<<
>>

§ 2. Гражданско-правовое регулирование личных неимущественных отношений. Некоторые выводы

1. С тем же постоянством, с каким правовая литература и практика связывают обширную совокупность норм, условно обозначаемую термином «гражданское право», с определенными формами регулирования и м у щ е с т в е н н ы х отношений, с тем же постоянством литература и практика вводят в сферу гражданского права отношения иного рода – отношения л и ч н о г о н е и м у щ е с т в е н н о г о характера.

Чем это можно объяснить?

Большинство советских ученых при обосновании включения личных неимущественных отношений в сферу действия гражданского

1 Лаптев В.В. О советском хозяйственном праве // Советское государство и право. 1959. № 4. С. 71.

145

Предмет советского социалистического гражданского права

права ссылаются на с в я з ь, переплетение этих отношений с отношениями имущественными.

«...Отношения по поводу личных благ т е с н о п е р е п л е т а ю т с я с имущественными отношениями. Мы при этом имеем в виду личные блага, нуждающиеся в той специальной защите, которая и является основанием для постановки вопроса о личных правах в гражданском праве», – пишет М.М. Агарков1. По мнению А.В. Дозорцева, к предмету гражданского права должны быть причислены «отношения, вытекающие из личных прав, так или иначе с в я з а н н ы х с определенными имущественными правами»2. «...Советское гражданское право, – пишет Д.М. Генкин, – включает в себя и регулирование некоторых отношений, которые не могут быть непосредственно отнесены к области товарно-денежного обращения, а лишь в той или иной мере с в я з а н ы с ним. Таковыми являются некоторые имущественные и личные неимущественные отношения»3.

Можно было бы увеличить количество выписок из работ авторов, полагающих, что рассматриваемая проблема может быть решена путем ссылки на связь между имущественными отношениями и отношениями личными неимущественными. Но достаточно ли п р о с т о й ссылки на связь этих двух групп общественных отношений? По-видимому, нет, ибо в противном случае можно было бы без труда включать в сферу гражданского права отношения любого рода: регулируемые гражданским правом имущественные отношения с в я з а н ы со многими другими отношениями (организационно-властными, трудовыми и пр.).

Однако последние не рассматриваются в качестве составной части предмета гражданско-правового регулирования. Очевидно, дело не в простой связи имущественных отношений с отношениями личными неимущественными, а в е е х а р а к т е р е, ее конкретных ф о р м а х.

Но и не в этом центральный пункт рассматриваемой проблемы. Трудность состоит вовсе не в том, чтобы решить вопрос об отраслевой квалификации личных отношений, неразрывно связанных с отношениями имущественными, хотя и здесь, как отмечалось, нельзя ограничиться простой ссылкой на «связь»; главная трудность заклю-

1 Агарков М.М. Предмет и система советского гражданского права // Советское государство и право. 1940. № 8–9. С. 68. (Разрядка наша. – С.А.)

2 Дозорцев А.В. О предмете советского гражданского права // Советское государство и право. 1954. № 7. С. 107. (Разрядка наша. – С.А.)

3 Генкин Д.М. Предмет советского гражданского права, 1955. № 1. С. 108. (Разрядка наша. – С.А.)

146

Глава четвертая. Гражданско-правовое регулирование

чается в отраслевой квалификации личных неимущественных отношений, которые видимыми нитями н е с в я з а н ы с отношениями по имуществу, а имеют свое, вполне самостоятельное существование. Как объяснить, что некоторые из этих отношений, в том числе отношения, складывающиеся по поводу таких неотделимых от личности благ, как имя, честь, достоинство граждан, в определенной степени могут опосредствоваться нормами гражданского права?

В литературе были предприняты попытки увидеть в личных неимущественных отношениях особый предмет правового регулирования. Со ссылкой на неопубликованную работу В.А. Тархова в редакционной статье журнала «Советское государство и право» по итогам дискуссии 1954–1955 гг. сказано: «...отношения по поводу благ, неотделимых от личности, образуют по существу самостоятельный предмет регулирования»1. Но если личные, неимущественные отношения составляют особый предмет правового нормирования, чем же, спрашивается, объяснить включение их в сферу гражданского права? По мнению редакции журнала, указанное обстоятельство объясняется тем, что «удельный вес этих отношений недостаточно велик для выделения их в самостоятельную отрасль права».

