<<
>>

2.2. Анализ некоторых положений четвертой части Гражданского кодекса Российской Федерации с точки зрения соответствия требованиям международных конвенций и договоров


Не вызывает сомнений верность тезиса о том, что «успех решения стоящих перед российским обществом экономических и социальных проблем во многом зависит от степени правовой защищенности
ОЛ
интеллектуального потенциала общества» .
Сегодняшнее стремительное развитие технологий требует быстрых и адекватных изменений в законодательстве об интеллектуальной собственности.
Законы об охране авторских и смежных прав подчас ограничены территорией страны, на которой они действуют; то, что в одной стране является правонарушением, в другой может им и не быть. В связи с этим, вопросы гармонизации внутригосударственного законодательства с нормами международного права становятся все более актуальными. Участие России в международных договорах, устанавливающих обязательства в сфере охраны результатов интеллектуальной деятельности, служит основой для развития российского законодательства с учетом основных международных тенденций .
В настоящее время завершена работа по внесению дополнений и изменений в Гражданский кодекс РФ (далее ГК РФ) с целью кодифицированного изложения норм о правах интеллектуальной собственности. Четвертая часть ГК РФ была принята Государственной Думой 24 ноября 2006 года, одобрена Советом Федерации 8 декабря 2006 года, и вступит в силу с 1 января 2008 года .
Первая попытка включения в ГК РФ правового регулирования интеллектуальной собственности, как отмечает Э.П. Гаврилов, была предпринята в 20-х годах прошлого столетия, но эти вопросы так и не были включены в ГК РСФСР 1922 года .
Однако, в 1960-е гг. правовое регулирование интеллектуальной собственности было включено сначала в Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1961 г., а затем и в ГК всех союзных республик со всеми издержками присущими социалистической системе хозяйствования.
В советский период изолированность социалистической экономики и невстроенность ее в мировую экономику привели к тому, что отношения, связанные с авторским правом, развивались в большей степени внутри страны и в меньшей степени опирались на мировой опыт. В условиях общественной собственности на средства производства государство рассматривало изобретения в качестве государственной собственности, что выражалось в закреплении в нормативных актах такой формы охранного документа, как авторское свидетельство на изобретение. Институт авторского свидетельства, характерный только для социалистической (административной) системы экономики, был введен еще «Положением об изобретениях» 30 июня 1919 г., подписанным В. И. Лениным. Этот декрет и сформулировал основные социалистические принципы охраны изобретений. Теоретически законодательство СССР декларировало равное право автора «по своему выбору требовать либо признания только своего авторства, либо признания за ним авторства и предоставления исключительного права на
изобретение. В первом случае на изобретение выдавалось авторское
86
свидетельство, во втором случае — патент» . На практике более 95%
on
изобретений защищались авторскими свидетельствами . Таким образом, именно государство являлось единственным субъектом права на использование изобретений, защищенных авторскими свидетельствами, а все изобретения составляли общее достояние государства и общества.
После распада Советского Союза в период с 1992 по 2004 годы в Российской Федерации был принят комплекс законов, указов и подзаконных актов в областй интеллектуальной собственности, в целом соответствующих современным международным требованиям, формируется государственная политика в этой области.
И с начала 1990-х годов, российское законодательство об интеллектуальной собственности, вопреки всему предыдущему отечественному законодательному опыту, оказалось рассредоточено по
OQ
нескольким не связанным и не скоординированным между собой законам .
Учитывая многочисленность изменений и дополнений в отечественные законы, регулирующие правовой оборот интеллектуальной собственности, напрашивается вывод о том, что принятие новых редакций специальных законов в сфере правовой охраны интеллектуальной собственности не решило многие проблемы сугубо цивилистического характера.
Проанализированные законы не сняли с повестки дня разработку и принятие еще одной части Гражданского кодекса РФ, посвященной правовой охране интеллектуальной собственности, о чем неоднократно упоминали
од
специалисты . В целом же проведенный нами анализ дает основания полагать о наличии устойчивой тенденции унификации действующего отечественного законодательства о правовой охране объектов интеллектуальной собственности с законодательством зарубежных стран, прежде всего западноевропейских государств. Однозначный ответ на вопрос о том, положительной ли является эта тенденция или отрицательной, сформулировать сложно. В периодической литературе высказывается мнение о безусловно негативном воздействии глобализации на правосознание .
В целом следует отметить, что законотворческая деятельность по реформированию нормативной правовой базы в области интеллектуальной собственности в основном была завершена с принятием части четвертой ГК
РФ.
В результате, целая отрасль гражданского законодательства оказалась в искусственной изоляции от других гражданско-правовых норм, в том числе от наиболее важных и основополагающих, именно тогда, когда требовалось решение принципиально новых вопросов, связанных с участием результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации в гражданском обороте, из которого они были, по существу, изъяты в советский период. Это привело к тому, что на практике нормы законодательства об интеллектуальной собственности, несмотря на существующие в некоторых из упомянутых законов общие отсылки к гражданскому законодательству, зачастую не воспринимаются практикой как регулирующие гражданско- правовые отношения. В результате в правоприменительной практике возникали вопросы о применимости к таким отношениям общих положений гражданского законодательства. Чаще всего это вызывается тем, что в большинстве своём законы, действующие в сфере интеллектуальной собственности, лишь в очень небольшой мере затрагивают вопросы перехода прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, обращения этих прав в условиях рыночной экономики. Кроме того, отдельные нормы этих законов в ряде случаев противоречат друг другу, что затрудняет их практическое применение.
