собственность в эконоМике и рынок

1

НАИБОЛЕЕ КРУПНЫЕ и далеко идущие изменения собственности в современном мире оказались сопряженными с известным центром нынешней экономической жизни – рынком.

Известно, что состояние и успехи экономики в современном мире связываются именно с рынком.

и по ряду позиций – принципиального сущностного порядка.

Да, рынок как таковой в современной экономической и социальной жизни не только играет немалую, порой ключевую роль, но и является наиболее зримым, наглядным экономическим явлением («видимой картиной»), где оказание услуг и производство при помощи торговли, главным образом в виде «продаж» и «купли» (купли-продажи), смыкаются с потреблением.

Но при этом мало кто обращает внимание на то, что рынок в его строгом классическом понимании вовсе не примета новейшей экономики и социальной жизни. Рынок как таковой – одно из самых древних и неизменных явлений вообще, характерное для экономических отношений, построенных на разделении труда и торговле. Рынок в указанном значении всего лишь поприще, на котором вполне естественно, в силу самой

«природы вещей» хозяйственной жизни, реализуются по товарно-денежным законам плоды экономической деятельности, иных богатств, где, помимо всего иного, огромное значение имеет отработанное юридическое регулирование – право1.

1 В связи с отмеченными обстоятельствами поражает прохладное отношение, а то и презрение наших экономистов-реформаторов к правовой материи (явно навеянные Марксом и советскими догмами). Тогда как именно рыночная идеология должна была бы органически вывести экономистов, претендующих на теоретическое осмысление «рынка», именно на право. Ведь рынок по своим деловым характеристикам есть

413

Право собственности: проблемы теории

ханизм, оказывающий через систему спроса и предложения существенное влияние на развитие экономики, ее направления, структуру и темпы, а порой на быстрое внеэкономическое обретение товаров, пользующихся спросом. В древние времена и в последующем рынок как таковой был характерен и для строя рабовладения, и для строя крепостничества, и даже (хотя в узких пределах и в деформированном виде) для строя теократического государственного абсолютизма, включая строй коммунизма.

Принципиально существенное, в чем-то качественно новое значение рынок обрел в Новое время в качестве звена современной свободной экономики. Но именно звена, взаимодействующего с другими звеньями, такими как развитое товарное производство индустриального, а потом

постиндустриального уровня, наличие единых и обязательных для всех

«правил игры» на основе общеобязательного законодательства, независимости и самостоятельности субъектов рынка в отношении друг друга, достаточности и незыблемости условий для конкуренции, независимости суда. А главное – существования в самой его основе абсолютной персонифицированной частной собственности, отличающейся четкой определенностью и защищенностью, что стало результатом процессов, порожденных Великой французской революцией и юридически строго, даже возвышенно выраженных в Гражданском кодексе Франции 1804 г. И что на деле, в практической жизни, воплотилось в капиталистической системе ряда стран, в том числе в капитализме большинства Скандинавских стран или в так называемом прорейнском капитализме.

ях представляет собой одно из ярких выражений или зримую сторону целостной, многогранной и многоэлементной экономической системы, имеющей характер свободной конкурентной частнособственнической экономики, в основе которой лежит «освобожденная», не обремененная иными социальными силами частная собственность.

Стало быть, терминологически слова «рынок», «рыночное» и произ-

водные от них выражения благодаря особой роли и наглядности рынка как такового в строгом его значении в повседневной жизни являются по большей части знаками, своего рода символами, обозначающими всю сумму элементов передовой современной экономики – взятую в целом

не что иное, как поприще купли-продажи, иных сопряженных с ней юридических отношений и конструкций. Знаменательно при этом и то, что мировой шедевр – римское частное право – сложилось именно на основе рыночных отношений (включая невольничий рынок, рынок реализации военной добычи и др.), и, стало быть, как закономерно «положено» для гражданского права, на основе частнособственнического, товарнорыночного хозяйства в целом, в основе которого собственность, вещные отношения.

414

Часть вторая. Собственность в нашем мире

свободную конкурентную частнособственническую экономику в полном объеме всех ее составляющих.

Вместе с тем парадокс здесь вот в чем. В деловой жизни теми же терминами и выражениями может обозначаться и рынок как таковой (со своеобразной системой своих специфических механизмов и законов, достоинств и минусов). В последующем изложении нам придется встретиться с таким, прошу прощения за неуклюжее выражение, «узкорыночным» рынком или во всяком случае с его влиянием на современную свободную частнособственническую экономику в ее развитом виде.

2

МЕТАМОРФОЗЫ в области собственности (перелив вещных отношений в ценные бумаги, утверждение начал доверительной собственности и др., особенно концентрация экономических, товарно-денежных отношений в акционерных обществах) во многом и привели к тому, что рынок как таковой – рынок сам по себе приобрел «самостийное», повышенное значение, во многом заслонив свою собственническую основу, другие важнейшие элементы и характеристики свободной конкурентной частно-собственнической экономики.

Здесь возникает целый ряд высокозначимых проблем, во многом связанных с акционерными обществами, когда в тесной и мощной взаимосвязи происходит небывалое возвышение рынка и деформация собственности.

Остановимся пока на одной из проблем, которая касается каждого отдельного акционера.

Суть дела в том, что каждый отдельный акционер становится не носителем вещных прав (как только он, вступая в акционерное общество, утрачивает вещные права на вносимое им в общество имущество), а главным образом субъектом в с е г о л и ш ь о б я з а т е л ь с т в е н н ы х о тн о ш е н и й – соискателем дивидендов, носителем некоторых управленческих и процессуальных правомочий.

И вот тут, как только акционирование и массив акционерных обществ (в основном «открытых» – ОАО) приобретают в данной социальной и политической системе глобальное, общее и доминирующее положение, происходит своего рода принципиальный п е р е в о р о т в содержании и даже облике всего комплекса экономических отношений, в их строе и даже их духе (природе), затрагивающих само существо экономической жизни. Короче говоря, происходит в с е о б щ и й к а ч е с т в е н н ы й ф р о н т а л ь н ы й п е р е х о д о т в е щ н ы х к о б я з а т е л ь -

415

Право собственности: проблемы теории

с т в е н н ы м о т н о ш е н и я м, в том числе к отношениям личным, включающим систему «свободного» наемного труда.

Словом, получается так, что в связи с массовым акционированием основное пространство хозяйственной жизни, которое после освобождения от пут феодальной или тотально-тиранической власти как будто бы должно было состоять прежде всего из собственности как вещного права и других вещных институтов (а именно они – основы суверенности личности, частной инициативы, экономической стабильности, активности и состязательности), заполняется лавиной отношений оборота, обязательств, личных и наемных связей. То есть для одних лиц, по большей части обретающих положение рантье, реальный труд заменяется «стрижкой купонов», а для других труд собственника превращается в труд наемного лица.

Конечно, принципиально важно, что рынок в современных экономических условиях является под известным углом зрения «площадкой свободы», где в том или ином виде присутствуют элементы фактического равенства, самостоятельности и свободы субъектов, их собственные интересы и «своя свободная» воля, а отсюда – согласования, договорные компромиссы и арбитрирование.

Но дело в том, что рынок открывает простор для с в о б о д ы в экономических отношениях в многообразных ее проявлениях. И не только в позитивном значении – как важнейшего элемента экономических процессов, когда обеспечивается для собственника развитие и модернизация производства, реализация его успехов путем продажи товаров и оказания услуг. Но также в произвольном экономическом действовании, связанном со спекулятивными интересами, нелегальным оборотом, внеэкономическим обретением ходовых товаров, «пирамидами», первоочередной направленностью на обретение доходов любой ценой. Еще страшнее вовлечение в оборот ч е л о в е к а, когда предметом сделок становятся спортсмены, фигуранты шоу-бизнеса и т.д. (нередко, как это происходит в последнее время, с прямой констатацией того, что совершается «купля» и «продажа» спортсменов, передача их в «аренду» и пр.).

3

УВЫ, СЛОЖНЫЕ ПРОЦЕССЫ «перехода к рыночным отношениям» в их противоречивом, парадоксальном значении во многом оказались в жизни, на практике односторонними. Эти процессы прокатились начиная с североамериканского региона волна за волной по миру – и в западном (отчасти северо-западном), и в южном, и в восточном направ-

416

Часть вторая. Собственность в нашем мире

лениях, достигнув в последние десятилетия и России. Они оказались односторонними, потому что сложная система частнособственнических товарно-рыночных отношений повернулась главным образом одной стороной – рынком как таковым, рынком, всепоглощающей целью которого является получение несмотря ни на что максимальных доходов.

Это наряду с правовой составляющей относится, к сожалению, к собственности, которая стала, в особенности после широкого акционирования, все более и более «уходить» в ценные бумаги, другие аналогичные феномены, когда теряется основа основ собственности – ее вещная природа. И за каким-то порогом (с учетом развития банковского дела, рынка ценных бумаг, практики доверительной собственности,

масштабов и темпов акционирования) собственность локализуется на категориях и механизмах состояния. Состояния, для которого в полной мере сохраняется правомочие распоряжения, но вместе с ним вступают в действие такие категории, как сохранность, «биржевая и банковская доходность», надежность, фактическое участие в «денежных потоках» и т.д. Вещная же составляющая собственности в данном круге собственнических отношений в области рынка как такового оказывается в основном утраченной. Происходят передел и концентрация собственности, которая в условиях рыночных отношений как таковых вообще не нуждается в «вещности», а сразу же сосредоточивается в состояниях определенных лиц и плюс к тому еще выступает как другая собственность (о чем пойдет речь в главе шестнадцатой).

Вместе с тем во всех рассматриваемых процессах мы встречаемся с парадоксальным явлением. Утрата «вещности» как составляющей собственности, другие метаморфозы в собственнических отношениях позволяют настроить всю хозяйственную жизнь, минуя эту канитель с «вещностью», сразу же на «быструю выгоду».

В данном случае коварную роль (с позиции автора этих строк) сыграла идеология доверительной собственности. В обстановке высокой общей и технической культуры своего рода «освобождение» от собственности в ее классическом значении, помимо всего иного, р а з в я з а л о р у к и участникам хозяйственной деятельности, и сообразно логике они в первую очередь устремились к тому, что может дать предельный экономический успех, в том числе к максимальному использованию новейших техники и технологии (получивших гигантское развитие не только на основе свершений фундаментальных наук, но и в результате стреми-

417

Право собственности: проблемы теории

тельного взлета военного дела и производства в условиях победоносно закончившейся тяжелейшей Второй мировой войны, угрозы и подготовки к новому столкновению и непрерывной серии «малых» войн).

Все другие элементы свободной экономики (кроме «самого» рынка в узком его значении) оказались отодвинутыми, как бы потерявшими смысл и начали нередко выступать в виде упрощенных механизмов, порой – с весьма значительными негативными последствиями. Или даже – с последствиями, уводящими в сторону от экономики, которая может быть определена в качестве свободной. Особенно в обстановке нарастающего глобализма, когда формируется некий «надрынок», отличающийся невиданной ранее мощью «притяжения» и «отталкивания». Хотя со временем многие страны, особенно европейского континента, стали вновь возвращаться к адекватным представлениям о частнособственнической конкурентной экономике, все же гипертрофированный взгляд на рынок как таковой (с его действительными достоинствами и с не меньшими минусами) в той или иной мере остается, весьма существенно влияя на сумму слагаемых свободной экономики

и прежде всего на такой ее компонент, как развитое право.

Так, не менее существенные метаморфозы при «узкорыночной» экономике или даже ее влиянии на обобщенные представления о современной экономике случились со свободной конкуренцией, оказавшейся также перекрытой «свободным оборотом» (в котором неизбежно господствует экономически сильный субъект) и плюс к тому еще – могущественными корпорациями и преимущественно государственной или клановой инфраструктурой капитала, которая стала распространять «диктатуру хозяина» и его «свободу» хозяйского диктата на весь спектр имущественных отношений и оборота.

И еще такой существенный момент. Нацеленность в свободной экономике на собственные инвестиции производителей товаров в немалой мере обернулась при «узкорыночных» ориентациях расчетами на заемные средства, кредитные отношения, отсюда – на доминирование банковского капитала, что еще более умножило силу могущественных, в том числе транснациональных, корпораций, клановых начал в экономике, породило новые пласты процессов экономической глобализации и «надрынка», не всегда сообразующиеся с интересами и особенностями тех или иных стран и регионов, интересами их населения. Эта жесткая, никем не сформулированная, но сразу же дезориентирующая людей идеология (во многом освобождающая от ответственности за дело, стабильности и других импульсов, порождаемых частной собственностью в экономике) может дать блестящий и стремительный

418

Часть вторая. Собственность в нашем мире

экономический эффект, но одновременно в конце концов приводит к такому положению общества, которое может быть обозначено как

«благоденствующая стагнация», а одним из философов названо «концом истории». Ибо, как подробно говорилось в предшествующих главах, собственность в классическом, вещном виде – это не только источник и поприще негативных и низменных страстей и процессов, но по своей сути – основа реальной свободы личности, жизненного интереса,

экономической стабильности, хозяйской заботы, социальной ответст-

венности, расчета и веры в успех, в оптимистическое будущее.

Впрочем, и блестящий экономический эффект, достигаемый в результате концентрации внимания и деятельности на одних только доходах, – явление противоречивое даже с сугубо прагматической стороны. Так, акционерные общества способны дать, пусть и ограниченный,

с упомянутыми негативами, но блестящий эффект только при полностью сложившемся таком типе капиталистического хозяйствования, где в одной связке находятся «оборотная часть» частнособственнического хозяйства – рынок как таковой (т.е. в «узкорыночном» его восприятии), доверительная собственность, система общего права, причем с направленностью на сугубо рыночные критерии, и независимый суд. Да и в этом случае они нацелены на то, чтобы привести в основном к фантастическому обогащению элиты (владельцев крупных пакетов акций, особенно контрольного, их приближенных, аффилированных субъектов, ключевых менеджеров), а интересы многих тружеников, занятых непосредственно в производстве, на научных, технических и технологических участках работы, свести всего лишь к пониманию ценности «рабочих мест» и «достойной заработной платы» (пусть и по весьма высоким меркам развитого капитализма).

Все это наряду с другими факторами (в том числе – с проникновением в систему экономических отношений силовых элементов, отчасти скрытых, а отчасти демонстративно рейдерских, подчас соединенных с военными акциями) значительно упростило весьма сложную структуру нового экономического строя, позволило путем активных действий в сфере рыночных отношений и упомянутых экономико-правовых и иных институтов достичь резкой интенсификации производства и обогащения в области потребления, начав с потогонной системы, выйти на критерии и соблазнительные идеалы потребительского общества. И при этом создать могущественные корпорации, кланы сверхбогатых людей, мультимиллионеров – фактических верховных хозяев всего экономического организма, нередко уже уставших от всевозможных земных утех, наслаждений и роскоши.

419

Право собственности: проблемы теории

В какой-то мере это произошло и в нашей стране, в России, начиная с 1990-х гг., когда государственная власть начала интенсивно проводить «рыночные реформы».

Первоочередная ориентация в России на свободный рынок как таковой (т.е. понимаемый в «узкорыночном» его значении) сразу же сделала приоритетной сферу торговли и оборота, «пирамид» и спекулятивных операций, скупку и перепродажу товаров, и прежде всего таких, которые имеются в стране в изобилии и могут дать максимальную прибыль при относительно минимальных затратах – природных ресурсов (в особенности нефти, газа, угля, металла, леса, рыбы и морепродуктов). В этих условиях преобразование и упорядочение собственности, охватывающей производство и техническое развитие, не представились столь уж важными и неотложными, не потребовали упрочения вещных качеств собственности как основы свободной экономики, а также тесной увязки ее с ростом производительности труда, модернизацией производства, инновационными процессами. Напротив, народное хозяйство по ряду пунктов начало строиться так, чтобы преобладающими оказались состояние и функционирование ценных бумаг, институты, близкие к доверительной собственности, а следовательно, с социальной стороны – интересы правящей элиты, бюрократии, выходцев из былого партаппарата и комсомольского актива, кланов теневого капитала. Это в немалой мере и обеспечила как раз акционер-

ная форма собственности.

Увы, такие пертурбации собственности в российском обществе не только не способствовали ориентации сознания людей на напряженный личный труд и на отход от всеохватного патернализма, но, напротив, вызвали стремление людей к неукротимому обогащению как к самоцели, к добыванию денег любой ценой, в том числе путем хищений, распродажи национальных богатств, коррупции и спекулятивных операций. Более того, все это породило настроения вольницы, порой разгула вседозволенности, резко ухудшило криминогенную обстановку в стране. Причем в переходных условиях (таких как в России) при отсутствии развитой системы и культуры частной собственности в производстве, обеспеченной правом и независимым правосудием, формирование непосредственно рыночных отношений как таковых, породив всеобщее стремление к обретению денег, привело главным образом к образованию отдельных «островков рыночной экономики», связанных с государственной бюрократией (главным образом – через систему лицензий,

«организованных конкурсов», прямых раздач имущества, налоговых льгот, коррупции). Причем таких «островков», которые лишь в малой

420

Часть вторая. Собственность в нашем мире

степени касаются отечественного производства, а в основном ориентированы на экспорт сырьевых ресурсов и импорт зарубежных потребительских товаров и поэтому открывают простор для легализации и широкого развития спекулятивных, криминальных отношений – к всему тому, что и ведет к дальнейшему расслоению общества, к безбрежному обогащению отдельных групп субъектов коммерческой деятельности.

4

ВОТ ПОЧЕМУ в России, несмотря на достигнутые успехи на стадии индустриального развития и достижения в области науки, а также на исключительно благоприятные людские, природные и воистину сказочные внешнеэкономические условия, в результате реформ, уже растянувшихся более чем на 15 лет н е п р о и з о ш л о г л а в н о г о: экономика страны в целом не перенастроилась на производство высококачественных конкурентоспособных товаров, соответствующих требованиям мировой экономики, на всестороннюю модернизацию, на формирование свободного конкурентного рынка, а в ближайшей перспективе – постиндустриального информационно-интеллектуального хозяйства. Труд, его производительность на основе новейших технологий не стали повсеместно основным фактическим критерием экономической эффективности.

В России при отсутствии надлежащего преобразования собственности, действительной приватизации, конкурентной среды и эффективной юридико-судебной системы заданная властью сугубо «узкорыночная» направленность в реформировании экономики породила наряду с некоторыми положительными результатами также и неблагоприятные последствия. Прежде всего доминирование сырьевой направленности в развитии экономики, стагнацию техники и технологии в области собственного невоенного производства, сохранение и даже рост могущественного бюрократического аппарата, оставшегося по большей части с коммунистических времен, невиданное имущественное расслоение населения на небольшую группу сверхбогатых людей (олигархов) и обездоленное, подчас нищенствующее большинство. Со всеми вытекающими отсюда последствиями в экономико-социальной и политической сферах – криминализацией экономики, коррупцией, утратой у людей социального оптимизма, потерей настроя на свободный и напряженный труд и веры в демократическую власть, в законность и правосудие. В последнее время (2000–2007 гг.) в России на основе гигантских доходов от нефтегазового сырья сделаны некоторые шаги по созданию

421

Право собственности: проблемы теории

реальной конкурентной товарно-рыночной экономики и упорядочению некоторых сфер социальной жизни (хотя такие меры 2004–2005 гг., как монетизация льгот и подготовка к 100%-ной оплате услуг ЖКХ, вызвали массовые, порой уличные, стихийные выступления населения). С точки зрения возможной позитивной стороны упомянутые ша-

ги не привели и не могли привести к сколько-нибудь существенным результатам из-за общей гражданско-политической обстановки (публичного порядка) в стране и сложившегося вслед за демократическими переменами 1989–1990-х гг. политического режима. И дело не только в том, что в стране при формальном сохранении ряда демократических

институтов и форм (все более нарушаемых) не произошло основного, что свидетельствовало бы о реальном разрыве с коммунизмом, – кардинального демократического и гуманитарного перелома, важнейшим показателем которого стало бы верховенство права, его приоритет перед властью. Такого перелома, который выражал бы на деле общенациональное п о к а я н и е страны за тотальное разрушение в ходе коммунистического эксперимента нормальных условий жизни общества, государственный террор и бесчеловечные беды прошлого и настоящего. Это, помимо иных причин (в России, в частности, прежде всего в результате гигантских доходов нефтегазовой промышленности в обстановке небывало благоприятной внешнеэкономической конъюнктуры), в немалой мере сопряжено с тем, что вещная природа собственности в строгом ее значении оказалась в системе экономических, социальных, правовых отношений на обочине экономико-социальной жизни. И здесь надо себе отдавать отчет в том, что известные наши «рыночные успехи» не компенсируют потери от утраты значения собственности в ее вещном качестве во всей жизни общества и, думается, в перспективе развития нашей человеческой цивилизации. И потому

вызывают острую тревогу.