Служанка воровка.

У нана Леоптія Черняка, бывшаго полковника полтавскаго, а тенерь „значного товарыгаа войскового*, въ 1689 г. случилась въ домѣ „шкода^а: украдено денегъ бодѣе ста золотыхъ, серебряныя чарки, перстень „щыргіялотный*, „банолныця* (бумажная матерія) и много другихъ пещей.

Въ такомъ недостаточно выясненномъ предварительнымъ дознаніемъ положеніи дѣло это поступило на рѣшеніе подковаго суда. Въ качествѣ „лица® судьямъ „презентованы" были отобранныя у Каськн вещи и чересъ съ деньгами. ІІанъ Чернякъ въ короткихъ словахъ изложилъ свою жалобу и тѣ основанія, но которымъ онъ нодр8рѣваетъ въ кражѣ бывшую свою „слу- жебныцю". Каська лопрежнему отрицала свою виновность. Судьи спросили ее:

— Повидай, необачная голово, якыыъ бы ты способомъ могла набуты тыхъ копібкъ срибныхъ?

Каська, попрежвему „плетучы", отвѣтила:

— Достала я тыхъ грошей въ Дмытрашка грека, якъ ёго рабовано въ Зипьковн.

Каська намекала на тотъ общеизвѣстный фактъ, случившійся двумя годами рапьгае, когда, нослѣ низложенія Самой- ловича, вь Малороссіи во многихъ мѣстахъ вспыхнулъ мятежъ и чернь бросилась грабить богатыхъ u зпачныхъ. Эго смутное время долго потомъ слыло пъ народной памяти подъ именемъ „рабов&нл®, или „рабунконъ®.

Ho едва Каська нроизнесла свое объясненіе, какъ „тутъ іи заразъ стритывъ словомъ" панъ Андрей Яковлевичъ, войтъ, участвовавшій въ составѣ суда:

— Обмылыіе то мовышъ, то не есть правда, знаю о тимъ досконале: Дмытрашко грекъ рокомъ выйшовъ изъ Зинысова передъ рабованемъ".

Каська на шпіуту смутилась, но затѣмъ, тотчасъ опр&вив- шись и „повторне нлетучы®, повѣдала:

— Снмую вамъ правду повидаю, панове: я тыхъ грошей добула въ Зняысови въ Мартына Нестулія, якъ бго рабовано, бо я въ бго тодй сдужыла, a upo гакоды йанаЛеонтія Черняка не видаю, якъ на мене наволнкаютъ крадижъ грошей, чарокъ срибныхъ н иншыхъ рнчей. A конійкы тыи срибныи—то власне Мартыновы ІІестуліевы, що я въ бго нры рабованю добула. O которыхъ конійкахъ казала я и Лукъяныси, що ихъ добула въ Нестулія, нана мого, и Москалеви Андріишеші ломннялл пхъ ua чехы, и давъ мени Москаль наддачи золотыхъ пять, а нн прозьбы мои личывъ тіп гроши Максымь Лукьяненко. И дала я ти чехы сто золотыхъ до схоиани самій Лукьянысн зъ мн- шечкомъ, чы то накъ въ чересомъ, который тутъ презентовано. Якъ мене бачыте, паноне, дуже збытую, билыпе вамъ ннчого не скажу: тіи гроши конійкы >i въ Нестулія дослала".

Судъ рѣшилъ провѣрить это показаніе „запамяталои* Каськи, не откроется ли повое за нею преступленіе, н приказалъ послать *до старшины Зѣньковской, абы Мартипови He- стуліеви звнстылы въ той ему іпкодѣ" H о томъ, что откроется, прислали въ судъ „атестацію". Черезъ три дпя такаа атестація была прислана на имя нолковаго судьи Петра Буцкаго и гласила такъ:

„Мосцн напе судя полку Полтавского, зычлывій нашъ нрыятелю! За доііесеня вндомосты ведлугь (касательно) тыхъ грошей, который найдены въ тои діівкы Каськы, бувшои слу- жебныци Мартыновой ГІестуліевон, вашмосци uauy иокорне дякуємо и въ далшій часъ такымъ же способомъ отслуговаты субмитуемсн.

Ьога зычачы здоровя, зостаемъ вашмосцн пану во всемъ зыч ш- вын: Ѳома Грыгориевичъ и Иляшъ Павловичъ, сотныкы Зинь- ковскіи, Павелъ Ващенко, нтаманъ городовый, Сахно Перепа- денко, войгь зъ бурмнстраыы. Зь Зйнькова, іюля 6, року 1689^а.

Слѣдовало бы уличнть и снова допросить занамяталую Каську, но она была такъ слаба оослѣ „кіевого караня®, что судыі рѣшили оставить ее въ иокоѣ, пока она хоть немного „Одужаетъ®, а отобранныя у нея депьги признали похищенными у истца и возвратили ему „до рукъ, якъ его власнын®. Шнъ Леонтій Чернякъ поблагодарилъ судъ и при атомъ „нырекъ^ц:

— Уже то, панове, иа Boia спустивши, естемъ контен- тый тымъ правомъ и тіи сго золотыхъ даю церкви божественній Спасскій полтавскій на роботу сницарскую (рѣзную). Але еще меяи барзо жалосно на домъ Лукъянивъ п на жону бго, що воны, видаючи про ти гроши, никому не оновнща.ш, такъ врядовк н никому инпіому. A въ мене ІПКОДЫ много въ киынати пндіялося черезъ властную заиямлталую бувшую служебныцю Каську, о чинъ могла бъ видати и жона Лукъянона и домыс- лытыся, що стилько грошей Касцн не можно бъ митм и рйзно шафоваты, ризнии рупескы соби купуючи, и донускатй жыты ій въ своимъ дому. Прошу и вътимьскутечиоисправедливосты®.

Судъ призналъ основательной претензію иана Черняка u „пыдячы его утрату и неоиатрность (неосмотрительность) жоиы Лукьяновой, якая доиустыіа тій врайци въ дому своимъ жыш и гроши, тіи конійкм, въ себе держаты, а никыиъ ue оповис- тыла®, примѣнилъ къ данному случаю 13 артикулъ 14 разд. Статута и присудилъ, чтобы Лукьянъ съ жепою удовлетворилъ иана Леонтія за понесенные имъ убытки: „на чимъ бго упросятъ, на тимъ и станетъ®.

Между тѣмъ Каськѣ становилось все хуже. Вотъ уже она потребовала духовника и приняла предсмертное напутствіе. Вида, что относительно ея пе придется уже постановлять декрета, судьи сдѣлали попытку, нельзя ли добиться отъ нея, по крайней мѣрѣ, какого-либо нризнаиія, н иослалн _ядо тоеи зрай- ци“ своего сочлена, бурмистра Петра Юревнча, „пытаючы, що бъ мила еще знаты". Каська оказалась почти при смерти и была вь силахъ лишь прошептать: _вЯкъ утикала я зъ ратуша, тодц- мымо бнгучы, дала Стеоапыси Шапочпысн памысто кораліовое доброе, а на сповнди велила тое аамысто В8яты отцу

протопопи, та и не зпаю, чы взявъ ёго отець иротоиопа, чы

•

не взявъ*.

Судъ велѣлъ записать это признаніе, какъ улику противъ Стеианыхи.

Къ ночи бѣдной Каськи не стало.

39.