Заключение

В рамках настоящего диссертационного исследования автором были проанализированы положения статьи ХХ ГАТТ и практики ее применения ОРС ВТО, что позволило сделать ряд важных выводов, имеющих практическое и теоретическое значение.

Под «общими исключениями ГАТТ» понимается закрытый перечень предусмотренных статьей XX оснований для принятия государством - членом ВТО мер, являющихся, по сути, нарушением обязательств перед ВТО, при условии, что такие меры не будут являться средством произвольной и неоправданной дискриминации или скрытым ограничением международной торговли.

В диссертационном исследовании установлено, что предпосылкой появления статьи ХХ ГАТТ стала статья 45 Гаванской хартии. Содержание данных статей полностью не совпадает, однако в целом положения и ст. XX ГАТТ, и ст. 45 Гаванской Хартии направлены на достижение общих целей и решение общих задач, которые, с одной стороны, сводятся к защите общепризнанных ценностей, а с другой - служат гарантом защиты суверенитета государств-участников.

Статья ХХ ГАТТ включает в себя механизм ее реализации, предусматривающий определенный алгоритм действий: во-первых, на первом шаге - введение государством-членом ограничений, исходя из какого-либо материального основания, названного в статье ХХ (пункты «a»-«j»); во-вторых, на втором шаге - реализация мер таким образом, который не являлся бы средством произвольной или неоправданной дискриминации между странами, в которых преобладают одинаковые условия, или скрытым ограничением международной торговли.

В рамках данного механизма реализации института общих исключений вводная часть представляет собой компромисс между правом государства - члена

ВТО на общие исключения и правом других участников ВТО на ожидание добросовестного исполнения взятых на себя в рамках ВТО обязательств со стороны государства, которое применяет такие общие исключения.

Вводная часть статьи включает три критерия, относящихся к способу реализации меры по ст. XX Г АТТ. Меры не должны быть реализованы способом, представляющим собой произвольную или неоправданную дискриминацию между странами, в которых существуют преимущественно одинаковые условия, или скрытым ограничением международной торговли.

Понятия «произвольная» и «неоправданная» дискриминация, содержащиеся в водной части статьи, не всегда рассматриваются ОРС ВТО отдельно друг от друга. Однако для случаев отдельного рассмотрения можно определить, что под произвольной дискриминацией подразумевается необъективная дискриминация, зависящая от воли государства, которое вводит оспариваемые меры. Неоправданная дискриминация - это неразумная дискриминация.

Термины «скрытое ограничение международной торговли», «произвольная» и «неоправданная» дискриминация являются смежными понятиями. Однако наличие достаточно общего термина «скрытое ограничение международной торговли» не является лишним критерием вводной части. Например, только указанный термин подразумевает скрытый характер дискриминации. Исходя из практики ВТО, можно отметить, что в рамках скрытого ограничения международной торговли однозначно будет исследована цель. В случае наличия притворности обозначенной цели такое обстоятельство должно быть установлено и оценено.

В целом отсутствие квалификации скрытого ограничения и прямое указание третейской группы на то, что рассматриваться могут любые доказательства для квалификации, приводят к выводу о том, что критерий скрытого ограничения в содержании вводной части включен в конструкцию нормы для того, чтобы при исчерпании критериев произвольной и неоправданной дискриминации можно было применить более общую квалификацию.

В свете существующей в ОРС ВТО практики представляется важным вопрос о возможности распространения положений об общих исключениях на обязательства «ВТО-плюс» и «ВТО-минус». Анализ положений протоколов о присоединении и практики ОРС ВТО позволил сделать вывод, что возможность применения положений об общих исключениях к обязательствам «ВТО-плюс» не запрещается ГАТТ и является допустимой.

В рамках настоящего диссертационного исследования были рассмотрены основания статьи ХХ ГАТТ. Для оснований, предусмотренных пунктами «а», «Ь», «d», предъявляется требование «необходимости», которое относится исключительно к содержанию меры, но не к ее способу. Оценка критериев необходимости подразумевает проверку четырех обстоятельств: относительной важности интересов или ценностей; вклада меры в реализацию преследуемых ею целей; степени, в которой мера является ограничительной для торговли; наличия альтернативных мер, не нарушающих обязательств, предусмотренных пакетом соглашений ВТО. Для признания меры соответствующей требованию необходимости требуется существование одновременно всех перечисленных обстоятельств.

По нашему мнению, существует некоторая зависимость степени необходимости и защищаемой цели. Так, для защиты жизни и здоровья человека практически любая мера будет считаться необходимой, чего нельзя сказать о мерах, направленных на защиту соблюдения законов и правил, не противоречащих ГАТТ.

Анализ ст. XX ГАТТ позволяет сделать вывод о том, что для оценки соответствия меры основанию статьи ХХ ГАТТ в первую очередь нужно установить связь между вводимой мерой и целью. Наличие прямой связи обеспечит соответствие меры основанию статьи ХХ.

Отсутствие практики по основаниям пунктов «с», «е», «f», «h», «i», «j» свидетельствует о предстоящих трудностях для введения таких оснований в действие. Более подробно в рамках настоящего исследования нами рассматривались те основания, по которым на данный момент существует какая- либо практика ОРС ВТО.

В контексте пункта «а» статьи ХХ ГАТТ под общественной моралью, на наш взгляд, понимаются стандарты правильного и неправильного поведения, поддерживаемого или существующего от имени общества или нации. Для применения указанного основания важно, чтобы мера была направлена на защиту интересов сообщества или нации.

Основание статьи ХХ «а» ГАТТ уязвимо и может стать поводом для злоупотребления участниками ВТО^[316]. Данная дефиниция толкуется достаточно широко; с учетом того фактора, что при определении общественной морали применительно к определенному сообществу будут учитываться различные критерии рассматриваемого государства, такое определение становится гибким и способным приобретать желаемое содержание.

Относительно пункта «b» следует отметить, что необходимость защиты жизни и здоровья человека, животных и растительного мира всегда представляется важной целью и доказывание существования риска сводится к минимуму. Однако сторона не освобождается от бремени доказывания реальности угрозы жизни и здоровью. Надлежащими доказательствами по пункту «Ь» статьи ХХ ГАТТ являются научные исследования и заключения экспертов.

В контексте основания, предусмотренного пунктом «Ь», можно говорить об экстерриториальности основания, которое не ограничивается территорией государства, применившего меры.

Вводимая по основанию пункта «g» мера должна: во-первых, соответствовать цели «относимости к сохранению истощаемых природных ресурсов»; во-вторых, проводиться с одновременным ограничением внутреннего производства или потребления; в-третьих, быть беспристрастной и соразмерной введенным внутренним ограничениям; в-четвертых, внутренние ограничения и ограничения, наложенные на иностранного производителя, должны не только существовать, но и действовать одновременно. Исключительное соответствие оспариваемой меры четырем указанным требованиям позволит оправдать противоречащие соглашениям ВТО меры, введенные государством-участником.

Объектом защиты пункта «d» статьи ХХ являются законы и правила, не противоречащие положениям ГАТТ, где под законами и правилами понимаются не только писанные положения правовых актов, но и общая цель, преследуемая такими нормативными актами.

Общее правило бремени доказывания заключается в том, что обязанность доказывания соответствия мер статье ХХ ГАТТ лежит на государстве, применившем оспариваемые меры. Однако такое общее правило не распространяется на основание пункта «d», в отношении которого закреплен специальный порядок доказывания, при котором нормативные акты считаются соответствующими ГАТТ до тех пор, пока стороной заявителя не будет доказано иное.

По результатам проведенного в четвертой главе диссертационного исследования анализа можно отметить, что институт общих исключений существует не только в системе универсального международно-правового регулирования международной торговли, но и воспринят региональными интеграционными объединениями и ЕАЭС.

Членство Российской Федерации в ВТО и ЕАЭС ставит перед исследователями новые задачи, к числу которых относятся и вопросы соотношения правовых режимов, функционирующих в рамках ВТО и ЕАЭС, и вопросы возможного конфликта юрисдикций судебных учреждений, созданных в рамках данных объединений, фрагментации международного права.

В заключение хотелось бы отметить, что в институте общих исключений Г АТТ разработчики Г АТТ видели своего рода гарантию защиты общепризнанных ценностей и суверенных прав государства. Вместе с тем, как показывает практика ОРС ВТО, в современных условиях он может быть воспринят государствами - членами ВТО как инструмент протекционизма, что не может быть оценено нами положительно именно в силу «ценностной» составляющей института общих исключений из действующих правовых режимов ВТО.