Первые годы своей эмигрантской жизни А.А. Башмаков провел, по всей видимости, как и многие русские эмигранты, в Сербии (в городе Нови Сад была издана его брошюра "Кристализация русского монархизма"), но затем обосновался во Франции.

В 1922 году Александр Александрович вступил во второй брак: его супругой стала Мария Осиповна Грузинова (1876-1959). В 1936 году в Парагвае во время революционных событий был убит его сын Владимир.

Самым значительным его произведением эмигрантского периода жизни стала вышедшая в 1937 году в Париже на французском языке книга "Пятьдесят веков этнической эволюции вокруг Черного моря". Она получила большую известность в среде русских эмигрантов. Иван Александрович Ильин опирался на материал указанного этнографического исследования при работе над статьей "Россия есть живой организм"*(488), опубликованной в 1950 году в периодическом бюллетене эмигрантской организации "Русский Обще-Воинский Союз"*(489).

Обосновывая свой вывод об органическом единстве России, он писал: "Выдающийся русский антрополог нашего времени, пользующийся мировым признанием, профессор А.А. Башмаков, устанавливает замечательный процесс расового синтеза, осуществившегося в истории России и включившего в себя все основные народности ее истории и территории. В результате этого процесса получилось некое величавое органическое "единообразие в различии".

Именно в этом единообразии при различии, пишет Башмаков, "лежит ключ к русской загадке, которая сочетает эти два противоположные начала в единое устойчивое и умеряющее соотношение; в нем резюмируется вся история этих десяти веков, разрешивших между Эвксинским Понтом и пятидесятой параллелью ту проблему, которую другие расы тщетно пытались разрешить, и которая состояла в творческом закреплении человеческих волн, вечно обновлявшихся и вечно распадавшихся.

Вот эта формула. Русский народ, славянский по своему языку, смешанный по крови и по множественной наследственности, роднящей его со всеми расами, сменявшими друг друга до него на русской равнине, - представляет собою в настоящее время некую однородность, ярко выраженную в черепоизмерителъных данных и весьма ограниченную в объеме уклонений от центрального и среднего типа представляемой им расы. В противоположность тому, что все воображают, - русская однородность есть самая установившаяся и самая ярко выраженная во всей Европе..."

Американские антропологи исчислили, что вариации в строении черепа у населения России не превышают 5 пунктов на сто, тогда как французское население варьирует в пределах 9 пунктов, а итальянское - в пределах 14 пунктов, причем средний череповой тип чисто-русского населения занимает почти середину между нерусифицированными народами Империи. Напрасно также говорят о "татаризации" русского народа. На самом деле в истории происходило обратное, т.е. русификация иноплеменных народов: ибо иноплеменники на протяжении веков "умыкали" русских женщин, которые рожали им полурусских детей, а русские, строго придерживавшиеся национальной близости, не брали себе жен из иноплеменниц (чужой веры! чужого языка! чужого нрава!); напуганные татарским игом, они держались своего и соблюдали этим свое органически-центральное чистокровие. Весь этот вековой процесс "создал в русском типе пункт сосредоточения всех творческих сил, присущих народам его территории". (См. труд А.А. Башмакова, вышедший на французском языке в 1937 году в Париже "Пятьдесят веков этнической эволюции вокруг Черного моря")*(490).

Умер Александр Александрович Башмаков в 1943 году. Похоронили его на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа.

***