РЕАКЦИЯ ДВОРЯНСТВА HA ПРАВО ЖЕНЩИН РАСПОРЯЖАТЬСЯ ИМУЩЕСТВОМ

He существует в полном смысле никаких письменных свиде­тельств, которые говорили бы о реакции современников на гран­диозную перемену в имущественных правах замужних женщин. C начала XVIII в.

B принципе представитель Костромы бьш не одинок в своем недовольстве экономической независимостью дворянок. Te депу­таты, которых Екатерина назначила в 1770 г. разрабатывать новый Свод законов, были бы рады повернуть время вспять и дать мужь­ям власть над приданым жен «к общей ползе семейства», с обыч­ной оговоркой о том, что супруги не вправе продавать или закла­дывать имущество другдруга. Еще по одному поводу они добавили, что женам следует запретить продажу земли, если это противоре­чит интересам семьи54.

Несмотря на эти возражения против нового правового статуса женщин, значительная часть дворянства проявляла удивительную готовность смириться с расширением женских имущественных прав.

B XVII в. брачные договоры составлялись по определенному образцу. Их формулировка гласила, что отец выдает дочь замуж и вручает зятю ее приданое. Согласие дочери в этом случае бьшо на­столько несущественным, что даже не требовалось ее подписи под документом. B одном типичном брачном договоре, составленном в 1695 г., боярин Федор Лопухин, выдавая свою дочь за князя Кура­кина, вручал князю часть своей вотчины и сотню крепостныхдуш55. Дочь боярина в этом документе вообще не фигурировала, за исклю­чением того факта, что отец именно ее выдавал замуж за будущего зятя. До середины XVIII в. большинство доноров приданого при­держивалось этой формулы: в сущности, роспись приданого явля­лась контрактом между родителями и зятем, а поэтому и скрепля­лась подписью последнего. Выдавая девиц замуж, от их имени отказывались от имущества, которое вручалось их мужьям, обязан­ным отныне управлять им на общее благо семьи. B первых строках брачного договора выражалисьдворянские представления об отно­шении женщин к собственности и подчеркивался истинный смысл раздельного имущества супругов. Хотя последнее и было неприкос­новенно, но существовало оно только ради защиты родовых инте­ресов, а не затем, чтобы замужние женщины независимо контро­лировали свои состояния.

Однако с середины XVllI столетия в традиционных формули­ровках росписей приданого появились признаки изменений. Впер­вые дворянские семьи начинали видеть в приданом соглашение между родителями и дочерями.

C первой же фразы брачного договора теперь было очевидно, что роспись приданого превратилась в соглашение родителей с дочерью. Этот документ составлялся уже на имя дочери, а не зятя, и на нее же возлагалась ответственность за сбор налогов, поставку рекрутов и исполнение других обязанностей владельца земли и крестьян57. Так, если в 1742 г. Анна Нелидова составила соглаше­ние, в котором передавала приданое дочери своему зятю, лейтенан­ту Александру Сухотину, то в 1771 г. Авдотья Трусова пожаловала дочери в приданое 34 крепостных души «в вечное и потомственное владение»58. Лейтенант Андрей Сабуров в 1771 г. подтвердил, что полностью получил все имущество, значащееся в росписи прида­ного его жены, Марии Зубаревой, причем в документе оговарива­лось, что Зубарева несет ответственность за все налоги с придано­го имения в 56 душ. Этот документ Зубарева к тому же подписала сама в присутствии шестерых свидетелей59. B 1845 г., когда Софья Михайловна Воронцова выходила замуж за графа Андрея Шувало­ва, жених удостоился лишь краткого упоминания в документе: при­даное Воронцовой рассматривалось уже только как объект соглаше­ния между ее родителями, братом и ею самой60.

Постепенная, хотя и частичная, трансформация нотариальной практики, в отличие от сенатских и императорских указов, убеди­тельно свидетельствует о превращении дворянок в самостоятельных юридических лиц и проливает свет на отношение дворянства к женскому владению. Сенатское решение 1753 г.

B XIX в. эта тенденция привела к постепенному исчезновению приданого. K середине столетия родители уже не составляли брач­ных соглашений, а предпочитали вместо этого передавать дочерям собственность посредством документов, именуемых дарственными, или отдельными, записями61. Эти документы становятся все более частым явлением в нотариальных документах по мере сокращения числа брачных договоров. Более того, если сыновья получали по­добные дарения лишь изредка, то дочерям имущество передавалось таким способом гораздо чаще62. Переход от приданого к дарению стал логическим итогом вручения приданого в женские руки, а с ним укрепился и контроль женщин над их землями63.