Статья 15

О ремественице и о ремествениие. А за ремественика и за реме- ственицю, то 12 гривен.

Переводы

За раба и рабу, имеющих ремесло, взыскивать пени 12 гривен за голову (Б.).

А za rzemieslnika i rzemieslniczk^ 12 gTzyw: (R.).

Aber fiir einen Handwerker und Handwerkerin 12 Grivnen (Ew.).

За убайство ремесленника и ремесленницы взыскивать пени 12 гри­вен (Пл.).

За ремесленника и ремесленницу брать 12 гривен (Ст.).

Aber fiir einen Handwerksmann und eine Handwerkerfrau 12 Grivna (G.).

Комментарии

Иванишев: „Смерд и холоп стоят 5 гривен, но если они знают какое-нибудь ремесло, то 12 гривен". „Германские законодательства, при определении платы за голову несвободного, обращают внимание на пользу, которую мог бы принести убитый своему господину; то же самое находим в Р. Правде" (с. 93).

Мрочек-Дроздовский считал, что здесь речь идет о ремеслен­никах-холопах, а не о ремесленниках вообще: „неужто занятие ремеслом так уніжало древне-русского человека, что даже голова его оплачива­лась меньшею пеней? Очевидно, нет" (Исслед., вып. II, с. 281).

Максимейко полагал, что видеть здесь холопов, а не свободных людей „было бы правильно только в том случае, если бы в самой жнзни ремеслами занимались только холопы. Но... кожевник Ян Усмо- швец был свободным гражданином... Плотничество было так распро­странено в Новгородской области, что киевляне называли в насмешку всех новгородцев, находившихся в войске, не воинами, а плотниками и т. д.“ (Мним, архаизмы, с. 130—131).

Пресняков, напротив, „судя по цифре 12 гривен", считал, что здесь „речь идет не о свободном человеке"; появление же этой статьи в группе статей, имеющих в виду „специальную защиту княжих мужей", склонен был отнести за счет того, что Правда Ярославичей — источник Пр. Пр., из которого она взяла эту группу „как бы мимоходом" и „готовой" — была „более полной, чем та, что до нас дошла" (Лек­ции, I, с. 217).

Гетц видел здесь „ремесленника и его жену" и считал их холо­пами, потому что здесь они стоят в ряду несвободных и полусвободных людей. Повышенная и разнообразная оценка рабов применялась и в Ви­зантии (Prochiron, ed. Zachariae, Heidelberg, 1837, с. 196, тит. XXXIV, 11) (ІИ, с. 73, 74).

Романов, возражая Максимейко, приводит слова, вложенные лето­писцем в уста ростовцев (в отношении владимирцев ): „те бо суть холопи наши каменосечцы и древоделы и орачи" (ПСРЛ IX, с. 25) — отража­ющие „распространенный тогда взгляд и на городских ремесленников" (Уч. пос., с. 59).

Приселков, сопоставляя ст. 12—17 Пр. Пр. со ст. 22—27 Кр. Пр., предполагал, что пропуск ремесленника и ремесленницы в Кр. Пр. объясняется дефектностью того текста Кр. Пр., который „перепи­сывал и подновлял Кусов" (предполагаемый составитель Новг. лет.) (с. 247).