Дальнейшая кодификация прав интеллектуальной собственности связана с разработкой в 1993 г., при активном участии российских юристов, типового (модельного) Гражданского кодекса для стран Содружеств независимых государств (СНГ). Положения данного ГК послужили основой гражданских кодексов ряда стран СНГ. Важной составной частью этих кодексов является раздел, посвященный праву интеллектуальной собственности.
Положения Конституции Российской Федерации об интеллектуальной собственности (ч. 1 ст. 44 и п. «о» ст. 71) предполагают определенное единство регламентации отношений по поводу этого вида объектов гражданского права. Необходимость единства их регулирования вытекает и из ряда общих положений ГК РФ (п. 1 ст. 2, п. 1 ст. 8, ст. 18, п. 2. ст. 26, ст.ст. 128 и 138).
Поэтому в Российской Федерации вначале раздел «Исключительные права» предполагалось включить во вторую, затем - в третью, а когда и это не удалось сделать, - в четвертую часть ГК РФ. Основное, концептуальное положение новой части ГК РФ заключается в том, что все правовое регулирование прав интеллектуальной собственности на уровне закона, как подчеркивает Э.П. Гаврилов, должно содержаться именно в ГК РФ, а не в других законах .
Часть четвертая ГК РФ посвящена правовому регулированию отношений в сфере интеллектуальной собственности. Значение этих отношений для гражданского оборота возросло в современных условиях в такой мере, что сделало их практически равноценными отношениям в области материального производства и обмена, всегда являвшимся основным предметом регулирования гражданского права. Как отмечали разработчики, без раздела, посвященного интеллектуальной собственности, кодификацию российского гражданского законодательства нельзя было считать завершенной . Принятие части четвертой Гражданского кодекса завершило кодификацию отечественного гражданского законодательства, которая продолжается уже двенадцать лет . Кодификация призвана стать одним из важнейших событий как в сфере правового регулирования, так и в сфере регулирования экономических отношений . Принятием этого документа завершена кодификация всего гражданского законодательства РФ, воплощенного в Гражданском кодексе, состоящем теперь из четырех частей и охватывающем общие вопросы гражданского права, нормы о праве собственности и других вещных правах, положения о договорных и других обязательственных правоотношениях, наследственных правоотношениях, а с 1 января 2008 года - и нормы о правах на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации.
В четвертой части ГК РФ систематизированы шесть основных действующих законов об авторском праве, впервые вводится полный перечень объектов интеллектуальной собственности, предусматриваются правовые особенности защиты объектов, которые раньше не имели четкого определения (например, ноу-хау, фирменное наименование) или не охранялись вообще (коммерческие обозначения, права изобретателей или изготовителей баз данных).
Всё это свидетельствует о том, что идея (концепция) кодификации законодательных норм об интеллектуальной собственности в самостоятельной части четвертой (разделе VII) Гражданского кодекса Российской Федерации полностью отвечает потребностям общественной жизни.
Объединение правовых норм об интеллектуальной собственности в одном законе (в ГК РФ) позволило отечественному законодателю решить ряд задач кодификационного характера, важных для стабильности нашего законодательства и практики его применения:
1) В начале раздела VII помещены общие положения, относящиеся ко всем видам интеллектуальной собственности или к их большей части (глава 69). Определение в законе наиболее принципиальных правил об интеллектуальной собственности призвано обеспечить единообразие правового регулирования в этой сфере, в особенности в том, что касается участия исключительных прав в гражданском обороте (распоряжения ими, видов и форм соответствующих сделок) и ответственности за их нарушение. Этим достигается также существенная законодательная экономия.
В.А. Дозорцев отмечал, что подобная кодификация отношений, связанных с результатами интеллектуальной деятельности, имеет смысл только при выделении неких уже объективно существующих общих положений . Эти общие положения служат сразу нескольким целям. Во- первых, они выделяют некоторые принципы, свойственные всем видам исключительных прав, и исключат неоправданный разнобой, появившийся в ходе развития. И главное здесь не законодательная экономия, а единообразие по существу, ликвидация дублирования и противоречий, дезорганизующих практику. Во-вторых, общие положения предполагают классификацию, дающую возможность в рамках единой системы выстроить внутреннюю дифференциацию, которая составляет основу различий в правовых режимах отдельных видов объектов. В-третьих, они позволяют легче выправить дефекты законодательства, которое при появлении новых видов отношений для начала часто подчиняются архаичным принципам, а потому испытывает сильное влияние консервативных, случайных и конъюнктурных факторов. В- четвертых, общие положения способствуют дальнейшему развитию, позволяя строить новую регламентацию не методом «проб и ошибок», а сознательно, опираясь на заранее установленные принципы. В-пятых, при появлении новых отношений, не регламентированных законом, для которых еще не создано специальное законодательство (а сейчас такие процессы происходят достаточно интенсивно), появляется возможность опираться на уже существующие общие положения закона, не испытывая трудностей полного правового вакуума. Точно так же будет обстоять дело и при неполноте специальных норм, относящихся к отдельным видам исключительных прав.
Наличие подлинных общих положений - существенно новая черта части четвертой ГК РФ. В мире уже существуют законодательные акты, объединившие в одном документе регламентацию отдельных видов исключительных прав (например, Кодекс интеллектуальной собственности Франции, Кодекс промышленной собственности Бразилии). Однако, они представляют собой чисто механическое собрание правовых норм, при отсутствии общих положений. Оно полезно, но не создает нового качества. Появился даже акт - Соглашение ТРИПС, заключенное в рамках ВТО, включающий не только набор разных видов исключительных прав, но и раздел, именуемый «общие положения». Однако, этот раздел содержит лишь определения понятий, а регламентация по существу настолько фрагментарна, что не может претендовать на создание единой системы. Тем не менее, необходимо констатировать, что появление таких актов свидетельствует о возникновении объективной потребности в создании единой системы исключительных прав, кодификации правовой регламентации. Эта потребность была учтена российским законодателем в тексте части четвертой ГК РФ.
Устранены пробелы и многие неоправданные расхождения в правовом регулировании сходных отношений, имеющиеся в действующих в настоящее время (до 1 января 2008 г.) законах по отдельным видам интеллектуальной собственности. Так,
Унифицирована (или сближена), используемая, в этой области законодательства терминология.
4) Со всей наглядностью для правоприменительной практики решён вопрос о соотношении норм об интеллектуальной собственности с общими правилами гражданского законодательства (о субъектах, сделках, обязательствах, договорах и др.). Включение норм об интеллектуальной собственности в ГК РФ автоматически влечёт за собой применение к этим отношениям общих правил, установленных Кодексом, за исключением случаев, для которых в самом ГК сделаны изъятия в виде специальных правил.
В процессе консолидации действующего законодательства об интеллектуальной собственности в виде раздела VII ГК РФ наряду с уже упоминавшимися кодификационными задачами решался также ряд задач, направленных на усовершенствование его содержания. В четвертую часть ГК включены не только традиционные, но и новые правовые институты в сфере интеллектуальной собственности. Одна группа этих институтов касается таких широко используемых на практике объектов охраны, как права на фирменные наименования, в отношении которых, тем не менее, до настоящего момента не существует единого законодательного регулирования.
Другая группа институтов является совершенно новой для российского законодательства. Речь идёт о таких новых правах, смежных с авторскими, как право изготовителя базы данных (ст. ст. 1333-1336 ГК РФ) и право публикатора произведения науки, литературы или искусства (ст. ст. 13371344), а также о новых правах на средства индивидуализации: в частности, праве на коммерческое обозначение. Охрана права изготовителя базы данных, права публикатора, права на коммерческое обозначение предусмотрена законодательством ряда иностранных государств и основана на международно-правовых актах, в частности, на Директивах Европейского союза.
В части четвертой ГК РФ учтена также необходимость обеспечения более полного и точного соответствия российского законодательства об интеллектуальной собственности существующим международным обязательствам России в этой сфере, а также перспектива её участия в Соглашении по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС), в связи с ожидаемым вступлением России в ВТО, и присоединения к Договору ВОИС 1996г. по авторскому праву и к Договору ВОИС 1996г. по исполнению и фонограммам. В целях достижения большей унификации российского законодательства с законодательством стран Европейского союза в ряде случаев были учтены также положения Директив ЕС по вопросам интеллектуальной собственности.
Раздел VII ГК РФ состоит из девяти глав:
Общие положения (глава 69, ст. 1225-1254);
Авторское право (глава 70, ст. 1255-1302);
Права, смежные с авторскими (глава 71, ст. 1303-1344). Глава 71 включает в себя общие положения, право на результат исполнения, право на фонограмму и видеозапись, право на передачу, сообщаемую в эфир или по кабелю, право на содержание базы данных, а также право публикатора на произведение науки, литературы или искусства;
Патентное право (глава 72, ст. 1345-1407). Эта глава включает в себя права на изобретение, полезную модель и промышленный образец;
Право на селекционное достижение (глава 73, ст. 1408-1447);
Право на топологии интегральных микросхем (глава 74, ст. 14481464);
Право на секрет производства (ноу-хау) (глава 75, ст. 1465-1472);
Права на средства индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг, предприятий и информационных ресурсов (глава 76, ст. 1473-1541). Данная глава ГК включает в себя право на фирменное наименование, право на товарный знак и знак обслуживания, право на наименование места происхождения товара и право на коммерческое обозначение.
9. Право использования результатов интеллектуальной деятельности в составе единой технологии (глава 77, ст. 1542-1551 ГК РФ).
Всё это свидетельствует о том, что идея (концепция) кодификации законодательных норм об интеллектуальной собственности в самостоятельной части четвертой (разделе VII) Гражданского кодекса Российской Федерации полностью отвечает потребностям общественной жизни.
Следует отметить, что изменения коснулись и ныне действующие части Гражданского кодекса. Так, поправки, внесенные в первую часть ГК РФ предусматривают также, что наряду с нематериальными благами (личная неприкосновенность, деловая репутация, личная и семейная тайны) защищаться будет изображение гражданина (фото, портреты, видеозаписи). В частности, глава 8 ГК РФ дополнена статьей 152.1 следующего содержания:
«Статья 152.1. Охрана изображения гражданина
Обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина. После смерти гражданина его изображение может использоваться только с согласия детей и пережившего супруга, а при их отсутствии - с согласия родителей. Такое согласие не требуется в случаях, когда:
использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах;
изображение гражданина получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования;
3) гражданин позировал за плату».
Глава 69 ГК РФ «Общие положения» содержит перечень результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана. Именно эти результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, как особые нематериальные объекты правовой охраны, в ст. 1225 ГК РФ объединены общим термином «интеллектуальная собственность». Права, возникающие в отношении интеллектуальной собственности, названы интеллектуальными правами и включают как личные неимущественные права, присущие авторам творческих достижений (право авторства, право на имя и др.), так и исключительное право, являющееся правом имущественным и, следовательно, объектом гражданского оборота, а также и некоторые иные права, которые нельзя однозначно отнести ни к содержанию исключительного права, ни к личным неимущественным правам (например, право доступа в авторском праве).
