Статья 36

О своде. Аже будешь во единомъ городе, то ити истьцю до копия того свода; будетъ ли свод по землям, то ити ему до тре­тьяго свода; а что будетъ лице, то тому платити третьему кунами за лице, а с лицемъ ити до конца своду, а истьцю ждати прока; а кде снидеть на конечнаго, то тому все платити и продажю.

Перееоды

Ежели тот, у кого опознана будет украденная вещь, показывать будет, что получил ее от другова живущего в том же городе, а сей показывать будет так же на другова и в том же городе живущего, то истцу идьтн с полишным до конца свода, то есть до того человека, которой не в состоянии уже будет ни на кого показать. Ежелиж ссылка пойдет на жителей уездных, в таком случае истцу идьти только до третьего человека и взяв с сего третьяго за вещь свою, чего она стоит, деньги, оставить ея у него; а сему третьему, с тем полишным, идьти до конца свода. Между тем истцу ожидать окончания дела, и кто признан будет, по непринесению в вещи оправдания, татем, с того все взыскать, как за покраденное, так и за татьбу указную пеню (Б.).

Jezeli zwod b^dzie w jednem miescie, to isciec ma isc do konca tego zwodu, a jezeli zwod bgdzie po ziemiach, tedy ma isc tylko do trzeciego zwodu, a to co b^dzie licem znalezione, ten ktory jest w trzecim zwodzie pieni^dzmi za lice zaplaci, a z licem ma isc do konca zwodu, a isciec reszty czekac powinien, a na kogo w ostatnim zwodzie okaze si§ kradziez, ten wszystko zaplaci i przedaz poniesie (R.).

Und wenn es in einer Stadt ist, so gehet der Klager bis zu Ende ihrer Umfrage; ist die Umfrage auf dem Lande, so geht er bis zur drjtten Umfrage, und wo die Wesenheit seyn wird, da zahlt ihm der Dritte, bezahlt Marder fiir die Wesenheit. Aber mit der Wesenheit geht er bis zu Ende der Umfrage, und der Klager erwartet das Uebrige, und wo es endlich haftet, der muss Alles bezahlen und die Busse (Ew.).

Ежели тот, у кого будет опознана украденная вещь, станет показы­вать, что он подучил ее от одного из сограждан своих, и сей будет также показывать на другого, в том же городе живущего человека:

то истцу итти с поличным до конца свода, то есть, до действительного вора, который уже не в состоянии будет показывать ни на кого другого.

Если при последовательных ссылках на очную ставку ответчиками будут являться члены одной с истцом городской общины, истец ведет дело сам до последней ссылки. Если же будут ссылаться на членов какой-либо вне-городской общины, то истец ведет дело только до третьей ссылки, — и третий ответчик, заплатив истцу деньги за его вещь, с этой вещью ведет дело до последней ссылки. А истец ждет конца дела,— и когда дойдет до последнего ответчика, он все платит: и убытки истца, и убытки 3-го ответчика, и продажу князю (Ст.).

Wenn es in einer Stadt (allein) ist [dass eine Ermittlung angestellt wird], dann geht der Klager bis zum Ende dieser Ermittlung. Geschieht die Ermittlung auf dem Land, so geht er (nur) zur dritten Ermittlung, aber wo das Klageobjekt ist, da muss dieser Dritte mit Geld fiir das Objekt zahlen. Aber mit dem Objekt geht man bis zum [schliesslichen] Ende der Ermittlung. Aber der Klager wartet das weitere [Ende der Ermittlung] ab. Und wo es auf einen Letzten ausgeht, da muss der alles bezahlen und (dazu) die Strafe (G.).

Комментарии

Выражение „до конца свода" Болтин пояснял: „до того человека, которой, по показанию на него, найдется не в состоянии оправдать себя, т. е. показать, от кого он ту вещь получил. «До третьяго свода», — до третьяго человека. Первый есть тот, у кого вещь украденная опоз­нана будет, вторый есть тот, на кого первый покажет, что он ту вещь от него получил, а третий есть тот, на кого вторый ссылаться будет в получении от него вещи".

„До третьего — то от истца переходит свод к третьемулицу", пояснял Дубенский; (он сдает свод, иск,третьему лицу, вероятно тому самому> которое сослалось на лицо, находившееся в уезде, или в другой волости); „и вто 3-е лице, заплативши истцу за поличное, чего оно стоит, идет с ним до конца своду.

По мнению Калачова, „отыскание вора посредством свода пред­ставляет некоторые различия, с одной стороны, по различию предметов воровства: движимой вещи или челядина, а с другой — по месту житель­ства ответчиков. Если все они живут в одном городе и предмет иска движимая вещь, то свод продолжается до конца, т. е. до отыскания действительного или предполагаемого вора; если, напротив, из ответчи­ков некоторые находятся за чертою города, то свод идет только

до третьего ответчика, который должен за вещь заплатить истцу день­гами, а сам берет вещь и посредством свода отыскивает вора, обязан­ного платить за все, равно как и продажу, после чего истец получает обратно свою вещь, а третий ответчик свои деньги" (с. 212).

Ланге полагал, что „сводом называлась поверка ссылки одного лица на другое, следовательно, свод есть не что иное как очная ставка. Когда ссылки преемственно переходили на несколько лиц, в таком случае из свода образовывался последовательный ряд очных ставок", и „если в каком-либо городе последняя ссылка его обывателя была на лицо, жившее вне черты городской, то свод переходил и за эту черту". „Но так как он мог таким образом продолжаться весьма долгое время к обременению истца, то позволялось последнему за чертою своего местожительства итти только до 3-го свода, т. е. до третьей очной ставки, и потом у 3-го, за означенною чертой приобретателя украденной вещи, вручив ему поличное, взять по цене куны, а в случае похищения челядина, — его собственного холопа, оставив своего, о котором шло дело, и затем возвратиться домой. После того, тот, у кого оставалось поличное или похищенный челядин, должен был итти с ними до конца свода сам, и когда обнаруживалась через то его невин­ность, то истец возвращал ему его куны или челядина, а брал своего челядина или вещи, открытый же тать платил татьбу и продажу" (с. 233).

Чебышев-Дмитриев из анализа ст. 36 и 39 приходил к заклю­чению, что в период Р.

Сухов считал, что с уничтожением междуобщинной мести ограничение самоуправства в отношении вещных прав состояло в том, что тогда только собственник отнимал свою вещь у похитителя, когда он находил ее в своей общине, „в своем миру". По другим общинам самоуправство члена, не принадлежавшего к ним, не имело места. Как при личных правонарушениях, самоуправство дозволялось только при существовании известных доказательств, так и при вещных правонару­шениях самоуправство не могло вовсе существовать без них (Юр. вести., 1873, VII—VIII, с. 56—57).

П и х н о находил, что „определить с точностью, что такое свод, в высшей степени трудно, потому что в этом оригинальном учреждении сливаются весьма многие элементы состязательного и исполнительного процесса. Первоначально невод» упоминается в значении суда двенад­цати мужей, представляющих собой судей и свидетелей, которым ведомо дело. В позднейших списках эти двенадцать мужей называются послу­хами, которые должны присягать за истца. На основании... статей [Пр. Пр.] свод представляется как особый порядок взыскания", когда отыски-

вающий свою вещь проходит по всем добросовестным приобретателям, пока не дойдет до первого. „Вся эта процедура происходит без вмеша­тельства суда и имеет конечным результатом восстановление прав собственника". „К своду поэтому прибегали во всех сомнительных случаях: он служил альфой и омегой производства взыскания по вещным искам". „Взыскание обращается не к имуществу должника, а непосред­ственно к его личности, побуждая его посредством различных репрес­сивных мер выполнить принятые им на себя обязательства" (с. 11—12).

Сергеевич считал возможным „свод" Р. Пр. подвести под понятие очной ставки — совершаемой несколько своеобразно. Сергеевич возра­жал тем, кто утверждал, что в древности доказательства имели без­условное значение, и привел ряд случаев, когда, несмотря на доказа­тельства, представленные истцом, ответчик не признает себя виновным и прибегает „к божьему суду" (Лекции, с.

По мнению Владимирского-Буданова, „свод состоит в оты­скании истцом надлежащего ответчика, посредством закличи, свода в тесном смысле и присяги". Если истец найдет свою вещь по истече­нии 3 дней после закличи, то тот, у кого она найдена, признается ответчиком, который не только возвращает вещь, но и уплачивает уголовный штраф. Если же закличь не была еще сделана, или если собственник нашел вещь в руках другого до истечения узаконенных 3 дней после закличи, или, наконец, он нашел ее не в своем граде (или „миру"), то начинается свод. „Закон, оставляя вещь во владении купившего ее, обязывает его вместе с первоначальным хозяином итти к тому лицу, у кого первый приобрел ее". И так „свод продолжается дальше всеми заинтересованными лицами". Собственник идет до конца свода только в одном городе, но „если цепь заинтересованных пере, ходит за пределы города в область, подчиненную городу, то истец идет только до третьего свода", и „тот, до кого дойдет 3-й свод в области, должен вручить истцу деньгами цену, равную вещи, а сам уже ведет свод далее" (Обзор, с. 639). Статьи о своде, по мнению Владимирского- Буданова, объясняют общественный быт древнейших, может быть, доисто­рических времен. Высшею формою общества был не мелкий союз (община), а город с его округом („землею") (Хр., I, прим. 48).

Рожков считал „особенно замечательным", „что свод в чужую землю, в область другого города, прямо не допускался: очевидно, такая продажа в чужую область признавалась невероятною вследствие крайней затруднительности и чрезвычайной редкости торговых сношений между отдельными городами и рынками" (Очерки, с. 216).