<<
>>

ПРИЛОЖЕНИЕ С СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ УГОЛОВНОЙ ПОЛИТИКИ ГОСУДАРСТВА В ОТНОШЕНИИ БИЗНЕСА

(ДОКЛАД ЦЕНТРА ПРАВОВЫХ И ЭКОНОМИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ)

1. Трудности понимания юристами терминологии.

2. Использование различных «реперных точек», применение которых позволяло бы уйти от обвинений в необъективно­сти характеристик.

3. Графики: гаответствие законодательства транзитных стран «стандарту де факто»; уголовная ответственность в сфере предпринимательской деятельности, анализ правоприме­нительной практики; снижение (рост) общего количества преступлений и преступлений в сфере экономики.

4. Уголовная репрессия в отношении предпринимателей — один из факторов, влияющих на состояние инвестицион­ного климата в стране.

5. Графики: действующие и ликвидированные субъекты эко­номической деятельности; ввоз—вывоз частного капитала из России; прямые иностранные инвестиции в Россию.

6. Расходы системы исполнения наказаний на содержание осужденных не обеспечивают требуемого уровня жизни в пенитенциарных учреждениях.

7. Уголовное преследование предпринимателей ведет к пол­ной или частичной утрате ими собственности (бизнеса).

8. «Ущерб» от преступлений экономической направленно­сти — в абсолютном выражении и в процентах от ВВП.

9. Криминализация деяний в сфере экономики в различных транзитных странах

1. Проблема социальных и экономических последствий поли­тики, осуществляемой государством в отношении бизнеса сред­ствами установления уголовного закона, уголовно-процессуаль­ного преследования и уголовной репрессии (уголовная политика в сфере экономики), порождает трудности даже на уровне пони­мания терминологии, усвоенной и используемой юристами, но мало знакомой не только широкой общественности, но и профес­сионалам в других областях деятельности. Попытки объективной оценки социально-экономических последствий уголовно-право­вой политики государства в отношении бизнеса (которая по усто­явшейся среди российских и зарубежных юристов терминологии именуется чрезмерной криминализацией или сверхкриминализа­цией предпринимательской деятельности) даже на стадии поста­новки проблемы и определения направлений возможного анализа наталкиваются на существенные трудности, среди которых мож­но назвать следующие:

• значительное количество специалистов (в том числе имею­щих опыт работы в правоохранительных органах либо аффи­лированных с ними или имеющих совпадающие интересы) отрицают, что в России имеется чрезмерная криминализа­ция (сверхкриминализация) предпринимательской деятель­ности, утверждая, что такая характеристика существующей уголовной политики основывается исключительно на субъ­ективных оценках;

• официальная уголовная статистика недостаточно информа­тивна, имеет много белых пятен, весьма противоречива, не имеет единого стандарта;

• экономическая и социальная статистика не ориентирована на получение данных о социальных и экономических по­следствиях (эффектах) и стоимости уголовной политики, осуществляемой в сфере экономики;

• ситуация в уголовной политике в сфере предприниматель­ской деятельности является динамической и зависит не только от уголовного закона, но и весьма существенно — от практики его применения;

• методики определения и измерения экономических и соци­альных эффектов (последствий) уголовной политики либо отсутствуют, либо находятся на стадиях постановки пробле­мы или иных начальных стадиях профессионального анализа;

• анализ уголовной политики в сфере предпринимательской деятельности, ориентированный на общественный интерес и на объективное измерение экономических затрат и потерь, встречает системное сопротивление со стороны бенефициа­ров существующей уголовной политики, реальные интересы которых нередко не совпадают с декларируемыми публич­ными интересами.

2. Утверждение о наличии в России чрезмерной криминализа­ции предпринимательской деятельности некоторыми специали­стами подвергается сомнению, поскольку, как правило, опреде­ление этого состояния основывается на экспертных оценках, не подкрепляемых объективированными данными. Проблема услож­няется еще и тем, что не только в общественном сознании, но и на уровне профессиональных оценок отсутствует консенсус о том, ка­кие модели девиантного (отклоняющегося, оппортунистическо­го) поведения в сфере экономики следует считать преступления­ми, подлежащими запрету и наказанию посредством уголовной репрессии. Поэтому крайне важным является использование раз­личных «реперных точек», применение которых позволяло бы уйти от обвинений в необъективности характеристик, основанных ис­ключительно на экспертных оценках. Применительно к анализи­руемой проблеме в качестве ориентиров для сравнения может быть избрано уголовное законодательство стран, находящихся в сход­ном с Россией общественно-экономическом состоянии или не­давно вышедших из такого состояния.

Анализ уголовного законодательства России и пяти других стран (Белоруссия, Казахстан, Украина, Латвия, Чехия), находящихся на различных, но сходных или смежных стадиях социально-экономи­ческого транзита, показывает значительный разброс в криминали­зации деяний в сфере экономической деятельности законодателя­ми различных стран (Приложение, табл. 1). Из 66 зафиксированных в этих странах составов правонарушений в сфере экономической деятельности лишь 8 (12,12 процента) признаются преступлениями во всех странах. Еще 8 деяний признаются преступлением во всех странах, кроме одной. Это свидетельствует о том, что в рассматри­ваемых странах уровень международного консенсуса (с допущени­ем одной «погрешности») относительно криминальности или не- криминальности деяний в сфере экономической деятельности не превышает 25 процентов.

Характерно количество составов в сфере предпринимательской деятельности, установленных уголовным законом различных стран: Россия — 36, Казахстан — 34, Белоруссия — 31, Чехия — 30, Латвия — 28, Украина — 25. При этом Чехия, где с 01.01.2010 действует новый Уголовный кодекс, наверстала «отставание» не за счет традицион­ных для бывших социалистических стран составов, а за счет крими­нализации «новых» (а иногда — в некотором смысле экзотических) деяний — таких как махинации и предоставление незаконных пре­имуществ при государственных закупках, подделка произведений искусства, «легализация по халатности». Тем самым Россия демон­стрирует, что она является формальным лидером в криминализации правонарушений в сфере экономической деятельности.

В условиях отсутствия широкого консенсуса о характере и переч­не правонарушений в сфере экономики, подлежащих криминали­зации, показательным является отклонение уголовного закона той или иной страны от некоторого стандарта, который складывается фактически в связи с распространенностью криминализации в уго­ловном законодательстве рассматриваемых стран того или иного вида девиантной экономической деятельности (стандарт де-фак­то). Из 36 закрепленных в УК РФ правонарушений 4 признаются преступлением только в России, 6 признается преступлением толь­ко в России и еще в одной из рассматриваемых стран (в 5 случаях — Белоруссия, в 1 — Казахстан). Что касается соответствия уголовной регламентации указанному стандарту де-факто, то ситуация выгля­дит следующим образом. 25 из 36 закрепленных в УК РФ составов также криминализованы в половине или большинстве рассматри­ваемых стран (69 процентов соответствия стандарту де-факто). Для других стран этот показатель выглядит следующим образом: Бело­руссия — 22 из 31 (71 процент), Казахстан — 27 из 34 (79 процен­тов), Латвия — 21 из 28 (75 процентов), Украина — 18 из 25 (72 про­цента), Чехия — 19 из 30 (63 процента) (график 1).

Понимание характера норм об уголовном преследовании пред­принимателей в различных уголовных кодексах дает основа­ние утверждать, что Россия и Чехия, обнаруживающие наимень­шее соответствие стандарту де-факто уголовного преследования

График 1. Соответствие законодательства транзитных стран стандарту де-факто уголовной ответственности в сфере предпринимательской

деятельности

за девиантную экономическую деятельность, в действительности демонстрируют правило «крайности сходятся». Россия, не отка­завшись от традиционного для постсоветских стран стандарта уго­ловного преследования предпринимателей, стала активно допол­нять его уголовной репрессией за «новые» деяния, возникающие в условиях частнопредпринимательской экономики, в том числе за те, которые, по сути, представляют собой частные (корпоратив­ные) деликты, уголовную ответственность за которые развитые пра- вопорядки не устанавливают, поскольку защита законных прав и интересов здесь эффективно осуществляется судом в неуголовном процессе. Чехия же, приняв новый УК, необходимый в новых эко­номических условиях (на что прямо указывалось в ходе законопро­ектных работ), существенно уменьшила поле уголовной репрессии в сфере экономики по сравнению с рассматриваемым стандартом де-факто. Поэтому данные отклонения уголовного закона России и Чехии от стандарта де-факто говорят о прямо противоположных тенденциях: Чехия отклоняется от стандарта в связи с минимиза­цией пространства для уголовной репрессии в экономике, а уголов­ная политика России, напротив, развивается в направлении обшир­ной уголовной экспансии в сферу бизнеса.

3. Оценка уровня криминализации предпринимательской дея­тельности не может быть основана только на констатации коли­чества составов преступлений, установленных уголовным зако­ном для этой сферы деятельности. Необходим анализ правоприме­нительной практики. Общая картина активности по применению уголовной ответственности в отношении предпринимателей мо­жет быть выявлена путем сравнения трендов общего уровня пре­ступности и уголовного преследования за деяния в сфере эконо­мики (график 2).

Статистические данные показывают, что уголовное преследо­вание за деяния экономической направленности с 2006 по 2009 год росло большими (или снижалось меньшими) темпами, чем рост или снижение общего уровня преступности. При этом разни­ца в указанных трендах была максимальной в 2003—2004 годах и 2008-м. В 2003—2004 годах рост общего количества преступлений на 11—15 процентов превышал рост преступлений в сфере эко­номики. В 2007—2008 годах правоохранительная практика проде­монстрировала расходящиеся тренды: при общем снижении ко­личества преступлений тренд уголовного преследования предпри­нимателей вырос и разница этих трендов составила 15 процентов.

динамика общего состояния преступности

(в % к предыдущему году)

динамика преступЩения в сфере экономики

(в % к предыдущему году)

График 2. Снижение (рост) общего количества преступлений и преступлений в сфере экономики (расчет на основании даннъх Росстата)

В 2009—2010 годах разница в темпах снижения общего коли­чества преступлений и преступлений в сфере экономики была ре­кордной и составила более 22 процентов. Такое резкое снижение уголовного преследования предпринимателей было связано глав­ным образом с внесением 29.12.2009 в Уголовно-процессуальный кодекс новеллы о запрете предварительного заключения под стра­жу за совершение преступлений в сфере предпринимательской де­ятельности. Эти данные дают веские основания полагать, что не менее 22 процентов активности правоохранительных органов по возбуждению уголовных дел против предпринимателей до 2010 го­да имели самоцелью заключение под стражу, вне зависимости от дальнейшей судебной перспективы дела.

Статистические данные показывают, что начиная с 2004 го­да для уголовного преследования предпринимателей характерно возбуждение уголовных дел сразу по нескольким статьям Уголов­ного кодекса в количестве, заметно превышающим этот показа­тель для всех преступлений в целом (график 3). Причем такая на­правленность правоприменительной практики является очевид­ной тенденцией: расхождение в среднем количестве преступлений в расчете на одно лицо, привлеченное к уголовной ответственно­сти по преступлениям в целом (без преступлений экономической направленности) и по преступлениям в сфере экономики, посту­пательно нарастало, составив в 2006 году 8,65 процента, в 2007-м — 11 процентов, в 2008-м — 19,62 процента, в 2009-м — 35,54 про­цента, в 2010-м — 38,84 процента.

Такая практика более интенсивно в сравнении со средним уровнем уголовной репрессии приводит к тому, что наказание предпринимателям назначается судом путем сложения наказаний, что, как правило, приводит к осуждению на более длительные сро­ки лишения свободы. Это подтверждается и данными о доле тяж­ких и особо тяжких преступлений в общем числе преступлений применительно к общей массе преступлений и к преступлениям в сфере экономики (график 4).

> число преступлений на одно лицо по неэкономическим преступлениям -♦- - число преступлений на одно лицо по экономическим преступлениям

График 3. Среднее количество зарегистрированных преступлений на одно лицо, привлеченное к уголовной ответственности (расчет на основании данных Росстата и МВД)

53,76

60,00 -

50,00 -

47,93

38,14

37,64

26,52 26,59

40,30

2004

2005

2006

2007

2008

2009

2010

2011

^^H процент тяжких и особо тяжких преступлений в общем числе преступности процент тяжких и особо тяжких преступлений в преступлениях экономической направленности

40,00

30,00

20,00

10,00

0,00

График 4. Соотношение доли тяжких и особо тяжких преступлений в общем количестве преступлений и в преступлениях в сфере экономики (расчет на основании данных Росстата и МВД)

250 000 -і

■ГіЯ I ■ 160081 ^.. I ■ I 4 ^ 6 I"1'! "I I 4

192490 188723

200000 - ■

150000 - 100000 - ■

50000 - 0

2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010

Одной из тенденций в практике уголовного преследования предпринимателей является возбуждение против бизнесменов уголовных дел не только по статьям, относящимся к главе УК о преступлениях в сфере экономической деятельности, но и по так называемым «общеуголовным» статьям — дел по обвинению в мо­шенничестве, растрате «экономической направленности».

Чрезмерная криминализация предпринимательской деятель­ности проявляется и в масштабах уголовного преследования биз­неса. За 2000—2010 годы в связи с предпринимательской дея­тельностью уголовной репрессии было подвергнуто такое число лиц, которое составляет 15,2 процента от общего числа субъек­тов экономической деятельности (коммерческие организации,

80 000 70 000 60 000 50 000 40 000 30 000 20 000 10 000 0

График 5. Общее число зарегистрированных мошенничеств и деяний, зарегистрированных как мошенничества экономической направленности (данные МВД)

2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010

^^Ш общее число зарегистрированных растрат

деяния, зарегистрированные как растраты экономической направленности

График 6. Общее число зарегистрированных растрат и деяний, зарегистрированных как растраты экономической направленности

(данные МВД)

^^Ш общее число зарегистрированных мошенничеств деяния, зарегистрированные как мошенничества экономической направленности

2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010

^^^1 общее количество выявленных преступлений экономической направленности число преступлений, дела по которым переданы в суд (расследованы)

36,61 процент деяний, безосновательно зарегистрированных в качестве преступлений

График 7. Преступления экономической направленности: соотношение числа выявленных, расследованных (переданных в суд) и безосновательно зарегистрированных деяний (расчет на основании данных МВД)

индивидуальные предприниматели, фермеры) по состоянию на 2010 год (расчет на основании данных Росстата, МВД и ФНС). По экспертным оценкам, в настоящее время число находящихся в ме­стах лишения свободы лиц, осужденных в связи с предпринима­тельской деятельностью, превышает 100 000 человек[486].

4. Прямым экономическим последствием чрезмерной крими­нализации предпринимательской деятельности являются бюд­жетные расходы на безосновательное и не завершающееся при­говором уголовное преследование бизнесменов. Для уголовного преследования за преступления экономической направленности характерен существенный разрыв между выявленными (зареги­стрированными) преступлениями и преступлениями, дела по ко­торым переданы в суд (расследованы) (график 7).

Таким образом, можно дать экспертную оценку, что от 26 до 40 процентов бюджетных расходов на уголовное преследование предпринимателей тратятся с обратным экономическим резуль­татом, так как этими средствами «оплачивается» полное или ча­стичное подавление легального бизнеса, то есть социального меха­низма, обеспечивающего экономический рост.

5. Обширная уголовная репрессия в отношении предприни­мателей является одним из факторов, влияющих на состояние

9 000 000-i 8000000 - 7000000 - 6000000 - 5 000 000 - 4 000 000 - 3 000 000 - 2000000 - 1000000-

2006

^^H общее число зарегистрированных

субъектов экономической деятельности (СЭД) число ликвидированных за год субъектов экономической деятельности 59,98... число ликвидированных за год СЭД в процентном отношении к общему числу действующих СЭД

2007

2008

2009

2010

2011

Данные о действующих (указанных в государственных реестрах) и ликвидирован­ных за год субъектов экономической деятельности (коммерческие организации, индивидуальные предприниматели, фермеры) (расчет на основании данных ФНС)

График 8. Действующие и ликвидированные субъекты экономической деятельности

инвестиционного климата в стране. Жесткая уголовная полити­ка в сфере экономики стала причиной возникновения в России такой фобии, как страх перед ведением бизнеса (так называемый эффект окрашенной скамейки). Страх бизнеса, вызываемый рис­ком утратить собственность или свободу, порождает целый ряд по­следствий: отказ от ведения предпринимательской деятельности (график 8), бегство капиталов (график 9), эмиграция бизнесме­нов (графики 11—12).

Степень влияния уголовной политики в сфере экономики на состояние инвестиционного климата относится многими специа­листами к невычисляемой величине, однако комплексное рассмо­трение этой проблемы позволяет говорить о том, что в ряде случаев влияние жесткой уголовной репрессии (боязнь потерять в резуль­тате этого собственность и свободу) оказывается более весомым фактором, создающим мотивацию для изъятия капиталов из рос­сийской экономики и эмиграции бизнесменов, чем даже волны экономического спада-подъема, коррупция, произвол чиновни­ков (так называемые «административные барьеры»).

Рост числа ликвидированных субъектов экономической дея­тельности, демонстрирующий устойчивое увеличение числа 150 100 50 0

114,7

120,9

81,7

40,5 53,7 55,1 I
11

-24,8

14,3

-

-15

19,8

-8,1

29,7

J

-1,9

_ :

-8,9

L

-0,1

■:

41,4

(мл эд долл аров)

103,8 81,9

133,7

-50 -100 -150

2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010

^^H ввоз—вывоз частного капитала иностранные инвестиции

График 9. Ввоз—вывоз частного капитала из России (данные ЦБ России), прямые иностранные инвестиции в Россию (данные Росстата)

предпринимателей, отказывающихся от ведения предпринима­тельской деятельности, трудно признать следствием исключитель­но экономических причин, поскольку увеличение числа лиц, от­казавшихся от ведения бизнеса, во временных периодах никак не коррелируется с периодами экономического роста (спада). С 2006 по 2011 год число предпринимателей, прекративших свою дея­тельность, постоянно нарастало и в 2011 году составило более 94 процентов к числу действующих (зарегистрированных) субъектов экономической деятельности.

Статистика вывоза—ввоза капитала частным сектором и ино­странных инвестиций (график 9) свидетельствует о том, что вывоз капитала по сути представляет собой бегство капитала не столько из страны, сколько из сложившегося в России реального правопо­рядка, агрессивного в отношении бизнесменов и собственности, используемой в предпринимательской деятельности. Подтвержде­нием этого является статистика по прямым иностранным инвести­циям в Россию различных стран (график 10 на с. 442): страны, яв­ляющиеся явными лидерами во ввозе в страну капитала, относятся к традиционным «финансовым гаваням», и основная доля «ино­странных» инвестиций из этих стран в Россию представляет собой форму возврата в страну российского капитала, желающего прио­брести дополнительные юридические гарантии иностранным ин­весторам, предоставляемые законом или существующие де-факто.

Происходит и активная эмиграция бизнесменов. По данным проведенного ЦеССИ (Институт сравнительных социальных ис­следований) опроса предпринимателей о вероятности их отъезда за рубеж в ближайшие 5 лет, 17 процентов бизнесменов серьезно

„ Франция 2,28% Прочие страны 15,14% Гибралтар 2,68%

Бермуды 7,12%

График 10. Прямые иностранные инвестиции в Россию (расчет на основании данных ЦБ России по состоянию на январь 2010 года)

Швеция 3,06%

США 3,65%

Люксембург 3,77%

Германия 4%

Багамы 4,89%

рассматривают возможности отъезда из страны. При этом наи­больший процент бизнесменов, твердо намеренных уехать из стра­ны, составляют владельцы бизнеса (6 процентов) и предпринима­тели, работающие в малом бизнесе (до 100 человек) (9 процентов). Кроме того, эта оценка эмиграционных настроений может быть су­щественно скорректирована с учетом данных о том, что 7 процен­тов предпринимателей уже находятся за границей 4 и более меся­цев в год (график 11).

Примерно 7 процентов бизнесменов находятся в эмиграции или в состоянии ползучей (скрытой) эмиграции. С учетом 6 про­центов не пожелавших ответить на вопрос, бывают ли они за гра­ницей (основным объяснимым мотивом чего, вероятно, следует считать то, что бизнесмен уже проживает за границей), можно вы­сказать обоснованное предположение, что не менее 10 процентов российских предпринимателей уже эмигрировали или находят­ся в состоянии скрытой эмиграции. Это косвенно подтверждает­ся и данными ЦеССИ о том, что примерно у 12 процентов опро­шенных бизнесменов дети учатся (и, соответственно, прожива­ют) за границей.

Показательны мотивы эмиграционных настроений бизнеса (график 12): абсолютным лидером в мотивации отъезда предпри­нимателей является правовая незащищенность их и их собствен­ности (19 процентов). В совокупности с ответом «могут посадить в тюрьму» (5 процентов) эта цифра, даже без учета таких мотивов, как произвол чиновников (10 процентов) и коррупция (9 процен­тов), составляет 24 процента, в разы опережая любую иную моти­вацию к эмиграции.

42%

6%

6%

5%

1%

Отказ от ответа

Более 6 месяцев

Вообще не Менее 1 1—3 месяца 4—6 месяцев

ездит за рубеж месяца в году в году в году

График 11. Сколько времени российские бизнесмены проводят за рубежом (данные ЦеССИ)

Правовая незащищенность, частная собственность не защищена

Низкое развитие рынка, качества жизни, все дорого и плохо

Нет поддержки со стороны государства

Давление со стороны чиновников | произвол чиновников

Коррупция, нет возможности вести честный бизнес

Не хватает чувства безопасности

Незащищенность от чиновников, могут разрушить бизнес

Нет стабильности Нет четких правил ведения бизнеса | условий Опасно, могут посадить в тюрьму Никто не уезжает (только олигархи) Уезжают те, кто хочет скрыть нечестные доходы Не хватает комфорта для жизни

Высокие налоги | нужно изменить налоговое законодательство

Другое

Затрудняюсь ответить

19%

11%

10%

10%

9%

8%

7%

6%

6%

5%

5%

4%

4%

4%

21%

10%

График 12. Ответы бизнесменов на вопрос, почему вы хотите уехать из России (данные ЦеССИ)

6. Расходы системы исполнения наказаний на содержание осужденных не обеспечивают требуемого уровня жизни в пени­тенциарных учреждениях, однако они велики в сравнении с ре­альным уровнем жизни в стране и составляют в расчете на одного заключенного суммы, сравнимые со средней заработной платой и превышающие среднюю пенсию (график 13).

С учетом того, что отношение числа лиц, совершивших пре­ступления в сфере экономики, к общему числу лиц, совершив­ших преступления, в последние годы, согласно расчетам на осно­вании данных Росстата, составляло 6—7 процентов, можно оце­ночно определить, что такой же процент бюджетных расходов на содержание системы исполнения наказаний связан с содержани­ем лиц, осужденных за преступления в сфере экономики.

7. Хотя действующим уголовным законом конфискация иму­щества, которое не относится к добытому преступным путем, не установлена и утрата собственности предпринимателем, обвиняе­мым в совершении преступления экономической направленности, предусмотрена только в пределах штрафов, установленных соот­ветствующими статьями Уголовного кодекса, а также в размерах

20 000

2003

2004

2005

2006

2007

2008

2009

2010

^^Ш средняя заработная плата за вычетом подоходного налога

средняя пенсия I I расходы бюджета на содержание службы исполнения наказаний в пересчете на одного заключенного в месяц (Показатель 3)

процентное соотношение Показателя 3 к средней заработной плате

График 13. Соотношение средней заработной платы, средней пенсии и бюджетных расходов на содержание системы исполнения наказаний в пересчете на одного заключенного в месяц (расчеты на основании данных государственного бюджета, ФСИН и Росстата)

ущерба, реально причиненного потерпевшим (при наличии тако­вых), на практике уголовное преследование предпринимателей, как правило, ведет к полной или частичной утрате ими собствен­ности (бизнеса). Такая утрата собственности в большинстве слу­чаев происходит вне зависимости от обоснованности уголовного преследования (наличия или отсутствия обвинительного пригово­ра суда). Потеря бизнеса нередко происходит уже на стадии пред­варительного расследования — либо в связи с гибелью бизнеса, оставшегося без управления, либо в связи с отказом обвиняемо­го от бизнеса в пользу лиц, в чьих интересах действует следствие. Частичная утрата собственности предпринимателем происходит также вследствие коррупции — в результате попыток откупиться от уголовного преследования.

Количественные показатели указанных экономических потерь поддаются лишь частичной оценке. Однако если даже исходить из гипотезы, что объектом уголовного преследования является толь­ко мелкий бизнес (малые предприятия), то исходя из количества лиц, в отношении которых ежегодно осуществляется уголовное преследование по делам в сфере экономики, и учитывая данные о среднем обороте малых предприятий, можно констатировать, что в результате уголовного преследования в стране ежегодно гиб­нет или подвергается угрозе гибели бизнес, общий оборот которо­го составляет не менее 467 млрд рублей в год (табл. 2). Если исхо­дить из того, что объектом уголовного преследования в действи­тельности являются не только малые предприятия, то сумма этих потерь (рисков), вероятно, может быть мультиплицирована.

Таблица 2

Расчет минимальных потерь (рисков) экономики от уголовного преследования бизнеса

Среднее число привлеченных к уголовной ответственности по делам экономической направленности в год (расчет на основании данных Росстата за 2004—2009 годы) 88 741,00
Количество предприятий, затронутых уголовным преследованием (из расчета 2 человека на предприятие) 44 370,50
Средний годовой оборот малого предприятия (рублей) (расчет на основании данных Росстата за 2009 год) 10 529 235,57
Оборот предприятий, ставших объектом уголовного преследования (рублей в год) 467 187 446 858,69

1600,00 -|

1400.0 -

1200.0 - 1000,00 -

800,00 - 600,00 -

400.0 -

200.0 - 0

13 99, 60
10 75, 70
275,40 223,80

........ 127,60...... ............. 142,50.......

176,42
1,68 6,48 j0,47 0,67 0,35 2,77____ 0,36

2004

2005

2006

2007

2008

2009

2010

«ущерб» от преступлений экономической направленности, млрд руб.

1,68... в процентах ВВП

График 14. «Ущерб» от преступлений экономической направленности — в абсолютном выражении и в процентах ВВП (данные МВД, расчет на основании данных Росстата)

Размеры экономических потерь от реализации жесткой уго­ловной политики в отношении предпринимателей могут быть существенно уточнены с учетом официальной статистики МВД о материальном ущербе от преступлений экономической направ­ленности (график 14).

Понимание особенностей диспозиций статей уголовного за­кона о преступлениях в сфере экономической деятельности (для которых характерно установление уголовной ответственности не только за причинение ущерба, но и за получение дохода), а так­же особенностей практики уголовного преследования предпри­нимателей позволяет определить, что официальная статистика об «ущербе» от преступлений экономической направленности в дей­ствительности в основной массе представляет собой сведения не о фактическом ущербе (который по уголовным делам в отноше­нии предпринимателей в подавляющем большинстве случаев от­сутствует), а сведения о размерах дохода, полученного предпри­ятиями, владельцы, руководители или персонал которых стали обвиняемыми по уголовным делам экономической направленно­сти, а также сведения о стоимостном выражении коммерческих сделок (транзакций), которые правоохранительными органами были квалифицированы как преступные деяния (что, в частно­сти, стало фактическим стандартом по делам о «предпринима­тельских» мошенничестве, присвоении, растрате, легализации, вымогательстве).

Показательной является статистика за 2004—2005 и 2008—

2009 годы, которая обнаружила «взрывной» (более чем в 5—7 раз) рост «ущерба» по делам экономической направленности. Такой резкий рост данных был вызван включением в статистику 2005 го­да «ущерба», установленного по так называемому делу «Юко­са». На статистику 2009 года также, по всей видимости, повли­яли «второе дело Ходорковского — Лебедева» с суммой «ущер­ба», приравненного фактически к обороту крупнейшей нефтяной компании, а также уголовные дела против других крупных ком­паний (в частности, в этот период времени осуществлялось уго­ловное преследование в отношении руководителей и персонала фонда Hermitage Capital Management, владельцев компаний «Ар- бат-Престиж», «Евросеть», а также в отношении других крупных компаний).

Дело «Юкоса» не только было первым в смысле фиксации уголовной статистикой рекордного «ущерба», исчисляемого не­сколькими процентами ВВП (6,48 процента), но и задало своеоб­разный стандарт исчисления «ущерба» по уголовным делам. Ис­пользование этого стандарта приводит к тому, что данные о ре­альном ущербе составляют лишь крайне незначительную часть статистики об «ущербе» от преступлений экономической направ­ленности. Кроме того, дело «Юкоса» важно для понимания по­следствий уголовного преследования предпринимателей, когда стандартным результатом такого преследования является прекра­щение бизнеса, ставшего объектом уголовной репрессии, и как следствие этого — принудительный передел собственности, су­ществовавшей и использовавшейся в таком бизнесе.

С учетом некоторых погрешностей, которые принципиально не меняют общую картину, можно констатировать, что в 2004—

2010 годах объектом уголовного преследования стали пред­приятия, годовой доход которых составлял от 0,35 процента до 6,48 процента ВВП. Таким образом, чрезмерная криминализация предпринимательской деятельности и жесткая уголовная полити­ка в сфере экономики имели своим следствием то, что за послед­ние годы в результате уголовных преследований ежегодно прекра­щали свою деятельность предприятия, доход которых в среднем составлял около 1,82 процента ВВП (суммарно 12,75 процента ВВП за 2004—2010 годы).

Криминализация деяний в сфере экономики в различных транзитных странах

bgcolor=white>-
Виды преступлений в сфере эко­номической деятельности Россия Бела­

русь

Казах­

стан

Укра­

ина

Латвия Чехия
1 Незаконное предпринимательство + + + - + +
2 Операции с немаркированными товарами (без марок и чеков) + + + + - +
3 Незаконная банковская деятельность + - + + - -
T Легализация + + + + + +
J_ Самолегализация + + - - - -
6 Незаконное получение креди­та (льгот) + + + + + -
7 Уклонение от погашения креди­торской задолженности + + - - - -
8 Ограничение конкуренции (мо­нополистическая деятельность) + + + - + +
9 Фальсификация реестров (декла­раций) компаний, имущества + - + + + -
10 Незаконное использование товар­ного знака + + + + + +
11 Нарушение авторских и смеж­ных прав + + + + + +
12 Нарушение изобретательских и патентных прав + + + + + +
13 Ложные измерения (пробирные клейма) + + - + +
Л Нарушение коммерческой тайны + + + + + +
15 Подкуп организаторов и участни­ков конкурсов (соревнований) + + - - - -
16 Злоупотребления при эмиссии ценных бумаг + + + - + +
17 Сокрытие информации о компа­нии (собственности) + - + + + +
18 Нарушение порядка учета ценных бумаг и сделок с ними + - + + - -
Л Манипулирование рынком + - - + - +
20 Нарушение прав владельцев цен­ных бумаг + - + + - -
21 Фальсификация решения обще­го собрания + - + - - -
22 Товарная (экономическая) контрабанда - + + + + -
23 Невозвращение культурных ценностей + + - - - -
Виды преступлений в сфере эко­номической деятельности Россия Бела­

русь

Казах­

стан

Укра­

ина

Латвия Чехия
24 Незаконный оборот драгоценных металлов и камней + + - - - -
25 Несдача драгоценных металлов и камней + - - - - -
26 Невозвращение валюты из-за границы + + + - - -
27 Уклонение от уплаты таможенных платежей + + + - + -
28 Неправомерные действия при банкротстве + + + - + +
29 Преднамеренное банкротство + + + + + +
30 Фиктивное банкротство + + + - - -
31 Уклонение от уплаты налогов и сборов______________________ + + + + + +
32 Неисполнение обязанностей на­логового агента + - - - - -
33 Сокрытие имущества от взыска­ний и налогов + + + - + +
34 Производство (оборот) товаров (услуг), опасных для здоровья + + + + + +
35 Открытие счетов за границей - + - - - -
36 Лжепредпринимательство (фик­тивное предпринимательство) - + + + - -
37 Незаконные действия с векселями - + - - - -
38 Дискредитация деловой репута­ции конкурента - + - - - +
39 Заведомо ложная реклама - + + - + +
40 Обман потребителей - + - - - +
41 Совершение сделок без намере­ния исполнения - - + - - -
42 Нарушение бухучета и финансо­вой (налоговой) отчетности - - + - + +
43 Ложные сведения о банковских операциях - - + - - -
44 Сокрытие информации о несостоятельности - - + - + -
45 Занятие запрещенной хозяйст­венной деятельностью - - - - + -
46 Незаконный оборот дисков для лазерных систем - - - + - -
47 Незаконное занятие игорным бизнесом + - - + - +
48 Незаконный оборот подакцизных товаров - - - + + -
Виды преступлений в сфере эко­номической деятельности Россия Бела­

русь

Казах­

стан

Укра­

ина

Латвия Чехия
49 Незаконные операции с металлоломом - - - + - -
50 Использование инсайдерской информации с 2013 - - + - +
51 Незаконная приватизация - - - + - -
52 Ростовщичество - - - - + +
53 Нарушение правил торговли - - - - + -
54 Незаконное отчуждение предме­та залога - - - - + -
55 Незаконные операции с нефтепродуктами - - - - + -
56 Нарушение специальных запре­тов по валютным операциям - - - - - +
57 Махинации в публичных торгах и госзакупках - - - - - +
58 Нарушение эмбарго - - - - - +
59 Подделка произведений искусства - - - - - +
60 Легализация по халатности - - - - - +
61 Незаконное образование юриди­ческого лица + - - - - -
62 Незаконное использование доку­ментов для образования юридического лица + - - - - -
63 Нецелевое использование денег от размещения облигаций - - + - - -
64 Утрата документов реестров дер­жателей ценных бумаг - - + - - -
65 Рейдерство - - + - - -
66 Ложные сведения с целью получе­ния льгот (субвенций) - - - + - +

<< | >>
Источник: Е.В. Новикова, А.Г. Федотов, А.В. Розенцвайг, М.А. Субботин. Верховенство права как фактор экономики / международная коллективная монография ; под редакцией Е.В. Новиковой, А.Г. Федотова, А.В. Розенцвайга, М.А. Субботина. — Москва, 2013. — 673 с.. 2013

Еще по теме ПРИЛОЖЕНИЕ С СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ УГОЛОВНОЙ ПОЛИТИКИ ГОСУДАРСТВА В ОТНОШЕНИИ БИЗНЕСА:

  1. 5. Должностные преступления по уголовному праву США, Франции и ФРГ
  2. § 4. Новый правовой режим организации азартных игр и пари: особенности, проблемы и социально-правовые последствия.
  3. §2. Международно-правовые основания ответственности за незаконную трудовую миграцию
  4. ГОЛОВИНА С.Ю. КОДИФИКАЦИЯ ТРУДОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
  5. К темам 13-18 (особенная часть) Нормативные правовые акты:
  6. ПРОИСXОЖДЕНИЕ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА
  7. 4.2. Проблема борьбы с "отмыванием" доходов от преступной деятельности
  8. Если завтра ВП... Предрасположенности и перспективы
  9. Содержание
  10. ПРИЛОЖЕНИЕ А КРУГЛЫЙ СТОЛ «ВЕРХОВЕНСТВО ПРАВА КАК ОПРЕДЕЛЯЮЩИЙ ФАКТОР ЭКОНОМИКИ» (СТЕНОГРАММА)
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -