Источники и памятники права

B рассматриваемый период значение обычного права как юридического источника все более и более уменьша­лось и сохранилось лишь в крестьянских, волостных и так называемых «инородческих» судах (т.е.

B XIX в. возросла необходимость в кодификации пра­ва. Развитие капитализма обусловило издание законода­тельных норм, которые в той или иной степени должны были отразить экономические и социальные сдвиги в Рос­сийской империи. Эти новые законодательные нормы за­частую противоречили не только Соборному уложению, которое все еще считалось действующим документом пра­ва, но и законодательству XVIII и XIX вв. Хаосом в зако­нодательстве пользовались судебные чиновники. B связи с этим вопрос о завершении кодификационных работ стал считаться крайне важным.

B 1804 г. Александр I учредил десятую по счету ко­дификационную комиссию. B задачу этой комиссии вош­ло составление нового уложения.

Эта комиссия работала безрезультатно, пока в ее со­став не вошел М. М. Сперанский. Наиболее передовым буржуазным законодательством того времени было фран­цузское законодательство — Гражданский кодекс Напо­леона 1804 г. Сперанский взял его за образец и составил к началу 1810 г. первую часть проекта Гражданского уло­жения, а к концу года — вторую. Обе части были рас­смотрены в Государственном совете и напечатаны.

Проект Гражданского уложения вызвал ожесточен­ную критику реакционных групп, которую возглавил ис­ториограф H. М. Карамзин. B результате проект граж­данского кодекса остался неутвержденным, а Сперанский был сослан.

C воцарением Николая I кодификационная работа была продолжена. Царь считал, что причиной неудач ко­дификационной работы было то, что «всегда обращались к сочинению новых законов, тогда как надо было осно­вать старые на твердых началах». Основной задачей ко­дификации должно было, по его предложению, явиться собрание старых законов и приведение их в порядок.

Николай взял на себя общее руководство кодифика­ционными работами. C этой целью он преобразовал коди­фикационную комиссию во II отделение собственной кан­целярии. Bo главе II отделения был поставлен один из преподавателей Николая I Балугьянский, но в действи­тельности управление всем делом, а также обязанность де­лать доклады о ходе работ были возложены на М. М. Спе­ранского, возвращенного в конце царствования Александра I из ссылки.

Сперанский предложил последовательно составить Полное собрание законов (т.е. дать свод всех известных документов права), Свод действующих законов, а затем разработать новое Уложение — модернизировать законо­дательство. Ero замысел состоял в том, чтобы системати­ческое изложение законов по их предметам было «устрое­но так, чтобы: а) законы общие предшествовали частным и предыдущие всегда приготовляли бы смысл и разумение последующих, б) чтобы все законы, по Своду недостаю­щие, дополнены были в Уложении и обнимали бы сколь можно более случаев».

Николай, не отвергая мысли о составлении Уложе­ния, предписал приступить к составлению Полного со­брания всех законов и Свода законов действующих, с исключением всего недействующего, но запретил при этом вносить всякие изменения в существо и текст законов.

Согласно предписанию царя, М. М. Сперанский при­ступил к составлению Полного собрания законов, т. e. хронологического сборника законов, начиная с Уложе­ния 1649 г. Была произведена огромная работа по отыс­канию и сличению текста отдельных законодательных памятников и правительственных распоряжений. Число собранных и изученных комиссией актов достигло 53239.

Приступив непосредственно к составлению Полного собрания в 1826 г., комиссия работала вплоть до 1 марта 1830 г.

K 1 апреля 1830 г. было закончено печатание перво­го Полного собрания законов. Огромный материал был собран и напечатан в крайне короткий срок благодаря исключительной энергии и работоспособности М. М. Спе­ранского.

Полное собрание состояло из: 1) текста самих зако­нов; 2) указателя; 3) книги штатов и тарифов; 4) книги чертежей и рисунков.

После того как составление Полного собрания было закончено, Сперанский приступил к составлению Свода действующих законов.

При составлении Свода Сперанский исключал в ос­новном все законы, вышедшие из употребления, исклю­чал повторения, принимая более удачные и полные вари­анты, старался сохранить стиль закона, сокращая при том слишком многословные тексты.

По мере того как работа по составлению Свода за­канчивалась, отдельные части его подвергались ревизии особых комитетов, учрежденных в разных министерствах и управлениях. Эта ревизия имела своей задачей выяс­нить, все ли действующие в каждой части права законы были представлены в истинной их силе и не содержа­лось ли в Своде законов излишних, отмененных после­дующими.

Замечания на Свод должны были представляться не­посредственно Николаю I, затем с его замечаниями пре­провождались во II отделение. Ревизия Свода началась с 1828 г., а окончилась в мае 1832 г. B течение 1832 года Свод был напечатан.

31 января 1833 г. вышел Манифест, по которому Свод законов Российской империи был объявлен действую­щим источником права с 1 января 1835 г. B этом же Манифесте было указано, что все законы, изданные после 1 января 1835 г., будут по порядку книг Свода и с указа­нием на их статьи распределяться в ежегодном продолже­нии Свода, в силу чего «Свод законов, единожды устроен­ный, сохранится всегда в полноте его единства».

Bce тома Свода переиздавались в 1842 и в 1857 гг. После этого переиздавались только отдельные тома. За­коны, принимавшиеся в промежутке между новыми изда­ниями Свода, помещались в «Продолжениях к Своду», печатавшихся время от времени по, мере дальнейшего за­конодательства .

Свод законов вплоть до судебной реформы 1864 г. издавался в 15 томах. Судебные уставы было решено из­дать отдельным, XVI томом.

Система, положенная в основу Свода законов, была дана самим М. М. Сперанским, который разделил все законы на 8 разрядов. Указанные восемь разрядов были размещены в 15 томах Свода издания 1832 г.

Первый разряд под именем «Учреждения» охваты­вал три тома. B I томе в первой его части содержались Законы основные, а во второй части — постановления об учреждениях государственных; во II томе — постановле­ния об учреждениях губернских; в III томе — Устав о службе гражданской.

Второй разряд под названием «Уставы о повиннос­тях» заключался в одном IV томе и содержал Устав рек­рутский и Устав о земских повинностях.

Третий разряд под названием «Уставы казенного уп­равления» состоял из четырех томов, причем в V томе были помещены Уставы о податях, пошлинах и питей­ном сборе, в VI томе — Устав таможенный. B VII томе —

Уставы монетный, горный и Устав о соли, в VIII томе — Уставы лесной, оброчных статей и об арендных имениях.

Четвертый разряд под названием «Законы о состоя­ниях» содержался в IX томе, где излагались законы о сословиях.

Пятый разряд — «Законы гражданские и межевые» — содержался в одном X томе, разделенном на три части: в первой части были помещены законы гражданские опре­делительные, во второй части — законы гражданские ох­ранительные, в третьей части — законы межевые.

Шестой разряд под названием «Уставы государствен­ного благоустройства» был распределен в двух томах: XI том содержал постановления об учреждениях Уставы кредитных установлений, Уставы и учреждения торго­вые (с включением законов о судопроизводстве по делам торговли), а также постановления о фабричной, заводс­кой и ремесленной промышленности; XII том содержал Уставы путей сообщения, строительный, пожарный и постановления о благоустройстве в городах и селениях.

Седьмой разряд — «Уставы благочиния» — заклю­чался также в двух томах, причем в XIII томе находились Уставы о народном продовольствии, об общественном при­зрении и врачебный, а в XIV томе был помещен ряд уста­вов, например, Устав о предупреждении и пресечении пре­ступлений, о содержащихся под стражей и ссыльных.

Восьмой разряд — «Законы уголовные» — состоял из одного тома и содержал законы о преступлениях и наказа­ниях и законы о судопроизводстве по преступлениям.

Несмотря на то, что Свод, по мысли М.М.Сперанско- го, «должен представлять собою общий состав законов», он не обнимал всех отраслей законодательства. Так, в него не вошли некоторые особенные и местные законы, включенные в особые своды.

Сперанский в своем плане кодификации предполагал после завершения работы над Сводом приступить к Уло­жению. Ho предложение Сперанского перейти к работе над Уложением не встретило сочувствия.

Кодификация русского законодательства, которая могла быть завершена главным образом благодаря дея­тельности М. М. Сперанского, несомненно, являлась ша­гом вперед в развитии русского права. Достаточно ука­зать, что большинство правовых положений выражалось до свода во множестве казуистических, не связанных между собой и повсюду разбросанных норм, известных лишь не­большому кругу судебных законников. Теперь же эти по­ложения были выражены в общих определениях. Кроме того, Сперанскому удалось все же провести кое-какие на­чала буржуазного права в Свод законов, главным образом в области обязательственных отношений, наиболее важ­ных для развивающейся буржуазии.

Однако Свод законов имел много и недостатков. Спе­ранскому в силу особенностей материала часто не удава­лось формулировать общие положения; часто казуисти­ческий характер русского законодательства по тому или иному предмету оставался почти в полном виде. Прихо­дилось сохранять такие нормы права, которые к XIX в. уже отжили. Далее, некоторые вопросы были разработа­ны с ненужной подробностью, некоторые же разрешены слишком лаконично.

Если все эти недостатки Свода сознавались многими, а в первую очередь самим М. М. Сперанским, на что он указывал уже при первом обнародовании Свода, то тем более эти недостатки должны были бросаться в глаза в последующем, по мере дальнейшего социально-экономичес­кого развития. B особенности явно устарелый характер носили уголовные законы и законы о судопроизводстве.

Уже с 1836 г. была начата работа по пересмотру уго­ловных законов, помещенных в XV томе Свода. Начал эту работу М. М. Сперанский, но после его смерти она была закончена Д. М. Блудовым, руководившим работой II от­деления императорской канцелярии. Был составлен в 1844

г. новый уголовный кодекс — «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных». 15 августа 1845 г. оно было утверждено и в следующем году вступило в силу.

5.