<<
>>

III. СУДОПРОИЗВОДСТВО

А. Развитие и характеристика процесса Арбитральное судопроизводство. Оно опиралось на принцип, согласно которому князь или король не были связаны общей практикой судопроизводства. Они выносили приговор на основании известия о преступлении или результатов предварительного следствия и приказывали его исполнить, лишая осужденйого права на защиту.
Наказание, его характер и степень зависели в каждом случае от воли монарха, поэтому его и воспринимали как месть и гнев монарха. Арбитральное судопроизводство, касавшееся в первую очередь преступлений против самого князя, короля и его интересов, отождествлявшихся с интересами государства, не импонировало магнатам и рыцарям, требовавшим нормальной судебной процедуры, предоставляющей обвиняемому право на защиту. Основы обвинительного процесса. В XIII веке развился обвинительный процесс. Как вытекает из названия, он мог быть возбужден только на основании жалобы истца. Протекал процесс в форме спора, который стороны вели в присутствии суда (контрадикторное судопроизводство). Обвинительный процесс был устным или гласным. Не было существенной разницы между судопроизводством в гражданских и уголовных делах, хотя в уголовном судопроизводстве и имелись определенные отличия. Статуты Казимира Великого, как и более поздняя практика, сохранили принципиальное единство гражданского и уголовного процесса. Характерной чертой средневекового обвинительного процесса был формализм. Он проявлялся в соблюдении предписанных форм на каждой данной стадии судебного процесса, в свою очередь связанных с употреблением определенных символов, жестов, словесных формул, игравших важную роль. Таким формализованным актом была присяга. Присягающий должен был воспроизвести установленные обычаем жесты и четко произнести предписанную для данного случая присягу; каждое изменение текста присяги или даже ее нечеткое произнесение вели к тому, что она становилась недействительной. Столь же формальным актом было предъявление иска. Всякое нарушение формы приводило к нежелательным для соответствующей стороны результатам. Но формализм в польском процессе был выражен все же менее ярко, нежели в средневековых немецком и французском процессах. Неспособность стороны четко произнести присягу не вела, по польскому праву, к проигрышу дела; это имело место в других странах. Характерной чертой средневекового процесса была диспозитивность. Она состояла в том, что стороны могли заранее договориться об изменении процессуаль ных правил и это принималось судами как должное, хотя и в пределах допустимого правом. Принцип диспо- зитивности способствовал уменьшению процессуального формализма, ускорению самого судопроизводства. Он облегчал введение новых принципов, которые позже санкционировались законом и становились нормой права. Б. Подготовительное судопроизводство Гонение следа. Возникновение инквизиционного процесса. Государственная власть, не создав еще собственных органов преследования, обязывала ополья ловить убийц, грабителей и воров. С этой обязанностью связывался институт гонения следа, известный и Русской Правде. Он заключался в обязанности ополья преследовать преступника до границ соседнего ополья, которое в свою очередь должно было вести гонение дальше.
В границах ополья эта повинность тяготела над всеми деревнями. Результативность преследования преступлений гарантировала коллективная ответственность соответствующего ополья или деревни. Иммунитетные привилегии освобождали население иммунизованных деревень от гонения следа. Когда .след доходил до такой деревни, жители ее не обязаны были продолжать поиски, но должны были открыть свои дома и позволить обыск. Окончательно, в результате распространения иммунитетов, гонение следа исчезло в начале XIV века. Усиление государственного аппарата способствовало появлению элементов инквизиционного процесса в уголовных делах, особенно в судопроизводстве оправцев- юстициариев, соединивших в своих руках функции преследования, обвинения и осуждения в сфере профессиональных преступлений: разбоя и краж. Развитие инквизиционного процесса в земском праве тормозилось сопротивлением шляхты, желавшей ограничения, а затем и ликвидации должности оправца. Не сформировались также в земском праве типичные для инквизиционного процесса принципы тайности и письменности судопроизводства. Процесс в уголовных делах остался в сущности устным, письменность же играла вспомогательную роль. Меры пресечения. Средством, предупреждающим бегство и сокрытие подозреваемого, было лишение свободы (арест). Однако лишение свободы по тем временам не было наказанием в точном смысле, хотя продолжительное пребывание в тюрьме объективно носило такой характер. Применяемое по произволу князя-короля наказание в отношении к политическим противникам или особам, вызвавшим неудовольствие суверена, связано с заковыванием в кандалы и плохим питанием; заключение было карой весьма мучительной. Поэтому рыцарство-шляхта выступило против лишения свободы людей, принадлежавших к привилегированным сословиям. Со временем по отношению к шляхте все чаще стали применять поручительство. Привилегии 1430—1433 гг. превратили его в основное средство предотвращения сокрытия в отношении землевладельческой шляхты. Поручитель или поручители также из земледельческой шляхты должны были обеспечить явку обвиняемого в суд в определенный момент или, если шла речь об уже осужденном,— исполнение приговора. Гарантией ручательства была недвижимость поручителя или означенная в деньгах сумма, которая поступала в доход казны, если обвиняемый в назначенный срок не представал перед судом. Помимо того, шляхтич, уклоняющийся от суда, подлежал инфамии, а его имущество конфисковывалось. Приостановление или прекращение преследования и наказания. Нельзя было ни осудить, ни привести в исполнение приговор в отношении лица, воспользовавшегося правом убежища. Его давал двор монарха или кафедральный костел. Убежище охраняло обвиняемого от мести до того момента, пока он не сможет доказать свою невиновность перед законом или добиться прощения у потерпевшей стороны. В период усиления королевской власти, во времена Казимира Великого, часты были случаи конфискации имущества без приговора и одновременно усилилось арбитральное судопроизводство, при котором смертные приговоры практиковались и в отношении шляхты. Реакцией на это было воскрешение, под давлением шляхты, существовавшего с давних пор института воеводского убежища. Оно имело целью защитить от произвольного судопроизводства шляхту, и только шляхту, особенно в случаях, когда шляхтич, которому инкриминируется тягчайшее преступление, не допускался для защиты ни к королю, ни к старосте. Тогда он мог схо ронит^ся под опекой воеводы, предоставлявшего убежище на четыре-восемь недель во вверенных ему землях. 1гсли за это время обвиняемый не получает гарантии нормального судопроизводства, воевода должен был выпроводить его за пределы страны. В течение года, если изгнанник вел себя спокойно, он не подлежал наказанию, а родственники могли использовать время для того, чтобы добиться у короля или старосты нормальной судебной процедуры. В случае бесправного, т. е. без сохранения описанной выше процедуры, побега виновный подлежал наказанию лишением чести и конфискацией имущества. Воеводское право убежища исчезло в первой половине XV века, когда шляхетские привилегии застраховали шляхту от произвола властей, когда окончательно установилось, что ее имущество не может быть конфисковано без приговора суда (1422). Затем утверждается уже известное нам neminem captivabimus (1430—1433). Обстоятельством, исключающим преследование и наказание, была амнистия или, если речь шла о конкретном случае, — помилование, входившее в прерогативы князя-короля. Королевская амнистия от 1342 года, объявленная после войны с крестоносцами, коснулась городов, перешедших на сторону Ордена. Помилование освобождало от государственного наказания, но не от частноправовой ответственности. В. Судебное разбирательство Стороны и их поверенные. В средневековом процессе участвовали две стороны: истец, именуемый pierca, и ответчик, именуемый sapierzem. Отличали судебную правоспособность, т. е. право быть стороной в процессе, от процессуальной правоспособности, которая давала право выступать в процессе лично, а не через поверенного. Судебная правоспособность соответствовала правоспособности в гражданском праве, в то время как процессуальная правоспособность — способности к правовым действиям. Ограничение процессуальной правоспособности связывалось с сословной принадлежностью лица. В отношении крестьян в XIV—XV вв. побеждал принцип, что они обладают процессуальной правоспособностью только в соответствующем домениальном суде. В других судах крестьянин, выступающий как истец, должен был судиться через представительство своего пана. Ограничение процессуальной правоспособности женщин проявлялось в том, что как незамужние женщины, так и замужние должны были выступать в суде через опекуна или мужа. Только вдовы могли самостоятельно являться в суд и представлять там свои интересы. Другой характер имела отсрочка суда над детьми и подростками — до достижения ими совершеннолетия. В этих случаях срок давности не истекал. Характерная для польского процесса такая отсрочка была принята в интересах несовершеннолетних. В то же время им позволялось выступать истцами, хотя и через опекуна. В принципе стороны были обязаны лично участвовать в про- дессе. С древнейших времен существовали, однако, исключения, допускавшие процессуальное представительство. Интересы соответствующей стороны защищались третьим лицом, и все его действия должны были приниматься безоговорочно. Ранее всего возникло представительство на основе закона (таким было представительство опекуна). В XIII веке сформировалось договорное процессуальное представительство, устанавливаемое письменно перед судом. В качестве поверенных, именуемых прокурорами, чаще всего использовались и духовные лица, неохотно выступавшие перед княжескими (королевскими) судами. Компетенция суда. Компетентным судом в средневековом процессе был суд ответчика по принципу, что actor seguitur forum rei. 'Принцип этот, перешедший из канонического права, был сформу- 'лирован на феодальном вече в Плоцке в 1230 году и отвечал .тогдашним отношениям, поскольку в период феодальной раздробленности и распространения иммунитетов приведение приговора в исполнение находилось в непосредственной зависимости от суда того князя или господина, которому подчинялся ответчик. В XIV веке в интересах рыцарства-шляхты было сделано несколько исключений из этого правила. Статуты Казимира Великого исключили из юрисдикции городского и сельского суда дела о поджоге и насилии, что сделало невозможным уклонение крестьян и горожан от расправ, проводимых судом королевских чиновников. По требованию шляхты в середине XV века было установлено, .что в случае ранения или убийства шляхтича мещанином обвиняемый отвечал не перед городским, а перед королевским судом, хотя и при участии заседателей из мещан (по законам данного города). Жалоба и предъявление иска. Процесс начинался с иска, заявленного суду («жалобы»). Если ответчик в момент поступления жалобы находился почему-либо в суде, судья мог тотчас научать дело и приказать ему отвечать. Если ответчик отсутствовал, его вызывали. Вызов в суд (citatio) осуществлялся поначалу устно и был делом судебного исполнителя (коморника судебного), которому судейская трость заменяла служебное удостоверение. Привилеги- : рованной формой устного вызова в суд был вызов с перстнем или -печатью монарха. С XIII века привилегированной формой вызова в суд становится позывная грамота, снабженная княжеской (постом королевской) печатью или печатью суда. По Великопольскому vстатуту письменная повестка о вызове в суд, относившаяся в сущ- ? ности только к землевладельческой шляхте, в первой половине . XV века становится обязательной. Устный вызов в суд воспринимался как ущемление шляхетской чести. Повестку вручал возный t в сопровождении свидетелей в имении вызываемого. Сроки и отсрочки. В повестке указывалась дата явки в суд, •именуемая «роком». Если вызванный не являлся в суд ни в пер вый, ни во второй срок без оправдания, на него налагали судебный штраф, именуемый «niestanne», и назначали следующий срок. Третий срок, который уже нельзя было отложить, называли пресекательный (terminus peremptorius). Не явившийся и в этот срок ответчик проигрывал дело. Истец, если он не являлся к первому назначенному сроку, проигрывал дело сразу. Судебное разбирательство происходило устно и публично. Статуты Казимира Великого устанавливали, что судебные заседания должны были проходить в утренние часы. Послеобеденные заседания запрещались из опасения, что напитки и угощения, поднесенные заинтересованными лицами, могут отрицательно повлиять па ведение дела и объективность суда. В начале слушания истец излагал требование жалобы точно по предъявленному иску. Далее по приказу судьи: отвечай! объяснял свои мотивы ответчик. Это называлось отпором. Если ответчик признавал требования истца, суд, не вдаваясь в существо дела, оглашал решение, согласное с требованиями жалобы. Если ответчик не соглашался с требованиями истца, то с его отповеди по сути дела и начиналось вступление в спор (litis contestatio). Если ответчик перед вступлением в спор не заявлял эксцепции, т. е. процессуального возражения, судья назначал срок для представления доказательств. Статуты Казимира Великого перечисляли основания для эксцепции, которыми ответчик мог воспользоваться. К наиболее частым ее видам относилась эксцепция давности. К эксцепции давности приближалась эксцепция fatalia iuris, которая возникала, если истец не начинал дела в течение года и шести месяцев. В рассматриваемый же период развивались эксцепции, ведущие к отсрочке дела. Они были связаны с развитием сословного судопроизводства (несоответствием суда сословному состоянию ответчика или ограничением правоспособности крестьян и женщин). После урегулирования эксцепций приступали к существу дела. Стороны сами либо через представителей устно излагали свои позиции. Состязательная форма процесса приводила к бесконечным проволочкам. По этой причине Нешавские привилеи, ограничив процессуальные права сторон, наделили суд инициативой в ведении процесса. Весомость доводов. Польское право рано установило принцип неравноценности доказательств, облегчавший вынесение решения. Уже в XIII веке письменные доказательства (документы) были важнее свидетельских, но свидетельские были предпочтительнее клятв. Существенное значение для оценки доказательства имело общественное положение стороны, которое с XIII века выражалось в ее сословной принадлежности. Так, Малопольский статут устанавливал, что в спорах между шляхтичем и нешляхтичем доводы шляхтича всегда весомее. Кроме того, если шляхтича привлекали к ответственности за позорящее преступление (грабеж, кража), представленные им доказательства имели большую цену, если он был известен как человек с «добрым именем». В делах о побеге преимущество было на стороне пана, ходатайствующего о возврате беглеца. При равном общественном положении и равноценности доказательств преимущество отдавали обычно ответчику. Неравноценность доказательств была выражением распространенной в то время и много позже формальной теории доказательств. Она находила благодатную почву в тогдашней Европе, а также и в Польше потому, что суд был слишком слаб, чтобы конфликтовать с нередко сильными сторонами. Отсюда стремление опереться на почву формальных правил, чтобы проигравший дело не имел к суду претензий. Суд, стало быть, довольствовался доказательствами, которые составляли формальную основу для вынесения решения. Средства доказывания. Распространенными средствами доказывания были присяга стороны, единоличная или при участии сопри- сяжников до XIV века — ордалии или суды божьи, свидетели и документы. а) Присяга была самостоятельным видом доказательства потому, что в тексте присяги заключалось краткое свидетельство, касающееся спорного дела. Для каждого случая суд устанавливал особый текст присяги. Присяга опиралась на убеждение, что клятвопреступление повлечет за собой божье наказание в земной или загробной жизни. Текст присяги составлялся судом для каждого дела по содержанию иска. Присяга носила формальный и торжественный характер. Тексты формулировались чаще по-польски, поэтому они представляют собой ценный источник для истории польской правовой терминологии. Если присяга не была произнесена предписанным способом, равно как и нечеткость ее произнесения вели первоначально к обесцениванию доказательств. Позднейшая практика позволяла повторять присягу троекратно. б) Соприсяжники. В серьезных случаях присягали с сопри- сяжниками, число которых (от двух до двенадцати) зависело от значения дела. Соприсяжниками могли быть лица с хорошей репутацией, а когда дело касалось шляхтича, его соприсяжниками могли быть только шляхтичи. в) Ордалий. Известный многим народам и распространенный в раннем средневековье ордалий (суд божий) подробно описан в Польской правде. В Польше XI—XIII ,вв. были известны испытания холодной и горячей водой, судебный поединок, испытание -железом. Ордалии опирались на убеждение, что бог не допустит обиды невинного; что подвергаемый испытанию выйдет из него победителем, если он невиновен. Доказательство божьим судом проводили главным образом княжеский и каштелянский суд. Некоторые можновладцы получили, однако, право применения ордалий и в своих домениальных судах. Испытание водой было двух видов: холодной или горячей. В первом случае подвергаемого испытанию бросали в реку или оЗеро так, что руки его были связаны под коленями, а между руками и коленями была вложена палка, чтоб он не смог пошевелиться. Вокруг пояса его обвязывали веревкой. Если испытуемый тонул, его вытягивали веревкой, и он выигрывал дело. Вода, как верили, будучи чистой стихией, не приняла бы виноватого. Это был наиболее гуманный вид ордалий. Испытание горячей водой заключалось в том, что испытуемый должен был опустить руку в котел с кипящей водой и достать оттуда заранее брошенный предмет. Судебный поединок был в Польше излюбленной и основной формой божьего суда. В XIII веке отличали шляхетские и крестьянские поединки. Рыцари сражались мечами, крестьяне дубинами. Если одной из сторон был рыцарь, а другой крестьянин, то набирался вид оружия, соответствующий сословному положению ответчика. Вызванный крестьянином рыцарь мог выставить заме стителя, чтобы не биться с крестьянином. Право замены принадлежало и лицам духовного звания. Если сторона не могла участвовать в поединке, применяли испытаиие железом. Нужно было сделать три шага с раскаленным докрасна железом в руке или сделать три шага босыми ногами по раскаленным полосам железа, уложенным параллельно. Если подвергаемый испытанию бросал железо до времени или неправильно ступал, то проигрывал дело. Но он выигрывал его, если через три дня после лечения освященным воском не имел на руке или ноге открытой раны. Ордалии применялись, когда у ответчика не было других доказательств. Несмотря на языческое происхождение ордалий, капелланы освящали воду и железо, читали специальные молитвы, и это невзирая на решение Вселенского собора 1215 года, запретившего ордалии. Свидетели. По мере постепенного отступления (в позднем средневековье) от принципов формальной теории доказательств и формирования принципов материальной истины возрастала роль свидетелей. Характер официального свидетельства имели показания (реляция) судебных возных, которые с XIV века приобретали все большее значение. Когда происходил случай, могущий стать предметом спора, заинтересованная сторона призывала возного, чтобы тот увидел все собственными глазами и соответствующие показания внес как донесение в судебную книгу. Документ. Согласно пробивавшему себе дорогу принципу материальной истины возрастает роль документальных доказательств. В XIV веке они признавались лучшими доказательствами, чем свидетельские показания, не говоря уже о присяге. Приговор. Приговор был первоначально устным. Со второй половины XIII века его выдавали в высших судах по требованию и за счет стороны-просителя в письменной форме. При этом его скрепляли княжеской печатью и печатями присутствующих на суде асессоров. Низшие суды продолжали выдавать приговоры в устной форме вплоть до распространения судебных книг. В XIV веке приговоры начали вписывать в книги, а сторонам выдавали за оплату выписку из них. Способы отмены приговоров. К ним относились: а) Ремиссия. В XIV—XV вв. случалось, что в ходе процесса суд принимал решение о передаче какого-нибудь дела для его разрешения в суд высшей инстанции (на вече или в королевский). Делалось это и по требованию стороны, когда она утверждала, что подсудна только монаршему суду, что называлось ремиссией. При отсутствии апелляции стороны обыкновенно добивались ремиссии. б) Порицание судьи (нагана судьи). Институт апелляции сформировался в польском праве только в первой четверти XVI в. Ранее этого апелляция была известна только в каноническом и городском праве. В земском праве выступал близкий по значению институт порицания судьи (не известный в Мазовии). Он представлял в ограниченном смысле замену апелляции. Сторона, недовольная приговором, могла предъявить судье иск в том, что он судил несправедливо, т. е. заявляла нагану. Нагану следовало заявлять сразу после оглашения приговора, в противном случае сторона утрачивала на это право. Судья, подвергшийся нагане, должен был не только воздерживаться от ведения дела, в котором ему высказано порицание, но и других, поскольку его честь судьи была поставлена под сомнение. Из-за наганы начинался новый процесс между порицающим, как истцом, и судьей, как ответчиком. В таком процессе оценка доказательств шла на пользу судье, который защищал свою честь с помощью свидетелей, участвовавших в процессе. Чтобы ограничить право порицания судей, поскольку оно вносило дезорганизацию в деятельность судов, предписывалось, чтобы порицающий внес залог, называемый кочем. Стоимость залога зависела от социального положения судьи. В случае порицания краковского каштеляна коч давался горностаями, воевод — лисьими шкурами. Позже меха были заменены деньгами. Основной процесс приостанавливали до окончания процесса о порицании, приговор в котором играл определяющую роль и в главном процессе. Если порицающий проигрывал дело, залог в шкурах получал судья, а вынесенный ранее приговор (по основному делу) приобретал силу. Если судья проигрывал дело, он лишался и места, и залога, а опротестованный приговор терял силу. Г. Процедура наказания Исполнение приговора. Первоначально оно следовало очень быстро. Его осуществляли непосредственно после приговора, если проигравший процесс не представлял поручителя. Когда проигравший, как утверждают Статуты Казимира Великого, не выполнял приговор и не давал поручителя, его связывали и отдавали там же в суде в руки выигравшего процесс. Целью персональной экзекуции было оказание давления на проигравшую сторону и принуждение ее к выполнению приговора. Жертвами такого рода экзекуции были бедняки, не имевшие средств для удовлетворения претензий и не представившие поручителя, ответственного за исполнение приговора. Имущественная экзекуция. Со временем персональные экзекуции заменялись имущественными, в основном за счет движимого имущества. Предметом такой экзекуции, именуемой «тягостью», были первоначально крупный скот и свиньи, а позже и другое движимое имущество. Статуты Казимира Великого свидетельствуют с достаточной красочностью о том, как в некоторых деревнях, находящихся под «тягостью», вместо шести волов забирали тридцать или сорок, после чего тут же на месте, по обычаю хищничества, их делили и поедали. Потребовалось ввести ограничения, целью которых была охрана населения и его собственности от злоупотреблений чиновников. В том случае, когда движимого имущества оказыва- лось недостаточно, следовала экзекуция за счет недви- жимости. Когда же не хватало и всего состояния, экзекуция обращалась против личности должника. Экзекуции осуществлялись делегированными на то судебными исполнителями.
Подготовка к ЕГЭ/ОГЭ
<< | >>
Источник: Ю. Бардах Б. Леснодорский М. Пиетрчак. ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА ПОЛЬШИ. 1980

Еще по теме III. СУДОПРОИЗВОДСТВО:

  1. РЕШЕТНИКОВА И.В. СУДЕБНЫЕ РЕФОРМЫ XIX И XXI ВВ. В ОБЛАСТИ ГРАЖДАНСКОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА
  2. Развитие судебной системы в XIII—XIV вв. Разъездные судьи (судьи, ревизоры и ассизные судьи)
  3. III. СУДОПРОИЗВОДСТВО
  4. 5.2. Международное уголовное судопроизводство
  5. III. Влияние франкского права[6].
  6. III. Влияние императорской власти.
  7. § 2. Образовательные дискриминационно-охранительные отношения в период правления Александра III
  8. Правовые основы юридического образования в конце XIII - начале XX вв. в Российской империи
  9. ПОЛИТИЧЕСКИЕ УЧРЕЖДЕНИЯ РОССИИ В XVIII ВЕКЕ. — РЕФОРМЫ ПЕТРА ВЕЛИКОГО
  10. Понятие и виды конституционного судопроизводства
  11. Тема 10 Развитие судебной системы во второй половине XVIII — начале XIX в.
  12. Тема 11 Судебный процесс в XVIII — первой половине XIX в.
  13. ГЛАВА I. ИСТОРИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ ИССЛЕДОВАНИЯ ОСОБЕННОСТЕЙ СУДОПРОИЗВОДСТВА ПРИ РАССМОТРЕНИИ ДЕЛ О РАСТОРЖЕНИИ БРАКА
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -