Статья 106

А матери, который сын добр, перваголи^[CXXXIV]другаго ли, тому же дастъ свое; аче и ecu сынове ей будутъ лиси, а дчери можетъ дати, кто ю кормитъ.

Переводы

Касательно материна имения, которой сын будет более к ней почтителен, перваго ли мужа, или втораго, тому она волю имеет оное отдать; а ежель и вси сыновья будут к ней непочтительны, то может отдать имение свое дочери, которая ее содержит (Б.).

А со si§ tyczy matki, tedy ktory syn byl dla niej dobrym, czyli t. zspierwszego czyli z drugiego m^za, to temu da swoj majatek, jesli z wszyscy synowie b^d^ lichymi, to moze dac corce, ktora ja karmi (R.).

Und die Mutter gebe das Ihrige demjenigen Sohn, welcher gut gegen sie war. Wenn alle Sohne bose sind, so kann sie es auch der Tochter geben, welche sie ernahrte (Ew.).

Что касается до матери в сем случае, то она отдает имение тому сыну, который был добрее, не разбирая того, с которым мужем прижит ею; если сыновья все были злы, то она в праве отдать имение и дочери, которая ее содержит (Пл.).

Что касается до матери в этом случае, то она отдает свое имение тому сыну, который был добрее, не разбирая того, с которым мужем прижит ею; а если сыновья все были злы, то она вправе отдать имение и дочери, которая ее содержит (Ст.).

Aber die Mutter gibt dem Sohn das Ihre, der gut (gegen sie) war, sei er von dem ersten oder von dem zweiten Mann. Sind alle ihre Sohne bose, so kann sie (das Ihre) auch der Tochter geben, die sie ernahrte (G.).

Комментарии

Неволин сделал такое замечание к заключительным словам статьи: они „показывают, что право наследования было в этом случае как бы возмездием и наградою за сыновнюю или дочернюю попечитель- ность о матери" (V, с. 344).

Владимирский-Буданов полагал, что ст. 106 „есть как бы повторение ст. 103, но может быть здесь речь идет не о вдовьей части из обще-семейного имущества, а о собственном имуществе вдовы (кото­рое она принесла в виде приданого)" (Хр., I, прим, 151).

Цито вич пояснял: „Сначала мать должна испробовать житье у сыновей, и только тогда, когда все они окажутся лихими, может перейти к дочери" (с. 166).

Сергеевич делал вывод, „что если и дочь, подобно сыновьям, была не хороша, то мать могла и ее устранить и передать свое иму­щество дальнейшему родственнику, а, наконец, и постороннему лицу. Относительно матери право устранить всех сыновей — несомненно". „Но неужели отец имел меньше прав, чем мать? ... Надо думать, что и отец мог устранить всех детей от наследства". В подкрепление своей догадки он обращался к Псковской Судной грамоте: „Аже сын отца или матерь не скормит до смерти, а пойдет из дому, часть ему не взять". „Если сын, произвольно оставивший родителей, устранялся от наслед­ства в силу закона, то неужели отец был обязан в завещании наделять такого сына? Эта практика сохранилась до наших дней в обычаях крестьян Архангельской губернии. В случае оскорбительных поступков детей родители могут лишить их наследства; между покорными детьми они распределяют наследство по усмотрению" (Лекции, с. 538).