<<
>>

ПРЕДСТАВЛЕНИЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ КАК ЭЛЕМЕНТ ДОКАЗЫВАНИЯ

1. Как известно, начальным элементом процесса доказывания является собирание доказательств. Согласно закону (ч. 1 ст. 86 УПК РФ) оно осуществляется проведением следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных УПК РФ.

Одним из процессуальных действий по собиранию доказательств является представление доказательств.

Термину "представление доказательств" законодатель придает различный смысл.

В нормах закона, определяющих процессуальное положение неофициальных участников процесса, предусмотрено их право представлять доказательства органам расследования и суду. Этим правомочием на стороне обвинения согласно УПК РФ наделены потерпевший (п. 4 ч. 2 ст. 42), частный обвинитель (ч. 2 ст. 43), гражданский истец (п. 2 ч. 4 ст. 44), а на стороне защиты - подозреваемый (п. 4 ч. 4 ст. 46), обвиняемый (п. 4 ч. 4 ст. 47), защитник (п. 2 ч. 1 ст. 53), гражданский ответчик (п. 7 ч. 2 ст. 54). Такими же правами наделены и представители этих участников. В норме, регламентирующей собирание доказательств, законодатель, повторяя эти предписания, употребляет несколько иную формулу и уточняет, что подозреваемый, обвиняемый, а также потерпевший, гражданский истец и гражданский ответчик и их представители вправе собирать и представлять письменные документы и предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств (ч. 2 ст. 86 УПК РФ), а защитник вправе собирать доказательства <1>. Во всех этих случаях речь идет о пополнении собранного следователем доказательственного материала по волеизъявлению неофициальных участников процесса, располагающих таким материалом.

<1> Подробнее об этом см. гл. 8 монографии.

В судебном разбирательстве термину "представление доказательств" закон придает иное значение. В соответствии с принципом состязательности этот термин означает, что сторона обвинения и сторона защиты поочередно демонстрируют суду имеющиеся в уголовном деле и собранные на досудебном производстве доказательства.

Однако в норме, регламентирующей доказательственную деятельность в суде, для ее обозначения употребляется и иной термин - исследование доказательств (ст. 274 УПК РФ). Практически же представление доказательств сторонами, т. е. их исследование, осуществляется посредством следственных действий, т.е. посредством допросов лиц, дающих показания, проведения экспертизы, осмотра вещественных доказательств, помещений и т.д. Поскольку стороны "представляют" доказательства суду, а суд также их исследует и фиксирует результаты исследования в протоколе судебного заседания, эту деятельность, как уже отмечалось, с полным основанием можно трактовать как собирание доказательств, на каковую деятельность управомочен и суд (ч. 1 ст. 86 УПК РФ) <1>. Но наряду с этим в суде возможно и представление доказательств в чистом виде, когда в ходе или по окончании судебного следствия (ст. 291 УПК РФ) стороны представляют суду новые доказательственные материалы, в том числе допрашивают дополнительно вызванных ими свидетелей.

<1> Подробнее о роли суда в доказывании см. гл. 1 монографии.

Еще одно значение термина связано с использованием в доказывании результатов ОРД. В Законе об ОРД говорится о представлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд (ч. 3 ст. 11), а Инструкция от 17 апреля 2007 г. устанавливает процедуру представления этих результатов.

Своеобразным субъектом представления доказательств являются и другие органы государства, а именно органы, осуществляющие административно-юрисдикционную деятельность, в процессе которой обнаруживаются признаки преступления <1>.

<1> Об этом подробнее см. гл. 6 монографии.

Есть еще один случай употребления этого термина законодателем. В ч. 5 ст. 377 УПК РФ сказано, что в подтверждение или опровержение доводов, приведенных в кассационных жалобе и (или) представлении, стороны вправе представить в суд кассационной инстанции дополнительные материалы.

Возникает вопрос: могут ли быть субъектами представления доказательств иные, помимо сторон и правоохранительных органов, субъекты? В ранее действовавшем УПК РСФСР ст.

70 такую возможность представляла любым гражданам, предприятиям, учреждениям, организациям. Полагаем, что в настоящее время это нормативное положение сохраняет свое значение применительно к государственным учреждениям и предприятиям, контрольным, финансовым и другим органам, на которые закон возлагает обязанность направлять прокурору, органам расследования или в суд материалы о выявленных преступных злоупотреблениях для решения вопроса о возбуждении уголовного дела. Однако данное правомочие утратило свое процессуальное значение и осталось нормой административного права. Что же касается посторонних граждан - они не лишены права представлять органам расследования обнаруженные ими доказательственные материалы, но это не более чем моральное долженствование.

2. Несмотря на интерес процессуальной науки к рассматриваемому элементу доказывания, некоторые аспекты представления доказательств остаются не вполне ясными. Требуют уточнения вопросы о юридической природе представления доказательств, месте этой деятельности в системе доказывания, круге доказательственных материалов, которые могут быть представлены, стадиях процесса, на которых возможно представление доказательств. Процессуальная наука и практика не выработали еще единой процессуальной формы, обеспечивающей наиболее эффективную реализацию права на представление доказательств.

При анализе норм УПК РФ обращают на себя внимание различия в правовой природе представления доказательств указанными выше субъектами уголовного процесса. Представление доказательств подозреваемым, обвиняемым, защитником, гражданским ответчиком, потерпевшим, гражданским истцом, частным обвинителем, их представителями - это действенная мера реализации правового статуса субъектов доказывания с самостоятельным или представляемым интересом. Именно для отстаивания своих законных интересов <1>, успешного выполнения своих процессуальных функций эти лица наделены правом представлять доказательства, заявлять ходатайства, участвовать в исследовании доказательств.

Реализуя эти права, обвиняемый, потерпевший и другие неофициальные участники процесса получают возможность влиять на направление познавательной деятельности, осуществляемой следователем и судом, вносить свой вклад в установление истины по делу.

<1> Если под интересом в социальном смысле следует понимать осознаваемую субъектом потребность, проявляющуюся в его стремлении к определенной пользе, выгоде, к получению всех материальных и иных благ, обладание которыми обеспечивает наиболее благоприятные условия социальной жизнедеятельности, то законный интерес - это такое стремление субъекта к получению указанных благ, которое не противоречит требованиям закона, поддерживается им. Процессуальный интерес - это стремление участника процесса к получению определенных благ, соответствующее задачам уголовного судопроизводства. Данное понятие пересекается с правами и свободами человека и гражданина, находящимися под защитой Конституции РФ и обеспечиваемыми правосудием (ст. 18 Конституции РФ).

Сказанное не опровергается тем, что законный интерес соответствующего участника, хотя и не противоречит законным интересам других участников, но и не совпадает с ними полностью. Это различие обусловлено спецификой процессуальных функций указанных лиц. Так, в случаях, когда обвиняемый считает себя невиновным, его процессуальный интерес состоит в прекращении дела, оправдании и в восстановлении прав. Если же он сознает, что его виновность бесспорно доказана, его интерес направлен на выявление всех смягчающих обстоятельств и данных о возможности смягчения наказания. В противоположность этому процессуальный интерес потерпевшего направлен на установление виновности лица, причинившего ему ущерб, всех отягчающих обстоятельств, обоснование размера причиненного ему ущерба. Представляя соответствующее доказательство, каждый участник процесса реализует свою уголовно- процессуальную функцию и со своих позиций способствует выяснению подлинных обстоятельств дела, установлению истины. Однако неофициальные участники процесса представляют органу расследования и суду документы, полученные за пределами процессуальной формы, в том числе случайно оказавшиеся в их распоряжении, и предметы, уже отделенные ходом события от места их первоначального нахождения (например, потерпевший приносит следователю найденные им возле своего дома предметы, оброненные преступником).

Как сказано выше, закон наделяет правом представления доказательств и обвинителя.

Когда прокурор является государственным обвинителем, он реализует свое право на представление доказательств в судебных стадиях процесса. Однако при этом его право одновременно выступает и как его обязанность, ибо, будучи органом государства, при осуществлении обвинительной деятельности он руководствуется принципами публичности, всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела. Такое его положение обусловлено требованиями презумпции невиновности, согласно которой бремя доказывания обвинения и опровержения доводов защиты лежит на стороне обвинения (ч. 2 ст. 14 УПК РФ). В этом существенное отличие от представления доказательств неофициальными участниками процесса. Однако и частный обвинитель, который также несет бремя доказывания, обязан представлять доказательства суду под угрозой прекращения дела или вынесения оправдательного приговора.

3. Иную правовую природу имеет представление доказательств, полученных в результате осуществления оперативно-розыскной деятельности.

Как видно из ч. 2 ст. 11 Закона об ОРД, результаты оперативно-розыскной деятельности <1> могут использоваться в доказывании по уголовным делам. Законодатель не возлагает на оперативно-розыскные органы обязанности представлять органам расследования, прокурору и суду результаты проведения всех ОРМ, имеющих своим назначением получить значимую для целей расследования информацию (ст. 6 Закона об ОРД). Нет ее и в норме, определяющей обязанности органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность (ст. 14 Закона об ОРД). Это объясняется рядом причин. Во-первых, не каждое ОРМ окажется результативным в плане использования в целях доказывания. Во-вторых, в ряде случаев представление результатов ОРМ становится невозможным в связи с опасностью нарушения требований конспирации, обязанность соблюдать которую закреплена в ч. 5 ст. 14 Закона об ОРД (рассекречивание сведений о результате ОРД, составляющих государственную тайну, ст. 12 данного Закона обусловливает жесткими условиями).

Кроме того, в определенной ситуации немедленное представление уже полученных результатов может оказаться нецелесообразным, ввиду того, что они носят промежуточный характер и могут быть скорректированы с учетом осуществления запланированных последующих мероприятий. Из сказанного следует, что оперативно-розыскные органы вправе представлять органам расследования результаты ОРМ и реализуют это право при наличии необходимых условий.

<1> Согласно п. 36.1 ст. 5 УПК РФ ими являются сведения, полученные в соответствии с Законом об ОРД, о признаках подготавливаемого, совершаемого и совершенного преступления, лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших преступление и скрывшихся от органов дознания, следствия и суда.

В то же время следует учесть, что изначально задача оперативно-розыскных органов определена как выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, выявление и установление лиц, их совершивших (ст. 2 Закона об ОРД). Будучи органами государства, они обязаны эффективно ее разрешать, из чего следует, что полученные с соблюдением необходимых условий и значимые для целей расследования результаты ОРД они обязаны доводить до сведения процессуальных органов. В этом существенное отличие представления ими доказательств от представления доказательств неофициальными участниками процесса, которые вольны распоряжаться своим правом.

Следует отметить, что получение следователем предметов и документов, добытых в результате проведения ОРМ, создает еще одну трудность. "Завладение" объектом в процессе оперативно-розыскной работы неизбежно сопровождается отделением его от окружающей обстановки (подобно тому, как это бывает, например, когда гражданин, найдя нож на месте, где произошло преступное посягательство, относит его к следователю). Между тем связь объекта с окружающей обстановкой сама по себе имеет доказательственную ценность. Процессуальные способы получения вещественных доказательств и документов (осмотр, обыск, выемка) позволяют эту связь зафиксировать. Если от граждан, обнаруживших доказательство, нельзя требовать проявления предусмотрительности и заботы о сохранении и запечатлении этой связи, то осуществляющие оперативно-розыскную деятельность органы дознания, сознавая смысл и значение процессуального порядка обнаружения и приобщения к делу вещественных доказательств и документов, обязаны применять именно этот, более эффективный процессуальный порядок. Но в случаях, когда он оказывается фактически неприменимым, в интересах раскрытия преступления возможно "завладение" объектом посредством проведения ОРМ, естественно, без соблюдения процессуальных правил, с последующим представлением его следователю в соответствии с ч. 3 ст. 11 Закона об ОРД. Такое же положение складывается, когда доказательственный материал (наркотическое вещество, оружие и др.) изъят работником милиции в процессе пресечения преступления, т. е. до возбуждения уголовного дела.

4. Сказанное позволяет определить место представления доказательств в системе доказывания. Собирание (формирование) доказательств в качестве начального элемента процесса доказывания - это, как говорилось ранее, активная целенаправленная деятельность органа расследования, суда, состоящая в извлечении из следов, оставленных событием, фактических данных, относящихся к делу, в преобразовании и закреплении этих данных, т. е. в придании им надлежащей процессуальной формы. Представление же доказательств, замечает В.Д. Арсеньев, есть пассивная форма получения доказательств <1>. Доказательственный материал появляется в поле зрения органа расследования, суда не по их инициативе, а по волеизъявлению участников процесса, им обладающих. Представление участниками процесса предметов и документов, имеющих, по их мнению, отношение к делу, еще не означает появления в деле доказательства: следователь, судья могут признать эти объекты доказательствами, лишь убедившись в их относимости к обстоятельствам дела. В принципе не исключено, что, ознакомившись с представляемым объектом, следователь сразу же определит, что он не имеет отношения к делу, и возвратит его владельцу. <1> См.: Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств. М., 1964. С.

Признать представленный объект доказательством, ввести его в дело, т. е. включить в систему уже собранных доказательств, - это исключительная прерогатива органа расследования, прокурора и суда. Принятие решения о приобщении предмета и документа к делу, в сущности, представляет собой акт, констатирующий появление доказательства. Пока такое решение не принято, доказательство еще не существует, оно еще не получено.

Поэтому представление доказательств, будучи важным каналом получения доказательственной информации, все же не может отождествляться с собиранием доказательств. Представление участниками процесса, оперативно-розыскными и административными органами предметов и документов создает условия для собирания доказательств, но находится за пределами непосредственных границ этого этапа доказывания, являясь как бы извне направленным к следователю, судье познавательным актом. Способом же пополнения доказательственного материала для следователя (суда) будет принятие представленного объекта.

До сих пор, говоря о представлении доказательств подозреваемым, обвиняемым, защитником, потерпевшим, его представителем и другими участниками, мы имели в виду лишь предметы и документы. Однако высказано мнение, что право представления доказательств охватывает и иную информацию. Так, по мнению Г.М. Миньковского и А.Р. Ратинова, "представлены могут быть и устные сообщения... об обнаруженном месте происшествия, следах и других вещественных объектах" <1>.

<1> Теория доказательств в советском уголовном процессе. М., 1973. С. 376 - 377.

Представляется, что подобные суждения необоснованно расширяют действительный объем представляемых доказательственных материалов.

В этом можно убедиться, подвергнув анализу правовой статус участников процесса. Так, в ст. 42 - 48 УПК РФ неофициальные участники процесса наряду с правом представления доказательств наделены и правом давать показания (объяснения). Очевидно, что право давать показания, будучи весьма важной формой участия в доказывании, не отождествляется законодателем с другой специфической формой - представлением доказательств.

Не сливается представление доказательств и с такими формами участия в доказывании, как заявление этими лицами ходатайств и участие их в следственных действиях.

Каждая из форм участия в доказывании - заявление ходатайств, дача показаний, представление доказательств, участие в следственных действиях - по-своему эффективна, а использование всех форм позволяет участникам процесса активно влиять на ход познавательной деятельности, пополнять доказательственный материал в желаемом направлении. Совершенствование практики доказывания предполагает разработку мер по повышению его эффективности путем дифференцированного изучения и освоения отдельных его форм, не допуская их подмены и отождествления.

Полагаем, что, когда речь идет о представлении доказательств, законодатель имеет в виду не сведения, а лишь материальные объекты, несущие информацию о существенных обстоятельствах дела. Таковыми являются предметы, могущие впоследствии стать вещественными доказательствами, и документы, исходящие от государственных и негосударственных учреждений и организаций, должностных лиц и граждан и удостоверяющие тот или иной существенный факт.

Практика показывает, что доказательственные материалы представляются участниками процесса чаще всего в виде документов. Таковыми являются справки о состоянии здоровья обвиняемого, длительности утраты трудоспособности потерпевшим, характеристики и т.д. Однако имеют место случаи представления органам расследования предметов (например, запрещенных орудий лова, отобранных инспекторами рыбнадзора у браконьеров, портфеля, забытого обвиняемым на месте изнасилования и обнаруженного потерпевшей, пропуска на имя обвиняемого, выхваченного у него из кармана потерпевшей во время борьбы с ним и т.п.).

Определенным своеобразием обладает представление доказательств органами, близкими к органам расследования, но осуществляющими не уголовно-процессуальную, а административно-юрисдикционную деятельность, - милицией, таможенной службой и др. По издавна сложившейся традиции о передаче материала для решения вопроса о возбуждении уголовного дела (ранее - прокурору, а теперь - соответствующему следственному органу) выносится постановление, в котором обосновывается необходимость "перевода" производства в уголовно-процессуальную сферу. Такой же порядок установлен и для передачи органам расследования результатов оперативно- розыскной деятельности. Но и в том и в другом случае в рамках доказывания имеет место представление доказательственных материалов.

5. Право обвиняемого, подозреваемого, потерпевшего и других участников на представление доказательств носит, по нашему мнению, универсальный характер, т. е. может быть реализовано на всех стадиях процесса. К этому выводу приводит анализ правовых форм доказывания и познавательной ситуации, складывающихся на отдельных стадиях процесса.

Как известно, на стадии возбуждения уголовного дела применяются лишь те способы пополнения доказательственного материала, которые свободны от принуждения. Этому условию вполне соответствует представление таких материалов заинтересованными лицами. И хотя на этой стадии процесса нет еще обвиняемого, потерпевшего, защитников, представителей, лица, которые в будущем могут быть таковыми, не должны, на наш взгляд, лишаться возможности защищать свои законные интересы, представляя (при заявлениях, объяснениях, путем личной явки) соответствующие предметы и документы. Такая практика фактически существует, и она должна получить более четкое закрепление в законе. Отчасти эта проблема решена введением в уголовный процесс фигуры заявителя (ст. 141 УПК РФ).

Из смысла п. 4 ст. 228 УПК РФ видно, что в стадии назначения судебного заседания участники процесса могут заявлять ходатайства. Это могут быть ходатайства о приобщении к делу имеющихся у них документов (например, при отклонении аналогичного ходатайства на предварительном следствии).

В то же время сторона может заявить ходатайство об исключении доказательств, и тогда вопрос о назначении судебного заседания выносится на предварительное слушание. Здесь сторона защиты имеет право заявить ходатайство об истребовании дополнительных доказательств (ч. 7 ст. 234 УПК РФ). С учетом того, что в соответствии с УПК РФ для проверки обоснованности этого ходатайства суд вправе допросить свидетелей и "приобщить к уголовному делу документ, указанный в ходатайстве" (ч. 3 ст. 235), представляется, что сторона защиты не может быть лишена права представить суду и другие доказательственные материалы (в частности, обосновывающие необходимость исключения доказательств как недопустимых, а также возвращения дела прокурору (ст. 237), приостановления и прекращения дела (ст. 238 и 239)). Тот факт, что в этой стадии процесса не определяется достоверность доказательств, не исключает возможности их представления и принятия.

Как уже отмечено, закон допускает представление сторонами дополнительных материалов в кассационную инстанцию (ч. 5 и 6 ст. 377 УПК РФ). При этом, как сказано в ч. 6 ст. 377 УПК РФ, дополнительные материалы не могут быть получены путем производства следственных действий, однако сторона должна указать, каким путем они получены. Правомерно представление их и в надзорную инстанцию, на что обращено внимание в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 11 января 2007 г. N 1.

Несмотря на то что дополнительные материалы принципиально менее надежны, чем доказательства, полученные процессуальным путем, они достаточно широко используются в практике вышестоящих судов при решении вопроса о законности и обоснованности приговора суда первой инстанции.

При таком положении представляется целесообразным указать в соответствующих нормах УПК РФ, что доказательства могут быть представлены участниками процесса на любой стадии процесса с соблюдением действующих там правил доказывания.

6. В интересах участников процесса и установления истины существует настоятельная необходимость в унификации процессуальной формы представления доказательств, на что неоднократно указывалось в литературе <1>.

<1> См.: Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие в советском уголовном процессе. М., 1965. С. 156; Шейфер С.А. Сущность и способы собирания доказательств в советском уголовном процессе. С. 84 - 89; Ларин А.М. Истребование и представление предметов и документов в стадии расследования // Актуальные проблемы совершенствования производства следственных действий. Ташкент, 1982. С. 63; Фуфыгин Б.В. Представление доказательств в советском уголовном процессе // Уголовно-правовые и процессуальные гарантии защиты конституционных прав граждан. Калинин, 1982. С. 28 - 37.

Необходимость эта в первую очередь обусловлена тем, что, несмотря на его важное значение, закон оставляет данный вопрос открытым. Практика же породила множество различных форм, часто не обеспечивающих законные интересы лиц, представляющих доказательственные материалы, а также индивидуализацию последних.

Нет единства мнений и среди ученых. В свое время П. С. Элькинд считала, что факт представления и принятия доказательств следователем надо оформлять протоколом выемки либо осмотра <1>. В современной литературе такой позиции придерживается О. Д. Жук <2>. С этим суждением трудно согласиться, и прежде всего потому, что выемка - это следственное действие, производимое, как и другие следственные действия, по инициативе следователя. Но когда имеет место представление доказательств, они появляются в поле зрения следователя не по его инициативе, а по волеизъявлению лица, обладающего доказательством.

<1> См.: Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж, 1978. С. 11.

<2> См.: Жук О.Д. Особенности производства следственных действий по уголовным делам об организации преступного сообщества // Законодательство и экономика. М., 2003. N 11.

Несколько вольно трактуют представление доказательств как "добровольную выдачу", понимая под этим приемом выдачу искомого предмета по предложению лица, производящего расследование <1>. Но, как известно, добровольная выдача - это элемент обыска (ст. 182 УПК РФ). Кроме того, в таком представлении, как и в первом случае, фактически исчезает определяющий признак - инициатива лица, представляющего доказательство. А. М. Ларин полагал, что факт представления предмета надлежит оформлять протоколом принятия доказательства <2>. Здесь верно констатируется момент введения в доказательственную базу нового доказательства. Однако при таком оформлении остается в тени тот факт, что принятие доказательства произошло по ходатайству и инициативе лица, передавшего его следователю. Кроме того, далеко не каждое ходатайство о приобщении к делу предмета и документа подлежит удовлетворению и в случае отказа в его удовлетворении предлагаемое название протокола не соответствовало бы его содержанию.

<1> См.: Баев О .Я. Криминалистическая тактика и уголовно-процессуальный закон. Воронеж, 1977. С. 93.

<2> См.: Ларин А.М. Истребование и представление предметов и документов в стадии расследования. С. 63.

По мнению В. Т. Томина, представление предметов - это следственное действие - принятие доставленного <1>. Но представление доказательств - это не следственное действие. Ведь следственное действие - это процесс восприятия и закрепления следователем обнаруженных им следов, чего в рассматриваемой ситуации нет. Кроме того, акцент на принятие доказательства и в этом случае затушевывает факт его представления, т.е. инициативу лица, которое вручает доказательство следователю. На практике часто представление объекта вообще не документируется, и о том, что он был вручен следователю (суду) обвиняемым, потерпевшим, можно узнать, лишь ознакомившись с показаниями этих лиц.

<1> См.: Томин В.Т. Острые углы уголовного судопроизводства. М., 1991. С. 116.

Процессуальная форма представления доказательств участниками процесса должна определяться соответственно характеру представленных материалов (предметы и документы) и учитывать юридическую природу этого действия (в одном случае это защита законного интереса, в другом - выполнение служебной обязанности).

7. Обобщая высказанные соображения, можно назвать следующие черты процедуры представления доказательств. A.

Она должна быть сконструирована так, чтобы отразить инициативу участника процесса, направленную на пополнение комплекса доказательств материалами, соответствующими его законным интересам. Недопустимо оформление этого акта протоколом выемки или осмотра, истребованием предметов и документов следователем или судом по их инициативе. Столь же недопустимо истребование нужного материала следователем с последующим оформлением получения его так называемой добровольной выдачей.

Б. Чтобы избежать подобных явлений, процессуальная форма представления доказательств должна обязательно включать фиксацию ходатайства о приобщении к делу предмета или документа, представляемого следователю (суду) обвиняемым, потерпевшим, иным участником. При этом по аналогии с положениями ч. 1 ст. 271 УПК РФ лицо, представляющее доказательство, должно указать, для установления какого обстоятельства представляется предмет или документ. B.

Процедура представления должна обеспечить отражение индивидуальных признаков представляемого объекта, с тем чтобы избежать возможных впоследствии нареканий о подмене объекта или жалоб на необоснованный отказ в его приобщении к делу.

Наилучшей формой для этого послужит соответствующий требованиям процессуального закона протокол, т. е. акт, фиксирующий место и дату производства процессуального действия, его содержание, время начала и окончания, круг участвующих лиц (ст. 166 УПК РФ). В судебном разбирательстве представление доказательств должно фиксироваться в протоколе судебного заседания.

В протоколе должно быть отражено содержание ходатайства о приобщении объекта, цель представления, содержание документа, результаты осмотра предмета, его индивидуальные признаки. При необходимости со слов лица, представляющего объект, фиксируются и обстоятельства его обнаружения. На предварительном расследовании данный протокол целесообразно именовать "протоколом представления доказательств" <1>.

<1> Это суждение, высказанное автором много лет назад (см.: Шейфер С.А. Собирание доказательств в советском уголовном процессе. С. 123), ныне разделяют многие исследователи.

Г. Процедура представления должна учитывать, что признание представленного объекта доказательством - это прерогатива следователя (суда). Поэтому, приняв решение об относимости либо неотносимости представленного документа к делу, следователь выносит постановление, а суд - определение об удовлетворении ходатайства и принятии предмета или документа либо об отказе в удовлетворении ходатайства и о возврате объекта владельцу. При выявлении признаков вещественного доказательства выносится постановление (определение) о приобщении предмета к делу в качестве вещественного доказательства (ч. 2 ст. 81 УПК РФ).

Существенными гарантиями законности и прав граждан могут, на наш взгляд, стать привлечение понятых к представлению доказательств, а также вручение лицу, представившему предмет или документ, копии протокола представления доказательств.

<< | >>
Источник: С.А. ШЕЙФЕР. ДОКАЗАТЕЛЬСТВА И ДОКАЗЫВАНИЕ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ: ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ И ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ / Монография, "Норма", 125 стр.. 2009

Еще по теме ПРЕДСТАВЛЕНИЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ КАК ЭЛЕМЕНТ ДОКАЗЫВАНИЯ:

  1. Влияние типа судопроизводства на процессуальное познание и процессуальное доказывание.
  2. Структура доказывания при традиционном общенаучном подходе к процессуальному доказыванию в российской юриспруденции.
  3. Собирание и представление доказательств, формирование доказательственной основы и остальных элементов правовой позиции субъекта доказывания.
  4. Рассмотрим традиционные и нетрадиционные научные подходы к оценке доказательств правоприменителем (преимущественно судом).
  5. 1.1. Ключевые понятия и категории теории доказательств и доказывания.
  6. 1.2. Уголовно-правовые детерминанты предмета доказывания.
  7. ДОКАЗЫВАНИЕ КАК ПОЗНАВАТЕЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПО УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ
  8. ПОНЯТИЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА: СПОРНЫЕ ВОПРОСЫ ТЕОРИИ
  9. ПРЕДСТАВЛЕНИЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ КАК ЭЛЕМЕНТ ДОКАЗЫВАНИЯ
  10. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ В ДОКАЗЫВАНИИ НЕПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ПОЗНАВАТЕЛЬНЫХ МЕРОПРИЯТИЙ
  11. РОЛЬ ЗАЩИТЫ В ФОРМИРОВАНИИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВЕННОЙ БАЗЫ ПО УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ
  12. ВЫЯВЛЕНИЕ АДВОКАТОМ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ
  13. ДОКАЗЫВАНИЕ И ДОКАЗАТЕЛЬСТВА В ГРАЖДАНСКОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ.
  14. § 1. Доказательственное право и его место в системе американского и английского права
  15. ФЕДЕРАЛЬНЫЕ ПРАВИЛА О ДОКАЗАТЕЛЬСТВАХ ДЛЯ СУДОВ И МАГИСТРАТОВ США (с поправками по состоянию на 9 июля 1995 г.)*
  16. § 4. Освобождение от доказывания и запрещение опровергать некоторые факты
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -