<<
>>

Тема 14 Развитие гражданского судопроизводства в России

14.1. Реформирование гражданского процесса в общих судах

Судебная реформа 1864 r. должна была преодолеть эіи недостат­ки в гражданском процессе, обеспечить поступательное движение экономики Россин, развитие гражданского оборота, защиту прав личности. Hc случайно в судебных уставах, состоящих из четы­рех томов, гражданскому процессу посвящсн первый том. Это говорит о значимости отношений, регулируемых этон отраслью права

Уставом гражданского судопроизводства 1864 r. в процесс были введены следующие новеллы: довольно стройная сисіема судебных органов со строго определенной подсудностью по гражданским де­лам; гражданские дела подлежали рассмотрению не болсе чем в двух судебных инстанциях; вызов в суд через повестку был признан ілавным, а публикация в ведомостях допускалась лншь в исключи­тельных случаях, когда вызов стороны в суд через повестку оказы­вался совершенно невозможным, были сокрашены процессуальные сроки; вводился принцип состязательности судопроизводства; дверн судебных заседаний по гражданским делам открывалисьлдя публи­ки; устанавливались правила о внутреннем содержании прошений; іапрсщалась подача тяжущимися неограниченного числа бумаг, ко­личество их было сокращено до четырех — по две с каждой сторо­ны: были упорядочены судебные издержки; устанавливались прави­ла о постаноаденнн заочных решений в случае неявки ответчика; были упорядочены виды доказательств, присяга утратила значение дока іательсгва; формальную оценкѵ доказательств заменила оценка доказательств по внутреннему убеждению судыі.

предусматриваюсь участие прокурора в процессе как представителя государства: судам вменялось в обязанность мотивировать свои решения; отменялись штрафы за неправые иски и за апелляционные жалобы, признан­ные судом неправильными; высший надзор за рассмотрением граж­данских дсл был возложен на Гражданский кассационный департа­мент Сената; исполнение судебных решений было возложено на судебных приставов — особых, состоящих при суде чинов; стороны получили право на квалифицированную юридическую помошь с созданием сословия присяжных поверенных[331].

После судебной реформы 1864 г. существенные преобразования претерпела форма гражданского судопроизводства, применявшаяся в общих судах. B период подготовки судебных уставов был взят курс на введение состязатслыюй формы гражданского судопроиз­водства. B cc основу были положены следующие принципы: состя­зательность, гласность, устность и непосредственность.

Учитывая недостатки дореформенного процесса, законодатель вместо активного вмешательства суда в процесс доказывания, при­сущих следственному процессу, провозгласил пассивность суда и активность сторон[332]. Правда, Устав гражданского судопроизводства пе сводил роль судыі к беспристрастному наблюдению за происхо­дящим. Суд имсл право объявлять о недостаточности доказательств и назначать срок для их предъявления[333]. Более того, с течением времени расширились возможности суда проявлять активность. По закону 15 июня 1912 г. мировой судья получил право устранения нз процесса некоторых доказательств — в том случае, если находил, что дело уже достаточно разъяснено. Он мог приобщать к делу до­казательства справочного характера, находящиеся в его распоряже­нии, н т.д. Отдельные нормы разрешали мировому судье применять по собственному усмотрспию меры для установления обычая в тех случаях, когда применение его по закону обязательно[334].

Поскольку одной нз причин кризиса судопроизводства назы­вался письменный процесс, законодатель провозгласил принцип устности. Однако это нс означало исключения письменных начал, что, как мы отмечали выше, пе только невозможно, но н нецелесо­образно. Поэтому в гражданском судопроизводстве отмечалась ком­бинация устных и письменных элементов. Как справедливо отмечал E.B. Васьковскнй, российский гражданский процесс относился к числу тех, который «придает одинаковое значение как устной, так и

письменной формс состязания сторон»[335].

Нормы о гласности процесса закреплялись в ст. 153 Учрежде­ния судебных установлений, конкретизировались в ст. 68 и 324 Ус­тава гражданского судопроизводства (далсе — УГС). Доклад дела при закрытых двсрях без постановления о том суда н без объявле­ния о том публично служил основанием для кассации[336]. Вместе с тем законодатель счел нужным внести в Устав ряд требований, ра­зумно ограничивавших принцип гласности и связанных с сохране­нием личной тайны, проблемами воспитания детей н т.п.

B прямой связн с принципами состязательности н устностн на­ходился и принцип непосредственности, согласно которому доказа­тельства на судс «должны быть черпасмы из первоисточников, н лишь прп невозможности воспользоваться имн — нз вторых рук»[337]. Реализация этого принципа потребовала возложить обязанность де­лать доклад по делу на самих судсй[338]. Они лично н в судс исследовали доказательства, например допрашивали свидетелей (ст. 383 УГС). При пынссснин решения участвовать в cro обсуждении могли толь­ко судьи, присутствовавшие в зале все время, пока происходило разбирательство[339]. Конечно, строгое проведение этого принципа не­возможно, поэтому закон и практика допускали необходимые н обос­нованные исключения, число которых увеличилось B KOHUC XIX в.

Гражданское судопроизводство в общих судах претерпело зна­чительное упрощение. Основным в окружном суде был «обыкно­венный» вид производства (назовем сго стандартная (обычная) мо­дель судопроизводства). B cro рамках рассмотрение дела начиналось только по инициативе заинтересованных в пем лиц. которые пода­вали иск в письменной формс. После этого следовал вызов ответ­чика либо повесткой, либо посредством публикации. Сроки для явки n суд были существенно сокращены. Для разных случаев онн составляли до шести месяцев. Разбору дела в суде, как правило, предшествовала письменная подготовка в формс обмена тяжущи­мися состязательными бумагами. Закон четко ограничивал их чис­ло: исковое прошение, ответ, возражение и опровержение (по две с кажлой стороны)[340].

Судебное заседание начиналось с выступления члена-докладчика. Ha основании бумаг, представленных сторонами, он в устной фор­ме излагал обстоятельства дела, хотя председатель мог распорядить­ся о докладе в форме записки[341]. По окончании доклада начиналось «словесное состязание» сторон. Сначала истец, а затам ответчик излагали свои требования, доводы и возражения. При этом и истсц, и ответчик могли приводить новые доказательства н доводы, пс указанные в предоставленных документах (ст. 331 УГС). что часто выступало причиной переноса процссса. поскольку противная сто­рона требовала отложить судебное заседание для ознакомления с новыми доказательствами. Bo время заседания как председательст­вующий, так и члены суда моіли прсдлаіать тяжущимся вопросы с целью уточнения неясных моментов.

B силу нормы ст. 366 УГС истец должен был доказать свой нск, ответчик, возражающий против требований истца. — свои возраже­ния. Доказательства подразделялись на письменные и устные.

K устным относились, в частности, свидетельские показания н дозна­ние через окольных людей нлн допрос местных жнтелен, нс ука­занных тяжущимися поименно. K числу письменных доказательств относились различного рода акты: крспостныс, нотариальные и т.д. B качестве доказательства рассматривалось также признание[342]. Как отдельный вид доказательства сохранилась присяга (ст. 485—498 УГС). Закон вводил свободную оценку доказательств.

Заседание суда заканчивалось постановлением решения, кото­рое выносилось коллегиально. Выслушав прения сторон н в необ­ходимых случаях — заключение прокурора, судыі удазялнсь в со­вещательную комнату. Та.м они высказывались по делу; последним излагал свое мнение председательствующий. Рсшспис принималось большинством. B случае равенства голосов голос председательст­вующего считался рсіпаюшнм. Решения объявлялось публично. Применялся в коронных судах и механизм заочного решення Оно допускалось по просьбс истца прн неявке ответчика по неуважи­тельной прнчннс. Подобное развитие событий имело для ответчика не самые лучшие последствия: в заочном решении суд присуждал истцу все доказанные им требования (ст. 722 УГС).

Состязательным элементом выступал, как прежде, институт апелляции. Он был существенно упрощен по сравнению с доре­форменным периодом. Апелляция приносилась на решение по су­ществу дсла. Срок для подачи апелляционной жадобы — четыре мссяца, который исчислялся со дня объявления решения. Апелля­ция могла подаваться как лично, так и по почте. Оригинал апелля­ционной жалобы вместе «со всем производством по делу» окружной суд псресылал в судебную палату. B палате дело назначалось к слу­шанию независимо от желания сторон после получения объяснений от них или истечении апелляционного срока. Стороны извещалнеь о дне заседания: их отсутствие не останавливало рассмотрение дела. Апелляционное производство происходило в основном по TCM жс правилам, что и производство в окружном суде. Рассмотрев дело, палата выносила решение. B нсм указывалось, отменяет или утвер­ждает апелляционная инстанция решенне окружного суда. Причс.м палата могла утвердить лишь некоторые части решения окружного суда, отменив другие.

Хотя решение, выііссспнос судебной палатой, и вступало в за­конную енлу, оно могло быть отменено Сенатом по ходатайству проигравшей стороны. Первое основание — явное нарушение норм ирава либо нх неправильное толкование; «нарушения обрядов и форм судопроизводства столь существенных, что вследствие несо­блюдения их невозможно признать приговор в силе судебною ре­шения»; превышение пределов властн (ст 793 УГС). Второе осно­вание — открытие новых обстоятельств или обнаружение в актах подлога. Трстыім поводом для пересмотра являлись заявления третьих лиц, нс участвовавших в деле, что допускалось в случае, если вошедшее в силу законное решение нарушало нх права[343].

Просьбы об отмене решений должны были подаваться в тече- HIlC четырех месяцев лично или по почте, через суд, вынесший ре­шение, в кассационный департамент Сената. После этого один из сенаторов в публичном заседании выступал с докладом по делу. Присутствие сторон не являлось обязательным, однако они могли явиться н изложить свою позицию, ограниченную, одпако. сооб­щением доводов, изложенных в просьбе об отмене решения. Вы­слушав затем заключение обер-прокурора. Сенат приступал к по­становлению определения. Hc рассматривая дела но существу, Се­нат лнбо оставлял просьбу об отмене решения без последствий, ти- бо отменял решение H передавал дело на рассмотрение в другую палату (ст. 809 УГС).

Гражданский кассационный департамент Сената являлся касса­ционной инстанцией. Основная его задача состояла в обеспечении точного и единообразного применения норм гражданского права и процесса на территории всей империи. Гражданские и іражданско- процессуальные правоотношения всегда отличаются широтой охва­та и многообразием проявлений по сравнению с другими отраслями права. Кроме того, надо учитывать несовершенство норм граждан­ского процесса и еще большее несовершенство норм гражданского права — в дореволюционной России Гражданское уложение так и нс было введено в действие, а разрозненные нормативные акты, применявшиеся в этой сфере в условиях бурного экономического прогресса, нс способствовали единообразию в правоприменитель­ной деятельности. Гражданский кассационный департамент в своих решениях восполнял пробелы н устранял противоречия в праве. Ему было предоставлено право отменять решения нижестоящих судов в случае неправильного применения ими норм права или не­правильного толкования этих норм с передачей дсла на новое рас­смотрение.

Освещая гражданский процесс в окружных судах, нельзя нс от­метить ii проблемные участки. Недостаток гражданского судопроиз­водства заключался в том, что в законе нс было установлено пре­дельного момента для представления сторонами доказательств. При производстве дела доказательства представлялись неограниченно в течение всего хода разбирательства, как в окружном судс, так н в Судебной палате, служившей апелляционной инстанцией по делам, рассмотренным окружным судом. Вследствие этого рассмотрение дсла неоднократно откладывалось, заседания по одному и тому жс делу назначались по несколько раз. Тлжущисся на протяжении все­го производства дсла, как в первой инстанции, так н во второй, имели право, ссылаясь на доказательство, просить суд о предостав­лении им отсрочки. Тяжущиеся зачастую злоупотребляли безгра­ничным правом для представления доказательств.

Слабой стороной гражданского npouccca мог быть н возведен­ный в абсолют принцип состязательности. Право инициативы, без­условно, принадлежало сторонам, субъектам процессуального пра­воотношения; они предъявляли суду свои требования и возражения, обоснованные доказательствами. При рассмотрении дсла суду за­прещалось выходить за пределы требований, предъявленных сторо­нами, и присуждать болсс того, что было заявлено. Ho это нс ума­ляло права суда активно нсслсдовать доказательства, группировать и систематизировать нх с целью установления истины по делу, справедливого разрешения дела. Инициатива сторон, состязатель­ность в процессе нс моіли стоять над властью суда[344].

Стандартный порядок требовал достаточно времени для основа­тельной подготовки к процессуальным действиям ii нх пронзводст- ву, вследствие чего отличался продолжительностью, определенным консерватизмом. Осознание необходимости быстрого разрешения споров заставила законодателя искать варианты ускорения произ­водств по разрешению споров. Одним из них стало введение со­кращенного порядка гражданского судопроизводства, который до­пускал «быстроту» в переходах от одного процессуального действия к другому. Отмстим сразу, что ни в доктрине, ни на практике не было единства мнений по поводу целесообразности выделения со­кращенного производства[345], что послужило причиной его ликвида­ции в 1914 г.

Сокращенный порядок производства гражданских дел в окруж­ных судах принципиально отличался от обычного лишь тем. что пе проводилась письменная стадия (предварительный обмен бумагами между сторонами), а сразу начиналось устное слушание (крайние сроки также указывались: не ранее семи дней п не позднее одного месяца со дня вручения повестки плюс поверстный срок). Единст­венной процессуальной особенностью устного разбирательства бы­ло ограничение прав сторон на отсрочку заседания. Истец ii ответ­чик обязаны были представить все документы и доказательства к началу разбирательства. Ответчик мог просить об отсрочке, если документы не были готовы, а истец — в случае, когда доказательст­ва оппонента можно опровергнуть только представлением новых, на собирание которых нужно время. Таким образом, ответчик мог использовать свос право па отсрочку до начала разбирательства (самое позднее — в подготовительной стадии), а истец — в любой момент процесса. Однако оба — лишь однажды. Дальнейшие иросьбы об отсрочке удовлетворялись только по взаимному согла­сию сторон.

Законодатель позволял тяжущимся самим решить, в каком по­рядке будет рассматриваться их дело и. следовательно, ходатайство­вать о производстве сокращенным порядком, при условии, что суд не «встретит особых к тому препятствий»[346]. Ряд категорий граждан­ско-правовых споров подлежал сокращенному судопроизводству в обязательном порядке. Это были несложные дела, которые в инте­ресах экономики, общественного порядка и безопасности требовали ускоренного решения. Bcc остальные гражданские дсла можно было обратить в сокращенный порядок с согласия сторон и если суд к этому пе встретит препятствий Такой подход, как показывает срав­нение с гражданским процессом других европейских стран, был достаточно оригинальным, поскольку практиковалось различие между обычным ii сокращенным порядками, но чаще всего суду предоставлялось право решить, какой из них применить в коп- крстпом деле[347].

Существование параллельно двух порядков производства по гражданским делам современниками воспринимаюсь неоднознач­но. Обобщая опыт применения Судебных уставов 1864 г. в ходе ра­боты комиссии под председательством министра юстиции Н.В. Му­равьева, разработавшей проекты новой редакции судебных уставов (1894—1899 п.), юристы, как практики, так и теоретики, отмечали эту двойственность как одно из слабых мест в гражданском процес­се II предлагали установить единый порядок производства, «в кото­ром сочетались бы обе формы с преобладанием той или другой, смотря по юридической конструкции данного дела»[348]. Ho карди­нальных изменений не произошло, за исключением того, что в 1914 г. российское законодательство усилило роль суда в решенни вопроса о том, в каком порядке (обычном или сокращенном) будет рас­сматриваться дело 1914 r.[349]

B 1891 г. появилась еще одна судебная процедура — упрощен­ное производство — для так называемых бесспорных гражданских дел. Упрощенное судопроизводство было единоличным. Подлежала такому порядку рассмотрения только определенная категория дел — бесспорные обязательства или «дела о платеже по письменным обя­зательствам (вексель, закладная, заемное письмо) и наемной платы за пайм недвижимости, если исполнение обязательства не постав­лено в самом акте в зависимость от таких условий, наступление коих должно быть предварительно доказано истцом» (ст. 365’ УГС). Также к этой категории дсл принадлежали иски о сдаче (возврате), за истечением договорного срока, состояшего в найме имущества[350].

Нсявка сторон в заседание нс останавливала производства по делу, решение, вынесенное в отсутствие ответчика, не считалось заочным Дело рассматриваюсь в одном заседании, отсрочка до­пускалась только однажды. Стороны были вправе ссылаться только на письменные доказательства и собственное признание. Встреч­ный иск, привлечение третьих лиц не допускались. B деле нс участ­вовал прокурор. Истец не был ограничен в праве ходатайствовать о рассмотрении дела в обычном порядке, ответчик же имел право просить об этом суд в строго обозначенных случаях. Рсшенне вы­носилось окончательное и обжалованию нс подлежало. Однако в течение одного месяца стороны вправе были просить о повторном рассмотрении дсла, по уже в обычном порядке.

Надо полагать, что упрощенный порядок судопроизводства яв­лялся первой попыткой ввести в российское процессуальное зако­нодательство институт судебного прнказа Предположение подкреп­ляет и тот факт, что упрощенный порядок был упразднен в 1912 г. с включением в закон судопроизводства главы осудсбном приказе[351].

Низшим звепом судебной системы, рассматривавшим граждан­ские дсла, был мировой судья. Ему былн подсудны иски:

1) по личным обязательствам и договорам, о недвижимости с ценой не свыше 500 рублей:

2) о вознаграждении за ущерб ii убытки, когда размер их нс превышал 500 рублей;

3) о личных обидах и оскорблениях;

4) о восстановлении нарушенного владения, когда со времени нарушения прошло нс болсе шести месяцев;

5) о праве участия частного, когда со времени его нарушения прошло пе более года (ст. 29 Устава гражданского производства).

Гражданское судопроизводство в мировых судах строилось по образцу стандартного процесса, но с некоторыми отличиями, что даст основание выделить сго как особую судебную процедуру. B англоязычной литературе производство в мировых судах называется суммарным, то есть производство по малозначительным делам[352]. Поскольку мировой суд задумывался как суд, максимально при­ближенный к населению и рассматривавший так называемые «ма­лые дела», законодатель допустил установление особых форм и про­цедур рассмотрения споров, которые упрощали мировой граждан­ский процесс. Это вполне последовательное решение авторов су­дебных уставов. Прежде всего речь идет о большем развитии уст- ности в судопроизводстве, которая с течением времени только рас­ширялась. B связи с этим некоторые современники вполне обосно­ванно оиеппвали npouccc у мирового судьи как «чисто-устный»[353] K основным особенностям суммарного процесса относились; до­пустимость устной формы заявлений, ходатайств и т.п., протоколь­ная форма фиксирования хода процесса; сокращение процессуаль­ных сроков; частичное сокращение числа судебных инстанций (об­жалования) путем подразделения решений на окончательные и не­окончательные; институт заочного решения; единоличное рассмот­рение дсл в первой инстанции

Производство инициировалось сторонами посредством подачи иска в письменной илп устной форме, причем даже нс требовалось приложения копии документов, за исключением дел с участием казны[354]. Ha подготовительной стадии мировой судья вызывал ответ­чика, свидетелей, третьих лиц. Обмен процессуальными актами не производился. B случае личной явкп обеих сторон судья мог немед­ленно рассмотреть их дело. B случае пеявки ответчика судья, при согласии истца, выносил заочное решение. Если же в заседание не являлся истец, дело прекращалось вне зависимости от желания от­ветчика. Ho в данном случае истец не лишался права подать новое исковое прошение (ст. 145 УГС).

Далее шло состязание сторон. Мировой судья выслушивал обе стороны, оценивал представленные доказательства и после заклю­чительного объяснения истца и ответчика выносил решение. Следу­ет отметить, что судья до'їжєн был склонять стороны к заключению мирового соглашения на протяжении всего процссса. Дело, окон­ченное примирением, не возобновлялось. Вынесенное решение вкратце записывалось, затем объявлялось тяжушимся и всем при­сутствующим Объявив решение, мировой судья излагал его в окон­чательной форме не позднее чем в трехдневный срок[355].

Решения по искам па сумму до 30 руб. считались оконча­тельными и апелляции не подлежали. Ha остальные решения могла подаваться апелляционная жалоба в течение месяца. Апел­ляционная жалоба подавалась в двух экземплярах тому мировому судье, который рассматривал дело. B течение трех дней со дня получения жалобы мировой судья отсылал ее в мировой съезд (ст. 165 УГС).

Обратимся к порядку рассмотрения дсл в мировом съезде. Раз­бирательство в мировом съезде проходило устно и иубпично. Про­цесс начинался с того, что зачитывались обжалованное решение мирового судьи и принесенные на него жалобы. Первое слово пре­доставлялось заявителю: если жалобу подали обе стороны, то истцу. Первыми свидетельские показания давали свидетели со стороны истца. Руководил процессом председатель мирового съезда: зада­вал тяжущимся вопросы, пытался склонить HX к миру. B том случае, если председатель съезда находил, что объяснения сторон достаточно объяснили дсло, он прекращал состязание. Ре­шение принималось большинством голосов. Решения мирового съсзда считались окончательными и подлежали немедленному ис­полнению[356].

Закон допускал подачу кассации только в трех случаях: непра­вильное толкование закона или нарушение его ирямого смысла; существенное нарушение или несоблюдение форм судопроизводст­ва, нс позволяющее признать приговор «в силе судебного реше­ния»; нарушение пределов ведомства или власти, предоставленных мировому судье, мировому съезду Ходатайства об отмене решений мирового судьи подавались в мировой съезд в течение месяца, а мирового съсзда — в Сенат в двухмесячный срок.

Производство у земских начальников и городских отличалось от процесса в коропных судах следующими особенностями. Ограничи­вался принцип гласности. Вводилось право судыі требовать предва­рительного представления письменных доказательств. Пререкания о подсудности между земскими начальниками и городскими судьями разрешались уездными съездами; пререкания между последними — губернским присутствием. Для упрощения процесса свидетели доп­рашивались без присяги, но их предупреждали о возможности по­вторения всего сказанного под присягой. Решения городских судеп и зсмских начальников по искам на сумму до 30 руб. не подлежали апелляции. Прошения об отмене решений уездного съезда подава­лись уездному члену окружного суда, присутствующим в данном съезде, в месячный срок. Жалобы об отмене решений рассматрива­лись в губернском присутствии, при закрытых дверях[357].

Таким образом, на протяжении второй половины XIX — начала XX в. модифицировались виды гражданского судопроизводства, в рамках которых рассматривались исковые дсла, что было обуслов­лено трансформациями судебной системы и поиском оптимальных форм разрешения гражданских споров. До конца 80-х годов XIX в. существовали стандартный порядок и несколько особых: сокращен­ное, расчетное, суммарное. Реформа 1889—1891 rr. имела своим следствием увеличение числа особых производств. Теперь вылеля- лнсь: сокращенное, расчетное, суммарное, упрощенное, понуди­тельное, производство в судебно-административных органах. Ре­форма 1912—1914 rr. явила собой обратное движение, направленное на упрощение структуры особых производств. После нее сохрани­лись только суммарное, расчетное и понудительное.

Дифферснииация судебных процедур и стремление к их упро­щению н ускорению повлекли за собой усиление следственных на­чал. Этот процесс мы уже наблюдали выше применительно к разви­тию базовых принципов гражданского судопроизводства. B итоге этот эмпирический материал позволяет констатировать некоторый дрейф в сторону следственного полюса смешанной формы іраждан- ского судопроизводства. Он проявлялся в усилении активности су­да, известном укреплении письменных начал, отход от непосредст­венности в изучении доказательств.

Устав гражданского судопроизводства предусматривал изъятия из общего норядка производства: дела, в которых хотя бы одна из сторон находилась под особым покровительством закона (на­пример, дела казны, малолетних) (ст. 343—347): третейский сул (ст. 1367—1400): производство по жалобам на действия судебных мест по удостоверению или охранению прав частных лиц, раздел наследства, розыск безвестно отсутствующих, меры к охранению имушсства — эти отношения возникают нс вследствие спора, а по просьбе одного лица или не имеющему разногласий прошению двух ИЛІІ нсскопьких лиц о совершении каких-либо действий

Вслед за принятием Устава гражданского судопроизводства 1864 г. принимаются законодательные акты, которые корректируют недостатки и противоречия, выявившиеся в его практическом применении, II вос­полняют пробелы в этой отрасли. 14 апреля 1866 г. было принято По­ложение о нотариальной частп. Согласно ему все нормы Устава, касав­шиеся явочных актов, былн применены к актам нотариальным. Требо­валось нотариальное удостоверение сделок, что свидетельствовало об оживлении хозяйственной жизни. 16 января 1868 r. был принят закон о судебно-межевом разбирательстве. 1 июля 1868 r. — закон о судопроиз­водстве поделам несостоятельности. Общий железнодорожный устав от 12 июля 1885 r. регламентировал iюрядок рассмотрения исково перево­зе грузов и багажа. 12 июня 1886 г. последовало Положение о найме на сельские работы. Законом от 14 апреля 1887 г. был восполнен пробел, который порождала в законодательстве ст. 16 Устава уголовного судо­производства, когда гражданскому суду в делах об убытках и вреде, прн- чиненных преступлением, было невозможно удовлетворить требования истцов, если уголовное судопроизводство приостанавливалось, напри­мер, вследствие смерти, сумасшествия или неразыскания обвиняемого. Согласно закону, фактическая невозможность уголовной процедуры теперь не мешала возмещению ущерба в гражданском порядке[358].

14.2. Гражданский процесс в специальных судах

Гражданский процссс в специальных судах принципиально нс из­менился. Применительно к коммерческим судам отметим, что по­сле судебной реформы 1864 г процссс продолжал регулироваться Уставом торгового судопроизводства. Устав торгового судопроизвод­ства распадался по существу па два устава: I) учреждение коммерче­ских судов и правила судопроизводства в них и 2) правила о производ­стве дел о торговой несостоятельности.

Коммерческие суды во второй половине XIX в. существовали в столицах, Одессе, Таганроге, Керчи, Кишиневе и Архангельске. Лииа. входившие в их состав, частично назначались императорской властью из кандидатов, выбранных купечеством, частью непосред­ственно избирались купцами, частью определялись министерством юстиции. Апелляционной инстанцией для коммерческих судов служил судебный департамент Правительствующего Сената. Власть коммерческих судов простиралась только на тот город и уезд, для которого они были учреждены. B других местностях торговые дела рассматривались общегражданскими судами на основании устава гражданского судопроизводства или правил о производстве дел у земских начальников и городских судей.

B коммерческих судах существовали два порядка судопроизвод­ства: словеспое разбирательство и письменное производство.

Первый порядок составлял обшее правило, второй являлся ис­ключением, допускаемым только особым определением суда, по собственному его усмотрению или по просьбе одной из сторон.

При словесном разбирательстве все устные объяснения сторон записывали в протокап или стороны излагали их в особых записках, которые зачитывали на заседаниях суда и при.паіали к протоколу. Каждая сторона имела право представлять такие записки в качестве приложения к протоколу, а в важнейших делах суд мог требовать их вместо записи словесных объяснений сторон в протоколе.

Письменное производство было сопряжено с обменом состяза­тельных буѵіаг ѵіежду сторонами (но не болсе двух с каждой сто­роны). Бумаги представляли суду, присутствия сторон при этом не требовалось, но сслн они обе присутствовали, то допускались их словесные объяснения, которые, впрочем, не имели права содер­жать новых доказательств или опровержений, нс означенных в бумагах.

По окончании письменного состязания в канцелярии суда со­ставляли докладную записку, которую предлагали сторонам для прочтения и подписи. Она служила основанием для решения дела.

Ha практике письменное проивводство было почти совершенно вы­теснено словесным разбирательством, которое, кроме всего проче­го, отличалось от первого и тем. что при нем исковые пошлины HC взыскивались. B основу производства в коммерческих судах были положены устпость, гласность, состязательность, по сохранились и характерные черты дореформенного процесса, папример штрафы за неправые иски ii апелляции, широкое применение присяги п т.д.

Новшеством можно считать, что общим правилом стало устное рассмотрение споров: более 90% дел разрешались в порядке «сло­весной расправы»[359]. Несмотря на это, в коммерческом судопроиз­водстве сохранились рудиченты следственной формы. Ими можно считать некоторые элементы формальной теории доказательств в вилс присяги, исключение из принципа непосредственности и др.[360] Bce это позволяет признать сохранение смешанной формы процес­са, но смещение центра тяжссти в сторону состязательности. Пре­имуществом торгового судопроизводства была большая оператив­ность в рассмотрении споров, которая достигалась за счет специа­лизации на однотипных категориях дел. Однако, несмотря на это, как отмечали современники, представители торгового класса стре­мились подчинить свои дела не коммерческому суду, а окружным судам[361].

Дадим краткую характеристику гражданского процесса в волост­ных судах. B 1861 — 1889 гг. не существовало унифицированного су­дебного процесса. Законодатель, устанавливая порядок формирова­ния волостного суда, практически не уделил внимания процессу­альным нормам, поскольку, во-первых, существование волостного суда представлялось его авторам временной мерой, а во-вторых, крестьянские суды должны былн применять обычные нормы, кото­рые различались в разных местностях.

Ввиду указанного обстоятельства процесс в крестьянских судах отличался разнообразием даже в рамках одной губернии. Тем нс менее можно выделить общие стадии судебного процесса в волост­ных судах: подача иска, предварительное выяснение обстоятельств дсла, вызов сторон; опрос тяжущихся и свилстслсй; вынесение ре­шения; приведение его в исполнение; обжалование решения.

Иски подавались как устно (чаще всего), так и письменно. Во­прос о подсудности или неподсудности дела волостному суду решал только тот суд, в который обратились стороны. Заседания во.пост­ных судов проходили открыто. Сначала выслушивали истца и от­ветчика, рассматривали имеющиеся в деле доказательства. B систе­ме доказательств в ряде волостсй первое место занимали свидетель­ские показания. Довольно своеобразным видом доказательств явля­лась «божба», когда стороны крестились псрсд иконой. Иногда до­казательствами служили и письменные документы. Ho, учитывая низкую грамотность среди крестьянского населения, это доказа­тельство, вероятнее всего, занимало одно из последних мест. Волост­ной суд активно использовал примирительные процедуры. B случае отказа от мировой сдслки судыі выносили решение.

После реформы 1889 г. произошла унификация гражданского процесса в волостных судах. Процесс строился на следующих осно­ваниях. Подача жалоб допускалась как в устном, так и в письмен­ном видс. Сторопы должны былп являться в суд личпо. Лица, про­живающие за пределами волости свыше 15 верст, могли заменить себя представителями из числа родпых или односельчан, если толь­ко последние не занимаются «ходатайством по чужим делам за воз­награждение». Волостной суд пмел право разбирать дсла без явки ответчика, если он не являлся без уважительной причины.

Из доказательств на процессе в волостном суде чаще всего ис­пользовались показания свидетелей. Решение волостной суд выно­сил «по совести», на основании имеющихся в дслс доказательств. При рассмотрении споров между крестьянами, прежде всего в от­ношении раздела наследства, суд должен был применять местные обычаи По-прсжнсму существенная роль уделялась примиритель­ной функции волостного суда.

Жалобы па решения волостных судов могли приноситься в те­чение 30 дней со дня объявления решений. Жалобы подавались земскому начальнику через волостной суд, вынесший решение. B течение двух недель со дпя получения жалоб земекпй участковый начальник предоставлял их на рассмотрение уездного съезда. Уезд­ный съезд, рассмотрев дела, отменял решения, вынесенные с нару­шением подсудности, а по остальным либо оставлял в силе реше­ние во.Лостного суда, лпбо выносил повос решение по существу, либо передавал дело в новый волостной суд. Рассмотрение хода­тайств об отмепе окончательных решений уездных съездов входило в компетенцию губернского присутствия по крестьянским делам. Решения губсрнских присутствий по судебным делам считались окончательными и не подлежали обжалованию в Сенат.

B ходе реформы 1912 г. были приняты Временные правила о во­лостном суде в местностях, в которых введен в действие закон о пре­образовании местного суда. Поскольку в основание его леглн Прави­ла 1889 г., то процесс претерпел лишь частичную корректировку.

Подведсм итоги. Ана іиз законодательства и практики его при­менения показывает, что в России в обших и специапьных судах в подавляющем большинстве случаев использовалась смешанная форма іражданского судопроизводства, характеризовавшаяся соче­танием состязательных и следственных элементов. Ho, в отличие от дореформенного периода, очевидно тяготение к полюсу состяза­тельности, а поэтому можно согласиться с мнением, высказанным И.В. Решетниковой, согласно которому после судебной реформы 1864 г. судопроизводство в России «вобрало в ссбя основные черты состязательного проиесса»[362].

14.3. Исполнительное производство по Уставу гражданского судопроизводства 1864 г.

B Уставе фажданского судопроизводства l864 r. (с последую­щими дополнениями) по окончании глав, определяющих судопро­изводство в отдельных судебных инстанциях, содержались главы, регулирующие исполнение соответствующих актов[363]. Даже институт вступления решения в законную силу (ст. 892 УГС, гл. 1 «О закон­ной силе судебною решения») был в дореволюционной России от­несен к разделу V УГС «06 исполнении судебных решений».

Когда частпос лицо обращалось к государственной власти за со­действием в осуществлении своих прав, власти предстояло:

1) проверить правомерность требования истца,

2) осушсствпть требование, еелн оно окажется правомерным[364].

Вторая задача сводилась к применению мер физического при­нуждения, и подобного рода действия, совершаемые с целью осу­ществления прпзпанных судом правомерными требований граждан, образовали производство по исполнению судебных решений или исполнительное производство[365]. Законодательно второй задаче[366], cy- дя по количеству норм, регулируюших ее правомерное осуществле­ние, придавалось едва ли не большее значение, чем первон. Пред­ставители ранней советской правовой науки лукавили, когда писали о том, что Устав содержал 300 статей гіо вопросу об исполнении, однако и это весьма заниженное количество характеризовалось как «мелочная регламентация»[367].

B этой связи невозможно нс заметить сходство современной правовой ситуации с российскими реформами XIX в., в особенно­сти в отношении правил исполнения судебных и иных актов, а также контроля суда за исполнительными действиями. Вывод Kpo- нида Матышева, сделанный по результатам изучения деятельности служб приставов, звучит настолько актуально, что трудно поверить, что сделан он был в 1879 г.: «В России... учреждения судебных при­ставов настолько новы, что до енх пор еще не успели упрочиться и развить свою исполнительную деятельность»[368].

По Уставу гражданского судопроизводства 1864 г. выбор способа исполнения (передача имущества натурой, производство за счет от­ветчика действий н работ, обращение взыскания на движимое и не­движимое имущество) зависел от истца (ст. 935 Устава гражданского судопроизводства) н становился известным суду (председателю суда) от судебного пристава, которому истец п сообшал о своем выборе. Возможно, именно потому взыскатель наряду с судом и судебным приставом считался органом исполнительного производства.

Суд жс в исполнительном производстве того времени имел двойственное положение — он считался также обязанным субъ­ектом, так как на основании ст. 893 Устава гражданского судо­производства решение, вступившее в законную силу, было обяза­тельно не только для самих тяжушихся. но ii для суда, его поста­новившего[369].

До Устава основанием предварительного санкционирования су­дом возпнкповспия исполнительных правоотношений выступала «правежная выпись», коіорую суд выдавал истцу в целях ее носле- дуюшего предъявления к исполнению на производство правсжа. Отсюда можно сделать вывод о том, что решения суда самого no себе было недостаточно для применения способов принудительного исполнения, исполнительным документом выступало не судебное рсшсннс. а правежная выпнсь. преобразовавшаяся с 1864 г. в рос­сийском праве в исполнительный лист.

Следует заметить, что предусмотренный Уставом гражданско­го судопроизводства 1864 г. порядок выдачи исполнительного листа и требования, прп выполнении которых этот документ становился легитимным, восприняты современным правом прак­тически в неизменном варианте. Единственное дополнительное действие, совершаемое судом в рамках предварительного санк­ционирования начала процесса исполнения, — назначение по просьбс взыскателя судебного пристава для приведения решения в исполнение.

Несмотря на то что за действиями пристава наблюдал взыска­тель и официально обязанности контроля за совершением исполни­тельных действии на суд в силу ст. 925 Устава гражданского судо­производства нс возлагались, объем действий судебного пристава, подлежащих предварительному судебному санкционированию, был гораздо болсс широким, чем в дсйствуюшсм исполнительном зако­нодательстве. Так, отсрочить исполнительное производство при от­сутствии согласия на то взыскателя или расписки взыскателя о по­лучении присужденной суммы судебный пристав мог лишь па ос­новании определения суда. Предварительному судебному санкцио­нированию подлежало совершение самим взыскателем действий, указанных в судебном решении в качестве обязанностей ответчика, когда последний не совсршал их после объявления судебного при­става о необходимости совершения действий. B таком случае истец приносил в суд, в округе которого производились исполнительные действия, частное прошение о совершении им самим необходимых действий с последуюшим взысканием произведенных B СВЯЗИ C этим расходов с ответчика. Данный вид предварительного судебно­го санкционирования относился к числу необязательных, так как истец мог производить необходимые работы и без разрешения суда, однако такое производство ставило под сомнение возможность взы­скания произведенных затрат с ответчика.

Последующий судебный контроль за исполнительными право­отношениями был закреплен в ст. 962—966 Устава гражданского судопроизводства[370] и предполагал возможность подачн жадобы на неправильные действия судебного присіава в течение двух недель с момента совершения оспариваемого действия. При этом жадобу могли подавать не только стороны исполнительного производства, но и посторонние лица, предполагавшие нарушение собственных интересов действиями судебного пристава. Жалоба подлежала рас­смотрению в том суде, в округе которого исполнялось решенне, и не приостанавливала обжалуемое действие, если только о прноста- ноапении исполнительного производства не выносилось судом спе­циального определения

Между тем регламентация исполнительных правоотношений Ус­тавом гражданского судопроизводства 1864 г. содержала пробелы, на которые обращали внимание ученые-нравоведы. Так, E.A. Нефедьев отрицательно характеризовал отсутствие в Уставе іражданского су­допроизводства уголовной ответственности за неподчинение требо­ваниям судебного решения в части совершения действий, противо­речащих решению суда. B качестве примера, когда устранения в частном порядке последствий действий ответчика явно недостаточ­но, необходимо еще н уголовное наказание, E.A. Нсфсдьсв приво­дил следующий казус. Ответчик, понизивший в силу вынссенного судебного решения уровень воды в пруду, послс окончания испол­нительного производства вновь поднял воду до прежнего уровня. Также E.A. Нефедьев полагал негативной практику возвращения в суд как исполненного исполнительного листа о присуждении ответ­чика к совершению определенных действий (ст. 957 Устава граж­данского судопроизводства) на основании взятой судебным приста­вом с ответчика иодински о юм, что он исполнит судебное реше­ние. Устранить пробел предлагалось введением в Устав гражданско­го судопроизводства норм, разрешающих устранить в частном по­рядке действия, препятствующие исполнению решения, ШІИ взы­скать убытки с ответчика[371].

Таким образом, реформами 1864 г. полицейский, администра­тивный порядок взыскания был отмснсн, и все исковые граждан­ские дела были отнесены к исковому производству, предваряющему исполнительный процесс. Bcc BCTiUio на свои места: прежде чем осуществить спорнос правопритязание принудительным путем, не­обходимо было проверить судом сго правомерность. Взаимоотно­шение искового н исполнительного процесса лишь к началу XIX в. стадо таковым, что первое должно было предшествовать второму и служить для него основой[372].

Однако пережитки старой судебной системы давали о себе знать. Так, в крестьянском сословии закон поручал сельским ста­ростам понуждать к исполнению условий и договоров с участием крестьян, когда эти договоры не оспаривались самими крестьянами.

Что касается торговых и вексельных споров, отнесенных к ком­петенции созданных в l82l г. коммерческих судов, то согласно Ус­тава судопроизводства в судах коммерческих, подготовленного Cnc- ранскиѵі и принятым Государственным Советом Российской Импе­рии в 1832 г., исполнение их решений происходило через поли­цию[373], а в послереформенный период также через службу приставов. Коммерческий суд нс заведовал исполнением своих собственных решений, а лншь выдавал на нх основе исполнительные листы[374]. Для усиления надзора за приставаѵіи допѵскалось только в некото­рых случаях рассмотрение дел об исполнении решений, вынесен­ных коммерческими судами, самими коммерческими судами.

Прогрессивные юристы второй половины XIX в. (A.X. Хохряков,

Н.И. Барковский и др.) негативно высказывались но поводу изъятия у некоторых коммерческих судов (в частности, коммерческих судов Варшавского судебного округа) права контролировать исполнение собственных решений посредством разрешения возникших споров по их исполнению. Отрицательную оценку получила н невозмож­ность контроля коммерческого суда за обеспечением исполнения и предварительным исполнением судебных решений исполнительны­ми органами н должностными лицами[375]. Поставить деятельность органов исполнения под непосредственный контроль суда в конце XIX в. прпзывал Л. Барсов, гіолагая, что возможность обжалования действий приставов тяжущимися нс достигает целн постоянного и непосредственного наблюдения за законностью действий судебных приставов[376].

B результате судебной реформы 1864 г. основываясь на Уставе гражданского судопроизводства, были пересмотрены старые спосо­бы исполнения решений. K мерам принудительного исполнения стали относить.

1) передачу имушества натурой лнцу, которому оно было при­суждено;

2) производство за счет ответчика тех действии или работ, ко­торые должны быть совершены в назначенный судом срок;

3) обращение взыскания на имущество должника (движимое и недвижимое)

Что касается последнего способа исполнения решення, то Устав гражданского судопроизводства говорил об обращении взыскания на движимое и недвижимое имущество как об отдельных способах исполнения (ст. 933)[377]. тогда как в теории гражданского процессу­ального права указанные способы не разделялись[378], что подтвержда­ет тезис о неполном соответствии теории и законодательной прак­тики развития российского исполнительного права.

B этот жс период была проведена классификация субъсктов исполнительных правоотношений Участники исполнительного производства делились на государственные (суд, судебный при­став) и частныс (стороны: взыскатель и должник, а также третьи лица, если нх интересы затронуты процессо.м взыскания). Взы­скателем именовалось лицо, в пользу которого постановлено ре­шение, подлежащее исполнению, а должником — лицо, против которого решение исполняется. Обычно взыскателем являлся истец, выигравший судебное дело, а должником — ответчик. Ho бывало и наоборот, когда, например, ответчику были присужде­ны с истца судебные издержки.

Особый интерес в этот период представляют элементы системы исполнительных правоотношений, так как их кристаллизация про­изошла именно в конце XIX в. Как основные элементы данной сис­темы выделились две группы: I) правоотношение взыскатель — су­дебный пристав и 2) правоотношение судебный пристав — должник.

Первое правоотношение формировалось гіо следующей схеме.

• Судебный пристав был обязан приступить к исполнению ре­шения немедленно по получении исполнительного лнета. Сам исполнительный лист выдавался взыскателю по устной іпн письменной просьбе председателем суда (ст. 926, 928 Ус­тава), и в нем были указаны стороны, суть дела и резолютив­ная часть подлежащего исполнению судебного решення (ст. 927 Устава). C назначенном судебного пристава председатель суда передавал исполнительный лнет либо сразу приставу, либо тяжущемуся для последующей передачи приставу, по­следний был обязан доносить председателю суда обо всех от­срочках по исполнению решения и об избранных способах исполнения (ст. 939, 940 Устава)[379].

• За вссми действиями судебного пристава обязан был наблю­дать взыскатсль, так как на суд таковой обязанности нс воз­лагалось (ст. 925 Устава)[380].

• Пристав был обязан не только подчиняться требованиям взы­скателя, но н проверять их правильность, для чего собирать все необходимые сведения.

• Взыскатель мог присутствовать при действиях судебного при­става по исполнению решения. HO HC должен был вмешивать­ся в само исполнение и нс вправе был дслать распоряжения, принадлежащие к кругу действий самого пристава (ст. 949 Устава)[381].

• Ha неправомерные действия судебного пристава взыскатсль мог в течение двух недель со дня совершения оспариваемого действия подать жадобу. Жалобы на неправильное исполне­ние решения и все другие связанные с исполнением споры (за исключением споров, касающихся толкования решения) подлежали рассмотрению в суде, в округе которого исполня­ется решение (ст. 962 Устава). Подача жалобы нс приостанав­ливала действия пристава no исполнению, если только о при­остановлении исполнительного производства нс последовало специального определения суда (ст. 965 Устава). Споры и жа­лобы по исполнению решения разрешались в сокращенном порядке, который предусматривал высьпку противоположной стороне копии прошения и выстушивание этон стороны, ес­ли она явится к назначенному сроку (ст. 966 Устава)[382]. Пра­вом на жалобу обладали также должник и иные лица, интере­сы которых могли быть нарушены неправомерными дейст­виями пристава.

Правоотношение судебный пристав — должник развивалось следующим образом.

• Судебный пристав извещал должника о начазе исполнитезь- ного производства повесткой об исполнении, козорая содер­жала в себе сущность приводимого в исполнение решения.

наименование взыскателя, место исполнения и время на доб­ровольное исполнение (ст 943 Устава)[383]

• При исполнении решения должник мог воспользоваться сле­дующими правами:

— пригласить для присутствия гіри исполнении решения од­ного или двух свидетелей;

— знакомиться с записями судебного пристава в особый журнал исполнительного производства (ст. 950 Устава)[384], делать выписки нз него за установленную плату (ст. 951 Устава)[385];

— обжаловать в суд неправомерные действия судебного при­става (ст. 962 Устава)[386];

— взыскивать с пристава убытки, причиненные его неправо­мерными действиями.

• При приведении решения в исполнение должник должен был потребовать расписки и соответствующей отметки от судеб­ного пристава на исполнительном листе, который представ­лялся в суд, выдавший решение.

Если должник оказывал сопротивление судебному приставу, правоотношение могло дополняться участием полиции и даже во­енной силы.

Как видим, диспозитнвность действий для должника в этот пе­риод практически не предусматривалась.

Основанием возбуждения исполнительного производства в конце XlX — начале XX в. могла выступать резолюция члена ок­ружного суда на «понудительное исполнение» отдельных требо­ваний и изысканий. «Понудительное исполнение» было введено в российский гражданский процесс Законом от 29 декабря 1889 г. «О производстве судебных дсл у ісчских начальников и городских судей» с целью упростпть Il ускорить производство дел, не представляющих трудности при из разрешении. Оказав­шись целесообразным и удобным, «понудительное исполнение» в t9t2 г. Законом «О реформе местной юстиции» распространи­лось на общие и мировые судебные учреждения, заменив собой упрошенное производство.

«Понудительное исполнение» дореволюционной России харак­теризовалось следуюшнми чертами:

• нмсло своей цслыо упрошсния и ускорения производства по несложным делам;

• просьба об исполнении разрешалась судьей единолично (ст. 365 Устава гражданского судопроизводства);

• ответная сторона в суд не вызывалась (ст. 1615 Устава граж­данского судоп po 11 з водства);

• при отказе в выдаче исполнительного документа илн его отмене заявитель мог предъявить то жс требование в иско­вом порядке (ст. 16121 Устава гражданского судопроизвод­ства[387]).

Таким образом, составляя «комбинацию исконого процесса с порядком исполнения решений»[388], практически по вссѵі признакам «понудительное исполнение» напоминает современное приказное производство.

Возражения против взыскания останавливали взыскания то­гда только, когда немедленно доказаны или когда дело признано спорным[389].

Если место пребывания должника не было обнаружено н no этой причине повестка не была ему вручена, взыскатель мог проенть суд о назначении защитника дтя охраны (представле­ния) интересов ответчика. Такое право было предоставлено сторонам Законом от 12 марта 1914 г., согласно которому обя­занности защитника должника, место пребывания коего не об­наружено, исполнял присяжный поверенный, назначаемый су­дом (ст. 394 Устава)[390].

Еслн назначить в качестве зашитника присяжного поверенного было затруднительно, защнтннкоѵі мог быть частный поверенный или один из старших кандидатов на судебную должность. Защитни­ком могло быть назначено также лнцо, заведующее имуществом или делами ответчика, либо имеющее доверенность относительно его имущества, лнбо состоящее поверенным ответчика no дслу, вы­несенное решенне no которому надлежало исполнить (ст. 9673 Ус­тава). Защитник принимал доступные для него меры к розыску места пребывания ответчика и к оповешению его о возникшем производстве (ст. 9674 Устава), почитался уполномоченным прини­мать за ответчика повестку об исполнении, подавать жалобы на со­вершаемые в процессе исполнения действия, а также иным образом защищать интересы ответчика в исполнительном производстве до вступления в процесс самого ответчика, уполномоченного им пове­ренного либо ло вручения ответчику повестки об исполнении. Един­ственное ограничение прав защитника — установленное законом запрещение заключать со взыскателем мировое соглашение (ст. 9676 Устава)

<< | >>
Источник: А.А. Демичев и др.. История судебной системы в России: учеб. пособие для И90 студентов вузов, обучающихся по специальности «Юрис­пруденция» / А.А. Демнчев и др.; под ред. Н.А. Колоколова. — 2-е изд., перераб. н доп. — М.,2012. — 471 с.. 2012

Еще по теме Тема 14 Развитие гражданского судопроизводства в России:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -