Территории военно-политической консолидации. Расширение НАТО как территориальная экспансия

Складывающаяся исторически или ситуационно геополитическая нестабильность приводит к образованию военно-политических или военных блоков, позволяющих объединять территории различных государств для их консолидированной защиты.

Территории стран Организации Варшавского Договора и стран Организации Северо-Атлантического Договора (НАТО) были реально территориями военно-политической консолидации, что вызвало к жизни феномен Организации неприсоединившихся государств.

Как уже говорилось применительно к проблеме гуманитарной интервенции, именно социалистическая идеология, соответствующие согласованные при принятии партийные решения и были основанием для введения советских войск в Венгрию в 1956 г., для введения войск стран Варшавского договора на территорию Чехословакии в 1968 г.

Но международные военные структуры склонны к самостоятельному существованию, в отрыве от тех проблем, которые породили их возникновение. В этом случае речь может доходить до международной территориальной экспансии.

Именно специфической формой территориальной экспансии следует рассматривать распространение на Восточную Европу сферы деятельности НАТО («расширение НАТО на Восток»). Не останавливают даже существенные расходы: по оценкам 1997 г. Конгресса США, расходы на продвижение НАТО на Восток составят 35 млрд долл., а по расчетам «Рэнд Корпорейшн» - значительно превысят 120 млрд долл.

В 1997 г. мы говорили о том, что потенциальное перенесение на территорию Польши и Чехии, Венгрии и Румынии, государств прежней советской Прибалтики и некогда сугубо просоветской Болгарии военно-политической инфраструктуры этого блока означает территориальное поглощение системой Североатлантического договора многих бывших членов Варшавского договора с распространением на территорию вновь принятых в блок НАТО государств соответствующего правового и военно-политического режима. Именно этот аспект расширения НАТО на Восток вызывал обоснованное беспокойство не только в России или Белоруссии, но и в общественном мнении стран - претендентов на вступление. С 2005 г. следует констатировать, что все опасения сбылись, международные проблемы нарастают.

О способности НАТО нести мир и безопасность достаточно привести только один пример.

В период боснийского кризиса 28 августа 1995 г. из самого Сараево был запущен 120-мм снаряд в сторону рынка Маркале. Взорвавшись на многолюдной улице, он унес жизни 37 человек, было ранено еще 85 случайных прохожих. Решением НАТО немедленно создается комиссия, которая в течение суток приходит к заключению о том, что снаряд был выпущен с сербских позиций. Предложение сербского командующего генерала Младича сформировать смешанную комиссию из специалистов ЮНПРАФОРа, российских миротворческих сил, сербской и мусульманской сторон было отклонено.

И это при том, что во взрыве на том же рынке Маркале в феврале 1994 г. (68 убитых, 200 раненых) американская комиссия также обвиняла сербскую сторону, а затем были найдены виновники на мусульманской стороне.

И это при том, что начальник штаба ЮНПРАФОРа сектора «Сараево» российский полковник А. Демуренко немедленно провел самостоятельное расследование и категорически опроверг заключение комиссии, доказав невозможность подобного артиллерийского выстрела с сербских позиций. А. Демуренко показал журналистам некоторые графики и расчеты своего расследования и заявил: «Я располагаю материалами, которые показывают, что сербы не виновны в преступлении, но сейчас я их не могу сообщить.

На основании заключения комиссии НАТО Генеральный секретарь ООН Бутрос Гали дал карт-бланш НАТО на проведение военной операции против Республики Сербской. Начались натовские бомбардировки сербских позиций и населенных пунктов. За три недели сентября 1995 г. над территорией Республики Сербской было произведено 4,5 тысячи боевых вылетов. Прикрываясь ударами НАТО, перешли в наступление мусульманские и хорватские подразделения, Республика Сербская потеряла почти одну треть своей территории в юго-западной и западной Боснии.

Экспансия НАТО в Европе взрывает всю архитектуру европейской безопасности, делает бессмысленным существование Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), поскольку новые разделительные линии на территории Европы означают не только официальное выражение недоверия внешней политике России и демонстрацию враждебности в ее отношении, но и создание в Европе территории с разными международно-правовыми режимами, возведение силами государств - членов НАТО нового «железного занавеса» вдоль западных границ России и дружественных ей государств.

Указанные территориальные последствия экспансии НАТО в Европе, даже если они не являются официально объявленной целью приема в Организацию североатлантического договора новых государств-членов, следует рассматривать как возобновление Западом «холодной войны» не только против России, но и против всей восточноевропейской модели Общества и Государства.

И совершенно нельзя принять позицию Д. М. Фельдмана, что продолжение Россией возражений против расширения НАТО на Восток ведет к международной изоляции нашей страны и надо вместо этого выстраивать с НАТО прочные отношения, которые «могли бы обеспечить полноправное и активное участие России во взаимодействии не только со странами Запада, но также с государствами центральноевропейского и восточноевропейского регионов».

Формальный прием новых членов в НАТО - это только верхушка айсберга. Под прикрытием политико-дипломатических маневров вовлечение стран Восточной Европы и СНГ в военные структуры НАТО идет полным ходом через программу «Партнерство ради мира» (ПРМ).

По условиям этих программ предполагается переход на стандарты НАТО армий стран, даже не собирающихся пока вступать в Альянс. Так, в частности, осуществляется сопряжение систем управления и связи, ВВС, ПВО, тылового обеспечения, ВМС. Идет широкомасштабное обучение офицеров стран - кандидатов в странах НАТО. С 1999 г. военно-морские силы стран - участниц программ ПРМ действуют или готовы действовать в составе (или сопряжении) ВМС НАТО.

Втягивание в военные структуры НАТО армий Восточной Европы и СНГ идет прежде всего через систему военных учений в рамках ПРМ. Так, накануне своего приема в Альянс, в частности, только в 1996 г. Польша приняла участие в совместных учениях с НАТО 25 раз, Чехия -22, Венгрия - 21, Румыния - 20, Литва - 19, Молдавия - 18, Эстония - 14. Болгария - 10, Украина - 8 раз. Предыдущая динамика проведения таких учений: в 1994 г. - 11 раз, 1995 - 46, 1996 - 106 раз. Комментарии излишни.

Таким образом, еще до принятия стран в НАТО в рамках «Партнерства ради мира» создавались все предпосылки для интеграции их армий в военные структуры Североатлантического договора.

Перенос на территорию Польши и Чехии, Венгрии и, потенциально, Румынии, государств бывшей Советской Прибалтики и некогда сугубо просоветской Болгарии современной инфраструктуры НАТО означает территориальное поглощение системой Североатлантического договора многих бывших членов Варшавского договора с неизбежным распространением на их территорию соответствующего правового и военно-политического режима.

В последние годы делается попытка стереть четкую грань между войной и миром, которую всегда очень трудно преодолевать. Для этого вводится понятие «операции, не достигающие масштабов войны», расширительное толкование получает термин «миротворчество», основным элементом которого в трактовке США становится «принуждение к миру».

Экспансия НАТО на Восток коренным образом меняет геостратегическую обстановку в чрезвычайно неблагоприятную для России сторону. Положение ослабляется тем, что в результате развала Советского Союза Россия только за 1991-1992 гг. потеряла 17 общевойсковых и танковых армий, 2 армии ракетных войск стратегического назначения, 3 армии ПВО, 5 армий ВВС, значительное количество военных объектов, баз и арсеналов. Резко снизилась численность кораблей Военно-Морского флота.

В условиях экономического кризиса Россия вынужденно выделяет на содержание армии в 24 раза меньше средств, чем идет на содержание армий стран - членов НАТО. Вступление в НАТО Венгрии, Польши и Чехии еще больше изменило соотношение сил в пользу НАТО. В распоряжение его командования поступили развитая сеть авто- и железных дорог, до 550 складов боеприпасов, вооружений, горюче-смазочных материалов, а также 33 военных полигона. Все это существенно повысило возможности войск НАТО и позволило сократить время развертывания группировки Альянса примерно до 30 суток. Но даже не это главное.

Военная опасность со стороны НАТО зачастую воспринимается в России исходя из опыта вторжения Германии в СССР в июне 1941 г.: сначала заблаговременное сосредоточение крупных масс войск и техники вблизи границ, а затем переход границ сухопутными войсками.

В современной войне решающее значение для достижения успеха имеют не мотострелковые и танковые части, а средства воздушно-космического нападения. Об этом убедительно свидетельствуют война против Ирака и операции НАТО в Боснии и Герцеговине, агрессия против Югославии, вторжения в Афганистан и Ирак.

Для проведения первой и решающей стратегической операции командованию НАТО нужно массированно применить тактическую авиацию на глубину 600-1000 км от государственной границы. При действии авиации с аэродромов на территории давних стран - членов НАТО, возможности блока для нанесения удара на такую глубину весьма ограничены. НАТО могло бы задействовать для этого из 5300 боевых самолетов лишь 550, которые достигали только рубежа Смоленск - Брянск - Курск. С приемом Венгрии, Польши, Чехии и других стран Восточной Европы, военная группировка НАТО получила возможность продвинуться на Восток на 650-750 км. Состав объединенных ВВС блока увеличился по тактической авиации на 17 %. НАТО получило в свое распоряжение около 290 аэродромов, в том числе бывшие советские. На них можно будет сосредоточить до 3500 боевых самолетов. Использование этих аэродромов позволяет всей тактической авиации НАТО наносить ракетно-бомбовые удары вплоть до Волги.

В современной войне все большее значение приобретает фактор внезапности. Если агрессору удастся обеспечить внезапность первого массированного ракетно-авиационного удара продолжительностью 5-7 часов, то за это время могут потерять боеспособность не только дивизии, но и армии.

До «расширения» НАТО обеспечить внезапность первого удара было практически невозможно. После пуска крылатых ракет и взлета авиации НАТО с аэродромов в Западной Европе у ПВО России было достаточно времени для того, чтобы отреагировать на начавшуюся агрессию.

С развертыванием военной структуры НАТО на Востоке Европы авиация НАТО сможет наносить удары по Калининграду и приграничной полосе России уже через несколько минут после взлета. Со вступлением в НАТО стран Прибалтики появляется непосредственная опасность уже для Москвы, так как оставшаяся от Советской Армии военная инфраструктура (порты, аэродромы, казармы, склады и т. д.) позволяет НАТО в течение 7 дней развернуть в Прибалтике 280 тысяч военнослужащих и 300-400 самолетов и вертолетов.

Авиация НАТО ныне в состоянии достигать Урала, уничтожить мосты через Волгу, отрезать военные округа от Москвы, поражать объекты (включая мобильные ракетные комплексы типа «Тополь-М») практически на всей Европейской территории России. Группировка Ракетных войск стратегического назначения и аэродромы Дальней авиации находятся в зоне ударов даже тактической авиации блока. Размещение в Восточной Европе и Прибалтике крупной авиационной группировки позволит НАТО делать с Россией то, что уже делалось с Ираком, Югославией, Афганистаном.

Все это объясняет, почему, несмотря на массовую обработку общественного сознания, население стран Восточной Европы весьма настороженно относится к планам своих политических элит втянуть их в НАТО. Референдум в Словакии 24 мая 1997 г. по поводу вступления в НАТО хотя и признан недействительным (в нем приняло участие лишь 10 % избирателей), отчетливо выявил общественные настроения: за вступление в НАТО проголосовало 147 тыс. человек, против - 175 тыс. За размещение в стране ядерного оружия высказалось 33,5 тыс. человек, против - 268 тыс. За присутствие иностранных военных баз проголосовало 48,3 тыс. избирателей, против - 248 тыс.

НАТО - кнут. Но вырываемым из-под влияния России государствам нужен был пряник. Таковым сделали Европейский Союз, декларируя вступление в НАТО как шаг на пути в объединенную Европу. Кризис евроинтеграции 2005 г. показал, что модель ЕС не выдерживает масштабов расширения, что Европейский Союз не смог социально-экономически соединить новых своих членов со старыми. Кризис НАТО не за горами, блоку надо лишь заменить США в нескольких «миротворческих» операциях.

24.4.