В чем суть глобализации?

Здесь сколько исследователей, столько и мнений. Существуют разные подходы и в отечественной, и в мировой литературе. Основной критерий различий - как автор понимает степень воздействия глобализации на повседневную жизнь.

Одни говорят об увеличении взаимозависимости, о росте взаимосвязанности мира. Другие полагают, что нельзя ограничиваться подобной констатацией: появляются трансфеномены. то есть не просто взаимозависимость, а общие элементы, которые выходят за национальные рамки и охватывают группу стран, целые регионы, а некоторые - и весь мир. Третьи утверждают, что и этого недостаточно; речь идет о том. что формируются глобальные правовые пространства и встает проблема управляемости мировым развитием в целом. Есть и четвертые, для которых глобализация - это формирование глобального человеческого сообщества; они считают, что мы движемся к воссозданию единства человеческого рода, как бы сложен и труден этот процесс не был. Замечу, что последняя точка зрения мне наиболее близка. В своих работах, стремясь определить процесс формирования глобального человеческого сообщества (при том, естественно, что сохраняются национальные государства, национальные сообщества, - они не исчезают и еще будут существовать долго), я выдвинул концепцию формирования мегаобщества. Чтобы вы могли представить, насколько сложен анализ процесса глобализации, позвольте провести аналогию. В отечественной науке есть интересная теория, созданная нашим замечательным ученым-экономистом Николаем Кондратьевым, теория так называемых длинных циклов конъюнктуры, которая доказывает, что кроме коротких и средних циклов деловой активности существуют еще длинные макроциклы конъюнктуры, охватывающие большие периоды времени протяженностью в 50-60 лет. Хочу обратить ваше внимание на одно обстоятельство: Кондратьев сформулировал свою теорию в середине 1920-х годов, то есть спустя полтора столетия после того, как стал накапливаться с конца XVIII в.

эмпирический материал, говорящий о том, что действительно могут существовать длинные циклы экономической конъюнктуры. Возможно, когда речь идет о столь масштабных сдвигах в жизни человечества, как глобализация, тоже нужна определенная временная дистанция - чтобы точнее анализировать этот процесс, адекватно его оценивать, отличать главное от второстепенного. Не думаю, что для этого потребуется 150 лет, но, безусловно, анализировать процесс на начальных стадиях гораздо труднее, чем когда он приобретает зрелые формы. И в этом смысле теория Кондратьева служит обнадеживающим примером. Она построена на статистических рядах протяженностью во много десятилетий, а с того момента, как он представил ее в виде научного доклада, прошло уже почти сто лет. И мне кажется, это столетие скорей подтвердило, чем опровергло кондратьевскую теорию. Увы, как и многие наши замечательные ученые (он был экономистом-аграрником), Кондратьев погиб в сталинских застенках во второй половине 1930-х годов, а его работы в течение долгого времени находились под запретом. Потом, когда началась критика сталинизма, когда наша страна стала преодолевать сталинское наследие, кондратьевская теория вновь вошла в научный оборот. Повторю, что, с моей точки зрения, глобализация - феномен последних десятилетий. В то же время ученые выделяют так называемую протоглобализацию, или глобализацию номер один, которую они датируют значительно раньше. Есть прекрасная работа английских ученых (O'Rourke К., Williamson J. Globalization and History. Cambridge, Mass. L., 1999), где они исследуют феномен протоглобализации, а именно формирование трансатлантических рынков, то есть общих рынков товаров и капиталов между, в первую оче- РеДь, Западным полушарием и Западной Европой, в пери од с середины XIX в. и до Первой мировой войны. Опираясь на целый ряд показателей (объем торговли, вывоз капитала, наличие золотого стандарта, миграционные потоки), они доказывают, что, скажем, в начале XX в, мир был более глобализирован, представлял собой более целостное образование, чем в середине XX в.

Полагаю, они скорей правы. Действительно, после двух мировых войн, Великого кризиса и затяжной зкономической депрессии 1930-х годов мир оказался гораздо более расколотым и разорванным, чем в начале века. К этому я бы еще хотел добавить, что мир начала XX в. - это мир колониальных империй: английской, французской, немецкой, голландской, португальской, российской, австро-венгерской. оттоманской (только в английской и французской империях жило чуть меньше половины тогдашнего человечества). То есть и политически он был гораздо более един, чем в середине XX в. О чем это говорит? О том. что глобализация - нелинейный процесс и не процесс, который все время развивается по восходящей. Он идет по сложной синусоиде, со взлетами и падениями, со своими развилками выбора и альтернативами. Сегодня некоторые ученые и политики утверждают, что глобализации нет альтернативы, она необратима. Это не так. Альтернатива в человеческой жизни есть всегда. И точно так же, как была похоронена протоглобализация, похоронена еще до Первой мировой войны, в результате растущего сопротивления тех, кто нес ее издержки, не получая выгод (они стали вводить протекционистские тарифы, ограничивать иммиграцию, словом, отгораживаться друг от друга), - так вот точно так же и процесс современной глобализации при определенных условиях может быть обращен вспять.

<< | >>

↑

Источник: В.А.Никонова. Политика в современной России. 2005

Еще по теме В чем суть глобализации?:

- Основы политологии - Социология политики -