Социальное переживание

Под переживанием мы понимаем предшествующее пониманию состояние, когда мир схватывается не усилиями понятийного анализа, абстрактного конструирования, а на интуитивно-эмоциональном уровне.

Доминирование переживания среди остальных социальных способностей человека означает, что смысловая связь, существующая между человеком и человеком, человеком и миром и наделяющая мир значением и ценностью, приобретает форму голой полезности, сиюминутности, утрачивает временную перспективу. В переживании мир предстает как некое лишенное связи целое, распавшееся на определенные смысловые фрагменты , а человек - как озабоченное проблемами собственного выжи - вания существо. Момент непосредственного, свойственный переживанию, делает его неотъемлемой частью внутреннего мира человека, ядром его индивидуальной биографии. В переживании человек, с одной стороны, максимально субъективируется, как бы стягивается в один узел, концентрируется, с другой - напротив, объективируется, в силу отсутствия определенного понимания происходящего. Переживание, будучи непосредственным, предшествует всякому возможному толкованию мира, оно выступает своеобразной материей, из которой формируется образ. Однако материю социального переживания нельзя свести к голой возможности, притягивающей к себе различные социальные смыслы. Оно определенным способом структурировано и в каком-то смысле оно предчувствует образ. Переживанию родственно чувство позиции, ощущение своего места в мире (то, что американский социолог И.Гоффман называет «sense of one’s place»). Чувство позиции, занимаемое в социальном пространстве, с точки зрения П.Бурдье, является продуктом инкорпорации объективных структур социального пространства и играет важную роль в конструировании смысла социального мира. Чувство позиции вводит социального агента в определенный ритуал социальных взаимодействий, который определяет индивиду, что можно, а что нельзя себе позволить, вычерчивает перспективу его вероятного жизненного пути.

За пределы своего непосредственного «значения» переживание выходит тогда, когда оно захватывается внешней системой означающих, которую может предоставить религия, идеология, искусство, миф. В их семантических конструкциях оно трансформируется, его значение встраивается в общую семантическую структуру. Например, известное каждому чувство влюбленности лишь у поэта достигает осознанной выразительной силы. Благодаря такому встраиванию переживание осознается и признается самим субъектом в качестве значимого. Под воздействием своеобразной силы означающих переживающий вырывается из монотонной текучести своей жизни и получает способность увидеть ее связь со всей целокупностью бытия. Важной особенностью переживания является не только то, что оно служит предельным основанием познания, но и его связь с жизнью. Поэтому в попытке самоидентификации оно всегда ориентировано на простые значащие формы. В отличие от искусства, религии, система означающих, которой располагает миф, обладает целостностью, простотой, очевидностью и систематическим единством. Миф является наиболее архаичной и поэтому наиболее доступной формой мировоззрения. Поэтому в деле конструирования значений социального мира наука или идеология всегда уступают ему место. Переживание в поисках самопонимания, прежде всего, захватывается значащими структурами мифа, а не принципами науки, поскольку наука сама по себе не может дать целостного мировоззрения. Как отмечал М. Вебер, «смысл мироздания не раскрывается исследованием, каким бы совершенным оно ни было, мы сами призваны создать этот смысл»23. При изучении механизмов конституирования социального мира, направляемого мифом, мы выделяем два плана рассмотрения. Первый образует телеологическая форма мифа. Это означает, что миф выступает в качестве набора форм, смысл которых лежит «впереди меня». Формы мифа как бы находятся уже готовыми, зафиксированными в языке, традиции, культуре и используются в качестве строительного материала мировоззрения. Как мы видели на примере «политического обращения», номинации, исполь зуемые политическим мифом, не создаются заново, а находятся готовыми в арсенале политической идеологии.

Другой план рассмотрения предполагает археологию мифа, то есть прочтение его со стороны желания, изучение того, что лежит в глубине его семантических структур. Современный политический миф, в отличие от архаического, выражающего продукт кол - лективного бессознательного, всегда является чьим-то изобретением и в этом смысле приближается к теоретическим продуктам идеологии. Его расшифровка не представляет труда, поскольку по своей интенции он всегда пытается кого-то подавить, разоблачить, классифицировать. Телеологическая структура мифа Набор значений, которыми располагает миф для социального конституирования, предполагает, что объекты этого мира не обла- дают устойчивой структурой значений, что они слабо детерминированы и размыты. Переживание в качестве исходной точки смыслового конституирования можно представить в виде суждения: «что-то происходит, однако неизвестно что». В данном случае мы не просто имеем дело с разновидностью логического суждения, в котором предмет высказывания не определен и которое может быть подвергнуто дальнейшей логической обработке. Поскольку данное суждение выступает в качестве констатации переживаемой ситуации, то речь идет не просто о фиксированной в суждении неопределенности предмета высказывания, а об утрате смыслового ядра. То есть мы имеем дело в данном случае не с суждением факта, а с ценностным суждением. Вместе с тем неопределенность субъекта высказывания, вызванная принципиальной неспособностью переживания к номинации, как правило, сопровождается постоянным чувством страха. Это страх особого рода, не страх смерти, болезни, страданий, нищеты и т.п., а своего рода «эпистемологический» страх, страх неопределенности, неспособности определить нечто посредством общепринятого понятия. Вероятно, такой страх испытывает больной в ожидании диагноза. Благодаря огромному количеству означающих, содержащихся в его структуре, миф помогает преодолеть эпистемологический страх. Миф наделяет способностью определять, говорить, высказываться субъекта, лишенного самостоятельности суждения, способности к номинации. Это одолженный язык для немотствующего, безгласного, безъязыкого. Миф компенсирует отсутствие у субъекта способности выносить суждение автономно, безотносительно ориентации на господствующее мнение, на господствующую систему ценностей. Наше суждение приобретает осмысленность только относительно существующей системы ценностей, в границах существующих символических систем, без которых оно не способно порождать значение и смысл.

<< | >>

↑

Источник: Бурлачук В.. Символ и власть: Роль символических структур в построении картины социального мира. — К.: Институт социологии НАН Украины. — 266 с.. 2002

Еще по теме Социальное переживание: