Введение ограничений на создание различных производств на определенных территориях определило в дальнейшем промышленное развитие тех или иных регионов.

В примечании к ст. 73 Устава о промышленности начальнику Алтайского горного округа отдельно было предоставлено право разрешать устройство сахарных заводов в подведомственном ему округе лишь с тем ограничением, чтобы отвод для этих целей земель и лесов не стеснял хозяйства алтайских крестьян и самого горнозаводского производства.[192] На том же основании дозволялось частным лицам устраивать салотопенные, мыловаренные и другие подобные заводы в тех местностях Алтайского округа, где не было заготовлений лесного материала, а также кирпичные заводы в размере местных потребностей и при плавильных заводах и рудниках с целью обжига кирпича исключительно валежником.

На учреждение предприятия мог также повлиять Главноуправляющий Государственным Коннозаводством. В его компетенцию входило «по соглашению с Министром Внутренних Дел» устанавливать список тех промышленных заведений, учреждение которых не разрешается в виду опасности занесения заразных и повальных болезней для лошадей в слободах при государственных конских заводах. Такие заводы находились в Воронежской, Харьковской, Нижегородской губерниях и прямо указывались в ст. 9 Устава о промышленности фабрично-заводской и ремесленной в главе об учреждении заведений фабрично-заводских[193].

Список запрещенных заведений публиковался через Правительствующий Сенат для всеобщего сведения в установленном порядке. Такой превентивный подход к решению вопроса о возможной заболеваемости на конезаводах можно назвать оправданным исходя из того, что лошадь в рассматриваемый период являлась одним из важных средств передвижения.

Со стороны государства особое внимание уделялось пушечным и оружейным заводам, частным пороховым заводам, заведениям для приготовления капсюлей к охотничьему оружию, а также всему производству взрывчатых веществ. Правовое регулирование ряда основных моментов учреждения и функционирования частных пороховых заводов нашло свое отражение в главе пятой отделения второго «О частных пороховых заводах» Устава о промышленности фабрично-заводской и ремесленной[194].

Устройство частных пороховых заводов безусловно воспрещалось в строго определенных губерниях: Бессарабской, Витебской,

Волынской, Гродненской, Киевской, Минской и ряде других, а также в С.-Петербургском и Московском уездах, в Кавказском крае и Туркестанском Генерал-Губернаторстве[195]. В отношении этих же территорий было введено ограничение на устройство частных заводов

3

для изготовления взрывчатых веществ .

Вышеуказанные требования отражали политику государства, преследующего цель не размещать в неспокойных приграничных областях такого рода производства.

Выделки всяких сортов пороха из угля, серы и селитры могла производиться частными лицами на заводах, устроенных с соблюдением правил, изложенных в статьях 204-211 Устава о промышленности фабрично-заводской и ремесленной[196]. Разрешалось изготавливать только те взрывчатые вещества, которые были признаны допустимыми к употреблению, неизвестные правительству вещества должны быть исследованы[197].

Устанавливалось, что пороховые заводы не должны находиться ближе полутора верст от городской черты, также от селений и местечек, от фабрик, заводов, отдельных строений и складов легко возгорающихся веществ, а также от железных дорог. Пороховые заводы не должны были находиться кроме этого ближе ста пятидесяти сажень от больших (т.е. не проселочных) дорог, каналов и судоходных рек[198].

Частным заведения для приготовления капсюлей к охотничьему оружию предписывалось находиться не ближе семидесяти пяти саженей от городской черты, селений и местечек, от фабрик, заводов, жилых строений и складов легко возгорающихся веществ, а также от железных дорог. Не разрешалось нахождение таких заводов ближе сорока сажень от больших (т.е. не проселочных) дорог, каналов и судоходных рек[199].

Заводы, изготавливающие взрывчатые вещества, должны были стоять от железных дорог, судоходных рек, каналов и всякого рода строений на расстоянии не менее четырехсот сажень, а от городской черты, селений и местечек, фабрик и заводов, не принадлежащих заводу складов легковоспламеняющихся веществ и погребов, занятых порохом на расстоянии не менее семисот пятидесяти сажень.

Открытию работ на таких заводах должно было обязательно

предшествовать предварительное освидетельствование в установленном

3

порядке для удостоверения в правильности их устройств». Дополнительные требования устройства, содержания и ведения производства на пороховых и капсюльных заводов, а также порядок освидетельствования и постоянного надзора за ними должно было определяться Постановлениями, издаваемыми Министром Торговли и Промышленности по согласованию с Министром Внутренних дел и Военным Министром[201].

К изготовлению взрывчатых веществ, капсюлей и производства пороха кроме вышеозначенных требований, предъявлялись определенные дополнительные условия, соблюдение которых являлось обязательным для собственников заводов.

Широкий спектр отношений в промышленной сфере являлся объективным фактором, оправдывающим невозможность

урегулирования даже части производственный отношений в одном или нескольких правовых актах. Соответственно правительство шло по пути урегулирования части таких отношений в разных нормативных актах.

Раздел четвертый «Особенные постановлении о промышленности фабричной и заводской» Устава о промышленности определял особенные правила «для некоторых отраслей фабричной и заводской промышленности»; правила о заводах винокуренных, водочных, пивоваренных и медоваренных были изложены в Уставе о питейном сборе; о заводах свеклосахарных - во Bременныx Правилах об акцизе с сахара; о табачных фабриках - в Уставе о табачном сборе[202].

К урегулированию на законодательном уровне необходимо было отнести весь спектр производственных отношений внутри производственного цикла, который включал использование различных процессов и механизмов, производство особых работ, складирование сырья и готовой продукции, а также процесс реализации готовой продукции.

Повсеместное использование паровых механизмов в промышленности послужило основой для создания правовой базы для урегулирования отношений в этой сфере промышленности. При введении в употребление «паровых машин» предписывалось необходимость точного исполнения определенных правил

предосторожности, и прежде всего, подвергнуть испытанию такие

2

машины для удостоверения в их прочности .

Паровые котлы, предназначенные к действию при постоянном давлении не свыше одной атмосферы, за исключением внешнего атмосферного давления, подвергались испытанию при давлении втрое больше рабочего, то есть того давления пара, которому они должны были в дальнейшем подвергнуты при постоянной работе. Паровые котлы, предназначенные к действию при давлении, превышающем одну атмосферу, также за исключением атмосферного давления, испытывались давлением вдвое больше рабочего, но, «во всяком случае, не менее трех атмосфер, за вычетом внешнего давления»[203]. Такие испытания должны были возобновляться после каждого капитального

4

исправления котлов, а также независимо от этого каждые три год».

Покой, так в законодательстве именовались помещения, где располагался котел паровой машины, должен был иметь с двух противоположных сторон широкие окна с легкими рамами, отворяющимися наружу и содержать объем воздуха, превышающий объем самого котла не менее чем в двадцать семь раз. Котлы устанавливались на расстоянии не менее шести с половиной футов от стен, отделяющих их помещений от других комнат, при этом толщина таких каменных и кирпичных стен должна была быть не менее одного с четвертью аршина, а над покоем с котлом запрещалось располагать жилые комнаты. Исключение составляли железодетальные и машиностроительные заводы, где постановка паровых котлов, нагреваемых жаром сварочных и пудлинговых печей, разрешалось в самих мастерских с условием, чтобы такие мастерские были прикрыты легкими крышами без потолков[204].

В 1894 году временно на три года в пользу казны был установлен сбор с паровых котлов[205].

3

паровых котлов .

По общему правилу надзор за паровыми котлами относился к обязанности чинов Фабричной Инспекции и Губернских (Областных) Механиков[206]. Для общих положений закона часто требовались дополнительные пояснения. Циркуляром Министерства Финансов Департамента Торговли и Мануфактур от 23 июня 1897 года № 16288 в разъяснительной форме определялось изъятие из ведения Фабричной Инспекции определенных паровых котлов. Учреждениям и лицам, на которых был возложен надзор за паровыми котлами и за исправным поступлением установленного сбора в пользу казны указывалось, что паровые котлы на казенных заводах и в казенных очистных складах Акцизного Управления освобождались от сбора, утвержденного 14 марта 1894 года[207].

Некоторые разъяснения, носили больше уведомительный, чем разъясняющий характер. Циркуляр, поступивший чинам Фабричной Инспекции Костромской губернии от 21 января 1887 года № 1917 является ярким свидетельством уведомительного характера таких документов. В нем указывалось, что поступившие в Департамент Торговли и Мануфактур от некоторых чинов Фабричной Инспекции заявления содержат ссылку на необходимость иметь в распоряжении последних точные сведения о местожительстве и районе действия Механиков, на которых возложен надзор а паровыми котлами на частных судах. На данные заявления Департамент Торговли и Мануфактур счел должным уведомить, что запрашиваемые сведения приложены к утвержденным Министром путей сообщения временным правилам испытания и освидетельствования пароходных котлов, опубликованных в № 131 Собрания Узаконений и Распоряжений Правительства за 1896 год[208].

Анализ ряда нормативных правовых актов второй половины XIX - начала XX века в промышленной сфере указывает на тесную взаимосвязь регулирования одними и теми же правовыми актами как налоговых отношений, так и отношений в промышленности.

На данную закономерность указывает адресованность такого рода нормативных актов как чинам Фабричной Инспекции, Губернским (Областным) Механикам, так и чинам Податной Инспекции, а также Казенным Палатам. Циркуляр Департамента Торговли и Мануфактур Министерства Финансов от 30 ноября 1894 года, адресованный Казенным Палатам, чинам Фабричной и Податной Инспекции и Губернским (Областным) Механикам утверждал разъяснения о наблюдении за исправным поступлением сбора с паровых котлов[209]. В соответствии с данным документом Фабричным Инспекторам или Губернским (Областным) Механикам вменялось в обязанность опечатывание паровых котлов, которые своевременно не были оплачены сбором, а также те котлы, которые не предполагалось в текущем году использовать по назначению. Опечатывание происходило посредством наложения на котел печати или пломбы таким образом, чтобы он не мог быть пущен в ход[210].

В примечании к этому положению давались ряд инструкций по такому опечатыванию. Прежде всего пояснялось, что опечатывание не должно было затруднять производство ремонта такого котла. Видимо, нередки были случаи остановки котлов именно по этой причине. Первый способ устанавливал, что «освободив какой-либо флянец на котле, пропустить шнур через дыры для болтов у флянца так, чтобы шнур пересекал отверстие флянца, связать концы шнура и припечатать узел»[211]. Bторой способ заключался в том, что «если водомерные краны прикреплены к котлу при помощи винтовой нарезки, то вынув пробки у 2-х кранов, пропустить шнур через отверстие для пробок обоих кранов»[212]. Третий указанный в данном циркуляре способ указывал, что «где удобно, шнур можно пропустить через два соединения отверстия B стенке котла, освобожденной от арматуры»[213].

Без письменного разрешения Фабричных Инспекторов или Губернских Механиков не разрешалось эксплуатация уже опломбированных котлов. B экстремальных случаях не терпящих отлагательств котел мог быть пущен в ход без указанного разрешения только под ответственность заведующего заведением или котловладельца. О каждом таком случае должен был быть составлен протокол в присутствии заведующего заводом или хозяина, представителя полиции и двух свидетелей. О пуске котла в ход заведующий заведением должен был немедленно сообщить Фабричному Инспектору или Губернскому (Областному) Механику[214].

Чины Фабричной Инспекции и Губернские (Областные) Механики могли по желанию продавцов или покупателей проводить испытание и осмотр котлов, выпускаемых с котельных заводом или со кладов в продажу до отправки их на место эксплуатации. Непременным условием такого испытания и освидетельствования служило предъявление квитанции об уплате 20 рублей за каждый котел[215].

Документ Департамента Торговли и Мануфактур 1895 года, направленный Казенным Палатам, членам Фабричной и Податной Инспекций и Губернским (Областным) Механикам, разъяснял возможность наблюдения и испытания паровых котлов по особым приглашениям, с обязательной предварительной оплатой такой услуги в пользу казны[216].

B статье 7 циркуляра от 30 ноября 1894 года давалось понятие котлам, употребляемым в сельской местности, под которыми подразумевались котлы при сельскохозяйственных машинах, служащие: для обработки и подготовки почвы; для снятия и уборки продуктов произрастания земли; для отделения семян от стеблей и для приведения зерна в тот вид, в котором зерно поступает в продажу; для корчевания пней; для обработки молока и молочных продуктов; для подготовки кормовых материалов для скота и для прессования сена[217]. Подробное описание деления котлов, употребляемых не для промышленного производства, а для сельского хозяйства было вызвано применением режима льготного налогообложения для паровых котлов, употребляемых в сельском хозяйстве.

На основании статьи 16 рассматриваемого циркуляра в ведение чинов Фабричной Инспекции входило отнесение всех паровых котлов к той ли иной категории. Котлы, пользующиеся льготным налогообложением, должны были снабжены особым свидетельством или соответствующей отметкой в имеющейся при котле книге, с указанием размера сбора, а также условий, при которых котел мог подлежать льготному обложению[218]. Деятельность чинов Фабричной Инспекции в этом вопросе тесно пересекалась с деятельностью чинов Податной Инспекции. Податные Инспектора производили проверку правильности оплаты котлов, руководствуясь данными котельных книг

3

или упомянутых выше свидетельств .

В соответствии со статьей 17 циркуляра от 30 ноября 1894 года № 21864 паровозные и неподвижные котлы железных дорог, а равно котлы, состоящие на частных горных заводах, рудниках и копиях, не подлежали, на точном основании ст. 79 Устава Промышленного, надзору чинов Фабричной Инспекции или Губернских (Областных) Механиков. В примечании к статье 17 указывалось, что фабричные инспектора и механики обязаны наблюдать за паровозными и постоянными котлами тех городских, фабричных и заводских железных дорог, которые не подчинены надзору Министерств: Земледелия, Государственных Имуществ и Путей Сообщения[219].

Департамента Торговли и Мануфактур Министерства Финансов давались разного рода «разъяснения» о применении действующего законодательства. Такого рода разъяснения являлись, нередко, внесением изменений в действующие нормативные правовые акты.

Для достижения единообразного применения на местах закона и распоряжений Министерства Финансов, Департаментом Торговли и Мануфактур от 12 августа 1895 года направлялось в адрес чинов Фабричной Инспекции указания «касательно их циркулярных обращений к фабрикантам и заводчикам по поводу приведения в исполнение означенных узаконений и распоряжений»[220].

Часто давались разъяснения на довольно специфические запросы чинов Фабричной Инспекции по поводу осуществления испытания паровых котлов. Так, чинам Фабричной Инспекции и Губернским (Областным) Механикам циркулярно адресовалось от Департамента Торговли и Мануфактур разъяснение от ноября 1895 года № 22253. Данное разъяснение было дано на основании возбужденного некоторыми чинами Фабричной Инспекции вопроса о том, подлежит ли оплате гербовым сбором подаваемые чинами Инспекции и Губернскими (Областными) Механиками прошения, заявления и письма котловодцев об испытании принадлежащих им паровых котлов. Департаментом Торговли и Мануфактур по соглашению с Департаментом неокладных сборов и Канцелярией государственного контроля сообщалось, что

данная переписка оплате гербовым сбором не подлежит, так как

2

производится исключительно в интересах правительственного надзора.

Государственным Советом, в Соединенных Департаментах государственной Экономии и Законов и в Общее Собрании было рассмотрено представление Министра Финансов об изменении сбора с паровых котлов, по которому было утверждено 8 июня 1898 года Bысочайше утвержденное мнение[221]. B примечании указывалось, что «под паровыми котлами разумеются приборы, служащие для получения действием горящего топлива водяного пара, давление коих в самом приборе больше атмосферного»[222].

B соответствии с вышеуказанным документом от сбора освобождались: котлы, принадлежащие правительственным

учреждениям и находящиеся притом в непосредственном их пользовании; пароходные котлы; котлы, употребляемые в сельском хозяйстве; котлы, подчиненные обязательному надзору правительственных техников[223]. Исходя из положений данного документа доподлинно можно говорить, где использовались паровые котлы.

Сбор исчислялся с каждого котла особо по площади его нагрева. Были определены следующие размеры котлов: имеющие площадь нагрева в 200 или менее квадратных футов (сбор для них составлял 9 копеек с квадратного фута); котлы с площадью нагрева от 200 до 1000 квадратных футов (по 18 рублей за первые 200 квадратных футов и по

6 копеек с каждого квадратного фута сверх двухсот); с площадью нагрева котлов свыше 1000 квадратных футов (66 рублей за первые 1000 квадратных футов и по 3 копейки с каждого квадратного фута сверх тысячи)[224]. Данные сведения указывали на размеры используемых в производстве паровых котлов.

Статья 5 рассматриваемого документа определяла одну из составляющих процедуры пуска парового котла, которая выражалась в предварительной оплате сбора. Сбор уплачивался независимо от того будет котел действовать целый год или часть года. Статья 7 этого же документа говорило о том, что подробные правила об исчислении площади нагрева паровых котлов, о порядке взимания сбора и о надзоре за исправным его поступлением будут изданы Министром Финансов по соглашению с «подлежащими ведомствами»[225]. Препровождая текст Высочайше утвержденного 8 июня 1898 года мнения Государственного Совета Циркуляр Департамента Торговли и Мануфактур от 22 июня 1898 года № 16792 дополнительно пояснял, что «упоминаемые в статье

7 означенного узаконения подробные правила будут изданы и сообщены инспекторам дополнительно», в примечании которого отмечалось, что «Сие Высочайшее повеление одновременно с сим представлено Правительствующему Сенату для обнародования»[226]. Данный факт указывал на постоянную доработку уже изданных нормативных правовых актов, необходимость разъяснения ряда вопросов в подробных правилах и инструкциях.

«Правила о котельном сборе» были утверждены Министром Финансов, «по соглашению с подлежащими ведомствами», на

основании ст. 7 Высочайше утвержденного 8 июня 1898 года Мнения

Государственного Совета 20 ноября 1898 года[227]. Вышеуказанные правила должны были действовать в течение 1899, 1900 и 1901 годов. К уже данному определению парового котла, указанному в примечании Высочайше утвержденного 8 июня 1898 года мнения Государственного Совета дополнительно разъяснялось о том, что приборы, которые не предназначены собственно для производства пара, сбору не подлежали, несмотря на образование в них водяного пара под давлением и надзору за ними правительственных техников. Для примера были приведены приборы, служащие для распаривания под давлением различных веществ, «с автоклавов, варочных кубов, с котлов, служащих для водяного отопления зданий и вагонов и т.п.»[228]. Означенная трактовка понятия парового котла, подлежащего котельному сбору, носила характер расширительного толкования, что на практике, вероятно, должно было решаться в каждом конкретном случае.

В примечании к этой статье обозначался основополагающий критерий отнесения тех или иных паровых котлов к категории облагаемых котельным сбором: «Котлы, служащие для парового отопления, подлежат сбору, если они подчинены обязательному надзору правительственных техников (ст.ст. 76-80 Уст. промышл., Св. Зак. Т. XI, ч. II по продолж. 1895 г.), так как назначение их есть получение (производство) водяного пара»[229].

Статья 4 Правил о котельном сборе определяло круг котлов, которые были освобождены от сбора. К ним, по прежнему, были отнесены котлы, принадлежащие правительственным учреждениям и находящиеся притом в непосредственном их пользовании; пароходные котлы, в примечании 2 к статье 4 давалось понятие пароходных котлов, под которыми понимались все котлы, действующие на пароходах; котлы употребляемые в сельском хозяйстве; котлы, не подчиненные обязательному надзору правительственных техников (разъяснение Департамента Торговли и Мануфактур Министерства Финансов от 6 июля 1898 года № 18125)[230].

В отличии от ст. 7 Циркуляра Департамента Торговли и Мануфактур Министерства Финансов от 30 ноября 1894 года, где давалось определение котлам, используемым в сельском хозяйстве, в примечании 3 к статье 4 указывались конкретные случаи освобождения котлов, употребляемых в сельском хозяйстве. Прежде всего такие котлы должны были служить исключительно для сельского хозяйства, как то: для обработки и подготовки почвы, для снятия и убора возделываемых растений, для отделения от стеблей и очистки зерна и семян, для корчевания пней, для подготовки кормовых материалов для скота (распаривание корма, резка соломы и корнеплодов, дробление и плющение зерна и жмыховых), для орошения огородов, бахчей, полей и садов, для обработки молока и молочных продуктов и для распиловки дров[231].

Освобождались от сбора котлы, которые служили для вышеперечисленных целей сельского хозяйства, а вместе с тем употреблялись для помола зерна на мельницах, «имеющих не более двух семичетвертных поставов или одного постава больших размеров», а также котлы, служащие для распиловки и обработки леса и торфа исключительно для надобностей собственного сельского хозяйства[232].

Данный перечень был исчерпывающим, использование же паровых котлов, указанных в приложении 3 к статье 4, хотя бы часть года для иных целей, указывал на необходимость уплаты сбора на общих основаниях[233]. Примечание 4 статьи 4 вышеуказанных правил указывало на основания, по которым паровые котлы не подлежали обязательному надзору правительственных техников. К ним относились котлы, которые были снабжены прямыми сообщениями с атмосферой посредством вертикально отпущенной в воду трубы, имеющей более 3 1A дюймов внутреннего диаметра и менее 2 % сажень высоты, считая от уровня воды в котле. Означенная труба не должна была иметь пробки, крана или других каких либо приспособлений для разобщения внутреннего пространства котла с атмосферою[234]. Примечание к статье 8 устанавливало обязанность извещения соответствующего правительственного техника «о всяком переделе котла, сопряженной с изменением его поверхности нагрева»[235].

Законодательно были урегулированы такие моменты, как определение поверхности нагрева парового котла. B статье 12 под поверхностью нагрева парового котла признавалась сумма поверхностей соприкосновения с горящим топливом, с пламенем или топочными газами всех тех частей стенок его, которые омывались изнутри котла водою при наинизшем допускаемом уровне воды[236].

Приборы, служащие для подогревания воды, питающего котел (экономайзеры, подогреватели), при определении сбора в расчет не принимались лишь в том случае, если эти приборы не были составной

частью котла, могли быть отделимы от котла и остановлены без

2

остановки его действия.

Правила о котельном сборе содержали детальное регулирование технических составляющих ряда процессов. В соответствии со статьей 14 рассматриваемых правил при исчислении поверхности (площади) нагрева разрешались некоторые допущения, а именно: неправильности формы поверхностей из-за швов и закруглений в углах, например, «около флянцев труб или при сопряжении плоского неба топки с боковыми ее стенками», в расчет не принимались и поверхность котла рассчитывалась в предположении, что все стенки его сделаны «как бы без швов и без закруглений в углах»; и далее указывалось «поверхность трубы, обрезанная по концам произвольными поверхностями, рассчитывалась так, как если бы труба была обрезана плоскостями, перпендикулярных оси трубы и проходящими через конечные точки этой оси. При этом конечными точками оси считались точки ее пересечения с поверхностями, по которым были срезаны концы данной трубы»[237]. В примерах к данным подпунктам статьи 14 указывалось, что поверхность патрубка, соединяющего два кипятильника, указанных на чертеже, принимались равной определенной величине, поверхность нагрева галловеевской трубы также была равна определенной величине[238]. К числу других «допущений» относилось то, что площадь отверстия в стенке какой бы то ни было формы, служащего для вставки трубы под каким бы то ни было углом к поверхности этой стенки, принимался равной площади концевого поперечного сечения трубы, перпендикулярного к ее оси[239].

Допускалось также, что поверхность нагрева гофрированной трубы рассчитывается как поверхность нагрева трубы с гладкими стенками, диаметр которой равен среднему арифметическому из наибольшего и наименьшего диаметров данной трубы, а поверхность нагрева шарового днища принималась равной поверхности плоского днища того же диаметра. Не принимались во внимание кирпичные и шамотные сводки, стенки, пороги и насадки, устанавливаемые в топках или пламенных ходах с целью предохранения стенок котла от удара пламени, для смещения газов и тому подобного, а также столбики, подставки и кронштейны, служащие опорами для котла, ниши, в которых помещались части арматуры, например, продувные и питательные краны. В этих случаях поверхность нагрева рассчитывалась так, как если бы названные приспособления не существовали[240].

Четкое регулирование ряда технических характеристик в данных правилах устраняла множество неясностей на практике. В некоторых случаях устанавливались точные величины или формулы. Так, в круглых (трубчатых) внутренних топках горизонтальных котлов, независимо от расположения и размеров колосниковой решетки, а также независимо от ее присутствия (при нефтяном отоплении ее не было - прим. автора), устанавливалось, что поверхность топки выражалось определенной формулой[241].

Для горизонтальных цилиндрических котлов или кипятильников, если они не были заполнены полностью водой принималось, что поверхность нагрева омываемого газами днища котла, независимо от размеров и расположения стенок или сводок, ограничивающих дымоходы, равной определенной формуле. Расшифровка формулы включала такие параметры как диаметр днища, сумму площадей поперечного сечения жаровых или дымогарных труб, проходящих через

3

это днище.

Интересен тот факт, что в данных правилах были конкретно перечислены некоторые, вероятно, наиболее используемые котлы. Среди них были названы водотрубные котлы Бельвиля, Рута, Бабкок, Бютнера, Дюрра, а также котлы Шухова. У перечисленных и им подобных котлов поверхность нагрева соединительных коробок в расчет не принималась1.

Определение данных, в соответствии со ст. 15 правил,

необходимых для исчисления поверхности нагрева разрешалось производить как непосредственным обмером котла, так и по исполненным чертежам и эскизам в масштабе не менее 1/20 натуральной величины. Линейные размеры, исходя из положений ст. 16 правил, выражались в футах и десятичных долях фута, при этом размеры диаметров трубчатых частей котла записывались и принимались в расчет с точностью до 0,01 фута, остальные размеры с точностью до 0,1 фута, разрешалось также выражать размеры котла в

мерах метрической системы, с оговорками, отраженными в примечании

2

к данной статье .

Котельная книга, в силу ст. 18 правил, являлась документом, в которой фиксировались данные обмера парового котла и сумма ежегодного сбора. Копия этих данных должны были храниться у лица, на которое был возложен надзор за паровыми котлами. В примечании 1 к данной статье указывалось, что в котельных книгах пароходных котлов должны били вписываться только размеры котлов и их поверхность нагрева без указания размера сбора3.

В примечании 2 этой же статьи давалась рекомендация относительно фиксации сведений о паровых котлах. Рекомендовалось, в частности, упоминаемые в статье 18 записи делать на особых листах,

которые в дальнейшем должны были «пришнурованы и припечатаны к

4

котельной книге».

Примечание 3 статьи 18 правил устанавливало правило, по которому упомянутые выше сведения о котле должны были вноситься B котельную книгу не позже как при первом, последующим за изданием настоящих правил, очередном наружном освидетельствовании его и независимо от того, подлежал ли котел сбору в год освидетельствования или нет5.

1 Там же

2 Там же

3 Там же

4 Там же

5 ГАКО.

Сбор таких сведений позволяло государственным органам, во- первых, собирать статистические сведения о данных технических средствах, что позволяло иметь представление о техническом развитии страны в этом направлении, во-вторых, своевременно и в достаточно полном объеме собирать налоги, в-третьих, отслеживать техническое состояние котлов, предотвращая несчастные случаи и, в-четвертых, дисциплинировать собственников паровых котлов в части соблюдения необходимых требований при пуске и эксплуатации котлов.

Для более эффективного регулирования данных правоотношений в статье 30 правил о котельном сборе устанавливалась обязательная нумерация каждого котла отличительным номером, которых постоянно сохранялся за котлом. Нумерация котла менялась при переходе котла из под надзора правительственных техников какой либо губернии или одного из ведомств под надзор чинов другой губернии или ведомства (ст. 32 правил о котельной сборе). B этой же статье 32

предусматривался случай присвоения другого номера котлу на железных дорогах при переходе котла из инвентаря одной дороги в инвентарь другой, при этом особо отмечалось, что при этом новый номер должен заноситься в котельную книгу не позже первого освидетельствования котла в порядке, определенном в стать 31 правил о котельном сборе[242].

Статья 31 устанавливала правило, по которому отличительный номер котла обозначался в котельной книге не позже первого освидетельствования котла, а также выбивался на котельном клейме. При номере котла в котельной книге должно было обозначаться, по какому списку значиться котел и под каким номером, например, «котел № такой-то, по списку фабричной инспекции Архангельской губернии»,

«№ такой-то по списку Северного горного округа», «№ такой-то по

2

списку такой-то железной дороги».