Однако разве этот довод решает рассматриваемую проблему? Конечно, нет! Ссылкой на

«удельный вес» совершенно невозможно объяснить известное единство правового регулирования личных неимущественных отношений и отношений имущественных. Кроме того, если бы личные неимущественные отношения составляли о с о б ы й предмет п р а в о в о г о регулирования, то независимо от их «удельного веса» они не могли бы входить в сферу действия гражданского права. Ведь признаком, свидетельствующим о «самостоятельности» тех или иных отношений как особого предмета регулирования, является наличие специфического метода, особой формы правового регулирования. Но в этом случае оказывается совершенно непонятно, каким образом одни и те же отношения могут опосредствоваться двумя самостоятельными формами регулирования – той формой, которая обособляет личные неимущественные отношения в «самостоятельный» предмет регулирования, и гражданским правом.

Таким образом, взгляд, согласно которому личные неимущественные отношения образуют «самостоятельный» предмет правового регулирования, не давая удовлетворительного объяснения возможно-

1 О предмете советского гражданского права (К итогам дискуссии) // Советское государство и право. 1955. № 5. С. 60.

147

Предмет советского социалистического гражданского права

сти использования гражданско-правовых форм для опосредствования личных неимущественных отношений, в то же самое время является неправильным и по своим исходным посылкам.

2. Теоретическое обоснование возможности использования гражданско-правовых форм для опосредствования личных неимущественных отношений следует искать в о т н о с и т е л ь н о й с а м о с т о я т е л ь н о с т и советского гражданского права.

Относительная самостоятельность советского гражданского права выражается не только в том, что законодатель может использовать институты этой отрасли для осуществления ряда специфических задач, проведение которых в жизнь предопределяет особенности отдельных групп и м у щ е с т в е н н ы х отношений, регулируемых в гражданско-правовом порядке.

Относительная самостоятельность рассматриваемой отрасли может выражаться также в том, что определенные гражданско-правовые формы, первичным материальным источником которых является товарное производство, распространяют свое действие и за сферу имущественных отношений. В результате этого неспецифические отношения, для регулирования которых использованы гражданско-правовые формы, вовлекаются («притягиваются») в орбиту советского гражданского права. «Отрасль права, как только ее возникновение было обусловлено наличием определенной типичной специфики поведения людей в определенных общественных отношениях, – пишет В. Кнапп, – притягивает к себе родственные отношения, которые вместе с тем, что является типичным, обра-

зуют внутреннюю слаженность отрасли права как единства»1.

Здесь, однако, необходимо сделать следующую оговорку. Использование сложившихся правовых форм для регулирования неспецифических отношений не может быть обрисовано как их заимствование в готовом, цельном, нетронутом виде. Дело обстоит гораздо сложнее. С одной стороны, поскольку речь идет не о взаимодействии отраслей права, а о присоединении к специфическим отношениям некоторых неспецифических отношений, этот процесс означает распространение на последние из указанных отношений правового режима данной отрасли права в целом. Но, с другой стороны, используемые при регулировании неспецифических отношений правовые формы не могут не претерпеть определенных изменений, преобразований. Оставаясь в пределах правового режима данной отрасли, эти формы приобрета-

1 Кнапп В. По поводу дискуссии о системе права // Советское государство и право. 1957. № 5. С. 117.

148

Глава четвертая. Гражданско-правовое регулирование

ют такие черты, которые в какой-то мере разнят их от аналогичных форм, характерных для отрасли права в целом.

3. Использование правовых форм данной отрасли права для регулирования неспецифических отношений возможно лишь постольку, поскольку для этого имеются определенные объективные предпосылки.

В чем состоят эти объективные предпосылки? Почему оказывается возможным, скажем иначе, использование отдельных гражданско-правовых форм, выросших на почве т о в а р н о г о п р о и з в о д с т в а, для правового опосредствования л и ч н ы х н е и м у щ е с т в е н н ы х отношений?

Чтобы ответить на поставленный вопрос, необходимо в первую очередь выяснить круг (состав) личных неимущественных отношений, допускающих по своей природе применение к ним гражданскоправового регулирования.

Принято считать, что постановления гражданских законов, посвященных регламентации общественных отношений, возникающих при причинении личности внедоговорного вреда, наряду с другими институтами характеризуют роль гражданского права в р е г у л и р о в а н и и личных неимущественных отношений, сообразно с чем в предмет гражданского права включаются отношения, складывающиеся по поводу жизни человека, его здоровья и телесной неприкосновенности. Правильное по некоторым пунктам это утвердившееся в цивилистике представление не может быть, однако, принято без весьма существенных оговорок.

Здесь не следует смешивать п р а в о в о е з н а ч е н и е тех или иных институтов с правовым регулированием, осуществляемым этими институтами. Так, например, нормы уголовного права непосредственно не регулируют имущественные отношения, но, устанавливая ряд составов по имущественным преступлениям, они имеют немаловажную роль в их охране, защите. В этом состоит п р а в о в о е з н а ч е н и е уголовного права. Но отсюда не следует, что нормы уголовного права охраняют определенные общественные отношения, но их не регулируют, как думают М. Д. Шаргородский и О.С. Иоффе1. Охрана – это один из необходимых элементов (сторон) правового регулирования, и, следовательно, категорически утверждать, что уголовное право охраняет какой-то определенный комплекс общественных отношений, значит в то же самое время провозглашать тезис об их ре-

1 Шаргородский М.Д., Иоффе О.С. О системе советского права // Советское государство и право.

1957. № 6. С. 108.

149

Предмет советского социалистического гражданского права

гулировании со стороны рассматриваемой отрасли права. Между тем охранительная функция норм уголовного права состоит вовсе не в том, что они непосредственно регулируют имущественные отношения, а в том, что этим регулированием охватывается специфический вид общественных отношений – отношения между отдельными лицами, совершившими преступление, и обществом. Нормируя указанную группу отношений и охраняя в связи с этим правомочия государства по применению мер наказания к преступнику, уголовное право и выполняет охранительную функцию в области имущественных отношений, которые, однако, не входят в предмет регулирования этой отрасли права.

Аналогичную оценку должны получить гражданско-правовые нормы, которые регулируют отношения, возникающие при причинении личности внедоговорного имущественного вреда. Имеют ли упомянутые нормы гражданского права з н а ч е н и е в охране личных неимущественных прав? По нашему мнению, да, имеют. При этом вряд ли правильно вслед за К.Ф. Егоровым категорически отрицать, что право на жизнь, право на здоровье, право на телесную неприкосновенность вообще не могут рассматриваться в качестве субъективных прав1. Поскольку они регламентированы такими отраслями права, как право государственное, подобная квалификация указанных юридических возможностей имеет под собой прочные теоретические основания. Но К.Ф. Егоров прав, когда утверждает, что жизнь, здоровье, телесная неприкосновенность не являются объектами г р а ж д а н с к и х правоотношений. Нормы гражданского права не регулируют личные неимущественные отношения, возникающие по поводу жизни, здоровья, телесной неприкосновенности. Свою охранительную функцию применительно к указанным личным отношениям гражданско-правовой институт возмещения внедоговорного вреда выполняет п у т е м р е г у л и р о в а н и я и м у щ е с т в е н н ы х о т н о ш е н и й.

Поэтому нельзя не согласиться с теми авторами, которые, характеризуя роль гражданского права в охране жизни, здоровья, телесной неприкосновенности как «к о с в е н н у ю» защиту2, указывают на то, что жизнь, здоровье, телесная неприкосновенность, нарушенные

1 Егоров К.Ф. Личные неимущественные права граждан СССР // Ученые записки ЛГУ. Сер. юрид. наук. Вып. 4. 1953. С. 155–156.

