<<
>>

Порядок рассмотрения и решения дел в судах по «Военно-судебному уставу» 1867 г.

Для полковых судов в соответствии с «Военно-судебным уста­вом» был устаноален упрощенный порядок рассмотрения и решения дел. Дела, подлежащие рассмотрению в них, возбужадтись либо по собственному усмотрению полкового командира, либо по жалобам частных лиц или по сообщению мировых судей, полиции и лругих органов административной аласти.

а также по рапортам ближайших начальников обвиняемых. Причем дела могли назначаться только по распоряжению командира того полка, при котором был суд. Он же передавал дело в полковой суд лишь тогда, когда, ознакомив­шись с материалам следствия или дознания, был вынужасн при­знать, что обвиняемый подлежит суду и что совершенное им пре­ступление или проступок подведомственны именно полковому суду. Затем в полковой суд передавались проведенные по этому делу ма­териалы дознания или следствия, а кроме того, копия из служебно­го списка обвиняемого и выписка из штрафного журнала. Ес.іи при очевидности преступления или проступка не бььло предварительно­го производства, то полковой командир, гіредав обвиняемого суду, в своем предписании излагал все обстоятельства совершенного дея­ния.

Нижние чины, которые не пользовались особыми правами и преимуществами, приобретенными происхождением, воспитанием или службой, до предания их полковому суду и во время производ­ства дела содержались под арестом, другие же нижние чины содер­жались под арестом лишь гіри рассмотрении дела о побеге. B зави­симости от тяжести совершенного проступка и гю уемотрению ко­мандования они могли оставаться в подразделениях под надзором командиров.

Распоряжение полкового командира о гіредании обвиняемого полковому сулу обжалованию нс подлежало. B отдельных случаях распоряжение об оставлении обвиняемого без судебного пресле­дования могло быть обжаловано. Это относилось к делам, кото­рые были начаты гю сообщениям мировых судей, полиции или других гщминистративных властей, а также по жалобам частных лиц.

B этих случаях недовольные решением полкового команди­ра старшие в городе или уезде полицейские чины, администра­тивные должностные или частные лица могли обращаться с жа­лобой к вышестоящим в порядке подчиненности военным на­чальникам, а мировые судьи — к прокурорам окружных судов, от которых зависело направление дела установленным порядком.

B отличие от гюрялка, действовавшего до военно-судебной ре­формы, когда дела в судах рассматривались и решатись в закрытых заседаниях и в письменной форме, полковые суды рассматривали дело устно и в основном в открытых заседаниях.

Однако из этого правила были сделаны исключения, когда дела обязательно разбирались в закрытом заседании. K ним относіишсь следующие дсла:

• о нарушении воинской дисциплины;

• о проступках против ссмейных прав;

• «об оскорблении женской чести, непотребстве и других бес­стыдных или соединенных с соблазном дейсівиях»;

• о прослупках, которые возбуждались не иначе, как по жало­бам частных лиц, когда обе стороны просили о негласном рассмотрении дела |25].

Bce показания обвиняемых, потерпевших и свидетелей записы­вались в журнал, затем написанное прочитывалось теми лицами, которые давали показания, вносились исправления по их указани- ям, а затем подписывались ими, если они были грамолными.

Полковые суды сами или через полицию име.ли право произво­дить осмотры и освидетельствования, обыски и выемки таким же порядком, как это делал военный следователь. При всем этом мог­ли присутствовать подсудимый и участвовавшие в деле лица, если они являлись к началу этих действий без предварительного вызова.

Полковые суды производили, если требовалось, экспертизу че­рез «сведущих людей». B качестве их могли быть приглашены слу­жащие по специальным частям военного ведомства, врачи, фарма­цевты, профессора, учителя, техники, художники, ремесленники, казначеи — в обшем, лииа. «продолжительными занятиями по ка­кой-либо службе или части приобретшие особую опытность» [25].

Сообразуясь с упрощенным порядком судопроизводства в пол­ковых судах, «Военно-судебный устав» предписывал разбирательст­во и решение каждого дела оканчивать по возможности в одном заседании Исполнение этого правила в полковых судах относилось к делам о побегах нижних чинов и преданных полковому суду «за неисправимо дурное и развратное поведение» [25|.

Если во время производства дела полковой суд усматривал, ото по роду преступления обвиняемого оно должно подлежать рассмот­рению военно-окружного суда, то дальнейшее производство по делу немедленно прекращалось, и оно передавалось на решение полко­вого командира. Тол в любом случае направлял дело военному про­курору, но со своим мнением о подсудности обвиняемого полково­му или военно-окружному суду. Прокурор, если он соглашался с мнением полкового командира, или юзвращап его в полк для пере­дачи в полковой суд, или вносил дело в военно-окружной суд.

Вопрос о вине или невиновности подсудимого полковой суд решал по своему внутреннему убеждению, основанному на сово­купности обстоятельств, которые были выявлены при с)дебном разбиратетьстве дела. Приговор полкового суда выносился боль­шинством голосов. B совещательной комнате не могли находиться ни участвующие в деле, ни посторонние лица.

Признанного виновным полковой суд приговаривал к наказа­нию и уплате с)дебпых издержек, а также к компенсации за причи­ненные им вред и убытки, если того требовал потерпевший или бььт причинен убыток казне. Определив мер) наказания по закон), полковой суд мог ходатайствовать перед полковым командиром о смягчении подсудимому наказания с )казанием причин, облегчав­ших вин) осужденного.

Вынесенный полковым с)дом приговор, записанный вначале вкратце, объявлялся публично председателем суда в том же заседа­нии, в котором было окончено разбирательство дела. Затем предсе­датель с)да объявлял подсудимом)', что если он недоволен решени­ем суда, то имеет право принести письменно или устно жалобу на имя полкового командира. B окончательной форме объявленный приговор необходимо было изложить не позднее трех ЛІіеЙ, а по делам о побегах пижпих чинов и преданных суд) за «неисправимо дурное поведение» — B тот же день, HO ни в коем случае не позднее следующего дня |25]. Останавливать решение дела под предлогом неполноты, неясности ити противоречия законов категорически воспрешалось. За это нар)шение виновные подвергались ответст­венности как за преступное бездействие власти.

Приговор полкового суда, изложенный в окончательной форме, включал в себя: год, месяц и число, когда он состоялся; звание, имена, фамилии или прозвища обвиняемого и лица, потерпевшего от преступления нли проступка; обстоятельства дела; с)щность при­говора с указанием законов, на основании которых он быи выне­сен; издержки производства, присуждаемые с виновной стороны. Под приговором подписывались председатель и члены суда, а также делопроизводитель.

По тем уголовным делам, которые могли быть окончены при­мирением, перед постановлением приговора полковой суд прини­мал меры для склонения сторон к миру. Если это удавалось, то со­ставлялся соответствующий акт, и дело прекращалось, о че.м стави­ли в известность полкового командира. B акт вносились условия примирения, затем его зачитывали сторонам, согласившимся на примирение, исправляли по их указаниям, далее стороны, если они были грамотны, подписывали его. B конце акт утверждали своими подписями председатель и члены суда.

Приговор полкового суда утверждал полковой командир. Он моі изменить приговор суда в пределах предоставленных ему дис­циплинарных прав, а также с учетом обстоятельств дела смягчить наказание на одну или две степени. При несогласии с решением полкового суда полковой командир, предварительно известив пол­ковой суд, представлял дело со своим мнением в военно­окружной суд. Срок на утверждение приговора полкоіюго суда полагался не более трех дней, а по делам о побегах и дурном по­ведении — не позднее следуюшего дня после получения дела из полкового суда [25].

Потерпевший мог подать жалобу или возражение против мнения полкового комацдира, если он быи им недоволен. Тогда дело для вынесения окончательного решения направлялось в военно­окружной суд. Жалоба на медлительность производства дела в пол­ковом суде подавалась полковому комацдиру, а на непринятие жа­лобы іши возражения — непосредственно в военно-окружной суд. Обвиняемому, находившемуся под арестом, в случае заявления им желания подать жалобу должны бьши представить для этого все возможности [25[.

Приговоры полковых судов объявлялись приказом по полку или той воинской части, где состоял на службе подсудимый, а началь­нику этой части направлялась копия приговора.

C лиц, приговоренных к платежу судебных издержек, взыскива­лись деньги на путевые расходы лиц, проводивших следствие, а также деньги на вознаграждение «сведущих лиц» (т.е. экспертов) и евщетелей. Вознаграждение свидетелям и «сведущим людям» опре­делялось лишь в том слу'чае, если их вызывали на расстояние свы­ше 15 верст. Ho эти правила не распространялись на нижних чи­нов, вызываемых через их начальство.

Уплата судебных издержек возлагалась на обвиняемого, если он признавался виновным, или на лицо, возбудившее дело, если обви­нение было признано необоснованным. 0 взыскании этих денег с лиц гражданского ведомства сообшалось местным полицейским чинам іши судебным приставам, состоящим при мировом съезае. B случае отсутствия виновных или гіри несостоятельности лиц, при­говоренных к уплате судебных издержек, они принимались на счет казны. По делу о преступлении или проступке, совершенных не­сколькими лицами, судебные издержки обращались на главных ви­новников, а в случае их несостоятельности — на их соучастников. Как те, так и другие несли общую круговую ответственность.

Следовательно, в полковых судах был установлен упрощенный порядок разбирательства дел, что позволяло решать их без волоки­ты. Такие демократические принципы процессуального права, как гласность и состязательность, в деятельности полковых судов были в значительной степени ограниченны. Также было ограничено пра­во подсудимого на защиту и обжалование приговора. B обшем, подсудимый имел меньше прав, чем частный обвинитель и граж­данский истец. Правильность ведения полковыми судами дел про­веряли чиновники военно-судебного ведомства раз в четыре месяца с указанием выявленных недостатков в приказе по округу

Более широко, чем в деятельносги полковых судов, демократи­ческие принципы буржуазного процессуального права осуществля­лись в деятельности военно-окружных судов.

B отличие OT полко­вых судов, которые рассматривали дела только в отношении ниж­них чинов, к их ведению были отнесены судебные дела на всех во­еннослужащих, вне зависимости от их сословной принадлежности.

Ведению военно-окружных судов подлежали следующие дела: о генералах, офицерах и чиновниках военного ведомства, причем по всем преступлениям; о нижних чинах, которые пользовались особыми правами и преимуществами по происхождению, воспи­танию или приобретенными службой, — по преступлениям, за которые по закону полагалось наказание в виде лишения прав и преимушеств шіи их ограничения; о нижних чинах, не пользовав­шихся особыми правами и преимушествами, — по преступлениям, которые влекли за собой перевод в военно-исправительные роты, и другим, болсс тяжким наказаниям; о всех восннослужаших и лицах гражданского ведомства, когда они совместно совершали преступление, связанное с нарушением дисшіплины и законов военной службы; о всех нижних чинах, если им вместе с обвине­нием предъявлялся иск о возмещении вреда либо ушерба на сумму свыше 100 рублей, или же по преступлениям и проступкам, за ко­торые в законах предусматривалось наказание в виде денежного взыскания более 100 рублей [25].

Кроме того, военно-окружным судам бьити подведомственны дела, поступавшие из полковых судов из-за несогласия полкового командира с приговором, а также по отзыіам и частным жалобам потерпевших, по жалобам на следственные действия или по пред­ложениям военных прокуроров и представлениям военных следова­телей относительно производства предварительного следствия [25].

По всякому делу, поступившему от военного прокурора с обви­нительным актом, военно-окружной суд обязан был вручить подсу­димому копию обвинительного акта или жалобы частного обвини­теля, когда дело производилось по такой жалобе, а также копию списка лиц, которых предполагалось вызвать в суд. Одновременно подсудимому объявлялось, что в семидневный срок он обязан дове­сти до сведения суда, имеется ли у него защитник и пе желает ли он вызвать дополнительно свидетелей, сверх указанных в списке, и по каким именно обстоятельствам. Аналогичные права предостав­лялись гражданскому истцу с той лишь разницей, что он сам и за свой счет был обязан позаботиться о получении копии обвинитель­ного акта [25|. За три дня до открытия судебного заседания каждый подсудимый получал именной список постоянных и временных членов сула и военного прокурора [25|.

Подсудимый имел право защищать себя лично или выбрать за­щитника как из присяжных поверенных, так и из лругих лии граж­данского или военного ведомства с непременным условием, чтобы защитник из военнослужаших отвечал тем требованиям, которые предъявлялись к временным членам военного сула, а защитник из гражданских лиц был нс моложе 25 лет и ранее не привлекался к судебной ответственности. По просьбе подсудимого суд мог назна­чить ем> защитника из числа кандидатов на военно-судебные должности шіи из присяжных поверенных гражданского ведомства. Назначение присяжных поверенных происходило тогда, когда суд проходил в городе, в котором действовал окружной суд. Для двух или более подсудимых мог быть назначен один общий защитник только в том случае, если суть защиты одного из них не противоре­чила сути защиты другого; в противном случае для каждого подсу­димого назначался свой зашитник. Подсудимый имел право с раз­решения председателя суда заменить избранного им защитника или просить о замене защитника, назначенного судом. Председатель суда был обязан разрешить допушепному к исполнению своих обя­занностей зашитнику личное обшение с содержавшимся под стра­жей подсудимым [25]. Подсудимый и его зашитник, а также част­ный обвинитель и гражданский истец или их поверенные имели право ознакоміпгься в канцелярии суда с материалами дела и выпи­сывать из него все нужные им сведения [25|.

Военно-окружной суд был лишен права отказать военному про- курору в вызове свидетелей, указанных в обвинительном акте или особом требовании, которое предъявлялось председателю суда в ходе подготовки к с)ду. Председатель сула также не имел права от­казать (за редким исключением) участвовавшим в деле лицам в вы­зове свидетелей, давших показания на предварительном следствии. Стороны могли просить о вызове в военно-окружной суд «сведущих людей» дтя выяснения какого-либо специального вопроса или дія повторной экспертизы [25]. Подсудимый и потерпевший имели право по «законным причинам» отводить членов военного суда от участия в рассмотрении данного дела.

Судебные заседания как военно-окружных, так и временных су­дов обычно проходили публично. Лишь в редких случаях и только некоторые дела слушались в закрытых заседаниях. K их числу отно­сились следующие дела: о богохульстве, об оскорблении святыни и о порицании веры; о преступлениях против прав «семейственных»; о преступлениях против «чести и целомудрия» женщин; о разврат­ном поведении, противоестественных пороках и сводничестве.

Кроме того, по усмотрению военно-окружного суда в закрытом судопроизводстве могли рассматриваться дела, связанные со слу­чаями «особенно важного нарушения» воинской дисциплины. Од­нако даже в указанных выше случаях закрыть для публики двери судебного заседания можно было лишь тогда, когда в определении суда указывалось, какие именно действия должны происходить при закрытых дверях и по каким причинам. Ho и в этом случае в запе заседания суда оставались родственники и знакомые подсудимого и потерпевшего, причем не более трех человек с каждой стороны. После окончания прений сторон все дальнейшие действия проис­ходили публично |25].

Судебное следствие производилось устно, но в судебном заседа­нии не воспрещалось зачитывание письменных показаний свидете­лей, если они по уважительным причинам не явились в суд.

Формально военный прокурор и частный обвинитель, с одной стороны, а подсудимый или его зашитник — с другой, пользова­лись в судебном процессе одинаковыми правами, как и граждан­ский истец по всем вопросам, имевшим отношение к его иску. Подсудимому или его защитнику всегда предоставлялось право последнего слова как по существу дела, так и по каждому спорно­му вопросу [25|.

Судебное следствие открывалось с оглашения обвинилельного акта, а в делах, которые начинались по жалобе, — с жалобы частно­го обвинителя [25]. Огласив указанные документы, председатель суда вкратце излагал сущность обвинения, а затем спрашивал под­судимого, признает ли он себя виновным. Если тот свою вину при­знавал, ему задавали дополнительные вопросы по обстоятельствам преступления. Если признание подсудимого не вызывало никакого сомнения, то суд без дальнейшего следствия мог перейти к заклю­чительным прениям.

Подсудимого, колорый виновным себя не признавал, председа­тель суда спрашивал при рассмотрении каждого доказательства, не желал ли он сделать в свое оправдание какие-либо объяснения или опровержения. Кроме того, председатель, а с его разрешения и чле­ны суда могли задавать вопросы подсудимому по всем обстоятель­ствам дела, если они представлялись им недостаточно выясненны­ми. Подсудимый имел право не отвечать на заланные ему вопросы, а суд не вправе был принимать его молчание за признание им сво­ей вины [25|. Обычно вначале допрашивали указанных прокурором и частным обвинителем потерпевших и свидетелей, а затем свиде­телей, на которых ссылался подсудимый [25].

После рассмотрения и проверки в судебном заседании всех соб­ранных по делу доказательств ни одна из сторон не имела права приводить новые доказательства. Ho если возникала необходимость представить вновь открывшиеся доказательства, то она должна бы­ла предварительно объявить об этом суду. По представленному но­вому доказательству суд обязан был дать возможность противной стороне подготовиться к состязанию. B этом случае суд на врехкі откладывал окончание судебного следствия.

По делам частного обвинения потерпевший мог подать просьбу о прекращении дела миром. При согласии подсудимого дело пре­кращалось и вновь не могло быть возобновлено |25].

Судебное следствие по каждому делу завершалось прениями сторон, которые состояли:

• из обвинительной речи прокурора, а по делам частного обви­нения — и

• из объяснений частного обвинитетя;

• из объяснений гражданского истца;

• из речи зашитника или из объяснений самого подсудимого;

• из последнего слова подсудимого.

B своей обвинительной речи прокурор излагал существенные обстоятельства обвинения в том виде, в каком они были установле­ны на судебном следствии, а также давтл свое заключение не толь­ко о виновности подсудимого, но и о наказании, которому он под­лежал по закону. Прокурор мог и не поддерживать обвинительный акт, опровергнутый судебным следствием, заявив об этом суду |25].

По делам частного обвинения частный обвинитель имел право, как и прокурор, представить суду те же объяснения по содержанию своей жалобы |25]. Гражданский истец мог объяснять и доказывать все те действия и обстоятельства, от признания и определения ко­торых зависели его требования, но не должен был касаться уголов­ной ответственности подсудимого [25].

Защитник подсудимого объяснял все те обстоятельства и дово­ды, которые опровергали или ослабляли обвинение подсудимого. Подсудимый и его зашіггник могли ходатайствовать перед судом о смягчении наказания, которого требовал прокурор шіи частный обвинитель. Против защитительной речи подсудимого или его за­шитника как прокурор (иди частный обиипитель), так и граждан­ский истец могли представить свои возражения. Ho и в этом случае право последнего слова все равно принадлежало подсудимому или его защитнику. После прения сторон последнее слово предоставля­лось подсудимому |25]. Затем суд удалялся для постановления при­говора в совещательную комнагу, где не могли находиться ни сек­ретарь, пи прокурор, ни участвовавшие в деле лица |25].

B отличие от дореформенного порядка суд пе имел права ос­тавлять подсудимого в подозрении, т.е. он обязан был либо оправ­дать подсудимого, либо освободить его от наказания на законном основании (истечение давности, манифест об амнистии и пр.). либо, наконец, определить подсудимому наказание в соответствии с законом [25].

При определении наказания суд имел право смягчить подсуди­мому меру наказания одной или двумя степенями, а также перейти к ближайшему низшему роду наказания, если в законе не было низшей степени против назначенной осужденному меры наказания. B случаях если суд находил основание для облегчения участи под­судимого, он мог ходатайствовать через военного министра перед государем о смягчении наказания в размере, выходящем за пределы судебной власти, или даже о помиловании подсудимого, вовтсчсн- ного в преступление по не зависяшим от него обстоятельствам [25|.

Военно-окружной суд, как и полковой суд, вначале излагал суть приговора в краткой форме. Этот документ, названный резолюци­ей, подписывали все члены суда. После ее подписания резолюция объявлятась немедленно, а случалось, что иногда и через день. Ho тогда председатель обязан был сообщить присутствовавшим в суде решение о вине цпи невиновности подсудимого. По решению, оп­равдывавшему подсудимого, он безотлагательно объявлял его сво­бодным от суда и от содержания под стражей, если тот состоял под арестом. Подробный приговор должен бьиі быть подготовлен не позже двѵх недель со дня объявления резолюции [25].

Таков бььт порядок рассмотрения и решения дел, поступавших в военно-окружные суды с обвинительными актами военных проку­роров. Этот порядок с некоторыми изъятиями распространялся и на дела, поступавшие в военно-окружной суд из полковых судов по представлениям полковых командиров и отзывам потерпевших лиц [25]. Аналогично этому решались частные жалобы от потерпевших на непринятие отзыва полковыми судами [25].

B отличие отдореформенного порядка, когда приговор военно­го суда мог отменяться и изменяться в любую сторону воинскими начальниками, его ревизующими, приговоры военно-окружных судов считались окончательиьши. Они могли быть отменены только в кас­сационном порядке как по жадобам участвовавших в деле лиц, так и по протестам военных прокуроров [25].

Кассационные жалобы и протесты на приговоры допускались лишь в случаях нарушения материа іыюго или процессуа іыюго зако­нов либо пределов ведомства или власти, предоставленной военному суду [25]. Жалобы (или протесты) на приговоры военно­окружного суда следовало подавать в семидневный срок. Против кассационной жадобы (или протеста), поданной одной стороной, другая сторона могла предоставить свои возражения или объяс­нения в Главный военный суд до дня, назначенного для слуша­ния дела. Кассационная жалоба (шли протест) против приговора, которым подсудимый освобождался из-под стражи, нс останав­ливала исполнения приговора. Bce дело вместе с подапной жадо­бой (или протестом) немедленно представлялось в Главный во­енный суд [25].

Решение Главного военного суда объявлялось его председателем публично. Жалобы на решения Главного военного суда не допуска­лись. При пересмотре дела наказание подсудимому не могло быть увеличено, если на отмененный приговор не бььло протеста военно­го прокурора или жадобы частного обвинителя. Ho бывали случаи, когда при повторном рассмотрении дела открывались новые об­стоятельства, изменявшие сушсство дела [25].

B определенных случаях «Военно-судебный устав» 1867 г. давзд. кроме того, праію Главному военному суду самому определять на­казание подсудимому. Такой почти чисто ([юрмалыіый порядок кассационного производства предоставлял большую самостоятель­ность военно-окружным судам, что в большинстве случаев лишало подсудимых возможности обжаловать приговор в кассаішонном порядке. Характерно, что за 19 лет (1867—1885) из каждых ста рас­смотренных дел обжаловано было всего лишь около шести, из их числа было удовлетворено в среднем 8—16%, а остальные жалобы оставлены без удовлетворения. Совершенно по-иному обстояло де­ло с кассационными протестами. Из каждых ста решенных дел оп­ротестовывалось в среднем три дела, в числе которых протесты по двум делам удовлетворялись, а по одному — отклонялись [27]. Та­кое соотношение в удовлетворении протестов и жалоб доказывает, что почти всегда удовлетворялись требования военных прокуроров, тогда как жалобы осужденных отклонялись.

Кроме жадоб и протестов, приносимых в кассационном поряд­ке, в некоторых случаях подавались частные жалобы и протесты. Касались они следующих вопросов:

• принягие мер, препятствующих обвиняемому уклониться OT следствия;

• принятие мер к обеспечению иска о іюзмещении вреда и убытков;

• наложение взысканий за неявку в суд свидетелей, «сведущих людей» и других лиц;

• непринятие кассационных жадоб;

• определение военного суда, постановленное по жалобам на следственные действия;

• медленное производство дела;

• неправильное исполнение приговора.

Bce иные неправильные действия суда по производству дела могли быть обжалованы не иначе как по приговору в кассационном порядке [25].

Каждому из участвовавших в деле лиц принадлежало право принесения частной жалобы но тем вопросам, которые имели к нему отношение. Жалобы и протесты на частные определения во­енного суда подавались тем же порядком, что и кассационные жа­лобы и протесты. Однако подача жалобы (ити протеста) на частное определение не останавливала его исполнения, кроме тех случаев, когда это признавал необходимым суд, постановивший определе­ние, или Главный военный суд, в который представлятись жалоба (или протест). Частные жалобы можно было подавать письменно или словесно [25].

Частные жадобы и протесты рассматривались Главным военным судом на публичном заседании и разрешались немедленно по их получении. Они рассматривались таким же порядком, каким реша­лись и кассационные жалобы и протесты |25[. Жалобы на решения Главного военного суда не допускались, все его постановления принимались к немедленному исполнению через Главное военно­судное управление [25].

Приговоры военно-окружных судов, иступившие в силу, также немедленно приводились в исполнение [25]. Однако из этого пра­вила допускались исключения. Так, все окончательные приговоры по делам о «государственных преступлениях» до обращения их к испол­нению через военного министра предста&ѵыись на усмотрение им­ператора [25]. Аналогично поступали с приговорами в следующих случаях:

• когда офицеры, чиновники, дворяне и служители культа всех степеней присуждались к наказанию, соединенному с лише­нием всех прав состояния или всех особенных прав и пре- имушеств. или когда офиперы и чиновники присуждались к разжалованию в рядовые;

• когда кто-либо присуждался к лишению ордена или другого знака отличия;

• когда суд ходатайствовал о смягчении подсудимому наказания в размере, выходившем за пределы предоставленной е.му за­коном власти, или о помиловании осужденного |25].

Таким образом, в результате проведения военно-судебной ре­формы порядок рассмотрения и решения дел в судах был сушест- ветіио упрощен.

Хотя права начальников в военно-уголовном судопроизводстве были в известной мере ограниченны, все же за ними сохранялась значшельная власть не только в области производства дознания и следствия, по и в решепни дсл по сути. Это являлось отступлением от принципа разделения властей.

Если обратиться к порядку судопроизводства, установленному для военного и мирного времени, то порядок судопроизводства ДІЯ военного времени силыіо отличатся, характеризуясь следующими отличительными чертами:

• во-первых, значительным расширением компетенции воен­ных судов;

• во-вторых, расширением круга должностных лиц, имевших право проводить дознание и предварительное следствие, а также сокращением сроков производства дел и подачи жалоб на следственные действия. Так, в военное время дознание производили не только военные начальники, но также воен­ная и местная полиция. Следствие могли по поручению на­чальства проводить наряду с военными следователями строе­вые офицеры іши следственные комиссии;

• в-третьих, расширялась власть начальников по преданию об­виняемых военному суду. Главнокомандующий армией в этой области пользовался властью, данной ему государем;

• в-четвертых, все сроки по производству были сокращены, а сроки на подачу всех жалоб и протестов, как правило, не превышали суток;

• в-пятых, широкие права по утверждению приговоров военно- полевых судов были предоставлены командирам соединений и главнокомандующему армией, что позволяло им утверждать любые приговоры. Te приговоры, которые в мирное время утверждал государь, в военное время утверждал главнокоман­дующий армией. Ha утверждение последнего представлялись также приговоры на осужденных ксмертной казни [25|.

Начиная с 1881 г., объявив многие регионы страны на военном положении, самодержавие широко использовало указанные выше правшіа в подавлении революционного движения. Более того, оно. формально не отменяя этих правил, еще больше сократило сроки производства дел о государственных преступлениях и установило прочие меры, направленные на быстрое и решительное подавление революционного движения. Так, генерал-губернаторам было пре­доставлено право предавать обвиняемых военному суду без произ­водства предварительного следствия, причем на основании лишь сведений, собранных при дознании, т.е. на основании данных жан­дармерии.

Суд, получив дело с обвинительным актом прокурора, был обязан немедленно дать делу «законный ход». Свидетелей, которые не могли явиться в суд в течение трех дней, в суд даже не вызывали, если он не находил это нужным. При разбирательстве дела суд ограничивался оглашением показаний этих свідетелсй, данных на предварительном следствии іиіи при дознании. Подробный приговор подготавливали в течение двадцати четырех часов после провозглашения его сущности. Такой же срок был установлен для подачи кассационной жалобы |33]. B 1881 г было установлено, чтобы все дела о государственных престу­плениях рассматривались в закрытых заседаниях 133J.

B целом дела о государственных преступлениях военные суды рассматривали быстро, подсудимых обычно подвергали суровым наказаниям, а приговоры приводились в исполнение немедленно.

Вопросы для повторения

1. Каков порядок возбуждения дел в полковых суда в соответствии e «Военно-судебным уставом»?

2. Назовите категории лел, рассматриваемых полковыми судами в закрытом судебном заседании.

3. Перечислите полномочия полковых судов при исследовании до­казательств п разрешении дста.

4. Как разрешались полковым судом вопрос о виновности подсу­димого, порялок вынесения приговора и основные требования к ікму в соответствии с «Военно-судебным уставом»?

5. Охарактеризуйте полномочия полкового командира по утвержде­нию п изменению приговора.

6. B какой суд подавались жалоба иін возражения потерпевшего против мнения полкового комаішпра?

7. Дайтс краткий анализ, n чем состояла упрощенность порядка cy- дебіюго разбирательства в полковых судах.

8. Какие принципы судопроизводства в значительной мерс были ограниченны при отправлении правосудия полковыми судами?

9. Перечислите категории дел, подсудные военно-окружпым судам в соответствии с «Воеино-судебным уставом».

10. Какими основными правами обладал подсудимый при судебном разбирательстве в военно-окружпом суде9

11. Опишите порялок озпакомтепня подсудимого с предъявленным обвинением, сулебное следствие и прения сторон в воеппо- окружпом суде.

12. Опишите порялок принесения кассационных жадоб и протестов па приговоры воеііпо-окружногосуда.

13. B каких случаях подавались частпые жалобы и протесты?

14. По каким лелам приговоры военпо-окружного суда до обращения их к исполнению представлялись на усмотрснис императора?

15. Дайте сравнитслы іый анализ порядка судопроговодства, уста- новлепногодля военного и мирного времени.

2.4. Основные направления реализации положений военно-судебной реформы в деятельности органов военной юстиции

B исследуемый период органы поенной юстиции, действуя в ус­ловиях реформирования Вооруженных cirn и всей военно-судебной системы, решали широкий круг задач. Среди них важное значение имели поддержание дисциплины и правопорядка в войсках в повсе­дневной деятельности и чрезвычайной обстановке военного времени, подготовка военно-юридических кадров и обеспечение пми органов военного правосудия, создание системы пенитенциарных учрежде­ний и контроль за содержанием в них осужденных и другие.

B обшей иерархии военных судов Вооруженных сил Российской империи главная роль в поддержании и укреплении воинской дис­циплины отводилась пожовым судам. Для того чтобы разобраться в топ роли, которую занимали полковые суды в обшей системе воз­действия на нарушителей вопнекой дисциплины, необходимо вы­яснить, какие меры могли применять командиры для поддержания крепкой іюшіской дисциплины. Как следует из приложения 3, по «Дисциплинарному уставу» 1869 г. на рядовых и ефрейторов нала­гались следующие дисциплинарные взыскания:

1) запрет отлучаться из казармы или из другого месга дислока­ции подразделения;

2) наряд на работу по роте, но пе более восьми нарядов;

3) наріщ вне очереди на службу на время не более восьми суток;

4) простой арест на время пе свыше месяца;

5) строгий арест на время не свыше двадцати суток;

6) усиленный арест на время не более восьми суток;

7) лишение ефрейторского звания и перевод на низшие степени и меньшие оклады;

8) лишение права награждения нашивками (т.е. специальными знаками различия, что влекло за собой лишение права на повыше­ние денежного оклада);

9) перевод по приговору суда в разряд «штрафованных».

Простой арест заключался в том, что арестованного содержали в

светлом карцере, выводіпи на учения и работы, получал он обыч­ную пишу, но спал на голых нарах. B случае строгого ареста аре­стованный опять же содержался в светлом карцере, хлеб и соль ему отпускались ежедневно, а горячая пиша — через два дня иа третий, его также выводили на работы и учения, спал on па голых нарах. Усиленный арест состоял в том, что арестованный содержался в темном карпере, в остальном с соблюдением правіш для строгою ареста (приложение 3).

Следует обратить внимание на наличие в армии категории «штрафованных-», что позволяло более дифференцированно подхо­дить к каждому нарушителю воинской дисциплины. B мирное время перевод в этот разряд осуществлялся по решению суда, а в военное время — властыо полкового командира. Это наказание применялось к нижним чинам, которые не пользовались особыми правами состояния. Оно могло совмещаться с наказаниями в виде направления в дисциплинарную часть и с заключением в военную тюрьму.

Перевод в разряд «штрафованных» бььл сопряжен с лишением унтер-офицерского и ефрейторского званий, права на получение прибавочного жалованья и знаков отличия. Сверх того штрафован­ные могли быть в дисциплинарном порядке подвергнуты наказа­нию розгами ло 50 ударов, а по решению суда — до 200 ударов в виде замены заключения в военной тюрьме. Кроме того, как пока­зано в приложении 3, «штрафованных» нс производили в унтер- офицеры или ефрейторы, не наряжали в почетный караул, не на­значали вестовыми и посыльными. Они нс пользовались полагаю­щимся отпуском, их не назначали в караул к знамени и на важные посты. Исключение из разряда «штрафованных» производилось полковым командиром по истечении не менее одного года нахож­дения в этом разряде.

B полковых судах могли рассматриваться менее важные и часто повторяющиеся проступки и преступления, связанные с нарушени­ем воинского чинопочитания и подчиненности, а также дела, свя­занные с нарушением общеуголовных законов, если совершившим эти преступления и проступки не грозило более суровое наказание.

K числу таких воинских преступлений и прослупков относились:

• неоказание сознательно должного уважения начальнику, не­приличное с ним обращение и всякое пренебрежение к на­чальнику;

• оскорбление начальника на словах, в письме ипи печати либо неприличным действием;

• неисполнение приказания начальника;

• «сопротивление исполнению распоряжений начальника»:

• открытое и публичное выражение недовольства распоряжени­ем начальства или тяготами службы;

• неисполнение приказания начальника группой лиц (двух и более), подача групповых жалоб и заявлений, а также сбор подписей к пнм;

• оскорбление часовых и военного караула и нападение на них;

• оскорбление должностных лиц военного звания;

• уклонение от службы и неоднократные упущения по службе;

• самовольная отлучка и первый побег из части;

• превышение власти или преступное бездействие;

• нарушение обязанностей службы в карауле или во время де­журства;

• растрата и утеря воинского имущества;

• маловажные должностные упушения, незаконная или ложная подача жалобы начальству;

• имущественные преступления;

• «неисправимо дурное поведение» и другие подобного рода деяния нижних чинов.

K числу общеуголовных преступлений и проступков отпосішись:

• оскорбление гражданских лип:

• нарушение общественного порядка;

• мелкие кражи и другие мелкие правонарушения.

Следует отметить, что по мере роста количества этих незначи­тельных правонарушений со стороны нижннх чинов круг деятель­ности полковых судов расширялся. Так, в начале 1870-х годов было отдано распоряжение о передаче из военно-окружных судов в пол­ковые суды дел о нижних чинах, которые обвинялись в неодно­кратно замеченном пьянстве, а также в «маловажных нарушениях правил и порядка воинского благочпнпя» [34].

Полковые суды могли применять следующие виды наказаний.

B отношении нижних чинов, пользовавшихся особыми правамп и не состоявших на срочной службе:

1) содержание на гауптвахте без ограничения прав и преиму­ществ по службе на срок от одного ло четырех месяпев;

2) дисциплинарные взыскания по «Положению о дисциплинар­ных взысканиях»;

3) денежные взыскания.

B отношении нижних чинов, состоявших на срочной службе, и всех других нижних чинов, не пользовавшихся особыми правами состояния:

одиночное заключение в военной тюрьме на срок:

•1-й степени — от 4,5 до 6 месяпев;

•2-й степени — от 3 до 4,5 месяца;

•3-й степени — от 2,5 до 3 месяцев;

•4-й степени — от 2 до 2,5 месяца;

• 5-й степени — от 1 до 2 месяцев.

Дисциплинарные взыскания по «Положению о дисциіыинарных взысканиях»:

1) денежные взыскания;

2) лишение нашивок за безупречную службу с переводом в раз­ряд «штрафованных»;

3) перевод в разряд «штрафованных»;

4) наказание розгами от 50 до 200 ударов вместо одиночного за­ключения и военной тюрьме в зависимосіи от степени.

Размер денежного взыскания определятся ишшвидудлыю. Ниж- пие чипы вычету из получаемого жалованья нс подвергались. Когда сумма взысканий нс превышала 50 рублей, они, не имевшие собст­венного имущества, подвергались аресту на срок до одного месяца. Если сумма состаішпа от 50 до 100 рублей, то нижние чины могли быть подвергнуты одиночному заключению на срок от одного до двух месяцев. B тех случаях, когда не было никакой возможности направить подсудимого в военную тюрьму, этот вид наказания мог быть заменен.

Вместо 1-й степени:

1) для пользовавшихся особыми правами состояния — лишение этих прав п преимуществ, а также содержание под арестом на хлебе и воде от трех до четырех недель, перевод в разряд «штрафованных»;

2) для не пользовавшихся особыми правами состояния и имев­ших нашивку — лишение нашивки, содержание под арестом на хлебе и воде от трех до четырех недель, перевод в разряд «штрафо­ванных» с увеличением пребывания в нем от двух до двух C поло­виной лет, наказание розгами.

Вместо 2-й степени:

1) для пользовавшихся особыми правами состояния — лишение особенных прав и преимуществ, содержание под арестом на хлебе и воде от двух до трех недель, перевод в разряд «штрафованных»:

2) для не пользовавшихся особыми правами, но имевших на­шивку за службу — лишение нашивки за безупречную службу, со­держание под арестом на хлебе и воде от двух до трех недель, пере­вод в разрял «штрафованных» с увеличением пребывания от шести месяцев до года;

3) для не пользовавшихся особыми правами п не имевших на­шивки — содержание под арестом на хлебе и воде от двух до трех недель, перевод в разряд «штрафованных» с увеличением пребыва­ния от полугора до двух лет, наказание розгами.

Вместо 3-й стегіени:

1) для пользовавшихся особыми правами состояния — лишение особых прав и преимуществ, содержание под арестом на хлебе п воде от трех до четырех недель;

2) для не пользовавшихся особыми правами, но имевших на­шивку за безупречную службу, — содержание под арестом на хіебе и воде от трех до четырех недель, перевод в разряд «штрафован­ных». лишение нашивки;

3) для не пользовавшихся особыми правами и не имевших на­шивки — содержание под арестом на хлебе п воде от трех до четы- pex недель, перевод в разряд «штрафованных» с увеличением пре­бывания от года до полутора леі, наказание розгами.

Вместо 4-й степени:

1) для пользовавшихся особыми правами состояния — лишение как прав, так п всех препмушеств. содержание под арестом па хлебе н воде от цвух до трех недель;

2) для не пользовавшихся особыми правами, но имевших на­шивку — лишение ее, содержание под арестом на хлебе и воде от двух до трех недель, перевод в разряд «штраbgcolor=white>Решено 5 февраля. Ли­шен нашивки с пере­водом в разряд «штра­фованных». Выдержать под арестом две недели ~^Г Ефим

Субботин За самовольную оыуч- ку, пьянство и неотда- пие чести іенерал-.маио- py Оснпову_ Решено 7 февраля. На­казание — сто ударов розгами Иван

Кнчнгпп По подозрению в крюке серебряной сигаретни­цы у Михаила Трофи-

MOLkl__ Решено 7 марта. Освобожден от всякой ответственности Семен

Исаев За первый побег со службы и открытие сун­дука украденным клю- чом Решено 10 октября. Дело препровождено во­енному прокурору Федор

Кичев За пьянство и напссе- ние побоев городовому унтср-офниеру PacTon- чину________ Решепо 14 мая. Пере­веден в разряд «штра­фованных» ~ Иван

Гожумов За краж\ 6 рублей у ѵн- гср-офицера Чумакова Решено 5 июля Нака- Miii розгами — 50 уда­ров, переведен в раз- ряд «штрафованных» Атексей

Атейннков За кражу пары подошв у рядового Зазули Рассмтреі 17 июля. Аре­стован на две недели, посажен на хлеб ii волу в темпом карцере Атександр

Шереметьев За раскрытие сундука и похищение из него 85 копеек, принадле­жащих рядовому Семе­нову Решено при полку 27декабря Освобожден от всякой огветствен- ности 6 Дмиірий

Спиридонов За кражу сіпцевон ру­башки из стола унгер- офицера Ивана Коно­валова Решеію ІОдекабря.Ли- шен нашивки. Содер­жать пол арестом на хлебе и воде в течение чегырех недель________

Как видно, полковой суд рассматривал довольно разнообразные дела п выносил не только разные виаы наказаний, но и порой оп­равдывал подсудимых. При подсчеге заседаний полкового суда за 1868 г. выяснилось, что за это время полковой суд провел 30 засе­даний, т.е. в среднем заседания полкового суда проходили два раза в месяц, на каждом из которых рассматривались 1—2 дела, но ино­гда эти цифры существенно изменялись.

B военно-окружной суд в 1868 г. были переданы из полка 4 дела.

1. Рядовой 2-й роты Карл Адамсон, обвиненный в краже 2 руб­лей из закрытого сундука.

2. Рядовой нестроевой роты Николай Разгулов. обвиненный в краже со взломом из сарая двух колес и оси.

3. Рядовой 3-й роты Семен Исаев, обвиненный в двух само­вольных отлучках, пьянстве, утрате казенных вещей во второй раз и в двух одновременных кражах, совершенных в третий раз, причем одна сопровождалась отмыканием запертого сундука посредством похищенного ключа.

4. Рядовой 3-й роты Иван Васильев, обвиненный в оскорблении бранными словами ефрейтора и унтер-офицера и нанесении унтер- офицеру оскорбления ударом в грудь.

B архиве имеется также «Перечневая ведомость о движении дел по Лейб-гвардии Преображенскому полковому суду за 1868 год», в которой указывается: «К 1868 году нерешенных дел не осталось, в течение 1868 года поступило 50 дел. из них решено 47 дел, остались нерешенными 3 дела, разбирательств дел при закрытых дверях не было» [36|. Следует отметить, что нерешенные дела поступали в основном в конце года, поэтому суд не имел возможности рассмот­реть их еще в текущем году.

По поводу деятельности полковых судов в период до 1881 г. можно привести еще один документ полкового суда Лейб-гвардии Преображенского полка. Это «Систематическая ведомость о подсу­

димых по делам, бывшим в рассмотрении полкового суда, а также о приговоренных к наказаниям и оправданных по решению суда за 1875 год» [36|.

Из числи подсудимых, оправданных и обвиненных под судом состоят Час ю подсудимых нижних чинов
Kcn-m, %
І За нарушение дисциплины 12 54.5
2 За промотание казенпых вешей І 4І5
3 За побег и небрежное хранеппе казенного оружия І Ф5
4~ За мошенничество І Ф5
5 За кражу 6 27І5
6 За пьянство и самовольную отлучку І 4^
Итою: 22 100
Из выбывших в 1875 г. из-под суда
І Оправдано І Ф5
2 Приговорены к телесным наказаниям 2 9
3 K переводу в разряд «штрафованных» Гі 50
4 Лишение знаков отличия и нашивок 8 3C5
Из числа подсудимых было
І Строевых І6 73
2 Нестроевых 6 27
3 He достигших 25 дет 4 18
~ Достигших 25 лст Ї8 s!
5 Женатых 7 32
~6~ Холостых Ї5 68
Учинивших преступление
І B 1-й раз І6 73
2 Bo 2-й раз 4 І8
3 B 3-й раз 2 9

Как показало проведенное исследование, наибольшее число правонарушений было евязапо с нарушением дисциплины и кра­жами (до 82%), а самыми распространенными наказаниями оказа­лись перевод в разрял «штрас|ювапных». а также лишение знаков отличия и нашивок (до 86%).

Обращает на себя внимание и дифференцированный подход к подсудимым по возрасту (до и после 25 лет) и семейному положе­нию, а также совершившим преступление в первый раз (73%) и в третий раз (9%).

Всего с 1867 по 1884 г. в среднем за год полковые суды рас­сматривали более 7600 дел, из них около 97% — в том же году и только около 3% переносилось на следующий год — в основном те, что поступали в конце года. Такую оперативность в рассмотрении дел и высокие показатели можно объяснить прежде всего сравни­тельной простотой этих дел, а также близостью судов к воинским частям. Необходимо в то же время отметить, что именно тогда про­исходило становление полковых судов, приобретался опыт их дея­тельности — как положительный, так и отрицательный, принима­лись меры к повышению эффективности их работы.

B обшем, полковые суды являлись в руках командиров одним из важнейших орудий по поддержанию строжайшей дисциплины в армии. B своей деятельности эти суды непосредственно подчиня­лись соответствующему полковому командиру, которому принад­лежало право не только назначения состава этих судов по своему усмотреиию, но и право высшего надзора за безостаиовочпым движением п правильным производством дел в полковом суде, а также право рассмотрения и разрешения жалоб на действия этого суда. Председатель полкового суда ежегодио составлял отчет о движении дел, который в свою очередь к иазиачеииому сроку полковой командир прсдставляа воениому министру через на­чальника дивизии. Кроме того, в коице каждого квартала полко­вой командир представлял начальнику дивизии ведомость о дви­жении дел в полковом суде.

Даииые приложения свидетельствуют, что иа воеииое время в военном ведомстве создавались следующие суды.

1. Полковые и этапные суды. Юрисдикция полковых судов рас­пространялась, кроме иижних чинов своей части, на всех лиц, при­надлежащих к армии, но не состоявших на службе, даже если они пользовались особыми правами состояния, а также в отношении тех преступлений, по которым полагалось денежное взыскание иа сумму до 300 рублей либо по которым взыскивалось возмещение вреда или убытка на ту жс сумму.

Этапные суды обладали теми же правами, что и полковые. Они учреждаіись начаіьником воениых сообщений армии при управле­ниях начальников этапных участков и этапных комендантах. Под термином «этап» подразумевался тогда перегон между двумя пунк­тами на п>ти следования воинских частей, комаіщ и отдельных во­еннослужащих, где они могли остановиться на ночлег или дневку, получить пищу и фураж, медицинскую помощь и санитарно-ги­гиеническое обслуживание. Ha этапную службу возлагались охрана и оборона тыла, поддержание там порядка, обеспечение регулярно­го подвоза войск и предметов снабжения.

Председателя и членов этапного суда назначал начальник эта­пов армии или начальник поенных сообщений округа из офицеров, которые нс прошли командные должности, но в любом случае про­служили на строевыхдолжностях не менее четырех лет.

Юрисдикция полковых и этапных судов распространялась также на лиц гражданского ведомства в местах, объявленных на поенном положении, а также на жителей территории противника, которая была занята дейслвующей армией, при совершении ими вместе с нижними чинами и лицами, принадлежавшими к армии, преступ­лений и проступков, подсудных полковым и этапным судам. Кроме того, их юрисдикция распространялась на военнопленных (до пере­дачи их в ведение гражданского начальства), соответствовавших по званию нижним чинам русской армии.

2. Полевой военный суд рассматривал военно-судебные дела по правилам, установленным для военно-окружных судов.

3. Полевой главиый военный суд — высший полевой суд при полевом штабе армии, состоявший из пяти чинов военно-судебного ведомства, в том числе двух членов Главного воеппого суда.

4. Воеішо-окружные суды пограиичиых округов, подчиненные командуюшим армиями.

5. Суд армии, по организации сходиый с военио-окружиы.ми судами, постоянно следовавший со своей армией.

6. Временные полевые суды п особые присутствия с участием чинов воеішо-судебпого ведомства, откомандированных n их рас­поряжение главнокомандующим армией. Такие суды создавались в отрядах, действовавших в отрыве от армии, а также в осажден­ных крепостях начальниками отрядов или комендантами крепо­стей. B случае недостатка чинов военно-судебного ведомства их заменяли офицерами из войск. При невозможности учредить суд и присутствие в количестве членов, определяемых законом, ограни­чивались тремя офицерами. При отсутствии же в отраде либо кре­пости такого числа офицеров начальнику или коменданту предос­тавлялось право действовать под личную ответственность, т.е. как в чрезвычайных обстоятельствах.

7. Кассационное присутствие, учреждаемое одно на весь те­атр военных действий. Оно состоято из председателя, назначае­мого государем, и трех членов из числа геиералов, причем двоих назначал военный министр, а третьего — главнокомандующий войсками.

Чрезвычайные органы военной юстиции для военного време­ни могли действовать в лействуюшей армии как во время войны, так и в условиях мирного времени в местах, объявленных на во­енном положении. «Военно-судебный устав» определял, что пра­вила о судоустройстве для мирного времени сохраняют свою си­лу и для военного врсмеии, но с некоторыми изъятиями. По особым повелениям императора эти изъятия в равной степени распространялись на войска и местности, объявленные на воен­ном положении |25].

Учреждение особых органов военной юстиции предусматри­валось лишь в том случае, если действующая армия переходила за пределы границы страны. Если же армия, объявленная на во­енном положении, действовала на собственной территории, то при ее соединениях особых органов военной юстиции не учреж­далось, исключением был Полевой главный военный суд. B таких случаях войска армии должен был в судебном отношении обслу­живать военно-окружной суд округа, на территории которого оии дистоцировались. Однако при производстве дел военно- окружной суд должен был руководствоваться правилами, уста­новленными для военного времени. B случае перехода армией границы для нее предусматривалось учреждение полевого воен­ного суда по правилам, установленным для военпо-окружпых судов. Такой суд посил название той армии, для которой ои был учрежден. Свои действия данный суд осушествлял там, где ему указывал главнокомандующий армией. Для укомплектования со­става полевого военного суда главнокомандующий по договорен­ности с иоеииым министром привлекал необходимое число чи­нов военно-судебного ведомства, а именио: председателя полево­го военного суда, военных судей, военных следователей, чинов прокурорского надзора и канцелярии. Времеииые члеиы полевых военных судов в отличие от таких же членов воеиио-окружиых судов могли быть заменены другими временными членами по представлению начальников дивизий, но с утверждения главно­командующего и до истечения шестимесячного срока. Военных следователей полевых военных судов, как и следователей воеиио- окружных судов, главнокомандующий распределял по разным частям войск |25|. Независимо от организации полевого военно­го суда главнокомандующий имел право передавать из армии в ближайший воеиио-окружной суд те дела, производство которых в полевых военных судах армии он признавал невозможным или нецелесообразным [25].

B соответствии с порядком открытия временных военных су­дов в условиях мирного времени «Военно-судебный устав» допус­кал учреждение иодобиых судов и в воеииое время. По усмотре­нию главнокомандующего армией они учреждались при корпусах или отрядах, действовавших отдельно от главных сил. Если откры­тие временного полевого суда было необходимо, то в распоряже­ние корпусного командира или начальника отряда должно было откомандировано необходимое количество чинов воеиио-судеб- ного ведомства. B отличие от мирного времеии состав времсиио- го полевого военного суда военного времени мог заполняться из- за недостатка лиц военно-судебного ведомства только строевыми офицерами. Ho и тогда должность председателя временного по­левого военного суда или военного прокурора должна была за­мещаться одним из чинов военно-судебного ведомства. Отступ­ление от этого правила допускалось только в случае невозможно­сти направить такого представителя в ту или ииую группировку войск. B таких условиях по распоряжению начальника отряда уч­реждались временные полевые военные суды с возтоженисм обя­занностей чинов военно-судебного ведомства на офицеров из войск. B этом случае в состав времеииого полевого военного суда назначали нс меиее одного офицера для замещения должности по­стоянного военного судьи, шести офицеров в качестве временных членов суда, офицера для исполнения обязанностей военного прокурора и офицера в качестве секретаря суда. Одиако в отрядах, действовавших в отрыве от главных сил. а также в крепостях, на­ходившихся на осадиом положении, при недостатке офицеров ус­тав допускал учреждение временного полевого военного суда в составе трех офицеров в качестве членов суда и одного офицера для иснолиения обязанностей воеииого прокурора. При отсутст­вии в отряде или крепости достаточного числа офицеров для уч­реждения и такого суда начдтьнику отряда или коменданту крепо­сти предоставлялось право действовать по своему усмотреиию, под свою личиую ответственность [25].

Таким образом, в условиях боевых действий войск команди­рам отдельных соединений и даже отрядов предоставлялись зна­чительные полномочия в организации полевых военных судов, а при иевозможиости их организации — действовать по своему усмотрению.

B качестве верховной кассационной инстанции в военное вре­мя предусматривалось учреждение Полевого главиого воениого суда. B его состав с «соизволеиия» государя направлялись два члена Главного военного суда, один из которых назначался председате­лем. Кроме того, военный министр в свою очередь назначал трех членов из числа председателей военно-окружных судов, военных судей или военных прокуроров. Помимо них, в Полевой главный военный суд по приказу военного министра направлялся один из товаришей Главного воеииого прокурора с помощниками п чипами канцелярии. Еда предстояло заведовать перепиской главнокоман­дующего по военно-судебной части. Полевой главный военный суд должен был находиться при полевом штабе армии [25].

B местах, отдалеииых от Полевого главного военного суда, ко­гда требовалось безотлагательное наказание «виновных» за грубое нарушение воинской дисциплины, главнокомандующему предос­тавлялось право открывать «особые присутствия» Oii руководство­вался при этом правилами, установленными для открытия таких присутствий в военных округах в мирное время. Аналогичное право предоставлялось командирам корпусов и начальникам отрядов при действиях в отрыве от главных сил. B тех же случаях, когда из-за действий противника связь указанных соединений с армией оказы­валась прерваниой, командирам соединений предоставлялось право учреждать из числа строевых офицеров «особое присутствие» в со­ставе трех членов и одного прокурора. При отсутствии в отряде или крепости и такого минимального числа офицеров дтя составления «особого присутствия» начальнику отряда или коменданту крепости предоставлялось право действовать по собственному усмотрению [25]. Следовательно, в боевых условиях командирам соединений и крепостей устав предоставлял больше прав не только в организации судов первой инстанции, ио и «особых присутствий» n качестве кассационных инстанций.

B условиях военного времени общий надзор за военно-су- дебными учреждениями и должностными лицами военно-судебного ведомства предоставлялся главнокомандующему армией. Гму при­надлежало также право перемещения лиц военно-судебного ведом­ства и дисциплинарная власть над ними. B это.м отношении глав­нокомандующий пользовался теми же правами, что и военный ми­нистр [25].

Указанные выше правила бьыи применены во время Русско- турецкой войны (1877—1878). B связи с началом ее отдельные ме­стности Кавказского наместничества, Бессарабская губерния, при­морские уезды Херсоиской и Таврической губериий, а также Крым­ский полуостров были объявлены на поенном положении [33]. Об­разованные Действующая и Кавказская армии также были объявле­ны на военном положении. B этих регионах к подсудности военных судов были отнесены гражданские тица за совершение наиболее тяжких преступлений [33|, жители областей, занятых русской арми­ей, а также военнопленные [5].

Столь обширная персональная подсудность военным судам тре­бовала и соответствующей организации судебных органов. B декаб­ре 1876 г. в Кишиневе был учрежден полевой военный суд Дейст­вующей армии. До мая следующего года ее обслуживал один поле­вой военный суд. Уже в мае в Галаце был открыт временный поле­вой военный суд для обслуживания войск 14-го корпуса, который предназначался для действий на отдельном театре военных дейст­вий в Добрудже. B июле того же 1877 г. появились еще три времен­ных полевых военных суда: в г. Никополе (затем он бьиі переведен в баиарский Карагач) — для обслуживания войск 9-го корпуса, в г. Бела — для обслуживания войск Рушукского отряда (12-й и ІЗ-й корпуса) и в г. Браилове — для тыла армии. B начале 1878 г. бьиі открыт временный полевой военный суд для обслуживания войск гренадерского корпуса |37]. Помимо перечисленных судов, сущест­вовал еще временный полевой военный суд, который обслуживал войска 4-го корпуса.

B целом во время Русско-лурецкой войпы 1877—1878 гг. дейст­вовали полевой военный суд и шесть временных полевых военных судов. B их составе всегда бьиі хотя бы один из постоянных членов

с юридическим образованием и практическим опытом. ые

члены исполняли обязанности председателей соответствующих су­дов. Однако военные суды в Действующей армии исполняли свои обязанности не в таком составе, как это предусматривалось «Воеи- ио-судебным уставом». Уже в начале войпы главнокомаішуюший Действующей армией нарушил правіша этого устава, издав распо­ряжение об уменьшении числа временных члеиов, ограничив их число тремя офицерами для каждого суда |37|.

Следовательно, во время войны военные суды действовали ие в соответствии со статьями «Воеино-судебиого устава», а в зависимо­сти от сложившсйся обстановки и по усмотрению главнокоман­дующего Действующей армии.

Тем не менее лица прокурорского надзора имелись при каждом военном суде: при полевом военном суде — военный прокурор, а при временных полевых военных судах — его помощники.

B Кавказской армии в отличие от Действующей армии полевого военною суда учреждено не было. Войска этой армии, как и в мирное время, обслуживал Кавказский военно-окружной суд. Раз­ница была лишь в том, что при решении военно-судебных дел он руководствовался процессуальными нормами, установленными «Во­енно-судебным уставом» для войск и местностей, объявленных на военном положении. He было полевого военного суда и в Одесском военном округе, многие губернии и уезды которого также были объявлены на военном положении. Всю территорию этого округа также обслуживал военно-окружной суд. который действовал на тех же основаниях, что и Кавказский воеино-окружной суд.

Наряду с полевым, временными полевыми и воеино-окруж- ными судами в Действующей и Кавказской армиях, а также в Одес­ском военном округе действовали полковые суды. Последние были учреждены на основании правил, определенных «Воеино-судебным уставом». Bce перечисленные выше суды были организованы и функционировали в качест ве судов первой инстанции.

Как указывалось выше, «Воеино-судебный устав» предусмат­ривал учреждение Полевого главного воениого суда для Дейст­вующей армии в качестве кассационной иистаиции. Однако во время войны это правило так и нс было выполнено вследствие объективных и субъективных причин. Поэтому для Действующей и Кавказской армий вместо Полевых главных военных судов, подлежавших учреждению в воеиное время, были образованы кассационные присутствия |38], причем организованы они были тем же порядком, какой бьиі определен уставом. B рассмотрении дел кассационным присутствиям бьиіи присвоены те же права, что и для Полевого главного воеииого суда, т.е. права Гтавиого военного суда.

Таким образом, в период Русско-турецкой войны 1877—1878 гг. положения «Военно-судебного устава» о создании органов воен­ной юстиции на случай войны были реализованы иа практике со значительными отступлениями K то.му же воииские начальники всех рангов вссьма часто прибегали к «недозволенным» мерам расправы с солдатами: избиение розгами, нагайками и т.д. Такого рода наказания бьпи распространены во многих частях Дейст­вующей армии |5]. Начальники частей и соединений предпочитали сами чинить растраву нал нижними чинами, нежели предавать их военному суду.

После окончания войиы особые оргаиы воеиной юстиции в по­рядке исключения, что противоречило «Воеиио-судебиому уставу» 1867 г., были создаиы при корпусе, который около гсда находился в Болгарии. При нсм указом государя от 22 августа 1878 г. была обра­зована военно-судебная часть Командующему войсками были пре­доставлены права главнокомандующего армией в восиное время. Для производства и решения дел по преступлениям, совершенным на территории Болгарии, бьиі учрежден полевой военный суд. При нем состояли военный прокурор и его помощники, секретарь воен­ного прокурора и кандидаты на воеиио-судебиые должности. Дія рассмотрения жалоб и протестов иа решения полевого военного суда было создано кассациоииое присутствие на тех же основаниях, 116 на каких полобные присутствия во время войны создавались в Кав­казской и Денсівующей армиях. B состав этою присутствия входи­ли: председатель и два члена по назначению командующего вой­сками, один члеи от гражданского ведомства по назначению импе­раторского российского комиссара и один член из чинов военно­судебного ведомства.

Военио-судебиую часть при командующем возглавлял особый заведующий. Ои же исполнял обязанности военного прокурора в кассационном присутствии. При заведующем поеино-судебной ча­стью находитись делопроизводитель и кандидат на военно-судеб­ные должности. При 12-м армейском корпусе, который временно входил в состав русских войск в Болгарии, состоял особый военный следователь.

Перечисленные выше органы военной юстиции русских войск в Болгарии гіристуншіи к исполнению своих обязанностей 23 февра­ля 1879 г., а закончили свою деятельность 20 июия 1879 г., когда был закрыт военный суд в г. Рушуке [5|.

Кроме чисто судебной деятельности, несколько чинов поенио- судебного ведомства по приказанию императорского комиссара бы­ли заняты составлением «Военно-судебного устава» и «Воинского устава о наказаниях» для болгарских войск. K началу июня уставы были представлены на утверждение комиссару и 9 июня им утвер­ждены. C 1 июля 1879 г. «Воеино-судебный устав» бьиі введен в действие |5].

Таким образом, вопреки положениям «Воеиио-судебиого уста­ва» 1867 г. при русском корпусе в Болгарии были создаиы оргаиы поеииой юстиции.

Общеизвестно, что перестройку военно-судебной системы, OC- новаиную на новых принципах судоустройства и судопроизводства, нельзя осуществить без квалифицированных специалистов. Не­смотря на то что постепенная и планомерная организация новых военно-судебных учреждений не требовала сразу большого их коли- чества, Воеиное министерство испытывало острый недостаток в военных юристах, хорошо подготовленных в профессиональном отиошеиии. Особенно остро чувствовался этот недостаток при укомплектовании поеиио-окружиых судов. Ha должности председа­телей и почти всех воеиных судей должиы были быть назначены геиераты и штаб-офицеры. Ho среди последних не было таких, ко­торые имели юридическое образование.

He случайно n яипаре 1869 г.. т.е. через полтора года после при­нятия «Военно-судебного устава», когда новые военно-судебные органы были учреждены всего в четырех военных округах, военный министр Милютин писал государю: «...все восино-судебные долж- носго... на первое время были по необходимости предоставлены офицерам, хотя и вполие благонадежным, но не имеющим основа­тельного юридического образования...» [28|- Правда, в 1863 г. ои сам предупреждал: «...введение новой системы судопроизводства потребует новых деятелей, более способных и более образованных, нежели нынешние аудиторы» |28|.

B 1866 г. в целях подготовки председателей и постоянных воен­ных сулей для двух воені ю-окружных судов (их предполагалось от­крыть прежде всего в Санкт-Петербурге и Москве) были организова­ны краткосрочные курсы. C разрешения Александра Il на эти курсы направили несколько геиералов и штаб-офицеров. C иими были ор­ганизованы кактсоретические, так и практические заиятия [5|.

Однако столь необходимое и нужное на первое время меро­приятие ие могло в целом решить проблему подготовки военных юристов. Требовалось создаиие иового ити расширение существо­вавшего воеино-юридического учебиого заведения. Тогда в России существовало лишь одно такое учебное заведение — Аудиторское училище, созданное в 1846 г. на базе бывшей Аудиторской школы. Ho и оно не могло решить проблему подготовки воениых юри­стов как по количеству своих воспитаиииков, так и по системе их обучения.

B 1864 г. Аудиторское училище было изъято из ведомства Глав­ного управления военио-учебиых заведений и передано в ведение геиерал-аудитора Военного министерства. Проведенные в том же году преобразования коснулись главным образом правит присма воспитанников и их прав при выпуске [33|.

Для подготовки военных юристов из среды офицеров в августе 1866 г. был открыт нри Аудиторском училище первый курс офицерских классов, в который были зачислены 25 штаб- п обер-офицеров Военного министерства, а также 5 штаб- и обер- офицеров Морского министерства. Сверх того, на этот курс бы­ли допущеиы волыюслушатели из числа военнослужащих [39; 33]. B начале следующего года указанные офицерские классы были преобразованы в Военно-юридическую акадешио, полный ака­демический курс которой был рассчитан иа два класса с изучени­ем его в течение двух лет.

B целях обеспечения благонадежности слушатели академии от­бирались Главным военным прокурором, а затем окончательно ут­верждались военным министром. Il января 1868 г. были изданы временные правила о поступлении офицеров в Военио-юридиче- скую академию, а 28 сеіггября того же года император yiиерлил «Положение о Воеиио-юридической академии», согласно которому в нее могли принимать лишь офицеров, заслуживших особое дове­рие. Академия состояла при Главном воеино-судном управлении и подчинялась Главному военному прокурору. Руководил академией начальник, которого назначал военный минисгр.

Вслед за организацией Воеино-юрцдической академии встал вопрос и о реорганизации Аудиторского училища. 29 марта 1867 г. оно было переименовано в Воеиио-юридическое училище и по­лучило статус особого специального заведения по подготовке гражданских чиновников для службы в воеішо-судебном ведом­стве. «Положение о Военно-юридическом учиіище» было принято 15 июля 1869 r.

Согласно Положению училише было включено в состав Главно­го военно-судного управления Военного министерства и подчиня­лось также Главному военному прокурору. Непосредственное руко- іюдство училищем осушествлял иачалыіик Воеішо-юридической академии, который одновременно являлся и начальником училища. Учебный плаи учішища был рассчитан на три года. Соответственно этому были распределены и учебные дисциплины Выпускники училища имели равпые права и преимущества с лицами, окончив­шими университет.

Военно-юридическая академия готовила военных юристов из числа офицеров армии и флота, а Военно-юридическое училище — военных чиновников из числа гражданских лиц. B 1878 г. Военно­юридическое училище было упразднено, а Военио-юридическая академия преобразована.

Согласно повому Положению на академию возлагалась обязан­ность «доставлять высшее воеиио-юрцдическое образование офице­рам и гражданским чиновникам, поступающим на службу по воен­но-судебному ведомству» 115; 33]. Срок обучения в академии был установлен в три года, из которых первые два (1-й и 2-й классы) отводились изучению общего юридического курса, а последний гш (3-й класс) — специальному военно-юридическому курсу.

B академию ежегодно принимали не более 15 офицеров и до 10 гражданских чиновников из числа лиц, заслуживших особое доверие властей. Для офицеров, выразивших желание поступить в академию, был установлен стаж службы в войсках в офицерском звании не менее четырех лет. B академию не принимали офице­ров, бывших под судом и не оправданных им, а также тех, кто страдал различного рода физическими недостатками. Непосредст­венные начальники офицеров, поступавших в академию, должны были представлять на них соответствующие характеристики. Гра­жданские чиновники принимались в академию только при нали­чии у них высшего образования и с согласия Главного военного прокурора. При поступлении в академию офицеры сдавали экза­мены по русскому языку, политической истории, географии, во­енной администрации, по уставу гарнизонной службы и ино­странному языку [40].

B целом Военно-юридическая академия по качеству обучения слушателей была доведена до уровня юридического факультета уни­верситета. Первый выпуск офицеров состоялся в 1868 г., из их чис­ла 16 быпи назначены на штатные должности, а 11 из-за отсутствия вакансий причислены к Главному военно-судному упрашіению. Из выпускников 1869 г. 13 человек быпи назначены на штатные долж­ности, столько же причислены к Главному военно-судному управ­лению, 12 человек отправлены в части [40|.

B подавляющем своем большинстве выпускники не только ака­демии, но и училища проходили продолжительную практическую стажировку в органах военной юстиции в качестве кандидатов на военно-судебные должности. Только после этого особо избранные назначались на соотвстствуюшис должности. Tc выпускники, кото­рые вызывали хотя бы малсйшсс подозрение в неблагонадежности к самодержавию, немедленно отчислялись из военно-судебного ве­домства. Так, до 40% выпускников Военно-юридической академии и болсе 47% окончивших Военно-юридическое училище не были использованы на службе по назначению.

Bce это привело к тому, что к концу 70-х годов XlX в. на службе в военно-судебном ведомстве оставалось 85 человек граж­данских чиновников, не имевших юридического образования, и 126 человек, имевших недостаточное не только юридическое, HO и общее образование. При этом многие из них занимали весьма от­ветственные посты — военных прокуроров и их помощников, во­енных следователей и военных судей.

Для чиновников военно-судебного ведомства были установлены высокие оклады содержания, им предоставлялась известная само­стоятельность и связанные с этим права и преимущества. Счита­лось, что должностные лица военно-судебного ведомства находятся в составе Военного министерства, они носили установленную для них форму, пользовались всеми правами и преимуществами нарав­не с остальными чинами этого министерства.

Согласно повелению Александра II от 26 октября 1869 г. все ге­нералы, штаб- и обер-офицеры, занимавшие штатные должности по военно-судебной части, составляли особое военно-судебное ве­домство, а в правах они были приравнены к офицерам специальных родов войск |33|.

Должностным лицам органов военной юстиции была предос­тавлена определенная самостоятельность от воинских начальников. Только no решению государя председателя и членов Главного во­енного суда могли отстранить от должности и переместить на дру­гие. Председателя военно-окружного суда, военных судей и воен­ных следователей могли уволить со службы или отстранить от должности лишь по постановлению Главного военного суда. Даже увольнение этих лиц по собственному желанию осуществлялось по усмотрению военного министра с последующим утверждением им­ператором. Перевод указанных лиц из одного суда в другой мог производить военный министр [28].

Уволить или отстранить от должности Главного военного прокурора мог лишь император по представлению военного ми­нистра, а военного прокурора военно-окружного суда и его по­мощников — военный министр по представлению Главного во­енного прокурора, но после утверждения государем. Секретарей военио-окружных судов и их помощников тоже увольнял воен­ный министр, а секретарей военных прокуроров — непосредст­венно прокурор [25|.

«Военно-судебный устав» устанавливал известные гарантии и в отношении привлечения к ответственности чиновников военно­судебного ведомства. B это.м плане действовал особый порядок привлечения их к дисциплинарной или судебной ответственности [25|. Председатель и члены Главного военного суда, а также Глав­ный военный прокурор мопи быть преданы суду именными ука­зами государя, помощники Главного военного прокурора — с его согласия, председатели и судьи военно-окружных судов, военные прокуроры, их помошники, военные следователи, временные чле­ны военных судов, а также делопроизводители Главного военного суда — постановлениями Главного военного суда, остальные — постановлениями военных судов. Постановление о предании суду чинов прокурорского надзора могло состояться не иначе как по предложению военного министра. Судебные дсла о проступках no службе в отношении председателя и членов Главного военного суда. Главного военного прокурора и eio товарищей подлежали рассмотрению в кассационном департаменте Правительствующего Сената, а в отношении остальных должностных лиц — в военно­окружных или временных военных судах, но только не в тсх, в которых обвиняемые состояли на службе [25].

Одним из направлений реформы явилось создание системы пе­нитенциарных учреждений, предназначенных для содержания лиц военного ведомства, отбывавших наказание, — военно-исправи­тельных рот, военных тюрем и крепостных военно-арестантских отделений.

Военно-исправительные роты предназначались для содержания нижних чинов, приговоренных судом к такого рода наказанию. Направляемые в них восннослужашис тем нс менее не исключа­лись из списков военного ведомства, но срок нахождения в них не засчитывался в общий срок службы. Лица, содержавшиеся и воен­но-исправительных ротах, были разделены на два разряда — ис­пытуемых и исправляюшихся. B первый разряд зачислядись все вновь поступившие. По истечении определенного времени и при соответствующем поведении они переводились во второй разряд, нахождение в котором давало право на сокращение срока заклю­чения на треть.

K началу 1871 r. действовало 17 военно-исправительных рот со штатной численностью 6800 арестованных. Реально в них отбыва­ли наказание 8118 человек (4801 — в разряде исправляющихся, 3317 — испытуемых), т.е. в ротах арестованных содержалось на 20% больше штата 140|. B целях сокращения сверхштатных аре­стованных 2856 наиболее «порочных» из них были направлены на поселение в Сибирь, а 757 человек возвращены в войска [40]. Следовательно, применяемая практика была такой жс, как и в до­реформенные годы.

Содержащиеся в военно-исправительных ротах привлекались к выполнению различного рода хозяйственных и производствен­ных работ, к строевой подготовке и обучению грамоте. B основ­ном арестованные военно-исправительных pcrr занимались обо­рудованием самих рот. Использовали их и для устройства воен­ных тюрем. Так, в 1870 г. в окрестностях Санкт-Петербурга ра­ботали 150 заключенных из смоленской и бобруйской военно- исправительных рот.

Военные тюрьмы предназначались для содержания нижних чи­нов, приговоренных судом к одиночному заключению. Они также не исключались из списков военного ведомства Эти арестованные не привлекалась к выполнению работ за пределами камеры, но no возможности обучались ірамоте и обеспечивались питанием по нормам военно-исправительных рот.

Крепостные военно-арестантские отделения создавались для содержания нижних чинов, ссылаемых и Сибирь на поселение. Такое отделение было открыто в крепости Усть-Каменогорск со штатной численностью 100 человек (к началу 1870 г. в нем содер­жались 126 человек) ]40]. B 1868 г. из числа лиц, осужденных к ка­торжным работам и содержащихся в военно-исправительных ротах, было создано Тобольское временное военно-арестантское (каторж­ное) отделение. Здесь арестованные также подразделялись на испы­туемых и исправляющихся. Первые из них содержались в ручных и ножных каіщалах, вторые — только в ножных кшщалах.

Строгость содержания в военно-исправительных ротах при­водила к тому, что многие арестованные сознательно совершали преступления, чтобы их сослали на каторжные работы. Для ис­ключения или сокрашения числа таких случаев еше до пересмот­ра «Положения об устройстве каторжных работ в Сибири» было приято решение ссылать их в Тобольское каторжное отделение. B результате принятых мер к началу 1871 r. в нем содержались 275 человек [40].

Дтя оценки состояния дисциплины и правопорядка в войсках, а также деятельности военно-судебной системы в периш подготовки и осуществления реформы следует обратиться к статистическим данным, приведенным в приложениях 5—9.

Всего в 1862—1870 гг., т.е. за девять лет, бьши осуждены 171 005 офицеров и нижних чинов. Причем подсудность значитель­но увеличилась за последние три года — в среднем 22 тыс. осуж­денных в год, в то время как за 1862—1864 гг. их общее число не превысило 38 тыс. K числу причин, способствовавших росту числа подсудимых, следует отнссти введение в действие B связи с его положениями военнослужащие стали при­влекаться к суду за проступки, совершение которых ранее не влекло за собой уголовной ответственности.

Как следует из приложения 5, подсудимые характеризовались в количественном и процентном отношении следуюшим образом: из строевых частей — 139 574 человека (около 72%), из нестроевых — 31 431 человек (более 18%); no возрасту' — свыше 25 лет — более 81%, до 25 лет — около 19%; совершивших преступление в первый раз — 70%, во игорой — 19, в третий — 11%.

Отмена телесных наказаний, смягчение других наказаний и вве­дение «Дисциплинарного устава» отразились на числе подсудимых, осужденных за грубость в отношении начатьства, неповиновение и нарушение правил чинопочитания. За указанные выше девять лет за эти правонарушения были осуждены 13 154 человека, или почти 8% всех подсудимых.

Из общего числа подсудимых офицеры составляли около 1%, вольноопределяющиеся и нижние чины из дворян — менее 1%, нижние чины, посгупившие в армию по наборам, — более 98%.

Данные приложения 6 показывают, что в 1862—1879 гг. бьши осуждены 1435 офииеров. Наибольшее их число было признано ви­новными в преступлениях no службе (66%), затем против безопас­ности и прав общественного состояния (менее 15%). За государст­венные преступления быпи осуждены 6%, за подлог и «лживые по­ступки» также 6%, за другие преступления — 7%. 120 офицеров бы­ли осуждены за «преступления против дисциплины» и 77 — за ук­лонение от службы и дезертирство, что составляло соответственно болсе 8 и 5% вссх осужденных.

По роду наказаний имелись следующие показатели (прило­жение 7):

а) подвергнуто «разным оштрафованиям» — 74%;

б) приговорены: — к смсртной казни — 34 человека (более 2%);

• к каторжным работам — 72 (почти 5%);

• к ссылке в Сибирь на поселение — 168 (почти 12%).

Что касается нижних чинов, то всего за девять лет, как это следует из приложения 8, из их общего числа были осуждены 154 042 человека. При этом no роду совершенных преступлений они распределялись следующим образом:

• государственные преступления — 537 человек (менее 1%);

• пресгуплепия против правительства — 1139 (меиее 1%);

• преступления по службе — 81 498 (более 53%);

• «противозаконное удовлетворение страстей и развратное по­ведение» — 16 241 (более 10%);

• преступления против имущественных прав — 43 477 (более 28%);

• другие преступления — 9510 (около 7%).

Приведенные данные показывают, что наибольшее число ниж­них чинов бьши осуждены за преступдения против имущественных прав (более 28%) и преступления по службе (более 53%). Среди по­следних преобладали преступления против дисциплины — 12 245 осужденных (15%), особенно за уклонение от службы и по­беги — 45 035 человек (55%). Если число осужденных за преступле­ния против дисциплины в целом неуклонно росло, то количество уклонений от службы и побегов срсди них, наоборот, значительно снижалось. Это явилось следствием введения всеобщей воинской повинности и, как результат, уменьшения до разумных пределов сроков действительной службы.

За исследуемый период, как свидетельствует приложение 9, к нижним чинам бьши применены следующие наказания:

• с.мсртная казнь — 214 человек (0,1%);

• каторжные работы — 3627 человек (более 2%);

• ссылка в Сибирь на поселение — 1470 человек (почти 1%);

• ссылка в арестантские, а впоследствии военно-исправитель- ные роты - 30 121 (19%);

• телесные наказания — 47 182 человека (31%);

• перевод в разряд «штрафованных» — 29 068 человек (19%);

• различные «оштрафования» — 40 720 человек (28%).

Из общего числа осужденных за преступления против дисципли­ны наказания понесли 12 237 человек, из них к смсртной казни — 46 (менее 0,4%), к каторжным работам — 651 (5%), к ссылке в Си­бирь на поселение — 65 человек (менее 0,5%), остальные 11 475 че­ловек понесли более легкие наказания.

Анализ приложений 5—9 показывает, что в первые гвды про­ведения военно-судебной реформы заметного снижения количест­ва преступлений, совершенных военнослужащими, не произошло. B процентном отношении самыми распространенными являлись так называемые преступления по службе — до 66% среди офицеров и 53% среди нижних чинов. Преобразования в обществе и армии сшс только начинались, поэтому требовалось определенное время для того, чтобы они прочно укоренились не только в государствен­ных и военных структурах, но и в обшсствснном сознании.

Таким образом, начатые в России военная и судебная реформы, прогрессивные по сути своей, оказали самое непосредственное влияние на преобразования военно-судебной системы. Они по­влияли на повышение боеспособности армии и флота, приблизили боевую учебу войск к требованиям современной войны, укрепили дисциплину, улучшили профессиональную подготовку офицеров.

Военно-судебной реформой 60-70-x годов XlX в. система дока­зательственного права, основанная на теории формальных доказа­тельств. быпа заменена новой, болес прогрессивной системой дока­зательственного права, основанной на теории «свободной оценки доказательств по внутреннему убеждению и совести судей».

B ходе реформы военные суды получшш новое законодательст­во — «Военно-судебный устав» 1867 г. и новый «Воинский устав о наказаниях» 1867 г. вмесго «Военно-уголовногоустава» 1839 г.

Вопросы для повторения

1. Какие меры дисциплинарного взыскания могли применять ко­мандиры к нарушителям воинской дисциплины no «Дисципли­нарному уставу» 1869 r.? Какими правомочиями обладала кате­гория «штрафованных»?

2. Какие категории дел в силу их малозначительности, повторяемо­сти входили в компетенцию полковых судов?

3. Приведите гіримеры видов наказаний, применяемых полковым судом. От чего зависело назначение того или иного наказания?

4. B каких случаях предусматривалось учреждение особых органов юстиции?

5. Каков порядок учреждения Полевого главного военного суда?

6. Назовше случаи учреждения «особых присутствий».

7. Кто осуществлял общий надзор за военно-судебными учрежде­ниями и должностными лицами воеппо-судсбного ведомства в условиях военного времени?

8. Приведите примеры полевых военных судов.

9. Как применялись положения «Военно-судебного устава» о соз­дании органов военной юстиции на случай войны в период Рус­ско-турецкой войны 1877—1878 гг. и после ее окончания"’

10. Охарактеризуйте меры, предпринимаемые государством для ква-

іифицированной подготовки военных юристов.

11. B чем заключалась суть реформы по созданию пенитенциарных учреждений?

12. Охарактеризуйте уровень преступности военнослужащих после окончания проведения военно-судебной реформы.

Выводы по главе

1. Начатые в России судебная и военная реформы самым непо­средственным образом повлияли на преобразования военио-судсб- ной системы. Так, введение военно-окружной системы не только коренным образом изменшю структуру Вооруженных cin, но и по­требовало создания новых органов военного управления, в том чис­ле и военно-судебных. Переход же от рекрутских наборов к всеоб­щей воинской повинности способствовал, с одной стороны, повы­шению качества личного состава, в первую очередь его образован­ности, а с другой — изменению в лучшую сторону морального кли­мата в воинских частях и подразделениях. Теперь гид солдатом нс довлел груз по сути пожизненной рекрутщины, а военная служба перестала быть одним из видов наказания.

2. Военно-судебной реформой 60-70-x годов XlX в. фсоддтьная система доказательственного права, основанная на теории формаль­ных доказательств, была заменена новой, буржуазной системой дока­зательственного права, основанной на теории «свободной оценки доказательств по внутреннему убеждению и совести судей». Бьыи осуществлены такие принципы буржуазного, процессуального права, как гласность, устность, непрерывность судебного заседания, «рав­ноправие» и состязательность сторон в процессе, фірмадьное право подсудимого на защиту и обжалование приговора. Письменное и тайное разбирательство дел, а также сопутствовавшая им ревизия судебных решений отменялись. Был введен устный открытый поря­док решения дел. B отличие от дореформенного порядка, когда при­говор военного суда ревизующими начальниками мог изменяться в любую сгорону, было установлено обжалование сторонами пригово­ров военных судов. Сословные привилегии в процессе формально отменялись.

Однако не все принципы буржуазного процессуального права были проведены в одинаковой степени во всех звеньях военно- судебной организации. Более широко эти принципы быпи осущест­влены в порядке производства дел в военно-окружных судах, чем в полковых. Указанные принципы буржуазного процессуального npa- iKi гіри производстве дел в полковых судах осуществлялись в огра­ниченном объеме. Так в своей деятельности полковые суды находи­лись в зависимости от полковых комаіщиров, что вступало в проти­воречие с буржуазной теорией отделения судебной власти от ис­полнительной. Полковые командиры и другие военные начальники были наделены такой неограниченной властью в отношении орга­низации и деятельности полковых судов для того, чтобы превратить полковые суды в важнейшее средство по поддержанию дисциплины в войсках.

<< | >>
Источник: Григорьев Олег Вячеславович. Военно-судебные реформы России (середина XVI — конец XX вв.): учеб. пособие / O.B. Григорьев; под ред. B. Михайловой. - М.,2012.— 215 с.. 2012

Еще по теме Порядок рассмотрения и решения дел в судах по «Военно-судебному уставу» 1867 г.:

  1. § 1. Военные суды в Российской Федерации221
  2. Примечания
  3. ВОСПОМИНАНИЯ O ДЕЛЕ ВЕРЫ ЗАСУЛИЧ
  4. (Из воспоминаний судебного деятеля)
  5. Состояние военно-судебной системы накануне буржуазных реформ второй половины XIX в.
  6. 2.1. Влияние военной и судебной реформ на преобразования в военно-судебной системе
  7. Правовое регулирование военно-судебной реформы и основные положения военного судоустройства
  8. Порядок рассмотрения и решения дел в судах по «Военно-судебному уставу» 1867 г.
  9. 1. Проекты проведения судебной реформы в Сибири в 60-70-х гг. XIX века.
  10. 1.2. Законодательные акты 80-90-гг. XIX в. и судебные учреждения Восточной Сибири.
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -