Заключение

В результате проведенного научного исследования автор приходит к следующим выводам:

1. Международный арбитраж как способ разрешения международных инвестиционных споров получил распространение в силу стремления иностранного инвестора вывести спор из-под юрисдикции принимающего инвестиции государства, при этом сохраняя непосредственный контроль над процедурой его разрешения.

2. Несмотря на внешнее сходство международного коммерческого и инвестиционного арбитража, данные институты различаются по следующим признакам. Во-первых, для международного инвестиционного арбитража, в отличие от международного коммерческого арбитража характерна общее согласие на арбитраж, выраженное в международном инвестиционном соглашении или в национальном законодательстве принимающего инвестиции государства. Общий характер данного согласия выражается в том, что государство выражает свое согласие на рассмотрение любых будущих споров, возникающих из международного соглашения или нарушения норм национального законодательства об иностранных инвестициях. Инвестор же выражает свою волю в последующем арбитражном соглашении или непосредственно обратившись в арбитраж.

Во-вторых, сторонами разбирательства в международном инвестиционном арбитраже всегда выступают государство, принимающие инвестиции, в качестве субъекта публичного права, и иностранный инвестор, вкладывающий иностранные активы на территории принимающего инвестиции государства.

В-третьих, для рассмотрения международных инвестиционных споров существует специальный процессуальный регламент, закрепленный в Конвенции по урегулированию международных инвестиционных споров.

И, в-четвертых, в ходе рассмотрения дела по существу международный инвестиционный арбитраж может применять исключительно нормы международного права, либо в дополнение обращаться к нормам национального права.

Таким образом, вышеуказанные особенности позволяют говорить об обособленности института международного инвестиционного арбитража и необходимости его самостоятельного изучения в рамках международного гражданского процесса.

3. На основании анализа различных доктринальных подходов к определению понятия международного инвестиционного спора автором сформулировано собственное понятие международного инвестиционного спора, а также предложена их классификация. Международный инвестиционный спор - это спор между иностранным инвестором и принимающим инвестиции государством по поводу осуществления путем вложения инвестиций первого на территории последнего, возникающий на основании инвестиционного контракта между иностранным инвестором и принимающим государством, международного инвестиционного соглашения между государством инвестора и принимающим инвестиции государством или на основании положений национального законодательства об иностранных инвестициях принимающего государства. Соответственно, все инвестиционные споры по критерию основания возникновения можно разделитв на спорві, ввітекающие из инвестиционного контракта, из международного инвестиционного соглашения и из положений националвного законодателвства об иностраннвіх инвестициях. При этом, спорві, ввітекающие из международнвіх инвестиционнвіх соглашений и из положений националвного законодателвства, носят публично-право вой характер, что определяет далвнейшие особенности их рассмотрения, а также признания и исполнения.

4. Международный инвестиционнвш арбитраж - это способ разрешения международнвіх инвестиционнвіх споров, ввітекающих из нарушения обязанностей по международному инвестиционному соглашению (реже - по националвному законодателвству об иностраннвіх инвестициях принимающего государства). Основной особенноствю такого способа разрешения спора является исполвзование механизма для разрешения частноправоввіх споров в отношении споров в сфере публичного права, если это допустимо и совместимо с националвнвш правом. Следует отметитв, что рассмотрение международнвіх инвестиционнвіх споров возможно и в рамках международного коммерческого арбитража. Это происходит в том случае, если спор ввітекает исключителвно из инвестиционного соглашения и находится в сфере частного права.

5. Учитывая особенности международного инвестиционного арбитража, автором сформулированві следующие принципві института исполнения решений международнвіх инвестиционнвіх арбитражей: принцип обязателвности решения, принцип эффективности решения, принцип суверенитета государства и принцип самостоятелвности государственник юридических лиц. Также автор приходит к выводу о необходимости соблюдения баланса между этими принципами для того, чтобві обеспечитв эффективную защиту иностранного инвестора, при этом не ущемляя сувереннвіе интересві государства.

6. В резулвтате сравнителвного анализа двух основнвіх режимов исполнения решения международного инвестиционного арбитража,

4J

предусмотренных Нвю-Иоркской и Вашингтонской конвенциями, автор приходит к выводу о том, что, несмотря на специализированнвш режим конвенции МЦУИС, режим Нью-Йоркской конвенции является более сбалансированным с точки зрения учета как интересов иностранного инвестора, так и соблюдения интересов государства. Если Конвенция МЦУИС обеспечивает национальный режим

4J

решениям арбитража, то Нью-Йоркская конвенция сохраняет такие важные для интересов государства основания для отказа в приведении в исполнении, как публичный порядок и арбитрабельность спора.

7. В Российской Федерации была выстроена система арбитражного

4J

законодательства, основанная на положениях Нью-Йоркской конвенции и Типового закона ЮНСИТРАЛ. В силу того, что Россия не ратифицировала Вашингтонскую конвенцию, признание и приведение в исполнение решений международных инвестиционных арбитражей осуществляется по общим правилам, предусмотренным для признания и приведения в исполнение решений международных коммерческих арбитражей, с особенностями участия иностранного государства в процессе. При этом, автор приходит к выводу, что российское законодательство в сфере признания и приведения в исполнение решений международных арбитражей может быть улучшено, например, в вопросе признания решений, не требующих принудительного исполнения. Так, представляется необходимым привести к единообразию тексты ч. 3 ст. 35 Закона о MKA и ст. 245.1 АПК РФ, 413 ГПК РФ, изменив формулировки ч.З ст. 35 Закона о МКА, указав на то, что речь идет о решениях, «не требующих принудительного исполнения», а также установив в качестве субъекта, имеющего права на возражения, «заинтересованное лицо». Также автором предлагается предусмотреть возможность обращения с ходатайством не только о признании и приведении в исполнении, но и о признании решения, не требующего принудительного исполнения с целью осуществления необходимого минимального контроля со стороны государства за признанием иностранных решений.

4J

8. Несмотря на то, что Нью-Йоркская и Вашингтонская конвенции направлены на упрощение процедуры исполнения решения международных арбитражей, они не призваны ликвидировать абсолютно все барьеры на пути выигравшей стороны.

9. На основании классификации юрисдикционных иммунитетов на судебный, в отношении обеспечительных мер и в отношении исполнения решения, автором проанализированы виды иммунитетов, возникающих в ходе исполнения решения международного инвестиционного арбитража. Автором сделан вывод о том, что на стадии признания и приведения в исполнение арбитражного решения государство может быть защищено судебным иммунитетом, тогда как режим иммунитета в отношении исполнения решения начинает действовать лишь после выдачи исполнительного документа в процессе принудительного исполнения решения.

10. На основе анализа норм законов об иммунитете и судебной практики различных юрисдикций автором рассмотрены особенности арбитражного соглашения как формы отказа от иммунитета. Несмотря на некоторые исключения, большинство государств склонны признавать арбитражное соглашение между инвестором и государством как отказ от судебного иммунитета либо в отношении контрольных полномочий суда государства места вынесения решений, либо также и в отношении процедуры признания и приведения в исполнение решения на территории других государств. При этом, на основании анализа немногочисленной судебной практики в Российской Федерации, можно говорить о том, что в России начинает складываться подход, согласно которому согласие на арбитраж, данное в международном инвестиционном соглашении, толкуется как отказ от судебного иммунитета в процессе по признанию и приведению в исполнение решения международного инвестиционного арбитража. Иммунитет в отношении исполнения решения признается большинством государств и международных источников самостоятельным режимом, в отношении которого требуется отдельный явно выраженный отказ.

11. На основании анализа международного права, судебной практики и национального законодательства автором были исследованы различные подходы государств к применению норм об иммунитете в отношении исполнения решений международных инвестиционных арбитражей.

12. Автором рассмотрены особенности участия государства в судебном процессе и исполнительном производстве на основе сравнения законодательства России, США, Великобритании и Франции и сделан вывод о процессуальноправовой природе государственного иммунитета. Таким образом, в соответствии с практикой Международного суда ООН, ЕСПЧ и других государств, вопрос о судебном иммунитете государства должен решаться на самой ранней стадии процесса. При этом, вопрос об иммунитете в отношении исполнения решения может быть разрешен на любой стадии процесса, включая стадию принудительного исполнения. Также являясь процессуально-правовым институтом, иммунитет не влияет вопросы ответственности. При этом, так как вопрос иммунитета относится к статусу стороны в процессе, государство может от него отказаться, вследствие чего становится возможным дальнейшее рассмотрение дела по существу или обращение взыскания на собственность по исполнительному документу.