§ 24. СОЛДАТЫ ЭЛЕКТРОТЕХНИЧЕСКОЙ РОТЫ B ПЕТРОПАВЛОВСКОЙ КРЕПОСТИ Й СУД НАД НИМИ

Из многих процессов, рассмотренных Петербургским военно­окружным судом в период 1900—1917 гг., самым крупным по числу обвиняемых, которые содержались в Петропавловской кре­пости, было дело по обвинению солдат электротехнической роты

B 1905—1906 ГГ.

14 ноября 1905 г. внутрь стен этой крепости были введены 143 солдата электротехнической роты. Они были без оружия, но их конвоировал с заряженными ружьями целый батальон лейб- гвардии Павловского полка. Солдат ввели в ту самую крепость, которая была известна как суровая государственная тюрьма.

Такого массового одновременного поступления узников в кре­пость история не знала уже в течение восьмидесяти лет. Послед­ний раз перед этим казематы крепости были заполнены нижними чинами — участниками восстания декабристов в 1825 году. Тогда солдаты шли за революционными офицерами и вместе с ними. Теперь, в 1905 году, они вошли в крепость одни, сплоченной сол­датской массой. Если их конвоировали их же товарищи в серых солдатских шинелях, то это еще не означало, что между аресто­ванными солдатами и их конвоирами лежала глубокая пропасть розни. И в самом деле, через двенадцать лет этот же самый гвар­дейский Павловский полк вышел из казарм и встал на сторону революции.

Выступление электротехнической роты, превратившее солдат этой роты в узников крепости, не было столь многозначительным, как выступление солдат-декабристов в 1825 году, но оно было бо­лее сознательным актом его участников. Ero особое значение заключается в том, что оно было предвестником начинавшегося массового революционного движения в войсках самой столицы. B глазах царизма оно было симптомом разложения воинской дисциплины. Оно было предвестником угрозы нарушения «свя­тости» присяги на верность государю. Вот почему высшее коман­дование отнеслось к коллективному выступлению солдат так серьезно. Недаром главнокомандующий войсЛами Петербургского военного округа великий князь Николай, когда ему сообщили о тяжелом санитарном положении заключенных в крепости и об их заболеваниях, наложил резолюцию: «Собакам — собачья смерть.

Общая камера с железными решетками на окнах представляла собой темную и сырую комнату с асфальтовым полом. Из-за тес­ноты заключенные не могли спать на спине, им приходилось лежать на боку. Развелась масса насекомых, распространилась цынга, началась экзема. При гласном рассмотрении дела в военно­окружном суде выяснились все эти условия пребывания узников в месте их заточения. Корреспондент, присутствовавший на засе­дании, напечатал в своем отчете: «Условия их пребывания там можно назвать прямо бесчеловечными. Как оказалось, они поме­щались там в сыром, мало топившемся сарае, спали на сырой, никогда почти не менявшейся соломе. B результате некоторые нижние чины получили жестокий ревматизм, последствия кото­рого останутся на всю жизнь» [118]. Среди подсудимых были даже такие больные, которые не могли стоять на ногах. Эти условия тюремного заключения удивительно напоминают условия пребы­вания в крепости солдат Семеновского полка, возмутившегося в 1820 году K За восемьдесят пять лет отношение тюремной администрации крепости к арестантам из числа солдат не улуч­шилось. За эти долгие годы стены крепостных помещений про­питались сыростью еще более. Антисанитарное состояние поме­щения привело к тому, что два месяца заключения сделали кале­ками людей, загнанных сюда здоровыми и сильными. Так же было и с солдатами возмутившегося Семеновского полка.

Было еще одно сходство в участи «семеновцев» и солдат электротехнической роты — жестокой была расправа военного суда с теми и другими. Семеновцев присудили к шпицрутенам и к лишению свободы.

He легок был режим и в электротехнической школе. Пока­зателем суровости этого режима служат те строки обвинительного акта, в которых дается характеристика обвиняемых и сообщаются сведения о наложенных на них дисциплинарных взысканиях. Наложенные на некоторых обвиняемых взыскания исчислялись многими десятками. Так, например, один был наказан 55 раз, другой 48 раз, третий 34 раза и т. д. Только 22 солдата избегли наказаний, а 104 подверглись им [120]. Кроме того, среди обвиняемых были разжалованные за неисправимо дурное поведение, за дер­зость начальству.

Огромное число дисциплинарно наказанных среди солдат электротехнической роты служит показателем сурового режима в электротехнической школе. Следует припомнить, что возму­щение роты имело место в революционный 1905 год. Бывший участник волнений в этой школе писал в своих воспоминаниях, что «9 января 1905 г. заставило нас глубже заглянуть в окру­жающее, и мы, электротехники, решили связаться с револю­ционными работниками». Такая связь, как мы увидим ниже, была указана и в обвинительном акте.

Признание одного из солдат, привлеченных к суду, о влиянии на него и товарищей, свидетелей событий «кровавого воскре­сенья», приобретает особое значение. Оно является кон­кретным фактом революционизирующего влияния 9 января 1905 г., т. e. знаменательным фактом из бесчисленного множе­ства таких же фактов того времени, отмеченных в истории рево­люционного движения в виде открытых выступлений. Эти выступления происходили больше всего на фабриках и заводах, меньше среди крестьянства, и уже начинались в армии и флоте. B данном случае характерна та смычка, которая проявлялась между рабочими электротехнических станций и солдатами элек­тротехнической роты: солдаты отказывались заменять на работе забастовавших рабочих.'

Брожение среди солдат роты началось еще летом 1905 года, когда солдаты-электротехники находились в лагерях под Кронш­тадтом.

Инкриминируемые события начались в роте с 12 ноября 1905 г. Вернувшись с парада, солдаты прочли в газетах сооб­щение о требованиях артиллерийской бригады города Гродно

к военному начальству и решили предъявить требования и со своей стороны. B результате коллективного обсуждения был выработан 31 пункт «требований» нижних чинов электротехни­ческой роты. Воспроизводим их по обвинительному акту:

«1) Человеческое обращение на «вы». 2) Сокращение срока службы. 3) Свободное увольнение со двора. 4) Свободное'посе­щение солдатами театров и пр. 5) Пользование отпуском во вся­кое время года не менее месяца и каждого без исключения. 6) Бесплатный проезд и с сохранением содержания за время отпуска. 7) Свободный допуск книг в казармы. 8) Выписка на казенный счет газет и журналов. 9) Свободный допуск в биб­лиотеки, общественные и частные. 10) Немедленное увольнение в запас всех выслуживших установленный срок. 11) Пособие каждому запасному при увольнении его в запас. 12) Увеличение жалования.

Таковы были требования солдат царской армии, за предъяв­ление которых солдаты электротехнической роты сначала запол­нили казематы Петропавловской крепости, а потом пошли на' разные сроки в дисциплинарные роты и в тюрьмы. B дело завое­ваний Великой Октябрьской социалистической революции вло­жили свою крупицу и солдаты-узники Петропавловской крепости.

Электротехнической роте не сразу удалось передать свои тре­бования по начальству. Попытки солдат иметь объяснение с командным составом закончились 14 ноября. Обманно командир роты пригласил ее в третий этаж для беседы с высшим началь­ством. B действительности же это была «военная хитрость». Когда солдаты поднялись в третий этаж, призванный батальон Пав­ловского полка захватил по приказу командира полка винтовки электротехников. Безоружные солдаты были выведены во двор казармы и здесь арестованы. Впрочем, арест не произошел спо­койно, хотя командир Павловского полка и пригрозил, что «кто

двинется—на месте будет приколот штыком». Один солдат за дерзость и за угрозы кулаком за спиной капитана был удален из строя и отправлен в карцер. По приговору суда он получил четыре года каторжных работ.

Как мы уже знаем, военная электротехническая рота была заключена в Петропавловскую крепость.

Военно-окружному суду было предано 126 человек. Ko вре­мени суда в Петропавловской крепости оставалось 55 человек, в комендантском управлении — двое и 69 находились под над­зором начальства в помещении самой школы. Из общего числа обвиняемых большинство было мещане (61 человек) и крестьяне (51 человек). Заседания суда происходили 17—20 января 1906 г. в помещении самой школы. Обвинение было предъявлено 122 че­ловекам по ч. 2 ст. 111, ч. 2 ст. 171 и ст. 75. Кроме того, некото­рые солдаты обвинялись по ч. 2 ст. 108 и ч. 2 ст. 97, по ст.ст. 112 и 110, по ст.ст. 112 и 105, один—по ч. 2 ст. 97 и ст. 106 тома XXII Свода военных постановлений 1896 года.

Военный суд довольствовался совсем немногим для признания подсудимых виновными. Из отчета о процессе видно, чем руко­водствовались офицеры, относя того или другого обвиняемого к зачинщикам и агитаторам. Так, например, один из свидетелей называл подсудимого агитатором только на том основании, что обвиняемый высказал офицеру свое удивление, что на службе к нему обращаются на «ты», тогда как до службы его называли на «вы». Другой свидетель признал перед военным судом под­судимого человеком крайних убеждений только на том основании, что этот подсудимый спрашивал свидетеля: «почему министры и генералы, мало работающие, получают тысячи, а рабочие и нижние чины гроши?» 7 Такие офицеры были плоть OT плоти, кость от кости самого состава военного суда, который вынес при­говор солдатам, напугавшим правительство своим коллективным выступлением.

Военно-окружной суд признал обвиняемых виновными:

1) «В том, что в первой половине ноября 1905 года в казар­менном расположении своей части они сообща, с целью добиться освобождения арестованного рядового Белоусова, удаления унтер-офицера Хрящева, немедленного увольнения в запас всех выслуживших установленный срок и вообще улучшения матери­ального положения нижних чинов военной электротехнической школы, составили ряд заявлений, всего 31 пункт, каковые заяв­ления изложены письменно без подписи, причем заявления OT нестроевой команды не имели заголовка, а от электротехнической роты были озаглавлены: «Требования нижних чинов роты воен­ной электротехнической школы, составлено 14 ноября 1905 г.»

2) B том, что они, кроме Багненко, без разрешения построи­лись, вызвали через фельдфебеля командующего ротой, передали ему через ефрейтора Овощникова означенные требования, и Овощников заявил, «что рота не отступится от этих требо­ваний».

3) Белоусов был признан виновным во всех уже описанных нами действиях, а именно: в отказе от работы, агитации среди народа, дерзком обращении к офицеру и об угрозе, что настанет время, когда солдаты покажут себя.

4) Розанов был признан виновным также в уже описанных нами действиях (грозил кулаком за спиной капитана, сопро­тивлялся при аресте).

5) Журковский виновен в том, что, собрав менее шести человек чинов воздухоплавательного парка, «призывал их силой освобо­дить арестованных электротехнической роты».

Подсудимые, признанные виновными в «составлении и предъ­явлении заявления, имевшем вредные последствия для службы», были приговорены: 38 человек в дисциплинарные батальоны от одного года до трех лет, 45 человек — в военную тюрьму OT одного до четырех месяцев, 22 человека — подвергнуты дисцип­линарным взысканиям. Несколько солдат было приговорено к нескольким годам дисциплинарного батальона и к каторжной тюрьме.

B отношении тринадцати осужденных военный суд отказался изменить меры пресечения, оставив двоих из них под арестом в комендантском управлении и направив одиннадцать опять в Петропавловскую крепость. Здесь их продержали в прежних условиях, которые судебный отчет о заседании военно-окружного суда назвал «бесчеловечными».