Принципы толкования. Статические и динамические моменты в толковании

Главным и определяющим принципом толкования является принцип строжайшей законности, рассматриваемый в единстве с началом социалистической партийности1.

Принцип законности означает, что толкование должно быть подчинено задаче выявления действительной воли, содержащейся в нормативном акте.

Толкование представляет собой деятельность, связанную с познанием права. А процесс познания всегда строится в соответствии с началами партийности. Это значит, что при толковании права интерпретатор должен исходить из марксистско-ленинской теории, интересов социалистического общества, интересов трудящихся. И такой подход полностью соответствует принципу строжайшей законности, ибо интересы социалистического общества и трудящихся определяют содержание социалистического права, закрепленную в нем государственную волю народа, руководимого рабочим классом.

1 Под несколько иным углом зрения характеризует принципы толкования К.И. Комиссаров. По его мнению, «в качестве таковых можно было бы указать принцип единства политического и юридического содержания закона, принцип законности и принцип использования всех приемов толкования в диалектической взаимосвязи» (Комиссаров К.И. Задачи судебного надзора в сфере гражданского судопроизводства. Свердловск, 1971. С. 152).

554

Глава XXX. Толкование нормативных юридических актов

Принцип законности имеет две стороны, выражается в двух других частных принципах толкования.

а) Установлению подлежит только государственная воля (воля зако-

нодателя), которая объективно выражена и закреплена в нормативных актах. Иными словами, предметом толкования является лишь объективированная в нормативных актах воля законодателя, а не то, что законодатель, по мнению интерпретатора, думал, предполагал.

Иногда выдвигается такая дилемма: что подлежит толкованию –

«воля законодателя» или «воля закона»? Для социалистической правовой науки такого противопоставления не существует. При толковании должна быть установлена воля законодателя, но лишь та, которая выступает в качестве «воли закона», т.е. воля, внешне, объективно выраженная в нормативных актах2.

Это значит, во-первых, что должна быть установлена реальная воля, именно та, которую законодатель вложил при принятии нормативного акта (а не предполагаемая воля). Во-вторых, воля, выраженная в правовом акте, приобретает в то же время, так сказать, «относительно самостоятельное» существование. В частности, «смысл и содержание закона перестают быть зависимыми от воли и желания лиц, его составивших. Орга-

ны, применяющие закон, исходят из его действительного содержания»3. б) Толкование осуществляется в отношении нормативных актов как элементов действующего права, причем в связи с конкретными фактами действительности сегодняшнего дня. В практической работе по примене-

нию права толкование представляет собой не деятельность по установлению «вообще» смысла нормы, а выяснение ее содержания как элемента действующей системы права в связи с конкретными фактами. Поэтому, не изменяя и не корректируя в процессе толкования волю законодателя, необходимо видеть ее реальное содержание таким, каким оно раскрывается в соответствии с действующим правом применительно к фактам сегодняшнего дня. Это значит, в частности, что в ряде случаев нельзя ограничиваться только буквальными формулировками, не замечать за устаревшими выражениями действительную сферу действия данных норм и т.д.

Рез Р.С. Толкование гражданско-правовых нормативных актов: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Изд-во ЛГУ, 1958. С. 4.

Недбайло П.Е.

Ковалев М.И. О технике уголовного законодательства // Правоведение. 1962.

№ 3. С. 142.

555

Раздел третий. Нормативные юридические акты

Указанные две стороны принципа законности под несколько иным углом зрения могут быть охарактеризованы в качестве соотношения статических и динамических моментов в толковании1. Статический момент – это неизменность воли законодателя на всем протяжении действия нормативного акта; динамический – максимальная адекватность, соответствие этой воли фактам и условиям сегодняшнего дня. Толкование в условиях законности не может быть «только статическим» или «только динамическим». Оно неизбежно включает оба

указанных момента.

Соотношение же этих двух моментов зависит прежде всего от конкретных социально-исторических условий. История развития социалистического права показала, что в условиях становления социалистической правовой системы, острой классовой борьбы толкование носило в основном динамический характер: оно было призвано обеспечить выявление воли законодателя в соответствии с особенностями данной революционной ситуации. Когда же социалистическая правовая система сформировалась, страна приступила к мирной созидательной работе, доминирующее значение в толковании приобрели статические моменты. Вот почему в истории советского права наблюдается движение от

««приспосабливающегося» к толкованию стабильному, определенному»2.

На соотношение статических и динамических моментов влияет также природа толкования.

Если рассматривать толкование только с точки зрения его функций, связанных с внешней формой права, то в современных условиях абсолютно преобладающее значение в нем имеют статические моменты. Никакой иной задачи, кроме как выявления действительной воли законодателя, толкование в этой плоскости не выполняет. (Хотя, разумеется, и здесь толкование должно проводиться в соответствии с «духом» действующего права, в связи с конкретными фактами действительности сегодняшнего дня.)

Удельный вес динамических моментов возрастает в толковании, осуществляемом в процессе применения права.

В юридической литературе высказывались положения о том, что при толковании достигаются «конкретизация и детализация» юридических норм3 или даже их «приспособление» к новой обстановке4.

556

Черданцев А.Ф. Вопросы толкования советского права. Свердловск, 1972. С. 4–25.

Там же. С. 23.

Недбайло П.Е. Применение советских правовых норм. С. 489.

Пиголкин А.В. Толкование нормативных актов в СССР. Госюриздат, 1962. С. 18–19.

Глава XXX. Толкование нормативных юридических актов

В отношении толкования «вообще» (т.е. рассматриваемом в плоскости внешней формы права) такого рода положения нельзя признать правильными. Вполне справедливы высказанные по этому вопросу критические соображения в литературе1.

В ходе же правоприменительного толкования неизбежна выработка в рамках юридической практики не только конкретизирующих суждений, но и правоположений, а также специфических, конкретизирующих норм правоприменения. И правоположения, и нормы правоприменения – это результат именно толкования, но толкования, осуществляемого правоприменительными органами. Правоприменительный орган исходит при этом из смысла и принципов действующего права, его «духа», опыта государственно-властного применения правовых предписаний, индивидуального поднормативного регулирования. В пределах социалистической законности (и более того – во имя начал законности) такое правоприменительное толкование обеспечивает выявление действительной воли законодателя в связи с конкретными фактами действительности сегодняшнего дня2.