ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Авторитетный правовед, специалист в области международного права из ФРГ Вольфганг Граф Витцтум отмечал: «Даже если международное право в целом не в состоянии противостоять разжиганию вооруженных конфликтов, подобные конфликты подлежат ограничению посредством правовых норм»^[357].

Нормы международного гуманитарного права обязаны применяться во время вооруженных конфликтов в полном объеме и при любых обстоятельствах.

Проведенное в рамках настоящей диссертации исследование зарубежной и отечественной доктрин международного права по вопросу периодизации международного гуманитарного права как механизма регулирования отношений во время вооруженных конфликтов позволяет сделать вывод, что законы и обычаи войны развиваются с древних времен по настоящее время. Вторая половина XIX в. ознаменовала процесс прогрессивной кодификации норм вооруженных конфликтов. Именно с этого отрезка времени берет свое начало тенденция развития международного гуманитарного права, при которой основное внимание уделяется допустимым средствам причинения вреда противнику на поле боя, именуемого «Гаагским правом». Другое направление развития международного гуманитарного права, относящееся к вопросам защиты жертв вооруженных конфликтов, именуемое «Женевским правом», также берет свое начало в середине XIX в.

С принятием Женевских конвенций 1949 г., касающихся защиты жертв вооруженных конфликтов, была достигнута широкая универсальность международного гуманитарного права в сфере договорного права.

Помимо идей гуманности, т.е. стремления к предотвращению и недопущению людских страданий, стимулом к развитию международных правил ведения боевых действий является заинтересованность государств в уменьшении ущерба, причиняемого боевыми действиями, так как помимо экономической составляющей вопроса ограничение и уменьшение нанесенного вреда облегчает возвращение к мирной жизни.

В XXI в. некоторые тенденции, являющиеся характерными для вооруженных конфликтов, все чаще обостряются:

- возрастает усложненность вооруженных конфликтов, связанная с фрагментацией вооруженных групп и асимметричными военными действиями;

- конфликты из локальных развиваются в региональные;

- отсутствует эффективное разрешение конфликтов со стороны международного сообщества, что создает проблему войн, не прекращающихся многие десятилетия;

- происходит коллапс национальных систем, которые не способны справляться с возникающими гуманитарными проблемами^[358].

В итоге создается так называемый «порочный круг» конфликтов, означающий ситуацию, при которой один конфликт порождает другой в связи с тем, что стороны в вооруженном конфликте дробятся, что приводит к росту их количества, а в него начинают вовлекаться новые участники. Отсутствие разрешения конфликта приводит к тому, что существующие противоречия длятся годами и десятилетиями. Вооруженные конфликты на Ближнем Востоке, начавшиеся с массовых волнений и антиправительственных акций в 2011 г., ведутся до сих пор.

Аналогичной можно назвать ситуацию на востоке Украины.

Весомый вклад в усложнение современных вооруженных конфликтов вкладывают государства, оказывающие вмешательство в конфликте на территории третьих стран, что увеличивает число непосредственных участников боестолкновений.

«Гибридные войны», широко распространенные в XXI в., порождают очень сложные вопросы, связанные с классификацией того или иного конфликта, так как грань между состоянием войны и мира размывается. Чаще всего информация о характере вмешательства третьей стороны содержится в тайне. Более того, такая третья сторона на практике отказывается признавать свое участие в боевых действиях. При этом, по мнению автора настоящего диссертационного исследования, стороны в гибридных войнах обязаны соблюдать международные нормы, ограничивающие способы ведения боевых действий и защищающие их жертв.

В настоящем диссертационном исследовании приведен пример Сирии, на территории которой раскол в рядах оппозиции привел к распространению конфликта на территорию соседних государств.

Для решения данной проблемы автор настоящего диссертационного исследования приходит к выводу о необходимости учреждения «Международного трибунала по преследованию участников незаконных вооруженных формирований на Среднем Востоке» как реального механизма для отправления правосудия, достижения справедливости и наказания виновных в совершении серьезных нарушений норм международного гуманитарного права.

Еще одной тенденцией, связанной с современными вооруженными конфликтами, является процесс делегирования выполнения традиционных государственных функций государствами в пользу частных военных и охранных компаний.

Документ Монтре, принятый в 2008 г., является важным шагом в вопросе разработки международно-правовых стандартов деятельности частных военных и охранных компаний. Также в рамках ООН проводится разработка международной конвенции, регулирующей деятельность ЧВОК.

Однако опасение вызывает статус персонала, не соответствующий понятиям «комбатант» или «наемник», что создает коллизию. В случае сомнений относительно статуса лица Дополнительный протокол к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 г., касающийся защиты жертв международных вооруженных конфликтов (Протокол I) от 8 июня 1977 г., рекомендует считать такое лицо гражданским. Но в данном случае такой подход является спорным, так как сотрудник ЧВОК может считаться «гражданским лицом», при этом имея на руках вооружение. Логично было бы дополнить Дополнительный протокол положениями о возможности проверки таких лиц, вызывающих подозрения, компетентными органами.

В некоторых государствах деятельность ЧВОК регулируется на национально-правовом уровне. Государства, планирующие использовать и регистрировать такие компании на своей территории, должны принять закон для четкого и точного определения услуг, которые могут или не могут быть переданы ЧВОК.

По мнению автора настоящего диссертационного исследования, такое делегирование государственных функций частным субъектам размывает понятие государственного суверенитета и является нарушением своих международноправовых обязательств со стороны делегирующих полномочия государств, так как государства, привлекающие частные военные и охранные компании для выполнения государственных функций в зонах вооруженных конфликтов, обязаны обеспечить соблюдение этими компаниями Женевских конвенций о защите жертв войны от 12 августа 1949 г. Однако ЧВОК не гарантируют надлежащим образом соблюдать нормы международного права в целом и международного гуманитарного права в частности. Указанное выше подталкивает к выводу, что деятельность таких компаний должна жестко регулироваться и ограничиваться как на национально-правовом, так и на международно-правовом уровне или же быть вовсе запрещена как представляющая серьезную угрозу соблюдению норм международного гуманитарного права во время вооруженных конфликтов.

Нарушения норм международного гуманитарного права со стороны государств чаще всего происходят во время контртеррористической деятельности, что также является современной тенденцией, так как подключение военизированных подразделений для операций по поддержанию или восстановлению общественной безопасности и правопорядка является актуальным явлением. Государствами может также отрицаться существование полноценного вооруженного конфликта на своей территории, что осложняет возможность предоставления защиты пострадавшим и приводит к отрицанию основной защиты, которая предоставляется международным гуманитарным правом комбатантам и гражданскому населению. Выходом из такой ситуации является необходимость адекватного международно-правового анализа конфликтов со стороны государств.

Также во второй главе настоящего диссертационного исследования приводится пример активной деятельности некоторых вооруженных групп, взаимодействующих с вооруженными силами Украины, однако не находящихся в их подчинении.

Актуальной тенденцией, сохранившейся с давних времен, является содержание под стражей по соображениям безопасности. Огромную роль в данном вопросе играет Международный комитет Красного Креста, ведущий диалог по данному вопросу с государствами во время вооруженных конфликтов, предлагающий варианты действий и рекомендации относительно методов усиления правовой защиты лиц, лишенных свободы. И если лишение свободы по соображениям безопасности является исключительной мерой пресечения, прини

маемой в условиях вооруженного конфликта, то административное содержание под стражей лиц, которые, как предполагается, представляют угрозу для государственной безопасности, все более широко практикуется и вне рамок вооруженного конфликта . В случаях, когда речь идет о лицах, подозреваемых в терроризме, принимаются самые жесткие меры.

По мнению автора настоящего диссертационного исследования, предотвращение произвола и нарушения закона может быть достигнуто в результате установления тщательного контроля над лицами, оказавшимися такими задержанными. При этом важную роль в процессе пересмотра их дел в рамках осуществления мониторинга за соблюдением прав человека играют не только государства, но и международные организации. Необходимо понимать, что повышение уровня безопасности за счет ограничения прав человека вряд ли сможет привести к положительным результатам.