2.3.2. Место представителя в процессе

1 Ивакин В.Н. Представительство в советском гражданском процессе. Вопросы теории и практики. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. М., 1981. С. 9.

115

Такой вывод следует из выносящегося на защиту тезиса об имеющейся публично-правовой стороне деятельности представителя. Поскольку процессуальный представитель действует в процессе не только как представитель тяжущегося, но и как судебный деятель, несущий публично-правовые обязанности, постольку он должен быть признан лицом, участвующим в деле наравне с прокурором и лицами, указанными в статье 42 ГПК РСФСР.

Представители противоположной точки зрения фактически утверждают, что представитель не имеет в процессе ни собственных прав, ни собственной воли, ни собственного интереса, которые, по нашему мнению, необходимы для признания лица, участвующим в деле.

Наличие прав, не являющихся производными от прав представляемого, демонстрировалось при рассмотрении полномочий представителя (деление на производные и непроизводные). В связи с тем, что представитель наделяется некоторыми полномочиями не в связи с наличием аналогичных прав у представляемого, а в силу указания закона как лицо, оказывающее суду помощь в достижении целей гражданского процесса, представитель должен быть признан лицом, участвующим в деле.

Еще в 1878 году классик отечественной цивилистики профессор И.О.

1 Нерсесов Н.О. Понятие добровольного представительства в гражданском праве // Представительство и ценные бумаги в гражданском праве. М.: Статут. 1998. С. 32-

39.

116

Считаем целесообразным детально рассмотреть вопрос о заинтересованности представителя в процессе. Многие авторы не признают наличие у представителя заинтересованности в процессе и по этой причине отказываются считать представителя лицом, участвующим в деле. С этим нельзя согласиться по следующим причинам. С точки зрения русского языка заинтересованностью является наличие интереса. Интерес же определяется как особое внимание к чему-либо, желание вникнуть в суть, узнать понять, нужда, потребность, выгода, корысть1. Представитель (особенно профессиональный) уделяет процессу большое внимание, иначе не может и быть ведь в этом состоит его профессия. Желание вникнуть в суть, узнать, понять тем более требуется в настоящее время в связи с переходом к состязательному процессу, когда стороны наделены большим объемом процессуальных прав в области доказывания. Нужда, потребность в процессе у представителя связана с его профессиональными обязанностями, необходимостью самореализации на профессиональном поприще. Выгода, корысть от процесса тем более очевидна для представителя, если это является его постоянной деятельностью, процесс позволяет представителю обеспечить себе и своей семье нормальные условия для существования.

Интерес же законного представителя, участвующего в процессе, зачастую совершенно невозможно отделить от интереса его представляемого.

Однако не любой интерес имеет юридическое значение, таким качеством обладает только юридический интерес, то есть «интерес, который удовлетворяется правовыми средствами»2. Применительно к гражданскому процессу юридический

1 Ожегов СИ., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М.: «Азъ». 1996.

С. 214.

2 Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском праве. Саратов, 1970.

С. 13.

117

интерес выражается как интерес к процессу, потребность в возникновении процесса и участии в нем1.

Юридический интерес, служащий основанием для участия в деле, по критерию связи с предметом судебной зашиты подразделяется на материально-правовой, при наличии которого решение может отразиться на правах и обязанностях носителя интереса в данном процессе или в будущем, и на служебный или общественный интерес, при котором решение не отражается на правах и обязанностях носителя интереса, служит удовлетворению служебного или общественного интереса. Представитель в процессе может иметь материально-правовой опосредованный интерес к результатам процессуальной деятельности2, поскольку от вынесенного решения зависят отношения между представителем и представляемым. При обосновании наличия общественного интереса в процессе следует исходить из того, что обществу присущи коллективные ценности, посягательство на которые приводит к дезинтеграции социального корпуса3. По этой причине общество вынуждено создавать институты, стоящие на страже его интересов. Обществу небезразлично сможет ли лицо осуществить предоставленные ему субъективные права, в том числе, право на получение квалифицированной юридической помощи. Одним из общественных институтов, имеющих целью обеспечение защиты прав путем оказания юридической помощи, является институт представительства в суде.

Поскольку законодатель признал наличие общественного интереса в процессе у органов государственного управления и иных субъектов, указанных в статье 42 ГПК РСФСР, постольку он должен в законодательном порядке признать наличие такого интереса у процессуального представителя и признать его лицом, участвующим в деле.

1 Гукасян Р.Е. Указ. соч. С. 39.

2 О непосредственном и опосредованном интересе см.: Психология. Минск, 1970.

С.27.

3 Энциклопедический социологический словарь. М., 1995. С. 472.

118

Самостоятельность правового статуса представителя особенно заметна в случае участия в качестве такового адвоката. Процессуальный закон совершенно не требует от адвоката представлять какие-либо доказательства наделения его полномочиями со стороны представляемого. Его полномочия на ведение дела удостоверяются ордером, выдаваемым юридической консультацией. Такой ордер выдается за подписью заведующего юридической консультацией и выражает собой поручение одному из членов коллегии адвокатов на ведение конкретного дела лица, обратившегося за юридической помощью в юридическую консультацию. Договорные отношения не связывают обратившееся лицо с адвокатом. Более того, суд не вправе требовать от адвоката представления доказательств обращения конкретного лица за юридической помощью и допускает его в процесс вне связи с его отношениями с представляемым, а лишь по воле самого адвоката. Участвуя в деле адвокат не является всего лишь глашатаем представляемого, «разрешая вопрос о возможных способах ведения дела своего клиента ... адвокат должен определять, являются ли они законными, целесообразными и нравственно дозволенными».1 В этом случае адвокат предстает не только и даже не столько как представитель тяжущегося, а как лицо, на которое возложено исполнение конституционной обязанности. Адвокат не должен отождествлять себя со своим доверителем, поскольку является общественным деятелем2.

С точки зрения принципа непосредственности исследования доказательств в процессе следует признать объяснения представителя самостоятельным средством доказывания наряду с объяснениями сторон и третьих лиц.

1 Ватман Д.П. Адвокатская этика (нравственные основы судебного представитель ства по гражданским делам). С.62.

2 Там же.

119

очень важно «личное восприятие сведений об определенных фактах непосредственно из объяснений представителей сторон и других участников процесса».1

Прокурор в соответствии с главой IV ГПК РСФСР является лицом, участвующим в деле. Сходство института представительства и участия прокурора в гражданском процессе можно проследить на примере развития современного украинского законодательства. Конституция Украины в пункте 2 статьи 121 предусмотрела такую функцию прокуратуры как представительство интересов гражданина или государства в суде в случаях, определенных в законе. Использование понятия представительства применительно к институту участия прокурора в гражданском и арбитражном процессе позволяет предположить, что прокурор в процессе являет собой обычного представителя. Наряду с этой точкой зрения в юридической литературе большее распространение получила точка зрения, согласно которой представительство прокурором интересов гражданина и государства в суде, закрепленное в п.2 ст. 121 Конституции Украины, - особый вид представительства2. Весьма интересным представляется следующий факт: значительное сходство процессуального законодательства Украины и России, в том числе и институтов представительства и участия прокурора в процессе, дает нам право утверждать, что законодательные решения вызваны одинаковыми исходными предпосылками. Следовательно, участие прокурора в гражданском процессе, известное российскому праву, и прокурорское представительство, присущее праву украинскому являются институтами однородными по своей сущности, совпадающими по ряду своих существенных признаков. Например, М.А.

Тараненко В.Ф. Принцип непосредственности в арбитражном процессе // Актуальные проблемы защиты субъективных прав граждан и организаций. Сборник научных трудов. М., 1985. С.38.

2 Обзор мнений по этому вопросу см.: Сапунков В.И. Проблема представительства прокурором интересов гражданина или государства в суде // Теоретические и прикладные проблемы реформы гражданской юрисдикции. Екатеринбург, 1998. С.

143.

120

он является официальным представителем государства . Из этого вывода можно проследить генетическую связь института участия прокурора в российском гражданском процессе и института представительства. Признание же прокурора лицом, участвующим в деле, и противоположная позиция законодателя относительно представителя противоречила бы здравому смыслу и назначению судебного представительства как части системы защиты прав граждан, наряду с судом, прокурором, организациями, защищающими права других лиц. По этой причине представитель должен быть признан лицом, участвующим в деле.