§ 3.2. Особенности представительства в арбитражном, уголовном, кон­ституционном процессах л

3.2.1. Сравнительное исследование некоторых особенностей представитель­ства в арбитражном процессе

Арбитражное процессуальное законодательство содержит дополнительные ограничения прав процессуальных представителей в процессе.

Одной из особенностей рассмотрения арбитражным судом дел о признании факта несостоятельности (банкротства) является то, что заявление от имени долж­ника о признании его банкротом может быть подписано только руководителем должника или его заместителем. В этом случае полномочие процессуального представителя ограничено законом в связи с особой важностью для должника со­вершения такого шага - подачи заявления о признании его несостоятельным (бан­кротом). Полномочием на подписание заявления о признании банкротом должни­ка представитель не может быть наделен даже путем специального указания на него в доверенности.

Статья 91 ГПК РСФСР устанавливает, что расходы по оплате помощи пред­ставителя компенсируются проигравшей стороной по решению суда в разумных пределах и с учетом конкретных обстоятельств^[208]. Возникает вопрос: должен ли тя­жущийся заявлять требование о такой компенсации или суд вправе вынести такое

решение ex officio. Из буквального толкования статьи 91 ГПК следует, что суд рассматривает этот вопрос и выносит по нему решение вне зависимости от требо­вания стороны. Но такой вывод противоречил бы диспозитивному началу граж­данского процесса. Представляется, что сторона, желающая, чтобы ей компенси­ровали расходы по оплате помощи представителя, все же должна обратиться к су­ду с таким требованием.

Требование о возмещении расходов по оплате помощи представителя не яв­ляет исковым требованием, если заявляется в том же процессе, по которому ока­зывалась помощь представителя. В связи с этим лицо может заявить его в уже на­чавшемся процессе, без подачи нового искового заявления и уплаты государст­венной пошлины. Такое требование должно относиться к процессуальным требо­ваниям наряду с ходатайством об истребовании или обеспечении доказательств, заявлением о применении мер по обеспечению иска. В противном случае сторона бы лишалась возможности возместить себе расходы по оплате помощи представи­теля, например, в случае вступления представителя в уже начавшийся процесс ли­бо вынуждена была бы предъявлять отдельный иск к проигравшей стороне.

Арбитражное процессуальное законодательство в отличие от гражданского процессуального не предусматривает возможности возмещения участникам про­цесса расходов на оплату помощи представителя. Компенсация оплаты услуг су­дебного представителя или консультанта в связи с подготовкой и предъявлением иска в арбитражном процессе следует обсуждать лишь с точки зрения оценки этих затрат как убытков.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для

восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (ре­альный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Судебная практика достаточно четко придерживается мнения, что произве­денные расходы должны носить некомпенсируемый характер и, применительно к юридическим лицам, влиять на финансовый результат деятельности, то есть ис­точником финансирования должна выступать прибыль юридического лица^[209]. Оп­лата консультационных услуг включаются в себестоимость продукции (работ, ус­луг) при условии, что они непосредственно связаны с производственной деятель­ностью предприятия-услугополучателя (пункт 1 и подпункт «и» пункта 2 Положе­ния о составе затрат, утвержденного постановлением Правительства РФ от 05.08.92 №552). Цель и смысл деятельности судебного представителя составляет помощь представляемому в ведении судебного процесса путем совершения про­цессуальных действий. В большинстве случае представитель оказывает и консуль­тационные услуги, а также производит определенные виды работ (например, печа­тание текста). Последние являются лишь способом материализации результата и, как правило, самостоятельным объектом договора не являются. Исходя из того, что непосредственная связь между производственной деятельностью предприятия и деятельностью представителя отсутствует и затраты на представителя не могут быть отнесены на себестоимость и компенсироваться за счет покупателя, а долж­ны осуществляться за счет прибыли предприятия, некоторые авторы делают вы­

вод о том, что произведенные такого рода расходы являются убытками и, следова­тельно, могут быть взысканы в качестве таковых¹.

Вместе с тем, расходы по оплате действий представителя не находятся в причинной связи с нарушением прав лица, явившимся поводом для предъявления основного иска. Обращение к судебному представителю не является в России обя­зательным условием обращения в суд и участия в процессе. Аналогичной позиции придерживается судебно-арбитражная практика. Так, Президиум Высшего Арбит­ражного Суда по конкретному делу указал, что убытки истца не находятся в при­чинной связи с действиями ответчика, не являются неизбежными для него, поэто­му возмещению не подлежат^{[210] [211].}

Полагаем, что опыт гражданского процессуального законодательства дол­жен быть использован и в арбитражном процессуальном законодательстве. АПК РФ должен быть дополнен статьями, предусматривающими возмещение расходов по оплате помощи представителя.

3.2.2. Отдельные особенности представительства от имени гражданского ист­ца и гражданского ответчика в уголовном процессе

Процессуальное представительство как межотраслевой институт права име­ет свои нормы и в уголовно-процессуальном законодательстве. Не останавливаясь на институте представительства от имени обвиняемого или потерпевшего и не претендуя на полное раскрытие темы представительства в уголовном процессе, рассмотрим отдельные особенности представительства от имени гражданского истца и гражданского ответчика.

Представитель гражданского истца или гражданского ответчика (далее - представитель) вступает в процессуальные отношения, в отличие от гражданского процесса, не только с судом. В связи с тем, что по правилам статьи 29 УПК РСФСР гражданский иск в уголовном деле может быть предъявлен с момента воз­

буждения уголовного дела и до момента начала судебного следствия, представи­тель может вступать в процессуальные отношения также и с лицами, ведущими предварительное следствие или дознание, с прокурором при осуществлении им надзора за следствием дознанием.

Процессуальная деятельность представителя также отличается своеобрази­ем.

Уже круг лиц, которые могут быть представителями в уголовном процессе. В качестве таковых могут участвовать лишь адвокаты, близкие родственники и иные лица, управомоченные в силу закона представлять при производстве дела законные интересы гражданского истца и гражданского ответчика (статья 56 УПК РСФСР). Уголовно-процессуальное законодательство не предусматривает воз­можности участия в процессе договорных представителей, если они не являются адвокатами. Однако некоторые ученые утверждают, что «если гражданским ист­цом или ответчиком являются предприятия, учреждения, организации, в качестве их представителей могут выступать их руководители, а на основании доверенно­сти - другие должностные лица юридических лиц»^[212]. Такой вывод представляется не соответствующим законодательству, однако не лишенным логики. Во-первых, руководитель юридического лица, являющийся его органом, не признается его представителем, однако все-таки может действовать от имени юридического лица. Во-вторых, другие должностные лица, действующие от имени юридического лица на основании доверенности, не могут представлять гражданского истца и граж­данского ответчика в уголовном процессе, поскольку статья 56 УПК РСФСР дает исчерпывающий перечень лиц, наделенных этим правом, а должностных лиц ор­ганизаций среди них нет. Ограничение перечня лиц, имеющих право быть пред-

ставителем, в современных условиях не имеет какого-либо теоретического или практического обоснования - квалификация частнопрактикующих юристов в гра­жданском, финансовом, налоговом праве зачастую выше квалификации адвокатов, а потому они способны лучше защитить интересы представляемых и оказать по­мощь органам предварительного следствия и суду.

Представляется, что процессуальное представительство гражданского истца и гражданского ответчика в уголовном процессе не обладает столь значительными особенностями, чтобы его регулирование существенно отличалось от регулирова­ния процессуального представительства в гражданском процессе. По этой причине с целью унификации законодательства о процессуальном представительстве необ­ходимо допустить участие в уголовном процессе в качестве представителей граж­данского истца и ответчика любое лицо, имеющее надлежащим образом оформ­ленные полномочия. Эти полномочия должны бьггь ограничены в уголовном про­цессе такими же способами как и в гражданском.

3.2.3. Представительство в Конституционном Суде РФ

Представитель является участником процесса в Конституционном Суде. В отличие от иных отраслей процессуального законодательства законодательство о конституционном судопроизводстве детально регулирует вопрос субъектов пред­ставительства. Закон «О Конституционном Суде РФ» подразделяет представите­лей на представителей по должности и иных представителей.

Представителями по должности в соответствии со статьей 53 ФКЗ «О Кон­ституционном Суде РФ» могут быть руководитель органа, подписавший обраще­ние в Конституционный Суд Российской Федерации, руководитель органа, издав­шего оспариваемый акт или участвующего в споре о компетенции, должностное лицо, подписавшее оспариваемый акт, любой член (депутат) Совета Федерации или депутат Государственной Думы из числа обратившихся с запросом.

Также представителями сторон могут быть адвокаты или лица, имеющие ученую степень по юридической специальности.

По смыслу статьи 53 Закона «О Конституционном Суде РФ» никакое дру­гое лицо не может быть представителем при рассмотрении дел в Конституцион­ном Суде, в том числе не могут осуществлять свои функции законные представи­тели, что вряд ли можно считать правильным.

Повышенные требования к лицам, имеющим право быть представителями, предъявляются с учетом специфики и особой сложности дел, рассматриваемых Конституционным Судом РФ, с учетом подведомственности. Требование высокой квалификации корреспондирует с ограничением на количество представителей. Имеющееся ограничение на количество представителей у каждой из сторон объ­ясняется тем, что большое количество представителей приведет к затягиванию процесса. Поэтому стороны должны стремиться к тому, чтобы их представителя­ми были как можно более квалифицированные представители.

Полномочия представителей по должности подтверждаются либо фактом подписания обращения в Конституционный Суд, либо исполнением обязанностей руководителя органа, издавшего оспариваемый акт. Такой подход может завести в тупик, если с момента подписания обращения и до момента его рассмотрения или вынесения решения руководитель, подписавший обращение, сменился. Представ­ляется целесообразным ввести универсальный порядок подтверждения полномо­чий руководителя для выступления им в процессе - для этого он должен предста­вить суду документ, подтверждающий факт его избрания или назначения на соот­ветствующую должность.

Подтверждение полномочий иных представителей производится «соответ­ствующими документами». Какими же именно закон не устанавливает. Исходя из того, что процессуальное представительство является комплексным межотрасле­вым институтом, полномочия адвоката должны подтверждаться ордером юриди­ческой консультации или доверенностью, а иного лица, имеющего право быть представителем, - доверенностью.

Представительство в Конституционном Суде является частью комплексного общепроцессуального института представительства. Общие вопросы регулирова­ния представительства в Конституционном Суде соответствуют регулированию представительства в процессуальных отраслях права, дается перечень лиц, имею­

щих право быть представителем, указывается на порядок подтверждения полно­мочий действовать от имени представляемого, по смыслу законодательства дейст­вия, совершенные представителем, обязательны для представляемого в той же ме­ре, в какой для него обязательны его собственные действия. Как часть комплекс­ного функционального института процессуальное представительство регулирует­ся, например, нормами конституционного права в части наделения полномочиями представителей цо должности и прекращения этих полномочий, судоустройства при установлении полномочий адвокатов, гражданского права в части порядка выдачи и прекращения доверенности для иных представителей, а также нормами законодательства о Конституционном Суде в части процессуальной деятельности представителя.