Представительство городов

По данным исследователей, все английские города, имевшие в той или иной степени право на парламентское представительство, можно разделить, приблизительно, на четыре группы в зависимости от их положения в графстве.

К низшей принадлежали небольшие города, не выбиравшие собственных депутатов, а посылавшие делегатов на собрания графств, к высшей - города, которые сами имели статус графства.

том, что город имеет статус парламентского, говорило королевское предписание шерифу о выборах депутатов на очередную сессию. Город мог получить предписание произвести выборы даже если приходил в упадок. В первые десятилетия существования парламента города нередко отказывались посылать своих представителей - из-за необходимости выделять жалование депутатам, отрывать представителей городского патрициата от важных дел и т. д. Например, в 1364 г. шериф графства Ланкашир, перечислив в своем письме имена рыцарей, направляющихся в парламент, сообщал: «И нет в графстве никаких городов и бургов, которым следует явиться в указанный парламент или которые имеют обыкновение это делать, ввиду их несостоятельности и бедности»212. Участие представителей города в парламенте требовало от муниципальной казны определенных расходов. Во-первых, на выплаты самим депутатам. Современный историк отмечает: «Ясно, что издержки представительства, падавшие на какой-нибудь маленький город, были обременительны для его жителей: например, в 1327 году горожане заседали 52 дня и города, посылавшие по два человека, должны были выплатить им по 10 фунтов 8 шиллингов, в 1333 г.

Во-вторых, «парламентский» статус города пли «местечка» предполагал, что данный населенный пункт облагается повышенным налогом: «Бурги, избиравшие членов парламента, были обложены налогом выше, чем графства, в пропорции 10:15, тогда как город, не избиравший членов, участвовал в налогах по графству»-.

При Эдуарде I в парламент были приглашены представители 177 городов, но только 58 населенных пунктов регулярно избирали своих

Однако в XIV в. большинство городов изменило свое отношение к участию в парламентской деятельности. Она становилась все более привлекательной и престижной. Если в конце XIII в. в парламенте было представлено около 60 городов, то в середине XV в. уже более ста. В 1377 г. в 70 городах Англии проживало около 130 тыс. жителей, то есть на порядок больше, чем в графствах. Число депутатов от городов также значительно превышало число рыцарей графств.

Основной общественной силой, влиявшей па выборы в городе, являлось купечество. В Англии это было богатое и влиятельное сословие. Оно, как правило, доминировало в органах городского самоуправления. Важно отметить его сближение со средними слоями сельских землевладельцев; последние все активнее занимались торговлей (главным образом шерстью). Купцы стремились приобретать поместья, усваивали стиль жизни сельских джентльменов, так что со временем они или их дети повышали свой социальный статус и вступали в «благородное» сословие. Этот фактор способствовал созданию союза рыцарства и горожан в ниж-

В отличие от других сословно-представптельных учреждений Западной Европы в английском парламенте представители городов не составляли отдельной палаты. В парламентских документах депутаты палаты общин обозначались как «рыцари графств и горожане сити и бургов», но на практике положение «рыцарей» - представителей графств было в парламенте более привилегированным по сравнению с горожанами. Выборы в городах крайне редко отражались в статутах королевства.

Депутатские места от городов с течением времени все чаще занимали не горожане, а лица, являющиеся дворянами, но по характеру своей деятельности принадлежащие к городскому сообществу (купцы, юристы, землевладельцы). По данным современных исследователей, «в 1422 г. собственно горожане составляли 77 % депутатов от городов, в 1442 г. - 58, а в 1478 г. - всего 43 %»'.

Отчасти такое положение объяснятся возможностями королей и знати влиять на выборы именно в городах, особенно небольших, где не было сильной купеческой верхушки. Но и сами горожане были согласны получить депутата, имеющего влиятельных покровителей и, следовательно, способного отстаивать интересы своих избирателей успешнее, чем это сделал бы никому не известный выходец из их среды. На этот счет заключались предварительные договоренности, которые, как правило, соблюдались. Приведем в качестве примера сделку, предложенную в 1470 г. графом Уэстморлендским городу Гримсби: «Поскольку я узнал, что Ваш город Гримсби должен послать двух горожан в парламент и это может повлечь за собой немалые расходы, то для блага Вашего города... я советую и сердечно прошу Вас прислать мне полученный Вами приказ о выборах депутатов, который я возвращу, назначив двух человек из моего совета быть депутатами от Вашего города. Они не только будут блюсти и защищать его интересы в тех делах, о которых Вы мне и им сообщите, но также уменьшат ваши расходы. Сделав это, Вы доставите мне особое удовольствие, а себе - материальную выгоду»2.

Во второй половине XV в. корпус городских парламентариев подразделялся на две, приблизительно, равные группы: собственно горожан и представителей других сословий.

Такая практика была возможна благодаря неразработанности положения об избирательных правах горожан. В источниках содержится мало сведений на этот счет. В петиции палаты общин от 1413 г. говорится о том, что городскими представителями должны быть «постоянные и полноправные жители своих сити и бургов». Избирателями не могли быть случайные люди, не входившие в городскую общину и не платящие налогов.

В реальной жизни сословная принадлежность депутатов, представляющих в парламенте города, была довольно пестрой. В том случае, если депутат не принадлежал к числу так называемых «фрименов города», его формальная регистрация в этом качестве могла производиться накануне избрания, или даже после него215.

Процедура выборов зависела от местных традиций, которые в свою очередь, во многом определялись положением города в графстве. Распорядителями были бейлифы, а также члены городского самоуправления - олдермены. Чаще всего выборы проводились в узком кругу городской верхушки, но иногда и на собрании общины.

Интересный пример деятельности такого собрания дает петиция общин пограничного с Уэльсом города Шрусбери, направленная в парламент в 1445 г. В этом городе, сообщала петиция, было «в обычае со старых времен» выбирать «общинами города» так называемых аудиторов, в функции которых входил контроль за деятельностью бейлифов и олдерменов. Для того, чтобы «собрать общины вместе», бейлифы три раза звонили в колокол. «И пусть горожане, - сказано далее в петиции, - которые будут избираться в парламент, начиная с этого времени, также избираются указанными общинами, тем же порядком, что и указанные аудиторы»216.

После выборов предписания с включенными в них именами новых депутатов возвращались в королевскую канцелярию, как правило, через шерифа соответствующего графства (если город сам обладал статусом графства - шерифом города).