В статье 1229 ГК РФ раскрывается содержание исключительного права как права его обладателя использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Установлено также, что обладатель исключительного права (правообладатель) может распоряжаться этим правом по своему усмотрению, если иное не установлено Гражданским кодексом, в том числе путем отчуждения этого права по договору другому лицу или путем предоставления другому лицу права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в установленных пределах (выдачи лицензии).
Несколько статей в главе 69 ГК (ст. ст. 1233-1240) посвящены общей характеристике договора об отчуждении исключительного права и лицензионного договора, а также случаям перехода исключительного права к другим лицам без договора. В содержащихся в этой главе общих положениях также нашел отражение принцип ограниченного действия исключительного права во времени и в пространстве. Теперь при заключении лицензионного договора или договора об отчуждении исключительного права необходимо предусматривать размер вознаграждения или хотя бы порядок его определения, без этого договор будет считаться незаключенным.
В четвертой части ГК РФ получила развитие сфера, которая связана с созданием и обращением результатов интеллектуальной деятельности.
Существенное место в главе 69 ГК занимают вопросы защиты интеллектуальных прав, обладающие определенной спецификой (ст. ст. 1250-1252). Одни из способов защиты таких прав применяются независимо от видов их нарушений (например, пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения). Другие способы защиты прав в сфере интеллектуальной собственности подлежат применению лишь при наличии вины нарушителя (возмещение убытков, выплата компенсации и др.).
В ряде случаев в главу 69 ГК РФ вынесены вопросы, являющиеся общими не для всех, а лишь для большей или значительной части видов интеллектуальных прав. В частности, к таким вопросам следует отнести статью об авторе результата интеллектуальной деятельности (ст. 1228); нормы о деятельности организаций, осуществляющих коллективное управление интеллектуальными правами в сфере авторского и смежных прав (ст.ст. 1242-1243); положения о государственной регистрации результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации (ст. 1232); о патентных поверенных (ст. 1247), а также о патентных и иных пошлинах (ст. 1249), и некоторые другие положения этой главы.
Глава 70 ГК «Авторское право» основывается на традиционных принципах и положениях, относящихся к таким общим категориям авторского права как объекты, субъекты, их правомочия, сроки действия прав автора и др. В главу включены положения, касающиеся программ для ЭВМ и баз данных, которые и по действующему законодательству являются объектами авторского права, но до настоящего времени подпадали под регулирование отдельного закона (Закона «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных» от 23 сентября 1992г.).
Нормы главы 70 ГК учитывают тенденции международного регулирования в данной сфере, в частности, содержание Договора ВОИС по авторскому праву 1996г., а также Директив ЕС, посвященных авторскому праву. Ряд положений главы 70 ГК направлен на усиление охраны интересов авторов и их наследников.
Подробно определяются и регулируются личные неимущественные и имущественные права авторов и иных правообладателей, а также способы распоряжения этими правами. В целях усиления защиты прав авторов в новой части ГК РФ введен ряд новых положений. Через них реализуется принцип повышенной защиты интересов авторов, в частности закрепляется право автора-работника, не являющегося правообладателем, на получение от работодателя вознаграждения за создание и использование объекта авторского права в порядке выполнения служебного задания. Указанное право не зависит от того, будет ли работодатель впоследствии использовать служебное произведение или это право перейдет к другому лицу.
В новой части четвертой ГК РФ закреплено императивное правило, возлагающее на издателя обязанность начать использование произведения не позднее определенного срока, установленного в издательском лицензионном договоре. Наряду с мерами по усилению охраны имущественных прав авторов предусмотрены также меры, направленные на защиту их личных неимущественных прав, в частности - права автора на неприкосновенность произведения.
Также в законе учтена необходимость усиления борьбы с контрафактными произведениями, воспроизведены все гражданско-правовые санкции за нарушение этих прав, вводится, например, такая жесткая санкция в отношении так называемых грубых нарушений, как возможность ликвидировать само юридическое лицо или прекратить деятельность индивидуального предпринимателя, допустивших подобные нарушения. Кроме того, согласно ст. 1302 ГК РФ об обеспечении иска по делам о нарушении авторских прав предусмотрены средства защиты авторских прав в случаях, когда при наличии достаточных данных о нарушении авторских прав, органы дознания и следствия обязаны принять меры для розыска и наложения ареста на экземпляры произведения в отношении которых предполагается, что они являются контрафактными. Данное положение, в определенной мере, согласуется с ч. III Соглашения ТРИПС, которое является общепризнанным международным стандартом по защите прав на результаты интеллектуальной деятельности, применимыми в странах ЕС, Директивой 2004/48/ЕС от 29.04.2004 года по реализации прав интеллектуальной собственности, которой, в частности, предусматривается обеспечивание и сохранение доказательств, проведение мероприятий по уничтожению контрафактной продукции, а также материалов и оборудования предназначенного для ее создания.
Глава 71 ГК «Права, смежные с авторскими» содержит положения, имеющие целью охрану прав артистов-исполнителей, режиссеров- постановщиков спектаклей и дирижеров на результат исполнения; прав изготовителей фонограмм и видеозаписей; а также прав организаций эфирного и кабельного вещания на их передачи. Регламентация этих трёх самостоятельных категорий исключительных прав основана на положениях Римской конвенции об охране интересов артистов-исполнителей, производителей фонограмм и вещательных организаций 1961 г. и упоминавшегося Договора ВОИС по исполнениям и фонограммам 1996 г.
В этой главе ГК впервые в отечественное законодательство вводится насущно необходимая охрана исключительного права изготовителя базы данных на содержание такой базы данных (параграф 5 главы 71 ГК).
Регулирование в этой сфере опирается на опыт Директивы Европейского Парламента и Совета 96/9/ЕС от 11 марта 1996г. о правовой охране баз данных . Однако, в отличие от указанного документа, рассматривающего право изготовителя на содержание базы данных как специальное право (sui generis), в ГК РФ это право рассматривается, как смежное с авторским. Впервые в отечественном законодательстве предусмотрена также охрана исключительного смежного права публикатора, то есть гражданина, который впервые обнародовал произведение литературы, науки или искусства, отвечающее требованиям, предъявляемым ГК РФ к объектам авторского права, но не опубликованное в течение срока действия авторского права и перешедшее поэтому в общественное достояние, либо вообще никогда не охранявшееся авторским правом (параграф 6 главы 71 ГК). Регламентация этого права в ГК РФ опирается на содержание Директивы 93/98/ЕС от 29 октября 1993 г. о гармонизации срока действия охраны авторского права и некоторых смежных прав.
Глава 72 ГК «Патентное право» посвящена правовой охране изобретений, полезных моделей и промышленных образцов. Она содержит традиционные для патентного права положения, составляющие в настоящее время содержание Патентного закона Российской Федерации от 23 сентября 1992 г., в том числе включает необходимые для регламентации возникновения, существования и гражданского оборота патентных прав административно-правовые нормы, предусматривающие процедуру государственной регистрации объектов патентных прав и выдачи патентов. В главе 72 ГК значительное внимание уделяется содержанию исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец и способам распоряжения этим правом и подробно рассматриваются другие вопросы о патентных правах. Впервые, в качестве самостоятельного отчуждаемого права автора изобретения, полезной модели
или промышленного образца названо и сформулировано право на получение патента (ст. 1357).
В российском законодательстве в п.4 ст. 1349 ГК РФ в сфере патентного права, унифицирован перечень изобретений в области биотехнологий, на которые не выдается европейские патенты. К таким изобретениям относятся, в частности:
способы клонирования человека;
способы модификации генетической целостности клеток;
зародышевой линии человека;
использование человеческих эмбрионов в промышленных и коммерческих целях;
способы модификаций генетической целостности животных, которые приводят к их страданиях без какой-либо существенной пользы для человека или животного, а также животные, полученные такими способами.
Это соответствует таким международным документам, как п.1 ст.27 (3)(Ь) Соглашения ТРИПС, ст. 53 Европейской патентной конвенции, положениям п.2 ст.2 Директивы 98/44/ЕС о биотехнологических изобретениях. Представляется, что такой перечень в отечественном законодательстве восстанавливает баланс прав между заявителями в России и ЕС.
Глава 73 ГК «Право на селекционное достижение», посвященная объектам, охрана которых была введена на территории Российской Федерации Законом «О селекционных достижениях» от 6 августа 1993 г., в основном воспроизводит нормы этого Закона. В них внесены изменения, вытекающие из кодификации этих норм. Эти нормы о селекционных достижениях приведены в соответствие с общими началами охраны интеллектуальных прав, с сохранением специфики охраны селекционных достижений, вытекающей из особенностей самих биологических объектов.
Глава 74 ГК «Право на топологии интегральных микросхем» содержит правила, направленные на регулирование в отношении объектов, которым охрана впервые была предоставлена в России Законом «О правовой охране топологий интегральных микросхем» от 23 сентября 1993 г. В этом случае также решается задача приведения существующих положений о топологиях интегральных микросхем в соответствие с общими положениями об охране интеллектуальных прав при сохранении специфики правового регулирования в этой области.
Новой для российского законодательства является глава 75 ГК «Право на секрет производства (ноу-хау)». Эта категория объектов интеллектуальной собственности упоминалась в некоторых законодательных актах (прежде всего следует назвать Закон «О коммерческой тайне» от 29 июля 1995г.), но их правовой режим был определён в этих актах лишь фрагментарно, недостаточно и требует более подробного определения в законе. В главе 75 ГК РФ определяются признаки секрета производства, предусматриваются особенности договора об отчуждении права на секрет производства и соответствующего лицензионного договора (ст. ст. 14681469), а также определяются взаимоотношения работника и работодателя в связи с созданием служебного секрета производства (ст. 1470).
Глава 76 ГК «Права на средства индивидуализации юридического лица, товаров, работ, услуг и предприятий» содержит четыре параграфа, которые относятся к праву на фирменное наименование, праву на товарный знак и знак обслуживания, праву на наименование места происхождения товара, и праву на коммерческое обозначение. Средства индивидуализации отличаются от результатов интеллектуальной деятельности, которым посвящены все предыдущие главы раздела VII ГК (кроме главы 69), тем, что эти средства предназначены только для использования в коммерческом обороте и охраняются исключительно в целях защиты прав предпринимателей.
Параграф 1 главы 76 ГК РФ посвящен такому объекту как фирменные наименования, в отношении которых в настоящее время не существует единого законодательного регулирования.
В этом параграфе определены требования к содержанию фирменного наименования как объекта прав в сфере интеллектуальной собственности. В правилах этого параграфа установлено, что основанием возникновения исключительного права на фирменное наименование является государственная регистрация юридического лица, которому оно принадлежит. Важным изменением в правовом режиме фирменного наименования.... является прямой запрет распоряжения исключительным правом на фирменное наименование, в том числе путем его отчуждения или предоставления права использования по лицензионному договору (п. 2 ст. 1474 ГК РФ).
Правила о правовой охране товарных знаков и знаков обслуживания (параграф 2 гл. 76 ГК), а также о наименовании мест происхождения товаров (параграф 3 гл. 76 ГК) в основном восприняты из Закона «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» от 23 сентября 1992г., подробно регламентирующего связанные с этими объектами отношения. Изменения в этом случае коснулись в основном редакции и расположения отдельных статей с целью приведения положений о товарных знаках и наименованиях мест происхождения товаров в соответствие с общими положениями об охране интеллектуальных прав.
Параграф 4 главы 76 ГК РФ посвящен достаточно новому для российского права объекту коммерческим обозначениям, которые в отличие от фирменных наименований, индивидуализирующих юридическое лицо, должны индивидуализировать предприятие как производственную единицу (магазин, ресторан, фабрику и т.п.). Коммерческое обозначение в соответствии с ГК может быть использовано не только коммерческими юридическими лицами, но и индивидуальными предпринимателями. Коммерческие обозначения не требуют регистрации и не подлежат обязательному включению в единый государственный реестр юридических лиц. В ст. 1539 ГК РФ дается общая характеристика содержания исключительного права на коммерческое обозначение, предусматриваются ограничения в распоряжении этим правом: оно может перейти к другому лицу только в составе предприятия, для индивидуализации которого используется.
Глава 77 ГК РФ «Право использования результатов интеллектуальной деятельности в составе единой технологии», вводит понятие единой технологии, закрепляет сферу применения правил о праве на технологию, определяет право лица, организовавшего создание единой технологии, на использование входящих в ее состав результатов интеллектуальной деятельности. Также в этой главе закреплена обязанность практического применения единой технологии, перечислены права Российской Федерации и субъектов Российской Федерации на технологию, указаны особенности отчуждения права на технологию, принадлежащего Российской Федерации или субъекту Российской Федерации, определены общие условия передачи права на технологию и условия экспорта единой технологии. Положения этой главы делают государство хозяйствующим субъектом, что, как показала отечественная практика, государству не свойственно. В современных условиях, когда вопрос о развитии в России инновационных процессов стоит особенно остро, государство должно играть активную роль в построении хозяйственных механизмов, а не становиться одним из игроков на технологическом рынке.
Однако, унификационные процессы не затронули целый ряд положений, содержащихся в четвертой части ГК РФ. Необходимо обратить внимание на то, что эти положения противоречат требованиям международных конвенций и соглашений. Укажем на некоторые из них:
Статьи 1225, 1226 ГК РФ противоречат ст. 138 ныне действующего ГК РФ и ст. 2 Стокгольмской конвенции 1967 года (учредившей Всемирную Организацию Интеллектуальной Собственности), участницей которой является Российская Федерация, и иным международным соглашениям в плане содержания понятия «Интеллектуальная собственность». Согласно ст. 138 ГК РФ, интеллектуальная собственность - это исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполняемых работ или услуг. В то же время, ст. 1225 ГК РФ гласит, что интеллектуальной собственностью являются результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий. Как видим, налицо явное противоречие, причем носящее существенный характер. Термин «права интеллектуальной собственности» («intellectual property rights») в настоящее время является общепринятым. Во всех международных соглашениях, в национальных нормативно-правовых актах, в юридической доктрине сложилось устойчивое понимание данного термина в смысле статьи 2 Стокгольмской Конвенции. Для устранения данного противоречия со Стокгольмской конвенцией необходимо внести изменения в ст. 1225 ГК РФ, дополнив пункт 1 этой статьи подпунктом 17 следующего содержания «все другие права, относящиеся к интеллектуальной деятельности в производственной, научной, литературной и художественной областях». Тем самым, исчерпывающий перечень охраняемых объектов интеллектуальной собственности, зафиксированный в ст. 1225 ГК РФ, будет носить открытый характер, что позволит распространить правовую охрану на новые объекты интеллектуальной собственности, отвечающие требованиям вновь принятого ГКРФ.
Ст. 1234 ГК РФ носит название «Договор об отчуждении исключительного права». В то же время, в международных конвенциях (статья 6quater Парижской конвенции по охране промышленной собственности, статьи 9-bis и 9-ter Мадридского соглашения о международной регистрации знаков) и в ст. 21 Соглашения ТРИПС отсутствует понятие «договора об отчуждении права на объекты интеллектуальной собственности», а существует устоявшееся понятие об уступке прав на объект интеллектуальной собственности.
Статья 1239 ГК РФ («Принудительная лицензия») гласит: «в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, суд может по требованию заинтересованного лица принять решение о предоставлении этому лицу на указанных в решении суда условиях права использования результата интеллектуальной деятельности, исключительное право на который принадлежит другому лицу (принудительная лицензия)». Предусмотренная данной нормой «принудительная лицензия» противоречит запрету, установленном^ статьей 21 Соглашения ТРИПС, согласно которой «не разрешается принудительное предоставление лицензий на использование товарных знаков».
Пункт 2 ст. 1260 ГК РФ противоречит статье 2 Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений, в соответствии с которой охраняются сборники, представляющие результат творчества и по подбору и по расположению материалов одновременно (в то время как согласно п. 2. ст. 1260 ГК РФ «составителю сборника и автору иного составного произведения ... принадлежат авторские права на осуществленные ими подбор или расположение материалов»). Из п. 2 ст. 1260 ГК РФ не ясно, представляют ли результат творчества, осуществленные автором, подбор или расположение материалов .
Выделение программ для ЭВМ в качестве самостоятельного объекта интеллектуальной собственности (пп. 2 п. 1 ст. 1225 ГК РФ) противоречит статье 4 Договора ВОИС по авторскому праву 1996 г., согласно которой компьютерные программы охраняются как литературные произведения в смысле статьи 2 Бернской конвенции.
Понятие опубликования, данное в п. 1 ст. 1268 ГК РФ, противоречит ст. VI Всемирной (Женевской) конвенции об авторском праве 1952 г., согласно которой опубликованными считаются лишь такие выпущенные в обращение произведения, которые предназначены для читательского или зрительского восприятия. В то время как в п. 1 ст. 1268 ГК РФ опубликованием является выпуск в обращение экземпляров произведения для удовлетворения потребности публики, а не для читательского или зрительского восприятия. На мой взгляд, здесь отсутствует духовное начало в данной формулировке.
В статьях 1272-1279 ГК РФ, посвященных ограничениям авторских прав, законодатель по какой-то причине не указал, что эти ограничения не должны наносить ущерб нормальному использованию произведений, а также не должны необоснованным образом ущемлять законные интересы авторов, что прямо требуют ст. 9 Бернской конвенции, ст. 10 Договора ВОИС по авторскому праву 1996 г., ст. 16 Договора ВОИС по исполнениям и фонограммам 1996 г., статье 13 Соглашения ТРИПС. Данная норма, закрепляющая главный принцип применения ограничений исключительного права, закреплена в современном законодательстве всех стран ЕС в соответствии с указанными выше международными актами и Директивой Европейского Парламента и Совета 2001/29/ЕС от 22 мая 2001 г. «О гармонизации некоторых аспектов авторского права и смежных прав в информационном обществе» и имеет огромное значение, особенно в условиях использования объектов интеллектуальной собственности в цифровой среде. Отсутствие данной нормы в ГК РФ ущемляет универсально признанный принцип охраны прав автора. В то же время, указание на недопустимость нанесения неоправданного ущерба и на ущемление необоснованным образом законных интересов автора или иного правообладателя по непонятной причине содержится только в п. 4 ст. 1280 ГК РФ, посвященной свободному воспроизведению программ для ЭВМ и баз данных, а также декомпилированию программ для ЭВМ.
Установлена необходимость расширить права авторов на защиту своего произведения в случаях свободного его использования, предусмотренного ст.ст. 1272-1279 ГК РФ путем указания на тот факт, что в вышеперечисленных статьях ограничения не должны наносить ущерб нормальному использованию произведений, а также не должны необоснованным образом ущемлять законные интересы авторов.
Предлагается распространить данное положение и на случаи свободно использование произведений. Поэтому необходимо дополнить пунктом 2 ст. 1279 ГК РФ «Свободная запись произведения организацией эфирного вещания в целях краткосрочного пользования» в следующей редакции: применение положений, предусмотренного ст.ст. 1272-1279 ГК РФ не должно наносить неоправданный ущерб нормальному использованию произведений и не должно ущемлять необоснованным образом законные интересы автора или иного правообладателя.
В целях защиты приобретенных авторских прав гармонизация должна распространяться не только на сроки действия охраны, как таковые, но также и на определенные условия их применения, такие как дата, начиная с которой производится исчисления срока действия патента.
Европейская интеграция пошла по пути не принятия во внимание даты, когда произведение было обнародовано и стало доступным всеобщему сведению. В случае, когда для произведений срок действия охраны не был вычислен со дня смерти автора или авторов, и которые не стали, законным путем, доступны публике в течении 70 лет после их создания, охрана должна прекратиться. В этих случаях в российском законодательстве принимается во внимание дата обнародования такого произведения. То есть необходимо, чтобы произведение было обнародовано в течении 70 лет после смерти автора (п. 3 ст. 1281 ГК РФ «Срок действия исключительного права на произведение»). Таким образом, если момент, с которого исчисляется срок действия, не будет установлен, правовая охрана не наступает, что ущемляет права наследников автора.
В части четвертой ГК РФ не нашли своего отражения новые правомочия в области авторского права и смежных прав, получившие широкое распространение в международных правовых актах. Так, например, Директива Совета 92/100 EEC от 19 ноября 1992 года «О праве на прокат и праве на предоставление в безвозмездное временное пользование и некоторых правах, относящихся к авторскому праву в области интеллектуальной собственности» предусматривает, что авторам произведений, исполнителям, производителям фонограмм и аудиовизуальных произведений принадлежит исключительное право на предоставление в безвозмездное пользование, а также право на прокат своих произведений и объектов смежных прав. Однако в части четвертой ГК РФ право предоставлять во временное безвозмездное пользование произведений закреплено только за библиотеками (статья 1274 ГК РФ).
Статья 1304 ГК РФ, определяющая перечень объектов смежных прав, в качестве одного из объектов выделяет «сообщение передач эфирного или кабельного вещания, в том числе передач, созданных самой организацией эфирного или кабельного вещания, а также по ее заказу за счет средств другой организацией». Данное положение, на наш взгляд, требует уточнения с положениями Международной конвенции об охране интересов исполнителей, производителей фонограмм и вещательных организаций, согласно которой объектом прав вещательной организации является ее вещание как совокупность передаваемых в эфир или по кабелю звуков и изображений, которые могут включать объекты авторских или смежных прав. Поскольку ГК РФ не раскрывает понятие «передачи», из текста ст. 1304 ГК РФ вытекает, что объектом охраны является вещание передач, созданных организацией или по ее заказу, то есть по сути объектов авторских прав.
Приведенное в подпункте 4 пункта 1 ст. 1315 ГК РФ определение права на неприкосновенность исполнения как права «на защиту исполнения от всякого искажения, то есть от внесения в запись, в сообщение в эфир или по кабелю изменений, приводящих к извращению смысла или к нарушению целостности восприятия исполнения», на наш взгляд, противоречит пункту 1 статьи 5 Договора ВОИС по исполнению и фонограммам 1996г. Подпункт 4 п. 1 ст. 1315 ГК РФ дает исчерпывающий перечень оснований, определяющих право на неприкосновенность исполнения, в то время как п. 1 ст. 5 Договора ВОИС предусматривает в качестве основания и «иные изменения» способные нанести ущерб репутации автора, тем самым делает перечень оснований открытый.
Выявлено, что в области авторского право восстановлено право автора на неприкосновенность произведения, что в значительной мере расширяет право автора по сравнению с тем, что было заложено в пп.4 п. 1 ст. 15 Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах». Однако, ущемление прав авторов в определенной степени остается, поскольку в пп.4 п.1 ст. 1315 ГК РФ дается исчерпывающий перечень оснований, определяющих право на неприкосновенность исполнения.
Предлагается дополнить пп.4 п.1 ст. 1315ГК РФ словами: «а также от иных изменений, способных нанести ущерб репутации автора». Предлагается дополнить подпунктом 3 п. 6 ст. 1350 ГК РФ «Условия патентоспособности изобретения», в котором дать перечень вышеперечисленных объектов.
Пункт 1 ст. 1475 ГК РФ, в соответствии с которым «на территории Российской Федерации действует исключительное право на фирменное наименование, включенное в единый государственный реестр юридических лиц», находится в противоречии со ст. 8 Парижской конвенции по охране промышленной собственности (участницей которой является Российская Федерации с 1965 года), согласно которой фирменное наименование охраняется во всех странах Союза без обязательной подачи заявки или регистрации.
Статьи 1485 и 1520 ГК РФ оперируют понятиями «знак охраны товарного знака» и «знак охраны наименования места происхождения товара» соответственно. Вместе с тем, в международной практике существует устоявший термин «предупредительная маркировка». Более того, этот термин используется и в действующем российском законодательстве - в частности, в статье 180 УК РФ.
В связи с принятием 4 части ГК РФ возникает ряд серьезных проблем для владельцев товарных знаков. Положения 4 части ГК РФ о товарных знаках не предусматривает публикации заявки на товарный знак до его регистрации. Отсутствует процедура возражений заинтересованных третьих сторон до регистрации принятая более чем в 80% странах . Таким образом, отсутствие такого рода положений не отвечает требованию прозрачности.
Кроме того, в данном разделе не содержится положение о добросовестном использовании товарных знаков, вследствие чего простая ссылка на продукт или услугу с использованием соответствующего товарного знака может считаться нарушением. Предлагается дополнить ст. 1515 ГК РФ «Ответственность за незаконное использование товарных знаков» пунктом 6 следующего содержания: «добросовестное использование чужого товарного знака не признается нарушением права на товарный знак».
В заключение отметим, что развитие и совершенствование отечественного законодательства об охране результатов творческой деятельности тесно связано с развитием всей международной системы охраны интеллектуальной собственности. В настоящее время наблюдаются тенденции унификации и гармонизации российского законодательства с международным законодательством в этой сфере, однако необходима дальнейшая работа по совершенствованию отечественного законодательства, приведению его в соответствие с международными договорами и конвенциями.
<< | >>
Источник: Шелонина Ольга Борисовна.. Совершенствование российского законодательства в сфере интеллектуальной собственности с учетом европейского опыта интеграции в этой области [Электронный ресурс]: диссертация... кандидата юридических наук: 12.00.03. - Москва: РГБ, 2007. - (Из фондов Российской Государственной Библиотеки).. 2007

Скачать оригинал источника

Еще по теме 2.2. Анализ некоторых положений четвертой части Гражданского кодекса Российской Федерации с точки зрения соответствия требованиям международных конвенций и договоров:

  1. ОГЛАВЛЕНИЕ
  2. 2.2. Анализ некоторых положений четвертой части Гражданского кодекса Российской Федерации с точки зрения соответствия требованиям международных конвенций и договоров
  3. §1. Понятие и признаки предприятия как имущественного комплекса но Гражданскому законодательству Российской Федерации.
  4. §2. Понятие дорожно-транспортных преступлений и их место в системе Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации.
  5. ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  6. МЕДВЕДЕВ Д.А. НОВЫЙ ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: ВОПРОСЫ КОДИФИКАЦИИ
  7. Структура Гражданского кодекса Российской Федерации. Вопросы принятия части четвертой Гражданского кодекса как завершения кодификации гражданского законодательства
  8. ЯКОВЛЕВ В.Ф. ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: РАЗВИТИЕ ОБЩИХ ПОЛОЖЕНИЙ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА
  9. ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
  10. ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ЧАСТЬ ВТОРАЯ
  11. РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН О ВВЕДЕНИИ В ДЕЙСТВИЕ ЧАСТИ ВТОРОЙ ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  12. РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН О ВВЕДЕНИИ В ДЕЙСТВИЕ ЧАСТИ ВТОРОЙ ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  13. §2. Гражданский кодекс Российской Федерации 1994-1995 г. — новая «экономическая конституция» России
  14. Определение Конституционного Суда РФ от 6 июня 2002 г. № 115-0 Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки мартыновой евгении Захаровны на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 779 и пунктом 2 статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации
  15. Пределы свободы договора в Гражданском кодексе Российской Федерации и Принципах международных коммерческих договоров
  16. Глава 1. Определение имущественного комплекса как объекта прав по Гражданскому кодексу Российской Федерации
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -