_ 6. Самостоятельность судебной власти

I. Судьи не в состоянии сохранять полного беспристрастия при разборе дел, зная, что если их решения возбудят неудовольствие какого-либо органа государственной власти - потому ли, что он является стороной в процессе, или потому, что находится в близких отношениях к одному из тяжущихся, - то могут лишиться места или подвергнуться иным неприятностям по службе.

В этом состоит принцип самостоятельности судебной власти. Он представляет собою проявление принципа разделения властей, который в применении к суду означает устранение органов законодательной и административной властей от вмешательства в отправление правосудия - как прямого, в форме разрешения или перевершения судебных дел, так и косвенного, в форме начальственного влияния на судей.

Необходимость обособления и независимого положения судебных учреждений всегда признавалась основным условием правильного отправления правосудия. "Идея независимости судей от власти красною нитью проходит через всю историю культуры, начиная от той клятвы, которую давали судьи в Древнем Египте, - не повиноваться незаконным приказам царя - до известного ответа французских судей королю: "государь, суд постановляет приговоры, но не оказывает услуг", до гордой фразы, зарегистрированной недавно: "английского судью не просят ни о чем" (Михайловский).

Обособление судебных учреждений в самостоятельную группу органов государственной власти началось на континенте Западной Европы очень давно. Но только с введением конституционного устройства самостоятельность суда получила реальное значение: во Франции со времени великой революции, в германских государствах позже и неодновременно, сначала в южных государствах, потом (в середине XIX в.) в Пруссии, а затем в Австрии.