2 Агарков М.М. Предмет и система советского гражданского права // Советское государство и право. 1940. № 8–9. С. 68; см. также: Венедиктов А.В. О системе граждан-

ского кодекса СССР // Советское государство и право. 1954. № 2. С. 27.

150

Глава четвертая. Гражданско-правовое регулирование

виновными действиями, в гражданском праве охраняются лишь «п о с р е д с т в е н н о», в виде возмещения имущественного вреда, связанного вредом личности1.

Итак, личные, неимущественные отношения, складывающиеся по поводу жизни человека, его здоровья и телесной неприкосновенности, по своей объективной природе не допускают н е п о с р е д с т в е н н о г о применения гражданско-правовых форм регулирования. Однако такое применение возможно к иным видам личных неимущественных отношений – отношений, складывающихся по поводу и м е н и гражданина, его ч е с т и и д о с т о и н с т в а. Чем это объяснить?

Имущественные отношения, основным источником формирования и развития которых является товарное производство, потому требуют особого метода регулирования, что они выражают определенное имущественное состояние его участников. Это состояние характеризуется тем, что субъекты указанных имущественных отношений выступают в качестве имущественно о б о с о б л е н н ы х лиц, каждое из которых по отношению к другому действует на началах имущественно-распорядительной с а м о с т о я т е л ь н о с т и.

Имя, честь, достоинство гражданина – это также неотъемлемые атрибуты о т д е л ь н о г о («с а м о с т о я т е л ь н о г о», «д а н н о г о»2 ) лица, которые являются условиями правильной его оценки со стороны общества. Следовательно, указанные личные блага выражают определенное о б щ е с т в е н н о е с о с т о я н и е лица. А отсюда общественные отношения, складывающиеся по поводу имени, чести, достоинства граждан, имеют и з в е с т н ы е ч е р т ы с х о д с т в а с отношениями, регулируемыми гражданским правом, – отношениями, также выражающими определенное с о с т о я н и е лица. Эти черты сходства дают себя знать при рассмотрении указанных групп общественных отношений как объектов правового регулирования (в особенности в плоскости з а щ и т ы соответствующих субъективных прав), так как в обоих случаях нарушение отношения означает н а р у ш е н и е о п р е д е л е н н о г о с о с т о я н и я, которое может быть в о с с т а н о в л е н о.

Таким образом, возможность использования гражданско-правовых форм для регулирования некоторых личных, неимущественных отношений вытекает из наличия о п р е д е л е н н ы х ч е р т с х о д -

1 Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве. Госюриздат, 1950. С. 197.

2 См.: Флейшиц Е.А. Личные права в гражданском праве Союза ССР и капиталистических стран. Юриздат, 1941. С. 113.

151

Предмет советского социалистического гражданского права

с т в а между отношениями, складывающимися на основе имущественно-распорядительной самостоятельности их участников, и некоторыми личными неимущественными отношениями. Мы говорим

«определенных черт сходства» и надеемся, что с учетом изложенного выдвинутые выше положения не будут расценены в качестве попытки отождествить эти весьма разнообразные группы общественных отношений. Сходство – это еще не тождество, а когда термин «сходство» применяется лишь к о п р е д е л е н н ы м чертам сопоставляемых отношений, то этим подчеркивается с у щ е с т в е н н о с т ь различий между ними.

В связи со сказанным нельзя признать правильным взгляд, который основывается на попытках известного отождествления имущественных и личных неимущественных отношений. Нельзя согласиться, например, с позицией В. Шенрата, который выводит личные неимущественные блага из имущественного положения лиц, из его функций собственника. «... оложение человека в качестве собственника, – пишет В. Шенрат, – является экономической предпосылкой для его общественного признания в качестве личности»1. И несколько дальше: гражданское право регулирует личные отношения «только постольку, поскольку они связаны с положением лица в качестве собственника»2. Автор явно не видит того очевидного обстоятельства, что ряд личных, неимущественных благ обладает независимой от имущественных связей ценностью, черпает свою социальную значимость в источниках, не имеющих ничего общего с имущественным состоянием лица.

