «направлять арбитра»: «разумный период времени» для реализации рекомендаций третейской группы или Апелляционного органа «не должен превышать 15 месяцев» с даты принятия доклада третейской группы или Апелляционного органа, но, тем не менее, может быть «короче или длиннее», «в зависимости от конкретных обстоятельств». Я не вижу никакой основы для толкования срока в 15 месяцев как устанавливающего фиксированный максимум или внешний предел для «разумного периода времени». Также 15-месячный срок не составляет нижнего предела «разумного периода времени».^[879]

В споре «ЕС - Гормоны» (EC - Hormones) арбитр решил, что «разумный период времени для выполнения рекомендаций и решения», по опредлению, данному в статье 21.3(c), должен быть:

Наиболее коротким периодом, допустимым в рамках правовой системы страны-члена для выполнения рекомендаций и решений ОРС.^[880]

Хотя это уже и стало правилом при определении разумного периода времени для выполнения рекомендаций и решения, арбитр в споре «США - Азартные игры» (US-Gambling) заявил:

Будет полезно вспомнить, что ДРС не ссылается на «самый короткий период для выполнения рекомендаций и решения, допустимых в рамках правовой системы реализующей страны-члена».

Вместо этого, это стало удобной фразой, которая использовалась предыдущими арбитрами для описания их задач. Однако я не рассматриваю этот стандарт как стоящий в изоляции от текста ДРС. По моему мнению, определение «самого короткого возможного периода для выполнения рекомендаций и решения» может и должно принимать во внимание два принципа, которые подчеркнуты в статье 21 ДРС, а именно - разумность и необходимость скорейшего обеспечения соответствия. Более того, как показали различия во время предыдущих решений, предполагающих законодательную реализацию Соединенными Штатами, и как предписывает статья 21.3(c), каждый арбитр должен принять во внимание «конкретные обстоятельства», относящиеся к рассматриваемому делу. Строгое настаивание на «самом коротком возможном периоде для выполнения рекомендаций и решения в рамках правовой системы» реализующей страны-члена, по моему мнению, свяжет арбитру руки и помешает ему адекватно определить и взвесить конкретные обстоятельства, которые и определяют понятие «разумности» в каждом конкретном случае.^[881]

Более того, как заключил арбитр в деле «Корея - Алкогольные напитки» (Korea - Alcoholic Beverages), страна-член должна использовать не чрезвычайные законодательные процедуры, а придерживаться нормальной процедуры, для того, чтобы сократить период реализации рекомендаций.^[882] В споре «ЕС - Гормоны» (EC - Hormones), арбитр также отметил, что, когда реализация рекомендаций не требует внесения изменений в законы, а может быть реализована посредством административных мер, разумный период «должен быть намного короче 15 месяцев».^[883] В споре «Канада - Патенты на фармацевтическую продукцию» (Canada - Pharmaceutical Patents), арбитр перечислил несколько других «конкретных обстоятельств», которые могут повлиять на срок самого короткого возможного периода для выполнения рекомендаций и решения в рамках правовой системы реализующей страны-члена. Помимо средств выполнения (законодательных или административных), данный арбитр сослался на сложность предлагаемых мер выполнения^[884] и обязывающую по закону, а не дискреционную природу этапов

процесса, ведущего к выполнению рекомендаций.^[885] В ситуациях, когда соблюдение правил может быть обеспечено посредством административной регулирующей политики или административных действий, а не законодательным путем,^[886] или даже в случая необходимости принятия новых законов, если в законодательных процедурах существует достаточная гибкость, то назначенный разумный период времени будет короче, чем в иных случаях.^[887] Законодательный календарь страны-члена также будет приниматься во внимание при определении разумного периода в каждом конкретном случае.^[888] Также при арбитраже в рамках статьи 21.3(c)^[889] будет учитываться время, которое потребовалось для прохождения предыдущих законов по этому же вопросу через парламент.

Внутренняя политическая или экономическая ситуация в стране не будет учитываться при определении «разумного периода времени для выполнения рекомендаций и решения». Отсутствие политического большинства для утверждения необходимых мер, или экономические сложности, которые могут появиться в результате выполнения, не принимаются во внимание арбитром при определении «разумного периода времени для выполнения рекомендаций и решения».^[890] Необходимость в консультациях с государственными структурами и заинтересованными сторонами сама по себе не является причиной для более продолжительного срока для выполнения.^[891] ^{^[892] Обратите внимание, что в споре «ЕС - Тарифные преференции» (ЕС - Tariff Preferences) арбитр посчитал, что расширение Европейского Союза было значимым фактором в определении разумного периода времени для выполнения рекомендаций и решения. Однако тот же арбитр не посчитал, что выборы нового Европейского парламента и новой Европейской Комиссии имеют для этого значение.251 В споре «США - Компенсационный акт» (US - Offset Act) (Byrd Amendment)

арбитр открыто заявил, что экономический ущерб, нанесенный иностранным экспортерам, не влиял и не может влиять на разумный период времени для выполнения рекомендаций и решения в указанном споре.^[893]
Страны-члены должны эффективно использовать время после того, как Орган по разрешению споров объявил решение не в их пользу, так как обязательство по выполнению рекомендаций вступает в силу в момент утверждения доклада (ов), а не в момент, когда арбитр присуждает разумный период времени. Реализующая страна-член несет бремя доказывания, что запрашиваемый ею период является разумным периодом времени в рамках значения статьи 21.3 ДРС.^[894]
Сферу охвата статьи 21.3(c) арбитр относит исключительно к определению разумного периода времени для выполнения рекомендаций и решения.^[895] Мандат арбитра не связан с типом или видом меры, которая должна быть реализована для обеспечения выполнения рекомендаций и решения ОРС.
Как отметил арбитр в споре «ЕС - Куриные вырезки» (ЕС - Chicken Cuts): Страна-член имеет широкую прерогативу по выбору средств выполнения, и соответственно, арбитру следует воздержаться от оспаривания, что в рамках правовой системы возможны более короткие по времени средства выполнения.^[896]
Статья 21.2 ДРС требует, чтобы при определении «разумного периода времени для выполнения рекомендаций и, решения», особое внимание уделялось вопросам, влияющим на интересы развивающихся стран-членов ВТО. Так, в споре «Индонезия - Автомобили» (Indonesia - Autos) арбитр постановил:
Индонезия является не просто развивающейся страной; это страна, которая в настоящий момент находится в критической экономической и финансовой ситуации. Индонезия сама отмечает, что экономика страны находится «на грани коллапса». В таких особых обстоятельствах, я считаю, будет уместным дать полный вес мерам, влияющим на интересы Индонезии как развивающейся страны, согласно положениям статьи 21.2 ДРС. Соответственно я заключаю, что дополнительный период в шесть месяцев и сверх того, требуемый для завершения внутреннего процесса Индонезии по установлению правил, будет разумным периодом времени для выполнения рекомендаций и решения ОРС в данном случае.^[897]
В споре «ЕС - Экспортные субсидии на сахар» (EC - Export Subsidies on Sugar) арбитр впервые авторитарно решил, что статья 21.2 обращает внимание арбитра на вопросы, влияющие на

интересы как жалующихся, так и выполняющих рекомендации развивающихся стран-членов ВТО.^[898] Ранее, существовало серьезное сомнение касательно того, к какой развивающейся стране-члену ВТО относится положение.^[899] Соглашаясь с арбитром в споре «США - Азартные игры» (US - Gambling),^[900] арбитр в споре «ЕС - Экспортные субсидии на сахар» (EC - Export Subsidies on Sugar) постановил, что в тексте статьи 21.2 ДРС нет ничего, что предполагало бы, что развивающаяся страна-член может только быть выполняющей стороной.
Однако следует отметить, что то, что стороны спора являются развивающимися странами- членами, это, в силу самого факта, не влияет на определение периода выполнения, если только эти страны-члены смогут обосновать, почему период нормальный в других обстоятельствах для выполнения рекомендаций и решения может принести им вред (как выполняющей, так и оспаривающей стороне).^[901] «Разумный период времени для выполнения рекомендаций и решения», определенный в процессе арбитража до настоящего момента, варьировался от шести месяцев «Канада - Патенты на фармацевтическую продукцию» (Canada - Pharmaceutical Patents) до пятнадцати месяцев и одной недели «EC - Бананы III» (EC - Bananas III) с даты утверждения докладов Органом по разрешению споров.^[902] Средний период времени, предоставляемый для обеспечения соответствия как «разумный период» в рамках статьи 21.3 до настоящего момента составлял чуть менее двеннадцати месяцев, что значит, как правило, что для обеспечения соблюдения решения ОРС у страны-члена в распоряжении есть один год с даты утверждения докладов третейской группы и/или доклада(ов) Апелляционного органа.^[903]
Обратите внимание, что, в более чем четырех из пяти споров, в которых сторона-ответчик должна была обеспечить, чтобы рассматриваемая мера или закон были приведены в соответствие с Правилами ВТО, это было сделано в рамках «разумного периода времени для выполнения рекомендаций и решения». В большинстве случаев, соответственно, сторона-ответчик реализует рекомендации и решения, принятые ОРС своевременно и корректно. Внимание средств массовой информации и академических кругов, как правило, направлено на споры, в которых этого не произошло, как например «EC - Бананы III» (EC - Bananas III), «ЕС - Гормоны» (EC - Hormones), «США - Внешнеторговые корпорации» (USA - FSC) и «США - Компенсационный акт» (US - Offset Act) (Byrd Amendment). Однако в целом уровень выполнения рекомендаций и решений ОРС довольно высок.^[904] На основе сказанного можно заключить, что система разрешения споров в рамках ВТО «работает». Тем не менее, полезно помнить историю спора «США - Хлопчатобумажная пряжа»
(US - Cotton Yarn) между Пакистаном и Соединенными Штатами, в котором Соединенные Штаты реализовали рекомендации и решения ОРС в пределах разумного периода времени:
Выполняя рекомендации ОРС и Апелляционного органа ВТО, правительство США в ноябре 2001 года наконец-то отменило квоту на импорт из Пакистана, к великой радости пакистанских производителей и экспортеров. Весь процесс, со дня наложения квоты на импорт и до дня ее отмены, продолжался около двух лет и девяти месяцев, охватывая почти весь период трехлетней переходной ограничительной квоты, примененной Соединенными Штатами. Комментарии Акбара Шейха (Akbar Sheikh) (председатель Пакистанской ассоциации текстильных фабрик) на поздравления от Посла Дона Джонсона (Don Johnson) в связи с победой в деле резюмируют ощущения в тот момент. В конце концов выиграли обе стороны: Пакистан, потому что решение было вынесено в его пользу, и Соединенные Штаты, потому что они смогли продержать ограничительную квоту почти все три года, благодаря затянувшемуся сроку разбирательств по данному спору.^[905]
Вопросы и задания 3.14
Какие средства защиты существуют в отношении нарушений Правил ВТО? Должны ли страны-члены соблюдать рекомендации и решения, принятые ОРС «незамедлительно» или в рамках «разумного периода времени»? Кто определяет «разумный период времени для выполнения рекомендаций и решения»? Как определяется «разумный период времени для выполнения рекомендаций и решения»?
З.2.8.2. Компенсация и ответные меры
Только отмена (или поправка) меры, не соответствующей Правилам ВТО, считается окончательным средством защиты от нарушения Правил ВТО. Однако если страна-член не отменила или не исправила меру, не соответствующую Правилам ВТО, к концу «разумного периода для выполнения рекомендаций и решения», ДРС предусматривает возможность применения временных средств защиты:
• компенсация; или
• приостановление льгот или других обязательств.
Статья 22.1 ДРС, в соответствующей части гласит:
Компенсации и приостановление льгот или других обязательств являются временными мера
ми, доступными в случае, если рекомендации и решения не реализуются в течение разумного периода времени. Однако, ни компенсации, ни приостановление льгот или других обязательств не предпочтительнее полной реализации рекомендации, которая приведет меру в соответствие с охваченными соглашениями.
ДРС не оставляет сомнений, что компенсация и/или приостановление льгот или других обязательств не являются альтернативными средствами защиты, которые страны-члены мо-

гут применить вместо обеспечения соблюдения рекомендаций и решений.^[906] Компенсации и приостановление льгот являются средствами защиты, применимыми только до момента, когда происходит исполнение рекомендаций и решений.^[907] Согласно статье 22 ДРС компенсации являются добровольными и работающими на перспективу, то есть, обе стороны должны прийти к соглашению о компенсации, и компенсация будет касаться только убытков, которые возникнут в будущем.
Компенсация должна соответствовать положениям охваченных соглашений.^[908] До настоящего момента, сторонам споров удавалось договариваться о компенсациях всего в нескольких случаях. В споре «Япония - Алкогольные напитки II» (Japan - Alcoholic Beverages II), стороны договорились о компенсации, которая приняла форму временных, дополнительных уступок по доступу на рынок некоторых товаров, представляющих экспортный интерес для истцов. Приостановление льгот или других обязательств - обычно называемые «ответные меры» - по своей природе сильно отличается от компенсации. Сторонам нет необходимости приходить к соглашению. Когда «разумный период времени для выполнения рекомендаций и решения» истекает, а стороны не смогли договориться о компенсации, пострадавшая сторона может запросить у ОРС разрешение на введение ответных мер против стороны-нарушителя посредством приостановления льгот или других обязательств в отношении стороны-нарушителя. Так как ОРС принимает решения по таким просьбам на основании обратного консенсуса, предоставление разрешения является почти автоматическим.^[909] Ответные меры часто принимают форму резкого повышения таможенных пошлин на стратегически выбранные товары, представляющие экспортный интерес для стороны-нарушителя.^[910] Таким образом, ответные меры создают экономическое и политическое давление на сторону-нарушителя с целью выполнения рекомендаций и решений. Как правило именно производители и торговцы более всего страдают от повышения пошлин - они обычно а не бенефициары мер - не соответствующих Правилам ВТО именно они будут рьяно лоббировать отмену или поправку меры, не соответствующей Правилам ВТО. В отношении льгот или других обязательств, которые могут быть приостановлены, статья 22.3 ДРС в соответствующей части предусматривает:
Рассматривая вопрос о приостановлении тех или иных уступок или других обязательств, сторона, подавшая жалобу, применяет следующие принципы и процедуры:
a. общим принципом является то, что стороне, подавшей жалобу, вначале следует стремиться к приостановлению уступок или других обязательств в том же секторе (секторах), в котором (ых) третейская группа или Апелляционный орган обнаружили нарушение либо другое аннулирование или сокращение выгод;
b. если указанная сторона считает, что приостановление уступок или других обязательств в том же секторе (секторах) является невозможным, то она может стремиться к приостановлению уступок или других обязательств в других секторах в рамках того же соглашения;
c. если указанная сторона считает, что приостановление уступок или других обязательств в других секторах в рамках того же соглашения является невозможным или неэффективным, а

обстоятельства достаточно серьезны, то она может стремиться к приостановлению уступок или других обязательств в рамках другого охваченного соглашения.^[911]
Другими словами, если нарушение Правил ВТО касается обязательств в отношении торговли товарами, или в отношении торговли финансовыми услугами, или в отношении защиты патентов, приостановление льгот или других обязательств следует сначала применить в том же секторе. Если это «не осуществимо» или «неэффективно», то приостановление льгот можно применить в других секторах или в рамках других соглашений. Это известно как «перекрестные ответные меры». Перекрестные ответные меры запрашиваются редко. В споре «EC - Бананы III» (EC- Bananas III), Эквадор попросил и ОРС разрешил приостановить льготы или другие обязательства в рамках другого соглашения (Соглашения TRIPS), а не рассматриваемого соглашения (GATT 1994 и GATS).^[912] В споре «США - Азартные игры» (US-Gambling), третейская группа и Апелляционный орган решили, что оспариваемые меры Соединенных Штатов нарушали условия GATS, Антигуа и Барбуда (далее, Антигуа), запросили разрешение на приостановление льгот или других обязательств в рамках Соглашения GATS и TRIPS.^[913] Как было отмечено в BRIDGES, еженедельном обзоре торговых новостей:
Антигуа заявляла, что ответные меры против американских товаров или услуг будут иметь «непропорциональное негативное влияние» на их население: 48.9 процентов всех товаров и услуг, поступающих в страну, американского происхождения, однако общая двухсторонняя торговля составляет менее 0.02 процентов валового экспорта США. Соответственно было аргументировано, что ответные меры в сфере услуг - например, через запрет некоторым американским компаниям работать в стране - был бы слишком неадекватным для возмещения убытков, превышающих 3.4 млрд долл. США, которые Антигуа, по ее словам, понесла... Антигуа аргументировала, что перекрестные ответные меры были необходимы, так как ее игровая индустрия и общая экономика продолжит нести серьезные убытки, если только США не отменит свои ограничения на азартные игры. Соответственно, Антигуа запросила разрешение на приостановление ее обязательства в рамках ВТО защищать авторские права США, товарные знаки, промышленные образцы, патенты и данные, а также приостановить обязательства по либерализации в секторе коммуникационных услуг. Некоторые юристы предложили, что перекрестные ответные меры против интеллектуальной собственности могут дать малым странам больше веса против крупных стран для обеспечения соблюдения решений ВТО. Однако даже если Антигуа получила бы право легально нарушать патентные права США, право использования товарных знаков и авторских прав, законные копии, произведенные в рамках этого, можно будет продавать только на крошечном внутреннем рынке страны. Не ясно, смогла бы Антигуа экспортировать, например, контрафактные медикаменты, скажем в ЕС, без нарушения международных или внутренних правил.^[914]
Обратите внимание, что Антигуа запросила разрешение на приостановление льгот или других обязательств, эквивалетных сумме в 3,4 миллиарда долл. США в год.^[915] В отношении уровня приостановления льгот или других обязательств, статья 22.4 ДРС предусматривает:
Уровень приостановления уступок или других обязательств, разрешенный ОРС, должен соответствовать уровню аннулирования или сокращения выгод.

Споры между сторонами об уровне приостановлений или о соблюдении правил, описанных в статье 22.3, разрешаются через арбитраж первоначальной третейской группой.^[916] Данный арбитраж также изучит:
Учла ли страна-член необходимые факты объективно и на основании этих фактов, могла ли она правдоподобно прийти к выводу, что просить разрешение на приостановление льгот или обязательств в рамках того же сектора, или в рамках того же соглашения было не реализуемо или неэффективно.^[917]
В период с января 1995 по октябрь 2007, ОРС дал разрешение на принятие ответных мер в семи случаях.^[918] В четырех случаях из семи, в которых ОРС дал разрешение на ответные меры, пострадавшая сторона фактически приостановила льготы или другие обязательства. Это было в случае спора «EC - Бананы III» (EC - Bananas III) (ответная мера со стороны Соединенных Штатов на сумму в 191,4 млн. долл. США в год), в споре «ЕС - Гормоны» (EC - Hormones) (ответная мера со стороны Соединенных Штатов и Канады на сумму в 116,8 млн. долл. США и 11,3 млн. канадских долларов в год, соответственно), в споре «США - Внешнеторговые корпорации» (USA - FSC) (ответная мера со стороны Европейских сообществ на сумму 4,043 млн. долл. США в год), и в споре «США - Компенсационный акт» (US - Offset Act) (Byrd Amendment) (ответная мера со стороны ЕС, Канады и Японии на сумму 27,8 млн., 11,2 млн. и 52,1 млн. долл. США в год, соответственно).^[919] Как было отмечено выше, ответная мера часто принимает форму резкого повышения таможенных пошлин (например, повышение на 100 процентов) на некоторые товары, представляющие экспортный интерес для страны-нарушителя.^[920] Однако в споре «США - Внешнеторговые корпорации» (USA - FSC), ЕС прибег к ответной мере, состоящей из дополнительной таможенной пошлины в размере 5 процентов, плюс повышение на 1 процент в месяц до максимума в 17 процентов. Ответная мера также может принять форму приостановления «обязательства», а не приостановления тарифной «льготы».^[921]
Ответные меры деструктивны для торговли, и пострадавшая сторона, которая прибегает к этим мерам также страдает от них. Применение ответных мер часто не является выбором развивающихся стран-членов ВТО. В споре «EC - Бананы III» (EC- Bananas III), Эквадор получил разрешение применить (перекрестно-секторальную) ответную меру на сумму в 201,6 млн. долл.

США в год, но понял, что это невозможно без существенного ущерба для своей же экономики. Также обратите внимание на наблюдения, сделанные выше в отношении ответных мер Антигуа против Соединенных Штатов в споре «США - Азартные игры» (US - Gambling).²⁸ Когда Чили не смогла выполнить рекомендации и решение третейской группы и Апелляционного органа в деле «Чили - Система ценовых диапазонов» (Chile - Price Band System), было отмечено, что:
Столкнувшись с отсутствием перспективы компенсации и накопленными убытками в 50 млн. долл. США, и бизнес, и государственные структуры [Аргентины], столкнулись с вопросом ответных мер против чилийских товаров. Но введение ответной меры было абсолютно неадекватным решением. С позиции бизнеса, ответная мера не может компенсировать убытки. С позиции государства, ответная мера, скорее всего, может испортить общие взаимоотношения с Чили.^[922] ^{^[923]}
Таким образом, есть сомнения в отношении эффективности ответных мер как (временной) защиты против нарушений Правил ВТО. Однако в споре «EC - Бананы III» (EC- Bananas III) и «США - Внешнеторговые корпорации» (USA - FSC) ответные меры, введенные Соединенными Штатами в отношении Европейских сообществ и введенные Европейскими сообществами в отношении Соединенных Штатов, возможно, привели к «некоторой степени соответствия» рекомендациям и решениям этих споров.^[924]
Ведется много дебатов вокруг того, может ли страна-член, получающая разрешение принимать ответные меры, периодически (например, каждые шесть месяцев) менять товары или услуги, к которым применяются эти ответные меры. Этот вопрос, обычно называемый «карусельным» вопросом, возник в связи с тем, что законы США предусматривают периодическую смену объекта ответной меры для максимизации ее воздействия. Однако на практике Соединенные Штаты этот закон еще не применяли. Ротация, которая, например, может повлиять на охват более широкой доли экспортеров заинтересованной страны-члена и усилит давление на соблюдение страной- членом Правил ВТО, перекликается с целевым назначением статьи 22.1 ДРС. Однако были озвучены мнения, что периодическую ротацию товаров и услуг, попадающих в зону охвата ответных мер, нельзя допускать, так как это приведет к тому, что ответные меры выйдут за рамки уровня аннулирования или сокращения выгод, которые к ней привели.^[925]
Вопросы и задания 3.15
Какие правила применимы к компенсациям в рамках значения статьи 22 ДРС? Какие правила применимы к приостановлению льгот или других обязательств? Стало ли

приостановление льгот или других обязательств эффективной временной защитой в случаях нарушения Правил ВТО?
3.2.8.3. Другие средства защиты в случае нарушения Правил ВТО
В рамках общего международного права, нарушение международных обязательств ведет к ответственности, предполагающей определенные правовые последствия. Первым правовым последствием такой ответственности является обязательство прекращения неправовой практики.^[926] Согласно Договорам об ответственности государств (Комиссия международного права ООН - ILC), пострадавшее государство имеет право требовать «полное возмещение» в форме:
• аналогичной реституции;
• компенсации;
• исполнения обязательства (возмещения); и.
• заверений и гарантий неповторения.^[927]
Реституция означает, что страна-нарушитель должна восстановить ситуацию, которая существовала до совершения нарушающего действия.^[928] Если реституция тем же способом не возможна, то страна должна выплатить компенсацию за нанесенный ущерб. Компенсации покрывают любые экономически оценимые убытки, понесенные пострадавшей стороной, и могут включать процентные выплаты, а также, при определенных обстоятельствах, упущенные выгоды.^[929] ДРС открыто не предусматривает компенсации ущерба.^[930] Однако вопрос стоит о применимости правил общего международного права об ответственности государств, отраженных в Договорах ILC, к нарушениям правил в рамках ВТО. Являются ли вышеуказанные средства защиты, описанные в положениях ДРС, единственными возможными средствами защиты при нарушении Правил ВТО? Или же, в отсутствие в ДРС конкретных правил в отношении компенсаций ущерба, применимы общие международные правила о компенсациях? Можно утверждать, что, предусматривая детальный набор правил в отношении правовых последствий нарушений Правил ВТО, ДРС отгородился от общего международного права об ответственности государств и, что, соответственно, правила о компенсации за нанесенный ущерб не применимы.^[931] Большинство стран-членов ВТО, похоже, разделяют эту точку зрения. Этот вопрос является частью более широкого вопроса взаимоотношений между Правилами ВТО и правилами других международных прав, рассматриваемых в главе 1 данной книги.^[932] Хотя это и противоречиво, в очень ограниченных обстоятельствах, возврат сумм, полученных нелегально, также может представлять собой возмещение ущерба за нарушение Правил ВТО. Статья 4.7 Соглашения СКМ гласит, что если было обнаружено, что мера была запрещенной субсидией, третейская группа должна рекомендовать, чтобы страна-член незамедлительно отозвала субсидию. В споре «Австралия - Кожа для автомобильных салонов II» (Australia - Automotive Leather II) (статья 21.5 - US), третейская
группа рассматривала вопрос того, можно ли считать, что рекомендация «отменить субсидию» в статье 4.7 Соглашения СКМ включает возврат средств. Третейская группа заключила:
При обстоятельствах, имеющихся в данном деле, возврат средств необходим для того, чтобы «отменить» обнаруженные запрещенные субсидии. Как было отмечено выше, мы не видим оснований для того, чтобы возврат средств был осуществлен в объеме меньшем, чем полный размер субсидии. Соответственно, мы заключаем, что полное возмещение запрещенной субсидии необходимо для того, чтобы «отменить субсидию» в данном случае. Мы считаем, что требуемая выплата не должна включать компонент начисленных процентов. Мы считаем, что по намерению разработчиков Соглашения о субсидиях и компенсационных пошлинах, отмена субсидии должна быть конкретным и эффективным средством защиты против нарушений в рамках статьи 3.1(a). Однако мы не считаем, что это средство, которое предназначалось для полного восстановления предшествующего статуса кво, посредством лишения получателя запрещенной субсидии, пользы, которую он, возможно, получил в прошлом. Мы также не считаем, что она подразумевала средство защиты, которое нацелено на предоставление репарации или компенсации в каком бы то ни было смысле. Требование выплаты процентов вышло бы за рамки требования возмещения, охваченного термином «отмена субсидии», и, соответственно, мы считаем, ее превышающей какое бы то ни было разумное трактование этого термина.^[933]
Третейская группа настояла на специфичности этого решения, заявив:
Вопрос того, что «ретроспективное» средство защиты, возможно, недопустимо в рамках статьи 19.1 ДРС (вопрос, который мы в данном случае не решаем) не запрещает нам делать вывод на основании текста статьи 4.7 Соглашения СКМ, что «отмена субсидии» не ограничивается только будущими действиями, но может и охватить возмещение имевших место запрещенных субсидий.^[934]
Решение третейской группы о том, что, как минимум в отношении запрещенных субсидий, ДРС не только предусматривает «перспективные», но также и «ретроспективные» средства защиты, получило критику многих стран-членов ВТО, включая обе стороны спора.^[935]
Вопросы и задания 3.16
Отклоняются ли Правила ВТО по методам защиты от общего международного права по средствам защиты? Если да, применимы ли общие международные правила в любом случае? По вашему мнению, должна ли страна-член, которая привела к существенному ущербу для экономики других стран-членов ВТО в результате нарушения Правил ВТО, компенсировать этот ущерб? Следует ли возместить импортеру таможенные пошлины, которые были наложены в нарушение обязательств в рамках ВТО?
3.2.9.}

<< | >>

↑

Источник: Питер Ван ден Боше. Правила и политика Всемирной Торговой Организации. Текст, кейсы, материалы. - Б.:2011. - 942 с.. 2011

Еще по теме Средства защиты при нарушении Правил ВТО: