КОНСТИТУЦИЯ СССР 1936 г. Социалистическое общество в основном построено

С тех пор как возникла частная собственность и общество разделилось на антагонистические классы, идеологи эксплуататоров стремились приучить эксплуа­тируемых к мысли об извечности и незыблемости та­кого порядка, к мысли о естественности эксплуатации человека человеком.

Вместе с тем пробивала себе дорогу и другая идео­логия — идеология уважения к труду и всеобщего ра­венства. Ее вершиной стали творения социалистов- утопистов, создавших модели идеального мира — общества без эксплуататоров и эксплуатируемых. Но идеи Мора, Кампанеллы, Морелли и других мыслителей были лишь сладкой мечтой. Скачок от утопии к науке смог сделать только марксизм, показавший истинный путь к раскрепощению человечества. А претворить эти идеи в жизнь пришлось впервые российским коммунистам, притом в исторически кратчайшие сроки.

Ликвидация эксплуататорских классов в Советской стране не означала, конечно, вопреки измышлениям

наших врагов, физического уничтожения больших групп людей. Ликвидировать эксплуататоров означало лишить их средств производства, устранить тем самым саму возможность эксплуатации, заставить бывших эксплуататоров добывать средства к существованию собственным трудом. Не большевики придумали лозунг «Не трудящийся да не ест», но они впервые осущест­вили его.

Ликвидация эксплуататоров в городе проводилась постепенно: осуществлялась политика ограничения и вытеснения буржуазных элементов. В этом известную роль сыграла налоговая политика, ставившая пределы обогащению нэпманов. От них требовали строгого со­блюдения трудового законодательства, чтобы умерить их эксплуататорские устремления.

Таким образом, здесь действовали прежде всего экономические законы, та самая «честная конкуренция», о которой столь пекутся буржуазные идеологи. Победил более сильный, но более сильным оказалось социалисти­ческое государство, победила политика индустриализа­ции страны, курс на которую был взят в соответствии с ленинским учением о построении социализма. В ре­зультате успешного осуществления первых пятилетиях планов была создана промышленная база, которая по­зволила технически перевооружить все народное хозяй­ство. В 1937 г. социалистические промышленные пред­приятия давали 99,8% всей продукции.

Несколько по-иному происходило социалистическое преобразование в деревне. В конце 20 — начале 30-х годов здесь от политики ограничения и вытеснения эксплуататоров по инициативе широких крестьянских масс перешли к политике ликвидации кулачества как класса на базе сплошной коллективизации. Это был революционный скачок, позволивший покончить с самым многочисленным и самым опасным эксплуататорским классом. Таким образом, вопрос «кто — кого» был решен в пользу социализма как в городе, так и в деревне.

Ни индустриализация, ни коллективизация, ни сама победа социализма были бы немыслимы без культурной революции. Захватить власть, отнять ее у эксплуатато­ров мог и полуграмотный рабочий. Но провести социа­листическую реконструкцию народного хозяйства без овладения вершинами современной науки и техники было невозможно.

В свое время юный Жан-Жак Руссо привлек внима­ние французской общественности парадоксальным со­чинением «Рассуждение, способствовало ли возрожде­ние науки и искусств улучшению нравов», где писал о вреде просвещения.

Рабочие и крестьяне Советской страны, вступившие в новую жизнь, не разделяли подобных взглядов. Они прекрасно понимали, что без образования не станешь к сложному станку, не сядешь за руль трактора и комбайна, не будешь управлять танком и самолетом.

В результате коренных социально-экономических преобразований в стране осталось только два дружест­венных класса — рабочий класс и колхозное крестьян­ство. Наряду с ними активное участие в строительстве социализма принимала интеллигенция. К середине

¹ Руссо Ж.-Ж. Избранные сочинения. М., 1961. т. 1, с. 47 .

30-х годов во всех сферах хозяйственной, общественной и культурной жизни наряду со старыми специалистами активно участвовала интеллигенция, подготовленная за годы Советской власти. Это главным образом были вы­ходцы из рабочих и крестьян, теснейшими узами свя­занные с ними. Новая, социалистическая многонацио­нальная интеллигенция стала играть активную роль в жизни Страны Советов. Оформилось социально-по­литическое и идейное единство советского общества — источник могущества социалистического государства. Все это оказало огромное воздействие на развитие меж­национальных отношений. Успешно развивались со­юзные республики, объединившиеся в Союз Советских Социалистических Республик. К этому времени было в основном ликвидировано оставшееся от прошлого фактическое неравенство различных народов в хозяй­ственном и культурном отношении.

Советский Союз стал первой в мире страной, где был построен фундамент социализма. А это требовало законодательного закрепления в Основном Законе.

Инициатором изменения Конституции явился Цент­ральный Комитет Коммунистической партии. Пленум ЦК ВКП(б) I февраля 1935 г. специальным решением поручил Председателю Совета Народных Комиссаров выступить от имени ЦК на VII Всесоюзном съезде Советов с предложением о необходимости внесения не­которых изменений в Конституцию Союза ССР. Эти изменения мыслились в направлении: а) дальнейшей демократизации избирательной системы — замены не вполне равных выборов равными, многостепенных — прямыми, открытых — закрытыми; б) уточнения со­циально-экономической основы Конституции для приве­дения Основного Закона в соответствие со сложившим­ся соотношением классовых сил в СССР (создание новой социалистической индустрии, разгром кулачества, победа колхозного строя, утверждение социалистиче-

ской собственности как основы советского общества и т.

VII Всесоюзный съезд Советов, проходивший с 28 января по 6 февраля 1935 г., обсудил доклады по конституционным вопросам, с которыми выступили Председатель СНК СССР В. М. Молотов и секретарь Президиума ЦИК СССР А. С. Енукидзе. «К VII съезду Советов Союза ССР наша страна пришла с огром­ными победами,— говорил А. С. Енукидзе,— социализм победил... В соответствии с этими социально-экономи­ческими изменениями, завоеванными к настоящему вре­мени, VII съезду необходимо пересмотреть Конституцию Союза ССР...»²

Делегат от Украины генеральный секретарь ЦК КП (б) Украины С. В. Косиор подчеркнул историческое зна­чение коренных изменений социальной структуры об­щества, вызванных ликвидацией эксплуататорских клас­сов: «Эти наши победы, особенно победы 1933—1934 гг., еще больше изменили лицо нашей страны, упрочили победу социализма в нашем великом, многонациональ­ном Советском Союзе...:^ Председатель СНК БССР Н. М. Голодед обратил внимание делегатов съезда на то, что дальнейшее развитие советской демократии требует изменения Конституции.

Съезд Советов принял решение внести в Конститу­цию Союза ССР изменения в направлении, указанном в постановлении ЦК ВКП(б). Съезд обязал Централь­ный Исполнительный Комитет Союза ССР избрать Кон­ституционную комиссию и поручить ей выработать ис­правленный текст Конституции, который затем внести для утверждения на сессию ЦИК СССР.

' См.: КПСС в резолюциях... М.. 1971. т. 5. с. 205.

"VII съезд Советов Союза ССР. Стенографический отчет . ,Ч . . 1935. с. II.

' Там же. с. 205.

М3

В речи при закрытии съезда 6 февраля 1935 г. М. И. Калинин, раскрывая политический смысл реше­ния о пересмотре Конституции, сказал: «Это результат победы диктатуры пролетариата, выросшей мощи тру­дового населения Союза, выросшей уверенности наро­дов Союза ССР в том, что дальнейшее развитие советского демократизма обеспечит еще большие успехи социализма... Эту уверенность разделяет и Центральный Комитет Всесоюзной Коммунистической партии, который от имени партии внес на съезд это предложение».

На первой же сессии ЦИК СССР седьмого созыва избрал Конституционную комиссию из 31 человека, в состав которой были включены представители Цент­рального Комитета ВКП(б) и Советского правитель­ства, ведущие работники всех союзных республик, обще­ственные деятели и юристы. Конституционную комис­сию возглавил И. В. Сталин. 7 мая 1935 г. комиссия приступила к работе. На первом ее заседании было создано 12 подкомиссий для подготовки отдельных разделов Конституции.

В основу проекта были положены действовавшая Конституция и законодательные акты Советского госу­дарства, принятые во второй половине 20 — первой половине 30-х годов. Важнейшее значение имели документы центральных органов Коммунистической партии, и прежде всего Устав, утвержденный XVII съез­дом ВКП(б).

Проделав гигантскую работу, к марту 1936 г. под­комиссии представили свои материалы. На основе этих материалов в течение марта — апреля 1936 г. был подготовлен «Черновой набросок проекта Конституции СССР». Этот документ подвергся детальному обсужде­нию на совещаниях в различных отделах ЦК ВКП(б), состоявшихся в апреле 1936 г. В него внесли сущест­венные дополнения и изменения по принципиальным вопросам. Кроме того, была уточнена и структура: вме-

1-44

сто разделов введены главы и сплошная нумерация для всех 146 статей.

В основу проекта были положены выводы, сделан­ные из анализа реальной действительности: утвержде­ние во всех областях жизни Советского Союза социа­лизма, дальнейшее развитие социалистической демо­кратии.

После этого «Черновой набросок проекта Консти­туции СССР» был передан в редакционную подкомиссию, которая подвергла его дальнейшему тщательному рас­смотрению. Спорным оставался вопрос, какие автономные республики достигли в своем развитии уровня, позво­ляющего преобразовать их в союзные. Редакционная подкомиссия высказалась за преобразование всех автономных областей в автономные республики. В со­ставленном ею «Первоначальном проекте Конституции СССР» остался ряд ошибочных положений.

Проект Конституции СССР был вынесен на обсуж­дение Пленума ЦК ВКП(б), состоявшегося 1—4 июня 1936 г. С докладом на Пленуме выступил председатель Конституционной комиссии И. В. Сталин. Пленум в ос­новном одобрил представленный Конституционной ко­миссией проект и постановил: «Ввиду особой важности вопроса считать целесообразным созыв Всесоюзного съезда Советов для рассмотрения проекта Конституции СССР» '.

КПСС в резолюциях..., т. 5. с. 253.

Затем проект поступил на рассмотрение Президиума ЦИК СССР. После всестороннего обсуждения 11 июня 1936 г. Президиум ЦИК СССР одобрил проект Консти­туции и принял решение опубликовать его для всена­родного обсуждения.

12 июня 1936 г. проект Конституции был опублико­ван во всех газетах страны, а затем издан в виде бро­шюры на ста языках народов СССР. Так завершился первоначальный этап подготовки проекта Конституции СССР и начался этап его всенародного обсуждения.

Трудящиеся встретили проект Конституции как до­кумент, в котором были зафиксированы итоги достигну­тых побед и определены перспективы развития Союза ССР. По всей стране проводились отчеты местных Советов и их депутатов перед избирателями, чрезвычай­ные районные, областные, краевые и республиканские съезды Советов, на которых обсуждался проект Кон­ституции. К 21 ноября 1936 г. - проект Конституции был одобрен на 165 тысячах пленумов Советов и исполни­тельных комитетов, заседаниях секций и депутатских групп, на которых присутствовало 3472 ' тысячи человек. Рост политической активности трудящихся имел самые разнообразные проявления. Так, в Закавказской Фе­дерации, РСФСР и Узбекской ССР в период обсуждения проекта Конституции отчиталось около 80% местных Советов и 85 % их депутатов. Нередко избиратели, не удовлетворенные деятельностью своих депутатов, досрочно отзывали их. В РСФСР, например, в это время было отозвано 15 тысяч депутатов.

Собрания, посвященные обсуждению проекта Кон­ституции, прошли во всех производственных коллекти­вах. Только в Московской области к 1 декабря 1936 г. состоялось 16 тысяч собраний трудящихся, на которых присутствовало 1626 тысяч человек.

Партийные и советские органы всячески заботились об эффективности этой кампании. Президиум ЦИК

Н6

14 августа 1936 г. разослал во все исполкомы телеграм­му, в которой напоминал, что нужно обеспечить граж­данам возможность обсуждать проект на родном языке, что необходимо организовать учет и систематизацию всех поступающих замечаний и дважды в месяц в виде сводок присылать их в Президиум ЦИК СССР. Трудя­щиеся, одобряя основные положения проекта, вместе с тем думали о его совершенствовании.

Замечания на проект Конституции широким потоком шли в государственные и партийные органы, в редакции газет и журналов. Наибольшее число их затрагивало такие вопросы, как определение общественного устройст­ва, прав и обязанностей граждан, принципов избиратель­ной системы. Огромное значение имели предложения, ка­савшиеся структуры высших органов власти Союза ССР и их деятельности.

Наряду с исключительно ценными конструктивными предложениями нередко встречались и такие, которые не могли быть реализованы в Конституции. Одни из них непосред­ственно затрагивали текущее законодательство, другие вообще не имели прямого отношения к . проекту Основ­ного Закона.

Во всенародном обсуждении проекта Конституции приняло участие 55 % взрослого населения страны. В общей сложности поступило около 2 миллионов различных дополнений и поправок.

Обсуждение проекта Конституции послужило толчком к новому подъему не только политической, но и производ­ственной активности трудящихся. Широкий размах приоб­рело социалистическое соревнование в честь Чрезвычай­ного VIII съезда Советов, инициаторами которого высту­пили депутаты районных и городских Советов Ленингра­да. Соревнование с невиданной быстротой охватило все отрасли промышленности, сельского хозяйства и транспорта.

Опубликование проекта Конституции и его всена­родное обсуждение имели широкое международное

значение. Великий французский писатель-демократ Ро­мен Роллан сказал: «Эта Конституция покажет всему миру, что СССР окончательно победил косные силы, оставшиеся от старого строя. Это — установление на­стоящей демократии, которая может существовать только в бесклассовом обществе; это проведение в жизнь великих лозунгов, до сих пор являвшихся толь­ко мечтой человечества,— свободы, равенства и брат­ства» '.

Правительства крупнейших капиталистических стран следили за ходом обсуждения проекта Конституции, хорошо понимая историческое значение этого докумен­та. Так, посольство США в Москве в день опубликова­ния проекта Конституции, 12 июня 1936 г., направило государственному секретарю в Вашингтон телеграмму, в которой излагались некоторые положения проекта и давались их оценки. Буржуазные дипломаты не могли не признать, что проект «данной Конституции создает впечатление наиболее либерально окрашенного доку­мента», что он дает возможность наглядно показать всем отставание в данном вопросе западных демократий. Через неделю, 18 июня 1936 г., посольство направляет в государственный департамент США полный текст переведенного на английский язык проекта Конститу­ции. Переписка дипломатов США по данному вопросу носила весьма интенсивный характер. Она продолжалась и после утверждения Конституции.

Развернувшееся в Советском Союзе всенародное обсуждение проекта Основного Закона нельзя было игнорировать. Различные информационные агентства Запада вынуждены были сообщать о ходе этого обсуж­дения. Агентство Рейтер сразу же после опубликования проекта Конституции передало его содержание редакци­ям всех британских газет. Крупнейшие газеты капнта-

¹ Правда. 1936, 13 июня.

диетического мира комментировали проект Конституции. Ознакомившись с проектом Основного Закона Страны Советов, западные комментаторы окончательно убеди­лись в том, что надежды на капиталистическую ре­ставрацию в СССР безнадежно рушатся. Парижская газета «Тан» писала: «Это по-прежнему режим, основан­ный Лениным... Право собственности остается уничто­женным».

Большая часть информации, помещаемой в буржу­азной прессе, преследовала цель опорочить проект Кон­ституции. Особенно резким нападкам подвергла буржу­азная пресса ту часть проекта, которая определяла ру­ководящую роль. Коммунистической партии в системе диктатуры пролетариата. М. И. Калинин по этому по­воду сказал: «Мир разделился на две части: одна часть, составляющая огромнейшее большинство населения в капиталистических странах,— рабочие, часть интелли­генции и крестьянская беднота;— высказывает свое глу­бокое сочувствие нашей Конституции и говорит о том, что она открывает самые широкие перспективы для раз­вития демократии; другая часть, буржуазно-фашистская, резко выступая против Конституции, все силы употреб­ляет на то, чтобы опорочить ее перед народными мас­сами зарубежных стр;^і^з^1.

Всенародное обсуждение проекта Конституционная комиссия использовала в своей дальнейшей работе и при подготовке доклада VIII чрезвычайному съезду Со­ветов, который открылся в Москве 25 ноября 1936 г. На съезде присутствовало 2016 делегатов с правом ре­шающего голоса. 42 % делегатов съезда составляли ра­бочие, 40% — крестьяне и 18% — служащие. На съезде были представители 63 наций, народностей и нацио­нальных групп. Большинство делегатов —72% - - явля-

' Калинин М. И. Вопросы советского строительств.,. М, І'5К

< 579

лись членами Коммунистической партии ¹. Съезд при­ветствовали многочисленные делегации трудящихся круп­нейших промышленных центров и ведущих сельскохо­зяйственных районов, интеллигенции и др.

С докладом «О проекте Конституции Союза ССР» от имени Конституционной комиссии выступил ее пред­седатель И. В. Сталин. В докладе содержалась характе­ристика социально-экономических и политических пред­посылок, обусловивших необходимость замены Консти­туции, говорилось о значении новой Конституции для строительства социализма в СССР, давался отпор ее буржуазным критикам.

В прениях, продолжавшихся до 1 декабря, выступи­ли 56 делегатов съезда, единодушно одобривших проект Конституционной комиссии. Этот проект решено было принять за основу. Затем съезд избрал редакционную комиссию в составе 220 делегатов и поручил ей в трех­дневный срок представить окончательный текст проекта Конституции. При доработке проекта в него были вне­сены 43 дополнения и поправки, затрагивавшие 32 статьи. Большинство поправок носило редакционный характер. Однако были и такие, которые имели важнейшее прин­ципиальное значение.

Гак, в статью 7 было внесено дополнение, гласив­шее, что основным доходом колхозного двора является доход от общественного хозяйства. Это дополнение преследовало цель установить правильное сочетание об­щественных и личных интересов колхозников, причем пре­имущества отдавались общественным. В дополнении к статье 8 говорилось, что земля закрепляется за колхо­зами бессрочно и отдастся им в бесплатное пользование. Существенные дополнения были внесены в статью 10, в которой речь шла о праве граждан на личную собст­венность, ее охрану и наследование.

'См.: Чрезвычайный VIII Всесоюзный съезд Советов. Стеногра­фический отчет. М.. 1936. с. 410.

1.50

Кардинальные изменения претерпела статья 35. В первоначальном ее варианте указывалось, что Совет Национальностей Верховного Совета СССР образуется из депутатов — представителей Верховных Советов со­юзных республик (по 10 представителей), автономных республик (по 5 представителей) и Советов депутатов трудящихся автономных областей (по 2 представителя). Представительство от национальных округов не преду­сматривалось. Такая процедура формирования Совета Национальностей была менее демократична по сравне­нию с формированием Совета Союза, который должен был избираться, и не обеспечивала численного равенст­ва обеих палат. В окончательной редакции этой статьи все отмеченные недостатки были устранены. По Кон­ституции 1936 г. Совет Национальностей избирается непосредственно населением, число депутатов в нем примерно равно числу депутатов Совета Союза.

Большое политическое значение имели поправки к статье 40, в которой указывалось, что законы Верхов­ного Совета СССР должны публиковаться на языках союзных республик, и к статье 48, устанавливавшей количество заместителей Председателя Президиума Вер­ховного Совета СССР соответственно количеству союз­ных республик. Эти поправки служили тому, чтобы еще более последовательно реализовать принципы проле­тарского интернационализма в Основном Законе Сою­за ССР. Существенные дополнения были внесены в статьи 49 и 61, определявшие компетенцию и состав Президиума Верховного Совета СССР. Незначительным изменениям подверглись и некоторые другие статьи. Без изменений остались 114 статей проекта. 4 декабря редакционная комиссия закончила свою работу.

Чрезвычайный VIII Всесоюзный съезд Советов на своем заключительном заседании 5 декабря 1936 г. вна­чале постатейно, а затем в целом принял текст Консти­туции СССР. Этот день был объявлен всенародным праздником — Днем Конституции.

Еще одна ступень советской демократии

В первой Конституции СССР не регламентировались вопросы общественного строя. Эта проблема была от­ражена в конституциях союзных республик. В Конститу­ции СССР 1936 г. общественному устройству специаль­но посвящалась первая глава. Этим подчеркивался ос­новополагающий характер закрепленных в ней отноше­ний. наиболее тесно связанных с базисом, с экономикой.

Конституция - - • - - ?"- ркивала социалистический харак­тер, социалистический тип Советского государства. Гак же как и первые советские конституции, она закрепля­ла ту форму государства, которая сложилась в резуль­тате Великой Октябрьской социалистической револю­ции,— республику Советов.

В Конституции говорилось о победе социализма в нашей стране, о безраздельном господстве социалисти­ческой системы хозяйства, социалистической собствен­ности на средства производства в двух основных ее фор­мах — государственной (общенародной) и колхозно­кооперативной.

Обе эти формы социалистической собственности воз­никли вместе с Советским государством, но складыва­лись и развивались по-разному.

Первыми объектами государственной собственности явились своеобразные «трофеи», доставшиеся нам от буржуазного государства,— немногочисленные казенные заводы, в основном военные, государственные железные дороги, Государственный банк, казенные земли, много­миллионное имущество армии и флота. Все это иму­щество, принадлежавшее ранее буржуазному Россий­скому государству, после Октябрьской революции авто­матически стало собственностью Российской Советской Республики.

Другим источником возникновения государственной собственности стала национализация. Уже на второй

день революции был национализирован важнейший объ­ект — земля, ставшая целиком и исключительно соб­ственностью Советского государства. За ней последо­вали частная промышленность, частные банки, част­ные железные дороги, коммерческий морской и речной флот.

Таким образом, в первые годы Советской власти формирование государственной собственности шло в основном за счет обобществления уже имевшегося имущества, изъятия его -и 'юв. за счет

экспроприации. Советское і получило значи­

тельные ценности, но все же они были сравнительно невелики — ведь это было имущество слаборазвитой Рос­сии. К тому же многое погибло в огне гражданской войны. Разруха, охватившая страну после войны и ин­тервенции, общеизвестна. Достаточно лишь одного при­мера: в 1920 г. Советская страна производила чугуна столько же, сколько Россия при Петре I. Годы иност­ранной интервенции отбросили нашу Родину на два века назад.

Поэтому главным источником формирования государ­ственной собственности стало социалистическое накоп­ление. В первые годы после гражданской войны мы еще штопали старые дыры — восстанавливали разру­шенное. Но уже в 1925 г. XIV съезд партии взял курс на индустриализацию страны. За годы первых пятиле­ток были созданы новые отрасли промышленности, которых вообще не знала старая Россия, или они нахо­дились в зачаточном состоянии. Один за другим под­нимались авиационные, автомобильные, тракторные за­воды, химические комбинаты. Днепрогэс стал знаменем новой энергетики, Турксиб — уникальной транспортной стройкой. Во второй половине 30-х годов каждые де­сять часов в строй вступал новый завод или фабрика. Они производили продукцию, которая становилась госу­дарственной собственностью.

Колхозно-кооперативная собственность в отличие от государственной принадлежит не всему обществу, а определенной группе лиц, то есть является не общена­родной, а групповой. Но, как собственность коллектива, это тоже социалистическая собственность.

Подобная форма собственности возникла также в первые дни Советской власти, прежде всего в сельском хозяйстве. Коммунисты всегда были сторонниками коллективного ведения сельского хозяйства. Эта идея вошла и в программу большевистской партии. Однако в ходе Октябрьской революции В. И. Ленин правильно оценил настроения крестьянства — союзника рабочего класса. Крестьяне, веками мечтавшие о своей земле, не были психологически готовы к обобществлению хозяй­ства. Именно поэтому в Декрете о земле, в соответствии с пожеланиями крестьянства, в качестве основной фор­мы землепользования предусматривалась уравнитель­ная система, предполагавшая дележку земли между крестьянами, ведение единоличного хозяйства.

Однако уже в первые дни революции началось и создание коллективных хозяйств, началось снизу, по воле самих крестьян, как правило бедняков. Правовая основа для этого имелась — Декрет о земле предусмат­ривал наряду с другими и коллективные формы об­работки земли.

Наиболее распространенной формой коллективного хозяйства в это время стали коммуны. Обычно кресть­яне-бедняки, батраки захватывали помещичье имение, обобществляли имевшийся у них скот, инвентарь, часто поселялись в помещичьем доме, организовывали совме­стное питание и быт.

Появились и другие формы коллективных хо­зяйств — товарищества по совместной обработке земли, артели — более приемлемые для середняков, желавших кроме обобществленного иметь и свое собственное подсобное хозяйство.

Коллективные хозяйства первых лет Советской вла­сти были островками в океане единоличных хозяйств, но им было суждено великое будущее. Именно здесь крестьяне испытывали новые для них способы ведения хозяйства, привыкали к коллективному труду. Здесь пре­одолевался психологический барьер приверженности к мелкой собственности как у самих членов коммун и ар­телей, так и у окружающего единоличного крестьянства, которое придирчиво присматривалось к первым артелям и коммунам. Партия и государство не торопили кре­стьянина. Они давали ему подумать и понять на собст­венном опыте, что единоличным путем не выбьешься из нищеты. В. И. Ленин разработал кооперативный план, который был рассчитан на постепенное и сугубо добро­вольное вовлечение крестьян в коллективные хозяйства через кооперацию сначала в более простых, а потом и в более высоких ее формах.

Прошло немногим более десятилетия, и стала воз­можной уже не единичная, а массовая, сплошная кол­лективизация сельского хозяйства. 1929 год называют годом великого перелома: именно тогда в колхозы пошел середняк — основная часть крестьянства. Движение, на­чатое снизу, возглавила партия. Историческое решение ЦК ВКП(б) 5 января 1930 г. «О темпе коллективиза­ции и мерах помощи государства колхозному строитель­ству» определило основные принципы этой своеобразной революции в деревне: разумные сроки создания кол­хозов в разных районах страны, сельскохозяйственную артель как основную форму коллективного хозяйства, строгую добровольность объединения крестьянских хо­зяйств. На этой базе уже в 1932 г. были достигнуты значительные успехи в коллективизации, а в середине 30-х годов она была практически завершена.

Колхозная собственность первоначально создава­лась за счет объединения имущества самих крестьян. Дополнительным источником ее было имущество раску­

лаченных, переходившее в колхозы в качестве взноса за бедняков. Однако вскоре колхозная собственность стала расти за счет производственных накоплений. По­являлись новые хозяйственные и культурно-бытовые по­стройки, росли стада общественного скота, образовыва­лись семенные и прочие фонды. Флагманами колхозно­го движения стали колхозы-миллионеры — артели, до­бившиеся годового дохода в миллион и более рублей.

К колхозно-кооперативной собственности относилось и имущество промысловой кооперации, а также непро­изводственных кооперативов, например потребительской кооперации, игравшей серьезную роль в снабжении на­селения товарами и сбыте сельскохозяйственной про­дукции, особенно в сельской местности.

В Конституции СССР 1936 г. подчеркивалось, что социалистическая система хозяйства и социалистиче­ская собственность на средства производства состав­ляют экономическую основу СССР. Однако, вопреки измышлениям буржуазных фальсификаторов. Конститу­ция допускала и частную собственность на средства производства, но при непременном соблюдении двух условий: собственность должна быть мелкой, и в основе ее должен лежать личный труд, а не эксплуатация чужого труда. Именно такой собственностью обладали единоличники, число которых неуклонно сокращалось, а также некооперированные кустари.

Победа социализма в СССР не означала ликви­дацию личной собственности граждан. В Конституции говорилось о личной собственности и распространении ее на довольно широкий круг объектов: трудовые до­ходы и сбережения, жилой дом и подсобное хозяйство, предметы домашнего хозяйства и обихода, предметы личного потребления и др.

На экономическом базисе победившего социализма Конституция воздвигала новое здание советской демо­кратии. Наша демократия, как и на заре Советской

власти, продолжала оставаться классовой демократией. Однако классовое содержание ее заметно изменилось. Если раньше она была демократией для трудящегося большинства, то теперь стала демократией для всех, ибо нетрудящихся просто не осталось в советском об­ществе.

Это сказалось прежде всего на самом названии Со­ветов. Советы рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов стали называться Советами депутатов тру­дящихся.

Новое наименование Советов означало более высо­кую ступень в консолидации советского общества, в раз­витии его социальной однородности. Вместе с тем оно подчеркивало, что Советы стали действительно объ­единять всех трудящихся. Конечно, и раньше в Советы избирали и избирались не только рабочие, крестьяне и красноармейцы — в них входили и интеллигенты, и служащие, и домохозяйки, и командиры Красной Армии. Новое название Советов как бы узаконивало сложившийся порядок, при котором все социальные группы трудящихся объединяются Советами.

В Конституции СССР 1936 г. изменилось не только название Советов, но и вся их система. Если раньше Советы были только в низовом звене — в городах и селениях, а на более высоком уровне (начиная с волости и района) созывались съезды Советов, то теперь во всех звеньях — от сельсовета до Верховного Совета СССР устанавливалась единая система. Это означало, что избиратели теперь были постоянно связаны со всеми советскими органами на все время полномочий того или иного Совета.

Советы всех звеньев стали постоянными органами. Они периодически проводили свои сессии. Для созы­ва сессии теперь не нужно было каждый раз устраивать новые выборы — достаточно было созвать депутатов, избранных на данный срок. Это делало Советы более

оперативными, особенно когда надо было созвать вне­очередную сессию. А необходимость в таких сессиях возникала в суровых условиях надвигавшейся второй мировой войны. Так, уже в 1939 г. понадобилось созвать внеочередную четвертую сессию Верховного Совета СССР, обсудившую среди других вопросов и вопрос о ратификации договора о ненападении между Советским Союзом и Германией. Как известно, этот договор по­зволил нашей стране отсрочить начало войны, лучше подготовиться к ней.

Но главное состояло даже не в оперативности. Важно было другое. Работа депутатов Советов, полу­чивших полномочия на два — четыре года, постоянно контролировалась избирателями. Теперь депутат местного или Верховного Совета, избранник народа, обязан был на всем протяжении срока своих полномочий выполнять волю избирателей. Звание депутата Совета открывало ему двери любых государственных органов, где он мог и обязан был защищать законные интересы своих из­бирателей. Это было одним из проявлений развития со­ветской демократии.

Новая Конституция упростила систему высших ор­ганов власти и управления. Вместо Всесоюзного съезда Советов, двухпалатного ЦИК Союза и его Президиума закон предусматривал образование Верховного Совета Союза ССР и его Президиума. Преобразование высших органов власти сопровождалось дальнейшим укрепле­нием законности. Для предыдущего этапа истории Со­ветского государства характерна множественность за­конодательных органов, а теперь законодательные права принадлежали только Верховным Советам — соответст­венно Союза ССР, союзных или автономных республик. Это поднимало авторитет закона, придавало ему более стабильный характер, позволяло более широко обсуж­дать его при принятии, делало его более действенным. Вот только один пример.

29 августа 1939 г. Верховный Совет СССР обсуждал проект нового закона о сельскохозяйственном налоге. На сессии выступили представители самых разных районов страны. Они вскрыли недостатки существую­щего закона. Приведенные ими конкретные примеры говорили о том, что, пользуясь несовершенством си­стемы налогообложения, некоторые колхозники, по существу, превратились в лжеколхозников, исполь­зующих льготы, но ничего не дающих колхозу. Квали­фицированный анализ законопроекта позволил улуч­шить его.

В отличие от прежнего порядка, когда законы из­давались и исполнительными органами — ЦИК и их Президиумами, Конституция 1936 г. не предоставляла такого права Президиуму Верховного Совета. Президиум Верховного Совета имел право издавать указы, а не законы. Указ мог содержать новые правовые нормы, мог изменять действующий закон. Но такой указ под­лежал утверждению на ближайшей сессии Верховного Совета.

Конституция 1936 г. впервые зафиксировала место партии в политической системе советского общества. Все прежние основные законы, как республиканские, так и общесоюзный, совершенно не говорили о партии. Статья 126 Конституции СССР 1936 г. определяет пар­тию как «руководящее ядро всех организаций тру­дящихся, как общественных, так и государственных». То есть Коммунистическая партия выступает как ру­ководящая сила советского общества и Советского го­сударства. В трудное время она не колеблясь приняла на себя ответственность за судьбы страны, уверенно повела советский народ по пути строительства новой жизни и привела его к победе социализма. В ходе борьбы с буржуазией и помещиками, с интервентами, в ходе строительства социализма вырос ее авторитет среди трудящихся, укрепились ее связи с массами.

Историческое развитие привело к тому, что в СССР сложилась однопартийная система. Буржуазные партии, после Октябрьской революции с оружием в руках вы­ступившие против власти Советов и революционных пре­образований общества, и наиболее значительные мел­кобуржуазные партии, ярко проявившие свою контр­революционную сущность в период гражданской войны и окончательно развенчавшие себя в глазах народных масс, обрекли себя на гибель. Постепенно сошли с ис­торической сцены и другие мелкобуржуазные партии.

Однопартийная система в СССР — постоянный объ­ект для нападок буржуазии. Она утверждает, что од­нопартийность нечто противоположное демократии. Од­нако еще Ленин говорил, что «Советская власть в мил­лион раз демократичнее самой демократической бур­жуазной республики»'. Не было случая, чтобы победив­шая на выборах одна из многочисленных . партий в капиталистическом обществе осуществляла свою поли­тику в пользу трудящихся. Одна американская школь­ница получила первый приз на олимпиаде, ответив на вопрос, какая разница между демократической пар­тией и республиканской. С непосредственностью ребен­ка она изрекла истину: «Никакой разницы!» .

Советская страна не нуждается в многопартийной системе, потому что все общество спаяно одной марк­систско-ленинской идеологией, воодушевлено одной це­лью — построением коммунизма. Партия, которая мог­ла бы выставить иную программу, не отвечала бы чая­ниям рабочих, крестьян, интеллигенции. Не случайно Конституция 1936 г. определяет партию как передовой отряд трудящихся в их борьбе за укрепление и раз­витие социалистического строя, в который объединя­ются наиболее активные и сознательные граждане из рядов рабочего класса и других слоев трудящихся.

¹ Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 37. с. 257.

Конституция СССР 1936 г. сохранила и развила принцип выборности всех органов власти — и местных и высших. Но избирательное право подверглось су­щественным изменениям.

Действовавшие до тех пор советские конституции исходили из принципа всеобщего для трудящихся избирательного права: все трудящиеся могли избирать и быть избранными в любые советские органы, а все эксплуататоры такого права лишались. Этот принцип сложился еще на заре Советской власти. Его творцом были сами трудящиеся массы.

Причину отстранения эксплуататоров от выборов в Советы легко понять, если вспомнить, что Советы ро­дились как органы восстания, как органы власти рабо­чих и крестьян. Правда, эксплуататорские элементы проникали порой в солдатские Советы, куда избирали и избирались офицеры. Но особенно широко нетрудо­вые элементы присутствовали в крестьянских Советах, где в первое время они имели вполне легальное пра­во голоса. Единый и твердый классовый принцип поло­жила в основу формирования Советов первая Совет­ская Конституция, которая четко отделила трудящихся от эксплуататоров, дала первым и активное и пассивное избирательное право, а вторых лишила и того и другого. Этот принцип подтвердили все конституции союзных республик, принятые в 1919—1929 гг.

Этот принцип действовал до 1936 г. В это время в связи с ликвидацией эксплуататорских классов в СССР было введено всеобщее избирательное право. По Кон­ституции СССР 1936 г. избирательное право не имели только умалишенные и лица, осужденные судом с ли­шением избирательных прав. Какие-либо иные ограни­чения — по половому и национальному признакам, по вероисповеданию и т. д.— исключались. Всеобщность избирательного права была не только зафиксирована в законе, но с самого начала твердо проводилась на

практике. Еще накануне принятия Конституции актив­ность избирателей была высокой. В 1934 г. явка избира­телей на выборы достигла 97% в городе и 83% в де­ревне. А уже первые выборы в Верховный Совет, про­виденные в 1937 г., показали, что по всей стране процент участия в выборах был близок к 100. Такое же явление наблюдалось и на всех последующих выборах.

Конституции советских республик, принятые в 1918— 1929 гг., предусматривали не вполне равные для го­родского и сельского населения выборы. Этот принцип также возник исторически. Как известно, до Октября су­ществовали две основные системы Советов — рабоче­солдатские и крестьянские. Они действовали сначала до­вольно изолированно. Во всяком случае, первые все­российские съезды этих Советов собирались раздельно и даже в разное время: I съезд Советов крестьянских депутатов — в мае 1917 г., а I съезд Советов рабочих и солдатских депутатов — в июне. При созыве этих съездов, естественно, сложились разные нормы пред­ставительства, вытекающие из того простого факта, что рабочих и солдат в стране было в несколько раз мень­ше, чем крестьян. На съезд Советов крестьянских де­путатов один делегат избирался от 150 тысяч населе­ния, на рабоче-солдатский — один делегат от 25 ты­сяч избирателей. По таким же нормам избирались делегаты и на следующие всероссийские съезды Со­ветов.

Когда в январе 1918 г. обе системы Советов объеди­нились, то сохранились разные нормы представитель­ства от рабочих и крестьян. Эту практику закрепила Конституция 1918 г., но внесла коррективы в пользу крестьян: они стали посылать одного делегата не от 150, а от 125 тысяч человек. Таким образом, некоторое нера­венство на выборах между крестьянами и рабочими ус­тановили сами народные массы, а не большевики, как утверждают буржуазные пропагандисты. Больше того.

поскольку на первых съездах Советов, как известно, господствовали меньшевики и эсеры, значит, упомянутые нормы представительства были приняты при их участии. Впрочем, установление не вполне равных норм пред­ставительства для городского и сельского населения было вполне естественно в такой крестьянской стране, как Россия. В противном случае во всех высших совет­ских органах преобладали бы крестьяне, а не рабочие, руководство пролетариата обществом было бы затруд­нено. А если учесть двойственную природу крестьянст­ва как класса мелких производителей, в то время еще не кооперированных, то можно было опасаться и рестав­рации капитализма в стране.

Конституция СССР 1924 г. не содержала специаль­ного раздела об избирательном праве. Но в ней имелась статья о порядке формирования Всесоюзного съезда Советов, по которой можно судить о принципах, приме­нявшихся при организации органов власти Союза. Первая Конституция СССР установила точно такой же порядок представительства для Всесоюзного съезда Советов, какой существовал при выборах всероссийских съездов. И нормы представительства были те же: один делегат от 25 тысяч городских избирателей и один деле­гат от 125 тысяч губернских жителей.

Конституция 1936 г. предоставила всем гражданам равное право участия в выборах, отменив разные нормы представительства для городского и сельского населе­ния. При прежней системе голос селыжого избирателя «весил» примерно в три раза меньше, чем городского. Теперь их «вес», значение стали совершенно одинако­выми. Статья 136 гласила: «Выборы депутатов являются равными: каждый гражданин имеет один голос; все граждане участвуют в выборах на равных основаниях». То есть теперь голос каждого гражданина стал вполне равным голосу другого вне зависимости от места про­живания и классовой принадлежности.

Предоставление равных избирательных прав всем гражданам явилось показателем изменений в классовом составе населения СССР — ликвидации эксплуататор­ских классов, коренных изменений в рабочем классе, крестьянстве и интеллигенции, показателем развития социальной однородности советского общества, его соци­ально-политического и идейного единства. Особенно важную роль в замене неравных выборов равными сыг­рали огромные перемены, которые произошли в деревне. Крестьянство, которое раньше, по словам В. И. Ле­нина, ежечасно, ежеминутно и в массовом масштабе порождало капитализм, теперь, став колхозным кресть­янством, принципиально изменило свою сущность. Оно перестало быть классом мелких производителей, осво­бодилось от всякой эксплуатации, труд его стал коллективным, основанным на общественной собственно­сти. К тому же в ходе строительства социализма соотно­шение городского и сельского населения неуклонно менялось в пользу города. Времена, когда Россия была крестьянской страной, уходили в прошлое. Советский Союз стал мощной индустриальной державой с постоян­но растущим городским населением.

Конституция СССР 1936 г. отказалась и от много­степенности выборов. Этот принцип также родился на практике в ходе подготовки Октябрьской революции. Первые Советы создавались в .отдельных населенных пунктах — городах и селениях. Однако скоро возникла необходимость объединения, сплочения. Без этого не могло быть и речи об установлении власти Советов в общегосударственном масштабе. Сельские Советы стали объединяться в волостном звене, волостные советские органы — в рамках уезда и т. д. Сложилась система волостных, уездных, губернских съездов Советов. Она была увенчана созывом всероссийских съездов. После Октябрьской революции такой порядок был обобщен и закреплен в первой Советской Конституции. Он нашел

отражение и в Конституции СССР 1924 г., которая предусмотрела представительство на Всесоюзный съезд Советов от городов и губерний, их Советов и съездов Советов.

Конституция 1936 г. вводила прямые выборы во все звенья Советов — от сельсовета до Верховного Совета СССР. Теперь избиратель точно знал, кто является его представителем в каждом Совете, мог следить за рабо­той депутата, обращаться к нему со своими нуждами, ставить вопрос о его отзыве, если депутат не справ­лялся со своими обязанностями. В результате этого связь трудящихся с органами власти существенно укре­пилась.

По Конституции СССР 1936 г. вводился и новый порядок голосования. В ходе Октябрьской революции порядок голосования при выборах в Советы не сразу установился. На местах применялось и открытое и тай­ное голосование. Такое положение было закреплено и в первой Советской Конституции. Порядок голосования должны были определять местные Советы. Однако после принятия Конституции РСФСР 1918 г. все чаще стало практиковаться открытое голосование.

Конституция 1936 г. объявила тайное голосование одним из важнейших конституционных принципов (ста­тья 140). В условиях первых лет революции тайному голосованию мешала неграмотность подавляющего боль­шинства населения страны. Не было и элементарных технических средств для организации выборов (бумаги, типографских материалов и т. п.). В условиях победы культурной революции все эти препятствия отпали. Советское государство могло перейти к тайному голосо­ванию, которое обеспечивает более свободное волеизъяв­ление избирателя, могущего голосовать без оглядки на соседей.

Конституция СССР 1936 г. изменила и порядок организации выборов. Раньше они проводились по

производственно-территориальному принципу. Советы из­бирались на собраниях, созываемых на предприятиях, в колхозах, учреждениях, учебных и научных заведениях. То есть избирательной единицей была, как правило, производственная ячейка. Следующие звенья советских органов избирались уже в территориальном разрезе: Советы городов и селений, объединяемых какой-то более крупной административно-территориальной еди­ницей, посылали своих делегатов на соответствующий съезд Советов; в свою очередь эти съезды Советов по­сылали делегатов на съезд еще более крупной адми­нистративно-территориальной единицы и т. д.— вплоть до съезда Советов республики и Союза. Здесь уже, как видим, господствует территориальный принцип.

Конституция 1936 г. полностью отказалась от про­изводственного принципа. Единственное, что делается на производстве,— это выдвижение кандидатов в депу­таты. Весь же процесс выборов, вся избирательная кампания проходит в территориальных округах, которые формируются по месту жительства избирателей. Там же происходит голосование, для чего округ делится на из­бирательные участки.

Утверждение новых принципов избирательной си­стемы было одним из важных проявлений совершен­ствования советской демократии, обусловленного побе­дой социализма в нашей стране.

Основные принципы избирательной системы, закреп­ленные в Конституции, были развиты в Положении о выборах в Верховный Совет СССР, принятом ЦИК СССР 9 июля 1937 г., а затем и другими избиратель­ными законами.

Конституция 1936 г. означала расширение советской демократии не только в сфере укрепления основ наро­довластия, но и в сфере других демократических прав и свобод, круг которых по сравнению с предыдущими конституциями существенно расширялся. То, что Со­

ветское государство не могло предоставить своим граж­данам в первые после революции годы, оно могло дать теперь. Все права и свободы, которые фиксировались прежними конституциями (свобода совести, слова, соб­раний, союзов и пр.), содержатся и в Конституции 1936 г. Но к ним прибавляется новый, достаточно широкий круг прав.

Прежде всего следует сказать о провозглашении права на труд (статья 113). Это право не было записано не только в первой Советской Конституции, но и в Основ­ных Законах союзных республик, принятых в 20-е годы. Теперь, когда при громадном размахе индустриализации на смену безработице пришла нехватка рабочей силы, когда на каждом углу можно было видеть объявления, в которых говорилось, что предприятиям требуются токари, слесари, инженеры, а учреждениям — машинист­ки, секретари и т. д.. Советское государство смело могло провозгласить это важнейшее право человека, о котором только мечтают трудящиеся капиталистических стран.

Советское государство с первых недель своего су­ществования приняло меры к обеспечению трудящихся нормальным отдыхом. Были введены 8-часовой рабочий день, укороченный рабочий день для занятых на вред­ных производствах, ежегодные оплачиваемые отпуска и т. д. Однако в первых советских конституциях не говорилось о праве на отдых. Только после победы социализма Конституция СССР провозгласила: «Граж­дане СССР имеют право на отдых> (статья 119). Кон­ституция зафиксировала дальнейшее сокращение ра­бочего дня, начатое в конце 20-х годов, когда основная масса рабочих и служащих стала переводиться на 7-ча­совой рабочий день. Правда, надвигавшаяся война за­ставила вновь перейти на 8-часовой рабочий день и 7-дневную рабочую неделю, но и в этих условиях совет­ские рабочие имели больше времени на отдых, чем ра­бочие капиталистических стран.

Советское законодательство уже первых лет Совет­ской власти предусматривало право трудящихся на материальное обеспечение в старости и в случае потери трудоспособности. В Кодексе законов о труде 1918 г. говорилось и о пособии по безработице. Однако Основ­ные Законы советских республик не провозглашали права на социальное обеспечение.

Когда в стране была - ликвидирована безработица, исчезла необходимость фиксировать в Конституции право граждан на пособие по безработице. Зато в Основ­ном Законе появилась статья, которая гласила: «Граж­дане СССР имеют право на материальное обеспечение в старости, а также в случае болезни и потери трудо­способности» (статья 120).

Конституции союзных республик, принятые вскоре после создания СССР, еще не провозглашали права на образование; они лишь выдвигали задачу предо­ставления трудящимся «полного всестороннего н бес­платного образования» (статья 8 Конституции РСФСР 1925 г., статья 12 Конституции УССР 1929 г. и др . ). В начале 30-х годов делаются новые шаги в решении этой задачи. Поворотным моментом в истории советской средней школы стало постановление ЦК ВКП(б) от 5 сентября 1931 г. «О начальной и средней школе». Отметив успехи школьного строительства. Центральный Комитет вскрыл и его существенные недостатки.

25 августа 1932 г. ЦК ВКП(б) принял постановление «Об учебных программах и режиме в начальной и средней школе». В соответствии с этим постановлением создавались новые учебные программы, которые должны были обеспечить действительно прочное и систематиче­ское усвоение учащимися основ науки. В том же году ЦК принял постановление «О работе пионерской орга­низации», в котором указал, что в центре внимания этой организации должна быть задача выработки у детей социалистического отношения к учебе и труду.

Усилиями партии и государства расширялась и улуч­шалась подготовка педагогических кадров и материаль­ная база школьного образования. Начиная с 1930 г. ЦК ВЛКСМ в порядке мобилизации ежегодно направ­лял тысячи комсомольцев на работу в школы, а также на учебу в педагогические институты и техникумы. Только за четыре года первой пятилетки в вузах было подготовлено 34 тысячи школьных учителей и других работников культуры. Это удалось, в частности, и бла­годаря росту сети высших учебных заведений: за пяти­летку их число возросло со 148 до 832. За годы первой пятилетки по плану государственного строительства было построено и введено в действие свыше 13 тысяч новых школьных зданий на 3,8 миллиона ученических мест.

Все эти и другие меры и сделали возможным провоз­глашение права на образование в Конституции СССР 19.36 г. В этом была и большая необходимость. В резуль­тате культурной революции неуклонно повышались ду­ховные запросы советского человека. Без развития ши­рокой сети всякого рода учебных заведений и культур­но-просветительных учреждений удовлетворить их было невозможно. С каждым годом социалистическая эконо­мика требовала все больше квалифицированных рабо­чих, инженеров, техников, представителей широкого круга профессий. Во второй половине 30-х годов в соот­ветствии с Конституцией расширяется сеть высших н средних специальных учебных заведений, создаются различные формы профессионально-технического обра­зования.

Впервые в Основном Законе был зафиксирован прин­цип неприкосновенности личности. В статье 127 Кон­ституции говорилось, что «никто не может быть подверг­нут аресту иначе как по постановлению суда или с санк­ции прокурора». Возникшие вскоре после принятия Конституции нарушения законности не могли, однако.

подорвать общую идею советского права, провозгласив­шего человеческую личность неприкосновенной.

С неприкосновенностью личности связана и непри­косновенность жилища и тайна переписки, также впер­вые закрепленные в Советской Конституции 1936 г. (статья 128).

Конституция СССР 1936 г., как и предшествующие советские конституции, гарантировала все зафиксиро­ванные в ней демократические права и свободы. Как и прежде, статьи, провозглашавшие то или иное право, сопровождались ссылками на материальные гарантии, обеспечивающие реализацию этого права. «Право на труд,— гласила статья 11В,— обеспечивается социали­стической организацией народного хозяйства, неуклон­ным ростом производительных сил советского общества, устранением возможности хозяйственных кризисов и ликвидацией безработицы». В соответствии со статьей 125 свобода совести, печати, собраний и митингов, а также свобода уличных шествий и демонстраций «обес­печиваются предоставлением трудящимся и их орга­низациям типографий, запасов бумаги, общественных зданий, улиц, средств связи и других материальных условий, необходимых для их осуществления». Эта осо­бенность советской демократии отличала ее от буржу­азной демократии как на заре Советской власти, так и тогда, когда социализм победил. Именно потому, что Советское государство в то время уже могло их обес­печить, некоторые новые права и были зафиксиро­ваны в Конституции (право на труд, на образование и др.).

Советские конституции всегда не только провозгла­шали права граждан, но и возлагали на них обязанно­сти, без которых не может существовать ни одно госу­дарство. Конституция СССР 1936 г., расширяя права советских граждан, несколько расширяла и перечень их обязанностей. В Основном Законе 1936 г., как и в пер­

вой Советской Конституции, говорится о всеобщей обя­занности трудиться и о всеобщей воинской обязанности. Но в Конституции и особенно в принятом на ее основе текущем законодательстве по-новому раскрываются эти обязанности, что связано с характерными особенностя­ми данного исторического периода.

Ликвидация безработицы, нехватка рабочих рук с особой силой ставят вопрос об эффективном использо­вании трудовых ресурсов. А эта проблема упирается в дисциплину труда. В. И. Ленин говорил, что социа­лизм должен дать более высокую производительность труда по сравнению с капитализмом, а этого нельзя до­биться без организованности и строжайшей дисциплины. Не случайно поэтому Конституция 1936 г. специально записала в качестве одной из основных обязанностей советских граждан обязанность «блюсти дисциплину труда» (статья 130).

В развитие этой нормы вскоре после Основного За­кона были приняты акты, которые обеспечивали укреп­ление дисциплины труда. В борьбе за трудовую дисцип­лину, за высокую производительность труда и отличное качество продукции партия и государство использовали прежде всего меры поощрения. В этих целях были учре­ждены медали «За трудовую доблесть» и «За трудо­вое отличие», которыми награждали лучших работников. В 1938 г. была установлена и высшая награда за .трудо­вой героизм — звание Героя Социалистического Труда.

В советском обществе наряду с многочисленными добросовестными и самоотверженными тружениками еще были лица, не желавшие отдавать обществу все, на что они способны, но в то же время желавшие урвать у него побольше для себя. Против этой части рабочих и служащих были направлены специальные меры, разра­ботанные партией и правительством. 28 декабря 1938 г. Совнарком СССР, ЦК ВКП(б) и ВЦСПС приняли сов­местное постановление «О мероприятиях по упорядоче­

нию трудовой дисциплины, улучшению практики госу­дарственного социального страхования и борьбе с зло­употреблениями в этом деле». Постановление было на­правлено главным образом против «летунов» — людей, которые в стремлении обеспечить себе более выгодные ус­ловия работы бегали с одного предприятия на другое. Было установлено правило, действующее и по сей день, по которому оплата пособий по временной нетрудоспособ­ности (болезни и т. п.) зависит от стажа непрерывной работы на данном предприятии или в учреждении.

В условиях надвигавшейся войны, когда требовалось напрячь все усилия, чтобы лучше подготовиться к ней, пришлось пойти и на такие крайние меры борьбы за дисциплину труда, как установление уголовной ответст­венности за прогул и самовольный уход с работы, вве­денное известным Указом Президиума Верховного Со­вета СССР 26 июня 1940 г.

Приближение войны отразилось на реализации и другой конституционной обязанности — всеобщей воин­ской обязанности. В Конституции ей посвящены две специальные статьи — 132 и 133. Собственно говоря, о воинской обязанности говорится в первой из них; вторая же трактует проблему шире — здесь речь идет о защите социалистического Отечества вообще. В то время как воинская обязанность возлагается только на определенный круг граждан — военнообязанных, за­щита социалистического Отечества, как подчеркивает закон, есть священный долг каждого гражданина СССР. Очень скоро, всего через пять лет, советский народ показал, как он понимает эту норму Конституции. Уже с первых дней Великой Отечественной войны на защиту Родины встала не только армия, но и все граждане страны, стар и млад, на фронте и в тылу, с оружием и без оружия. Каждый ковал победу над врагом там, где это было необходимо, не считаясь со временем, не жалея здоровья и самой жизни.

Принцип всеобщей воинской обязанности был рас­крыт и конкретизирован в специальном законе, кото­рый изменил существовавшие ранее формы ее выпол­нения.

После гражданской войны Вооруженные Силы Со­ветского государства были резко сокращены — в 10 раз. Ежегодные расходы на армию в расчете на душу насе­ления снизились до 3 рублей, в то время как даже в небольших буржуазных прибалтийских государствах они достигали в пересчете на наши деньги 7 рублей, а во Франции — 14 рублей. Однако Советское государ­ство изыскивало возможности для дальнейшего сниже­ния военных расходов. Решение этой проблемы было найдено путем введения в 1924 г. нового принципа по­строения Красной Армии — так называемой смешанной системы. Это означало, что наряду с постоянными вой­сками в составе Красной Армии создавались террито­риальные части. Такие части комплектовались в основ­ном военнообязанными, проходившими трехмесячную допризывную подготовку, а затем в течение четырех лет вызываемыми на краткосрочные сборы.

Теперь Советскому государству пришлось пересмот­реть прежний порядок прохождения военной службы, уже не обеспечивающий безопасность наших границ. В 1939 г. Верховный Совет СССР принял новый Закон о всеобщей воинской обязанности. Теперь территориаль­ные части, в которых граждане проходили службу почти без отрыва от производства, были упразднены. Рядовые и младшие командиры должны были проходить воен­ную службу непрерывно в течение двух — пяти лет (в зависимости от рода оружия) в частях, расположенных в различных районах страны, вдали от дома.

Трудящиеся горячо поддержали новый Закон о все­общей воинской обязанности.

В Основной Закон 1936 г. были включены и неко­торые новые обязанности. Статья 130 обязывает совет­

ских граждан соблюдать Конституцию, исполнять за­коны, честно относиться к общественному долгу, уважать правила социалистического общежития. Статья 131 говорит об их обязанности «беречь и укреплять об­щественную, социалистическую собственность как свя­щенную и неприкосновенную основу советского строя, как источник богатства и могущества Родины, как источ­ник зажиточной и культурной жизни всех трудящихся». Правда, Конституция не возлагала на советских граж­дан какие-то дополнительные обязанности, она лишь считала конституционными те обязанности, которые и раньше граждане должны были выполнять и которые целесообразно было включить в Конституцию. Напри­мер, уважение к закону, тем более к Основному Закону, является обязательным для советского общества, для советского образа жизни. В. И. Ленин говорил, что всякое нарушение закона есть дыра, через которую может пролезть враг. Законность — это прежде всего добросо­вестное выполнение законов самими гражданами, в том числе должностными лицами.

То же следует сказать и об обязанности беречь и укреплять социалистическую собственность. Это всегда было обязанностью советских граждан. Но теперь зна­чение этой обязанности неизмеримо возросло, ибо со­циалистическая собственность стала основой социали­стической системы хозяйства, безраздельно господствую­щей в нашей экономике. От укрепления и дальнейшего развития социалистической собственности теперь зави­село все: будем ли мы сыты, обуты и одеты, сможем ли отстоять свою страну в случае нападения врагов — во­обще, сможем ли мы жить и как жить. Надеяться на кого-либо советским гражданам не приходилось, надо было все создавать своими руками, а создавая — беречь.

Советское право с самого начала исходило из прин­ципа равноправия полов. В различных законах этот принцип проводился неукоснительно. Однако в общей

форме в Конституции он не был зафиксирован. Консти­туция 1936 г. восполнила этот пробел. В статье 122 ее говорится: «Женщине в СССР предоставляются равные права с мужчиной во всех областях хозяйственной, госу­дарственной, культурной и общественно-политической жизни». Закон при этом гарантирует равное право на труд и его оплату, на отдых, социальное страхование и т. д.

В предвоенные годы повысилась активность женщин во всех областях жизни советского общества. Женщи­ны-стахановки — Дуся и Маруся Виноградовы, Мария Демченко и Паша Ангелина, маленькая узбечка Мам- лякат Нахангова, научившая взрослых новому способу сбора хлопка; женщины-летчицы, женщины — паровоз­ные машинисты, женщины-ученые... Что стало бы с на­шей Родиной во время Великой Отечественной войны, если бы женщины не подхватили тяжелую мужскую ношу в тылу? Многие советские люди еще помнят де­ревни, где не осталось ни одного мужчины, если не считать мальчишек и немощных стариков, где всю тяже­лую крестьянскую работу выполняли женщины, пахав­шие на коровах, а порой и сами впрягавшиеся в ярмо. Что стало бы с нашей Родиной, если бы советские жен­щины годами и десятилетиями Советской власти не были воспитаны в духе равной ответственности за судьбы своей Родины, не стояли плечом к плечу с мужчинами в труде и бою, не чувствовали бы себя хозяйками своей, и не только своей, судьбы?

Конституция принесла советским гражданам полное социальное равенство, закрепила равенство полов. Ана­лиз будет недостаточно полным, если не отметить ра­венство национальное и вытекающий из него интерна­ционализм советской демократии. Статья 123 Конститу­ции гласила: «Равноправие граждан СССР, независимо от их национальности и расы, во всех областях хозяйст­венной, государственной, культурной и общественно­

политической жизни является непреложным законом». Сама по себе эта норма не была новостью для советского конституционного права — она имелась уже в Деклара­ции прав народов России. Однако важно подчеркнуть, что Советское государство неуклонно проводит этот принцип, развивая и совершенствуя его применение. Это было особенно важно в условиях 30-х годов, когда фашизм провозгласил лозунги человеконенавистничест­ва, расизма, геноцида, когда уже проектировались печи для Освенцима и Майданека, когда нацисты готовились к превращению немецкого народа, одураченного фа­шистской пропагандой, в «расу господ».

Советская Конституция всегда исходила из идеи, что нет плохих и хороших народов, нет высших и низших рас, а есть одно высокое имя — советский человек, есть одно высокое звание — советский гражданин.

Вопрос о национальном равноправии имел в то вре­мя и другую сторону. Победа социализма сопровожда­лась большими изменениями в жизни народов нашей страны. За годы Советской власти ранее отсталые наро­ды с помощью великого русского и других народов дог­нали передовые народы, правовое равенство стало ра­венством фактическим. А все это, вместе взятое, привело к расцвету дружбы народов.

Развитие всех наций и народностей Советского Союза обеспечило и совершенствование национальной государственности, дальнейшее развитие формы госу­дарственного единства СССР.