Но как ни мало сходство между имущественными отношениями, складывающимися на основе товарного производства и некоторыми личными неимущественными отношениями, именно это сходство является объективной предпосылкой, предопределяющей возможность распространения некоторых гражданско-правовых форм на последнюю из указанных групп общественных отношений. Как справедливо пишет О.С. Иоффе, с тем, чтобы обеспечить должную оценку всех качеств гражданина со стороны общества, в ряде случаев необходимо потребовать воссоздание «условий, обеспечивающих обществу возможность правильно и по достоинству оценить его личность». «Нетрудно заметить, – указывает автор, – что нормы гражданского права вполне приспособлены к разрешению подобной задачи, ибо специфика метода гражданско-правовой охраны социалистических обще-

1 Schonrath W. Zum Gegenstand des ZiviIrehts // Staat und Recht. 1956. S. 739.

2 Ibidem.

152

Глава четвертая. Гражданско-правовое регулирование

ственных отношений как раз и заключается в обеспечении восстановления нарушенных прав»1.

4. Вопрос о возможности распространения гражданско-правового регулирования на некоторые личные неимущественные отношения (имя, честь, достоинство советского гражданина) – это по преимуществу вопрос de lege ferenda, ибо в д е й с т в у ю щ е м законодательстве охрана личных неимущественных прав обеспечивается главным образом мерами, регламентированными уголовным, административным, трудовым и семейным правом. В действующем законодательстве меры гражданско-правового характера применяются для охраны тех личных неимущественных благ, которые тесно с в я з а н ы с имущественными отношениями. Речь идет об объектах авторского и изобретательского права.

Объекты авторского и изобретательского права – это результаты т в о р ч е с к о й, д у х о в н о й д е я т е л ь н о с т и ч е л о в е к а, получившей объективированное выражение в наличном, реально существующем произведении (авторское право) или изобретении (изобретательское право). Как продукт т в о р ч е с к о й деятельности автора или изобретателя, данный объект является основанием для определенных л и ч н ы х н е и м у щ е с т в е н н ы х п р а в. Как продукт его д е я т е л ь н о с т и (затрат определенного количества качественно специфического общественно-полезного труда), указанный объект является основанием и м у щ е с т в е н н ы х прав автора или изобретателя. Однако, поскольку и личные, и имущественные права автора (изобретателя) имеют один и тот же объект, один и тот же продукт творческой деятельности, то они соединяются в единое и нераздельное (хотя и различимое в своих частях) правовое образование. Не случайно поэтому в литературе были предприняты попытки терминологически обозначить единство имущественных и личных неимущественных прав автора и изобретателя через термин «собственность» – право «литературной собственности», право «промышленной собственности»2. В какой-то мере эти попытки могут быть оправданны: права автора и изобретателя, взятые в своем единстве, дают лицу правомочия, по ряду сущностных черт сходные с правомочиями собственника по отношению к вещам. И если нельзя принять приведенные терминологические обозначения целиком, – поскольку тер-

1 Иоффе О.С. Гражданско-правовая охрана интересов личности в СССР // Советское государство и право. 1956. № 2. С. 65.

2 См.: Амфитеатров Г.Н. К вопросу о понятии советского гражданского права //

Советское государство и право. 1940. № 11. С. 96.

153

Предмет советского социалистического гражданского права

мин «собственность» прочно вошел в юридическую науку и практику для характеристики определенных вещных правомочий лица, – то они все же являются известным шагом вперед по сравнению с описательной и в сущности ничего не разъясняющей формулой «права автора» и «права изобретателя» – формулой, наводящей на мысль, что разнородные субъективные права соединяются здесь в единую категорию лишь по субъектному признаку.

Внутренняя нераздельность имущественных и личных правомочий автора (изобретателя) связана с особенностями имущественных и личных неимущественных отношений, возникающих по поводу результатов творческой деятельности автора (изобретателя). Более того: по мнению В.И. Серебровского, вообще «нет оснований связывать субъективное право автора непосредственно с теми или иными отношениями, регулируемыми советским авторским правом»1. Но если учесть, что субъективные права и правовые обязанности составляют лишь юридическую форму соответствующих общественных отношений, взгляд В.И. Серебровского может быть оправдан лишь фактом нераздельности этих общественных отношений, невозможностью полностью отделить в них имущественную и личную неимущественную стороны. Общественные отношения, имеющие своим предметом объективированные продукты творчества автора (изобретателя), едины. Это – органический слиток имущественных и личных отношений, в котором имущественный и личный неимущественный элементы могут быть выделены лишь в процессе их о с у щ е с т в л е н и я и л и н а р у ш е н и я.

Все это, однако, не должно вести к отрицанию связи авторских имущественных отношений с товарным производством – связи, которая находит свое выражение в предоставлении автору имущественно-распорядительной самостоятельности по использованию резуль-

татов своего труда, а также в эквивалентно-возмездном содержании имущественных отношений2. Отношения по авторству и изобретательству в условиях действия объективного экономического закона стоимости неизбежно приобретают черты, которые предопределяют необходимость применения к этим отношениям гражданско-правового регулирования. «...В обществе, где действует закон стоимости, –

пишет В. Кнапп, – субъект этих (личных. – С.А.) прав вступает (по-

скольку речь идет о результатах его мышления, умения и т.д.) в отно-

1 Серебровский В.И. Вопросы советского авторского права. Изд-во АН СССР, 1956. С. 100.

2 Ср.: Гордон М.В. Советское авторское право. Госюриздат, 1955. С. 17.

154

Глава четвертая. Гражданско-правовое регулирование

шения, аналогичные тем, которые возникли бы в том случае, е с л и б ы о н б ы л с о б с т в е н н и к о м»1.

Таким образом, имущественно-распорядительная самостоятельность как признак, обособляющий круг регулируемых гражданским правом имущественных отношений, находит свое юридическое выражение не только в праве собственности и праве оперативного управления определенной частью имущества единого государственного фонда, но и в совокупности тех специфических правомочий, которые в законодательстве, науке и практике обобщенно именуются «правами автора» и «правами изобретателя».

Приведенные соображения являются еще одним доводом в пользу того, что при определении степени имущественной обособленности участников имущественных отношений, регулируемых гражданским правом, было бы неправильно указывать лишь на выступления субъектов в качестве собственников. В этом случае не только не были бы учтены особенности положения государственных органов как субъектов оперативного управления частью имуществ государственного фонда, но и остались бы вне пределов гражданского права отношения по авторству и изобретательству. Используемая в настоящей работе итоговая формула – имущественно-распорядительная самостоятельность – при всей ее недостаточности позволяет увидеть во всех имущественных отношениях, складывающихся на основе товарного производства, то специфическое, что объединяет указанные отношения в единый предмет правового регулирования.

5. Подчеркивая единство, целостность прав автора (изобретателя) как с у б ъ е к т и в н о г о п р а в а, необходимо в то же время иметь в виду, что принадлежащие автору отдельные п р а в о м о ч и я как проявления его субъективного права имеют относительно самостоятельное, обособленное существование. Поэтому, поскольку речь идет об отдельных правомочиях автора (изобретателя), их классификация по признаку основного имущественного или личного содержания представляется возможной и необходимой.

Разумеется, проводя эту классификацию, не следует забывать того, что, будучи проявлениями единого субъективного права, указанные правомочия не могут быть отделены друг от друга непроходимой гранью. Но если этого не забывать, если, следовательно, учитывать, что каждое из правомочий имеет значение в охране и имущественных и личных интересов автора (изобретателя), то их классификация по основному содержанию ни в коей мере

1 Кнапп В. По поводу дискуссии о системе права // Советское государство и право. 1957. № 5. С. 120. (Разрядка наша. – С.А.)

155

Предмет советского социалистического гражданского права

не поколеблет представления о единстве субъективного права автора (изобретателя). По приведенным соображениям нам непонятен отказ В.И. Серебровского от классификации права автора по мотивам их единства, целостности, тем более что он четко разграничивает субъективное право автора как единство всех его правомочий и отдельные его правомочия. Если даже согласиться с тем, что «одно и то же принадлежащее автору право (правомочие) может при определенных условиях охранять и его имущественные и неимущественные интересы, причем в одних случаях будут одновременно охраняться и те и другие, в других же случаях, в зависимости от конкретных обстоятельств, вопрос будет идти об охране либо его имущественных, либо неимущественных интересов»1, то это ни в коей мере не устраняет необходимости выяснить в отношении данного, конкретного правомочия того главного и решающего, что характеризует его содержание.

Какова природа тех отношений, в связи с которыми возникают правомочия, имеющие в основном личное н е и м у щ е с т в е н н о е с о д е р ж а н и е?

К числу этих правомочий обычно относят: 1) право на авторское имя; 2) право на авторскую честь; 3) право на опубликование произведения; 4) право на его неприкосновенность2. При сопоставлении указанных правомочий с теми личными неимущественными правами, которые имеют самостоятельное значение (право на имя, честь, достоинство), сразу же бросается в глаза их известное единство. Личные неимущественные правомочия автора являются и з в е с т н ы м п р о д о л ж е н и е м общих правомочий субъектов гражданского права как л и ч н о с т и. Эти правомочия представляют собой определенную к о н к р е т и з а ц и ю общих личных неимущественных прав, обусловленную тем, что духовная деятельность лица как особой л и ч н о с т и воплотилась в определенном, внешне обособленном продукте. Указанные правомочия приобретают новое качество, в известной мере изменяют свой состав, выражаются в специфических формах, но все это вызвано тем, что лицо в процессе творческой духовной деятельности неразрывно связало себя с результатами своей деятельности.

Итак, общественные отношения по авторству и изобретательству целиком входят в сферу действия советского гражданского права не только по общим признакам предмета этой отрасли, но и в силу тех же самых причин, по которым оказывается возможным гражданскоправовое опосредствование личных неимущественных отношений,

1 Серебровский В.И. Вопросы советского авторского права. Изд-во АН СССР, 1956. С. 107.

2 Ср.: Гордон М.В. Советское авторское право. Госюриздат, 1955. С. 120.

156

Глава четвертая. Гражданско-правовое регулирование

имеющих самостоятельное значение. Если личные правоотношения авторов являются лишь известной конкретизацией его общих свойств как личности, то вполне естественно, что и здесь возможно использование метода гражданского права.

Единство личных неимущественных элементов в отношениях по авторству и изобретательству с личными неимущественными отношениями, на которые может быть распространено гражданско-правовое регулирование (имя, честь, достоинство гражданина), является лишь выражением органического единства институтов авторского и изобретательского права с другими институтами советского гражданского права. Напротив, своеобразие личных неимущественных прав, регламентированных нормами семейного права, может служить подтверждением самостоятельности соответствующей формы правового регулирования в системе советского права. Правда, ряд личных, неимущественных отношений, возникающих в сфере семейных и родственных связей, также является лишь известной модификацией личных отношений, имеющих общий характер. Такое значение имеют, например, отношения, регламентированные ст. 9, 34 КЗоБСиО. Их объективной основой является то личное благо, которое называется и м е н е м лица (супругов, их детей). С другой стороны, необходимо иметь в виду, что некоторым предписаниям КЗоБСиО не соответствуют какие-либо особые личные блага. Это, в частности, относится к предписаниям, согласно которым (1) оба супруга пользуются полной свободой выбора занятий и профессии, (2) перемена места жительства одним из супругов не создает для другого супруга обязанности следовать за ним, (3) оба супруга равны в воспитании детей. Здесь лишь в соответствии со сферой регулируемых отношений особо подчеркиваются отдельные элементы (стороны) гражданской правоспособности.

Но наряду с этим в рассматриваемой области общественных отношений имеются с п е ц и ф и ч е с к и е личные блага и возникающие по их поводу с п е ц и ф и ч е с к и е личные неимущественные отношения. Самостоятельную, причем специфическую роль играют личные отношения, опосредствуемые в п р а в е н а в о с п и т а н и е д е т е й. С другой стороны, здесь могут быть выделены личные неимущественные отношения, выражающие обязанности членов советской семьи перед государством (прежде всего обязанности родителей по воспитанию детей).

***

Подведем некоторые итоги изложенному в обоих параграфах настоящей главы.

Советское гражданское право как часть надстройки над социалистическим базисом характеризуется о т н о с и т е л ь н о й с а м о с т о я т е л ь н о с т ь ю. Институты советского гражданского права

157

Предмет советского социалистического гражданского права

могут быть использованы для осуществления ряда специфических задач – задач, непосредственно не вытекающих из требований существующего при социализме товарного производства. С другой стороны, в силу той же относительной самостоятельности советского гражданского права его действие может быть распространено на некоторые личные неимущественные отношения. В дальнейшем будут указаны еще некоторые формы выражения относительной самостоятельности рассматриваемой отрасли.

Однако, в полной мере учитывая относительную самостоятельность правового регулирования в социалистическом обществе, не следует упускать из виду того главного и решающего, что определяет с у щ н о с т ь советского гражданского права, – т о в а р н о г о п р о и з в о д с т в а. Указывая на относительную самостоятельность надстройки, Ф. Энгельс в то же время отмечал: «...сами люди делают свою историю, но в определенной, обусловливающей их среде, на основе уже существующих действительных отношений, среди которых экономические условия, как бы сильно ни влияли на них прочие – политические и идеологические, – являются в последнем счете все же решающими и образуют ту к р а с н у ю н и т ь, к о т о р а я п р о н и з ы в а е т в с е р а з в и т и е и о д н а п р и в о д и т к е г о п о н и м а н и ю»1.

Красной нитью, пронизывающей все гражданско-правовое регулирование в социалистическом обществе и приводящей к пониманию его природы, закономерностей развития, специфических юридических черт, является определяющее влияние на советское гражданское право существующего при социализме товарного производства. В соответствии с приведенными соображениями и строится план последующего изложения. Главная цель освещения некоторых особенностей гражданско-правового регулирования в социалистическом обществе (гл. V) и его ведущих юридических черт (гл. VI) в пределах настоящей работы состоит вовсе не в том, чтобы предпринять полное и всестороннее исследование в указанных направлениях. Основная задача состоит в том, чтобы показать «к р а с н у ю н и т ь» гражданско-правового регулирования – его связь и обусловленность предметом регулирования – имущественными отношениями, складывающи-

мися на основе товарного производства.

1 Маркс К., Энгельс Ф. Избранные письма. Госполитиздат, 1948. С. 470. (Разрядка наша. – С.А.)

<< | >>
Источник: Алексеев С.С.. Собрание сочинений. В 10 т. [+ Справоч. том]. Том 1: Гражданское право: Сочинения 1958–1970 годов. – М.,2010. – 495 с.. 2010

Еще по теме § 2. Гражданско-правовое регулирование личных неимущественных отношений. Некоторые выводы:

  1. § 2. Соотношение личных и имущественных отношений в предмете семейного права
  2. §1. Понятие и признаки предприятия как имущественного комплекса но Гражданскому законодательству Российской Федерации.
  3. Параграф 1. Понятие гражданско-правовой индивидуализации юридического лица и результатов его деятельности.
  4. § 1. Понятие объекта гражданского правоотношения
  5. § 2. Общие особенности гражданско-правового регулирования корпоративных отношений
  6. §1. Понятие гражданской правоспособности юридического лица
  7. § 4. Гражданско-правовая ответственность коммерческих организаций, входящих (включенных) в холдинги и финансово-промышленные группы
  8. Интерес участников корпоративных отношений
  9. Понятие правового отношения
  10. § 4. СОСТАВ ПРЕДМЕТА ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА
  11. §2. ПРАВОНАДЕЛЕНИЕ—ГЛАВНАЯ СУЩНОСТНАЯ ЧЕРТА ГРАЖДАНСКОПРАВОВОГО МЕТОДА
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -