В поиске

I

К походу на реку в кружке начали готовиться еще в конце зимы, весной. Узнали через деда Матвея, школьного кладовщика, что где-то на складе сохранились от давнишних походников (когда существовал школьный туристский клуб «Аврора») старая байдарка, несколько камер для плотов, палатки, еще какое-то снаряжение.

ру Петровичу и ребятам, что поход надо оформить в городском клубе туристов «как полагается», по всем правилам.

193

Книга вторая. О любви

Оформить? Пожалуйста! Дня за два подготовили маршрутный лист, другие бумаги. Даже медицинские справки и справки от физрука по плаванию на каждого. Всего – 9 человек, Петр Петрович и 8 школьников старших классов.

Но тут начались неожиданные трудности.

Сначала в городском клубе Петра Петровича и ребят встретили чуть ли не с ликованием: «Ура! Наконец-то появились школьники. Уже года два не было никого из школ. Оставляйте ваши документы. Дня через два заходите, все оформим».

Через два дня – отсрочка, еще неделька, не успели.

Через неделю – «снег на голову». Оказывается, пришло «из Москвы» новое разъяснение. Водный поход по реке для учащихся школ теперь разрешается только под руководством инструктора по водному туризму.

Какое разъяснение? Петр Петрович провел в городском клубе чуть ли не целый день. работники клуба куда-то уходили, прятали глаза, говорили – «разъяснение устное», «нарушать не можем. Простите». Один из работников смущенно сказал: «Вот пешие двухдневные походы – пожалуйста. Можно и трехдневные. Только, чтобы в школе знали контрольные сроки».

II

Петр Петрович и ребята были обескуражены всем случившимся.

На следующий день он пришел в школу. Как ни в чем не бывало. Собрал кружковцев (да и «собирать» ребят не надо было – все как будто знали что-то, уже с утра были в кабинете, в лаборатории – занимались уборкой).

Петр Петрович сказал:

– Меняем план. О всяких предшествующих подробностях забудьте. Об этом знать никому не надо. Мы же будем настраиваться на пеший поход в район реки. Впрочем, – добавил он (и загадочно улыбнулся), – могут быть вариации. Официально – трехдневный плюс день приезда, день отъезда, дневка. В общем итоге по времени – неделя. Может быть, в зависимости от обстоятельств – два раза по неделе. День возвращения в каждом случае забьем у директора как контрольный срок. В общем, это неплохо. Все – по правилам.

Все ребята вслед за Петром Петровичем заулыбались. Жизнь продолжается, несмотря на все препоны. Мы же все же русский народ – обходить законы умеем.

194

У тайн Вселенной

Да и с подготовкой к походу стало полегче. Уже не требуются хлопоты и маята с байдарками или иными плавсредствами. А все другое – особых проблем нет: три палатки, костровое хозяйство, пара топоров, пила, другая мелочь. Питание – купим накануне отъезда, да и на Турбазе можно дозаправиться. Вот не забыть то, что нужно для возможной работы: небольшой ломик, пара лопат, свинцовый контейнер. Ну и, понятно, личное снаряжение, штормовка, спальный мешок (придется все же обзавестись резиновыми сапогами).

Группа сохранилась в полном составе – пять парней, три девчонки и, естественно, Петр Петрович.

Скорее бы июль! Черт с ними – с этим клубом, их бюрократией, какими-то «устными указаниями». Или, действительно, были указания, только не прямо ли на их, Петра Петровича и команды, счет?

III

Наступил июль. Жара несусветная. Солнце палит, как в Ташкенте. Или даже – в Сахаре. родные и знакомые говорят – вам хорошо, вы скоро будете у реки, у воды всегда легче.

Действительно, легче стало уже в самом начале похода. Даже в городе утренние часы – ранняя прохлада. И в электричке все окна открыты – вот тебе почти речной ветерок. Когда разгрузились на станции, а потом нагруженные гигантскими рюкзаками двинулись к Турбазе, солнце уже поднялось над горизонтом, но еще не палило, как днем. Так что до Турбазы, несмотря на весь походный груз, дошли неожиданно быстро и легко. Только подвесной мост под тяжестью всей группы сегодняшних тяжеловесов стал прогибаться сверх меры – пришлось на ходу рассредоточиться.

И на Турбазе был земной рай. От реки веяло утренней речной прохладой, а от близкого хвойного леса шел, пусть и чуточку сырой, свежий елово-пихтовый аромат прибрежной тайги.

И все же – вперед, к реке (только Петр Петрович на минутку сбегал куда-то в один из корпусов). Когда быстро прошли мимо университетской Обсерватории по пологому спуску, то, как и в прошлое время, вновь как-то вдруг оказалось – вот она, река, прямо под ногами. Завивающиеся бурунчиками быстрые струи, бьющиеся о берег. Остатки утреннего тумана, стелящегося по воде. Высокие Камни на правом берегу. Проторенная тропа – на левом.

Дальше – вперед по тропе.

195

Книга вторая. О любви

И вот – неожиданность. Чуть ли не на том же месте, как в прошлый раз, из-за дерева выходит крупный мужчина. Неужели лесник? Да, лесник, в той же форменной фуражке, только почему-то в черных очках. Какое совпадение! Или ребят уже вновь ждали?

– Здравствуйте, ребята! – обращаясь к Петру Петровичу, сказал лесник. – Понравилось в прошлый раз? решили подольше побродить в наших краях?

– Да, – ответил Петр Петрович. – Вон там, дальше, на полянке, за Камнем-малюткой, остановимся дня на два-три.

– Что ж, – доставая из планшетки тетрадь, сказал лесник. – Запишем. Какой номер школы? Кто руководитель? Вы? Простите, ваша фамилия? Всего, значит, 9 человек.

Лесник, наверное, почувствовал, что гаечку закрутил несколько жестче, чем надо. И поэтому, уже попрощавшись и отойдя по тропе к базе, он внезапно вернулся и сказал Петру Петровичу:

– Тут, ребята, недалеко, за поворотом, обратно по течению в реке полузатопленная лодка. Можете взять ее. Подремонтируйте и покатаетесь туда-сюда.

Сказал это и быстро ушел.

«Странно, – подумал Петр Петрович. – Может быть, надо проверить, поплывем ли мы дальше? Ведь, когда мы сейчас были на Турбазе, я по пути забегал к старшему инструктору, спрашивал, нельзя ли купить лодку? Он ответил – теперь частным лицам не продаем. Странно».

Где же дерево с затесом и со знакомыми знаками («Su-W» и небольшая стрелочка)? Пригляделись. Дерево оказалось спиленным, разделанным на части. На одном из чурбанов заметен затес и обрывки знакомых знаков.

А вон то место, на котором прямо с тропы виднелись разрушенные скалы. Снова неожиданность. Подошли, не снимая рюкзаков. Все это место (по длине – метров 20–30) обнесено проволокой. На небольшой фанерке предупреждение – «Запретный участок. Обход справа». А сами камни залиты, по-видимому, бетоном. И даже залитые бетоном, камни как бы приникли, ушли глубже в землю.

Петр Петрович скомандовал: «Все! разбираться будем потом. Идем на стоянку».

До Камня-малютки было совсем недалеко. Вон он. рядом.

196

У тайн Вселенной

На полянке за Камнем все было в порядке. Будто сами ребята оставили ее только вчера. Струится меж камней ручеек. На том же месте – костровище с рогатинами. Сохранились даже остатки сухих дров. Сходили еще за дровами, нанесли целую гору. Нарубили в чащобе свежий лапник.

И вот уже стоят три палатки. На перекладине крючья с ведрами. решили до обеда отремонтировать лодку (если лесник не слука-

вил).

IV

Полузатопленная лодка, застрявшая чуть ниже каменистого переката в кустарнике (и привязанная к вбитому ко дну реки колу; лесник?), оказалась почти целой. Даже одно весло лежало на днище. По всему было видно, что на лодке не справились с проходом по перекату, острым камнем в одном месте дно лодки было пробито, и те, кто сплавлялся на лодке, решили с ней дальше не возиться.

Отчерпав воду из лодки и заделав на время пролом завернутым в тряпку пучком густой травы, ребята быстро на одном весле перегнали по течению полузатопленную лодку к своей стоянке. И действительно, к обеду в общем-то отремонтировали ее – пусть не по всем канонам лодочного мастерства, но плыть можно. Один из ребят сбегал на Турбазу, добыл там кусок доски и баночку дегтя. Затем наложили на место пролома заплату, заделали ее жестью, вырезанной из старых консервных банок, сделали даже из сухостоя некоторое подобие второго весла с самодельной (из обрывков жести и проволоки) уключиной. Добавили ко всему этому два шеста, выструганных из тонких сухих лиственниц. Все! Лодка к походу готова!

После обеда (умяли целое ведро картошки с тушенкой) надо было бы немного вздремнуть – так думали и рассчитывали все. Хотя бы часок. Но Петр Петрович скомандовал: «ребята, не расслабляться. Идем в лес – все, кроме дежурных. Маршрут – район Дома. Направляющий – Алеша».

Но Дома не было.

До того участка, где был Дом, добрались в общем-то легко. Не в первый раз. Нашли даже два оврага, в одном из которых был как раз Дом, а во втором сооружался «склад». Но всю местность как будто бы подменили. Не было нависающего над оврагом дерева, рядом с которым тянулись ступеньки. Не было на дне оврага стола со скамейками. На этом месте высилась груда камней. Не было даже ручья (лишь под камнями

197

Книга вторая. О любви

угадывалось его легкое журчание). Появились какие-то новые поваленные деревья. Кое-где кучками были разбросаны дерн, мох.

– Давайте пройдем по краям оврагов, – предложил Алеша. Прошли. Вновь ничего особого. Да сами овраги, как бывает, когда смотришь на знакомую местность со стороны, как будто вообще стали неузнаваемыми. И вдруг Алеша замер, будто наткнулся на стену, и закричал: «Петр Петрович, Петр Петрович! (хотя он был в двух шагах от Алеши) смотрите-ка!»

На самом краю оврага высовывался кончик железной трубы с конусом-искроуловителем на конце.

– Значит, здесь был «наш Дом», – предположил Алеша.

– Что же, может быть, может быть, – несколько задумчиво ответил Петр Петрович. И тут же скомандовал: – Заканчиваем. Возвращаемся в лагерь.

И вся группа, цепочкой – впереди Алеша, замыкающий Петр Петрович – потянулась вниз, к стоянке.

V

На следующий день группа двинулась вниз по реке. разделились на два отряда или подотряда – «моряков» и «пешеходов».

Моряки – Слава и еще один парень, Володя, и одна (поочередно) из девчонок – на лодке. На лодке – тяжелый груз, упакованный в целлофановые мешки (Петр Петрович припас!), – все основное снаряжение, палатки, продукты, костровое хозяйство. Приказ – далеко не вырываться. Как только исчезает флаг пешеходов – остановка.

Пешеходы – Петр Петрович, Алеша, все остальные. У всех рюкзаки, но по минимуму. Один из парней несет «флаг» (красная майка, привязанная к небольшому шестику) – для контакта с моряками. Идти пешком – прекрасно, «по-мужски» (недаром пешеходы между собой чуть ли не сразу стали называть моряков «дачниками»). Тем более что рядом с кромкой воды, почти не прерываясь, тянется рыбацкая тропа, а кое-где удается срезать угол (понятно тогда, когда там не было разрушенных камней или чего-то иного, интересовавшего группу). Вот отчего порой случается так, что, миновав излучину, не представлявшую какого-либо интереса, пешеходы укорачивали путь. И тогда – сидишь на берегу, поплевываешь и ждешь этих самых «моряков», все еще возившихся на перекате, где порой приходилось проводить

198

У тайн Вселенной

лодку «на руках». Такое случается на стоячих плесах, на лодке приходится с великими усилиями выгребать, зачастую против ветра. Но бывает и так – «моряки» по стремнине резко выскакивают вперед, пристают где-нибудь к берегу и оттуда призывно машут руками: «Ну, что вы там? Утомились, что ли?»

Но это все попутные забавы. Все знали – у «пешеходов» главная, непростая работа. Нужно было обследовать каждое более или менее крупное дерево. И стоящее на берегу, и спиленное, упавшее. Просмотреть чурки спиленных деревьев. Нет ли затесов? И тем более – знакомых знаков? Не идет ли от дерева тропа к камням? И нет ли вообще разрушенных камней, скал?

Прошли километр, другой, третий – ничего.

И вдруг – стоп! Пень от спиленного дерева. Чурок нет, но от пня тянется тропинка. И там дальше, видно даже отсюда, от берега, заметны невысокие каменистые скалы.

Но до самих камней дойти – как и в районе Турбазы – не удалось. Дорогу преградили два ряда проволоки, натянутой вблизи камней. Причем даже из-за проволоки было видно, что камни залиты бетоном.

Значит, что? Поворот назад? Нет, вперед.

До вечера таких «забронированных» камней было найдено еще несколько. Везде на железках предупреждение – «запретный участок».

Но тут на какое-то время внимание группы привлекло другое. еще до обеда на одном из прямых участков реки пешеходы заметили, что вырвавшиеся вперед «моряки» энергично машут руками, показывая на противоположный берег. Что там? Пригляделись. На правом берегу по ходу пешего отряда движется какой-то всадник. Показалось, что всадник похож на лесника. Но что точнее можно разобрать на расстоянии? Тем более что на всаднике – большая плащ-палатка с капюшоном, лица не видно совсем. Во время обеда «моряки» рассказали, что всадник сопровождает пешую группу с самого утра.

Все это почему-то сильно повлияло на Петра Петровича. Он помрачнел, по всему было видно – ожесточился, достал из своего рюкзака саперную лопатку, заткнул ее черенком за свой армейский ремень и, возглавив пешую группу, решительно пошел по прибрежной тропе. Когда же совсем под вечер вновь обнаружился забетонированный участок разрушенных скал, Петр Петрович скомандовал: «Алеша, Дима – со мной; остальным перекур» и вместе с двумя ребятами подлез под проволоку к скалам.

Сначала по кромке бетонной нашлепки Петр Петрович и ребята ладонями попытались определить, нет ли где-нибудь теплых мест.

199

Книга вторая. О любви

Но потом, махнув на эту затею рукой (земля везде была одинаково сухой и к концу летнего дня горячей), Петр Петрович начал копать саперной лопаткой в том месте, где бетон не полностью покрыл камни. И тут – удача. На небольшой глубине, не более полуметра, показался слоистый камень. Причем один из слоев оказался именно тем, что надо, – прижатые друг к другу матово-серые плитки с рыжеватым оттенком, с неровными, угловатыми краями; и даже здесь, на небольшом краешке камня, местами под тонким слоем проглядывали желтовато-красные, словно опаленные, наплывы. «Теплые», – прислонив

к ним руку, сказал Алеша.

Петр Петрович выломал несколько плиток желтовато-красного камня, спрятал их в серебристый мешочек, запаковав его в какую-то коробку, а затем вместе с ребятами зарыл вырытую ямку.

В это время рядом раздались два резких щелчка (похожие на щелчки сработавшего затвора фотоаппарата) и тут же послышался удаляющийся топот лошади. Кто-то из ребят было рванулся вслед, но Петр Петрович остановил: «Не надо. Все и так понятно. Пусть».

Лагерь для ночевки решили устроить тут же, на берегу («морякам» на лодке пришлось возвращаться: они уже ушли вперед, до поворота реки). Место было чудесное. Небольшой полуостров. Сухое дерево, которое ребята спилили – дров навалом. ровная площадка для палаток. Небольшая заросшая протока (видимо, здесь когда-то был островок, потом протоку забило деревом, дерном, выросла трава, кустики). Метрах в ста небольшая речушка с кристально чистой водой.

После ужина Петр Петрович сказал:

– Здесь прерываем маршрут. Продолжим через недельки две-три, может быть – через месяц – как получится. Так что – готовиться к общему пешему переходу. Завтра, прямо с утра.