Заключение

Суммируя изложенное, сформулируем несколько итоговых выводов:

1. Нигилизм извечен и многолик в своих проявлениях. В зависимости от того, какая из социальных ценностей отрицается, он может быть нравст­венным, правовым, политическим, идеологическим, религиозным и т.

2. В историческом срезе все нигилистические явления могут быть све­дены к четырем основным типам (либерализма, реализма, витализма и ниги­лизма разрушения), которые, в принципе, можно рассматривать как основные ступени генезиса единого процесса, который условно можно назвать нигили­стической диалектикой. Вместе с тем, именно нигилизм разрушения явил ци­вилизации не столько феномен отрицания общепринятых ценностей, сколько в «чистом виде» ярость нигилистического социума против всего творения цивилизации.

3. В широком смысле нигилизм (от лат. nihil — ничто) означает отрица­ние (непризнание в качестве действительной социальной ценности) об­щепринятых социальных ценностей, идеалов, принципов, моральных, право­вых, религиозных и т.п. норм культуры, установленного правового и (или) общественного порядка и т.д.

Личностный (субъективный) момент социального нигилизма, как правило, проявляющий себя в (субъективном) надменно-пренебрежительном, высокомерном, снисходительно-скептическом, неуважительном и т.п., нега­тивном, по сути, отношении к праву, есть неотъемлемое свойство деформи­рованного правосознания личности, социальной группы, класса, корпоратив­ной общности или общества в целом, более не воспринимающих право в ка­честве базовой, фундаментальной ценности, способной к справедливому (в их понимании) урегулированию общественных отношений.

Социальный (поведенческий) признак нигилизма - есть внешняя, по­веденческая, социально обозначившая себя (в той или иной степени интен­

сивности), форма проявления, как деформированного правового сознания, так и реального отношения (социального поведения) личности (группы, общ­ности, класса) к праву, законам и установленному государством и обществом нормативному и (или) общественному порядку.

4. Сущностным признаком социального нигилизма, вне зависимости от его вида или формы его проявления, является свойство негативного отри­цания (непризнания) субъектом оценки той или иной социальной ценности, как обязательного для себя регулятора, как социального императива.

То, что подобное отрицание выступает в качестве социально-значи­мого, а не сугубо индивидуального (личностного) идейно-психологического, явления формирует еще один значимый признак нигилизма, указывающий на то, что вовне подобное отрицание обязательно выступает как негативная форма общественного сознания.

Характерным признаком нравственно-правого нигилизма является и степень, т. е. интенсивность, категоричность и бескомпромиссность от­рицания, с преобладанием в нем субъективного, чаще всего индивидуально­го (личностного) начала. Отражая не столько количественную, сколько каче­ственную характеристику данного социального феномена, названное свой­ство, во-первых, объективно проявляет себя через ту или иную форму (соци­ально опасную по степени ее проявления) отрицания установленной ценно­сти, во-вторых, позволяет объективно судить о границах (пределах) дефор­мации индивидуального и (или) общественного сознания.

Коррелирующим признаком достоверности подобной оценки служит признак массовидности подобного отрицания, выступающий как объектив­ный количественный показатель распространенности (повторяемости, ус­тойчивости и т. п.) той или ной формы отрицания (нигилизма), как крите­рий, позволяющий судить об истинной социальной значимости ценности то­го или иного явления для подавляющей части социума.

Для понимания сути нравственно-правового нигилизма существенно то, что он не просто отрицает общепринятую систему социальных ценностей, а выдвигает в качестве альтернативы свои (внесистемные) ценности и спо­собы организации складывающихся общественных отношений.

5. Центральными в контексте проблемы нравственно-правового ниги­лизма являются вопросы о сути и содержании права, а также о том, что именно отрицается (не признается в качестве социальной ценности) социу­мом или индивидом - право или официальный закон.

Анализируя в данной связи «нормативистскую (концепция: «право- текст»), естественно-правовую, а, отчасти, и «психологическую» (концеп­ция: «право-сознание») и «социологическую» концепцию права (концепция: «право-порядок»), диссертант полагает, что только в диалектике названных составляющих право является тем регулятором общественных отношений, который в состоянии обеспечить «снятие» сталкивающихся интересов, спра­ведливое разрешение социальных конфликтов, создание правопорядка и ста­бильности в государстве и обществе и длительное состояние оптимального функционирования государства и общества, состояние «замиренной среды».

В данной связи, сущность права и сущность закона должны совпадать как воля (как стремление) законодателя к стабильности и правопорядку в государстве и обществе, а содержание закона (система общеобязательных норм, конкретизирующих данную волю) - должно органично дополняться содержанием права, включающим в себя и (адекватное ожиданиям законода­теля) правосознание социума, и процесс правотворчества и правореализации, и другие правовые явления. И как реально существующее состояние «зами­ренной среды» объективно свидетельствует об адекватности правового регу­лирования и реальном соответствии избранных законодателем средств для регулирования общественных отношений, так те или иные формы проявле­ния нравственно-правового нигилизма не менее объективно свидетельствуют о том, что между потребностями, требующими соответствующего правового регулирования, и избранными законодателем средствами регулирования «за­

мирение» отсутствует. Это неизбежно проявляет себя как в неэффективности деятельности тех или иных элементов механизма правового регулирования, так и в неудовлетворительном состоянии правопорядка и стабильности в го­сударстве и обществе.

6. Право и мораль как составные части духовной культуры общества органически связаны друг с другом.

Когда индивид делает субъективным принципом своего (социального) поведения правовые принципы свободы и равенства его моральное сознание сливается с правовым сознанием и именно последнее выступает высшим проявлением автономной моральности. Нормативно установленная мера сво­боды (закон) в данной ситуации сливается с внутренними моральными ожи­даниями индивида, с его субъективными (одобряемыми им) представлениями о праве, стабильности, порядке и справедливости, снимая конфликт индиви­дуальных и общественных интересов. Напротив, отклоняющееся поведение как нравственно нежелательное или социально вредное (противоправное) всегда возникает в результате противоречий (конфликта) между одобряемы­ми обществом или социальной группой нравственными и правовыми норма­ми, принятыми ценностными ориентациями и фактическим (социальным) поведением, осознанно действующей личности (личностей, общностей и т. п.), несоответствующим предписаниям указанных норм.

Мораль как субъективная форма (мера) свободы, как внутренний ко­декс морально ответственной личности, действующей в силу своих (нравст­венных) установок либо автономно «по долгу», либо «в соответствии с дол­гом» (должным), может быть «уже» или «шире» той объективной меры сво­боды, которая нормативно задана правом (законом).

Однако поскольку именно право определяет границы между «разре­шенной свободой» и (собственно) произволом, то или иное поведение может быть нравственным лишь в том случае, если оно прямо не запрещено право­выми нормами. Противоправное поведение, нравственным быть не может, вне зависимости от того, насколько официальный закон соответствует нрав­

ственным ожиданиям общества или индивида, и здесь внутренняя мера сво­боды обязана подчиниться объективной мере свободы, именуемой правом.

Именно поэтому противопоставление внутренней меры свободы (мора­ли), ее официально установленной внешней мере (праву) есть одновременно нравственный и правовой нигилизм, так как подобным отношением лич­ность, группа, корпоративная общность объективно высказывают и нравст­венное, и нормативное неуважение к праву, к его регулирующим свойствам, к установленному властью правопорядку, к поддержанию стабильности в го­сударстве и обществе, навязывают власти и обществу свое видение нравст­венной справедливости и обоснованности установленной нормы, свое пони­мание правопорядка и стабильности в обществе.

7. Работа по преодолению, а в дальнейшем и (возможному) устране­нию, форм проявления и негативных последствий нравственно-правового ни­гилизма представляет определенную сложность, так как требует реализации целого комплекса мер социально-экономического, политического, идеологи­ческого, правового, культурного, кадрового, нравственно-духовного и т.п. характера. При этом, поскольку нравственно-правовой нигилизм проявляет себя на трех уровнях существования правосознания (общественном, группо­вом и индивидуальном), указанные меры по его преодолению также должны планироваться и последовательно осуществляться государством и обществом на трех уровнях: 1) общесоциалъном (общем); 2) групповом (на уровне от­дельных социальных общностей, групп, коллективов и профессиональных групп); 3) индивидуальном (в отношении конкретной личности).