ГЛАВА 3 РЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМЫ СУЩНОСТИ ДУХОВНОСТИ В ДУХОВНОЙ АНТРОПОЛОГИИ И ПРОБЛЕМА ДУХОВНОГО СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ

В отличие от философии, которая может судить о духовности путем редуцирования духовного опыта к его эпифеноменам — мыслительной и познавательной деятельности, творчеству, моральному поведению — так, что философское понимание духовности всегда является абстрактным, «усеченным», — в духовной антропологии сущность духовности раскрывается в своей конкретности.

Духовной антропологии свойственна идея дополнительности человека и Абсолюта, выражающаяся в их взаимном стремлении и органическом соединении. Основу этой дополнительности составляет двойственность мира, наличие в нем двух пластов реальности: подлинного, духовного, ноуменального мира и мира чувственного, феноменального, объективированного, который не обладает подлинным существованием.

Разумеется, мы можем передать лишь общий концептуальный смысл того понимания, из которого исходит духовная антропология в рассмотрении проблемы человеческой духовности и эволюции духовного опыта, но отнюдь не достигаемое в нем содержание или переживаемые состояния; в этом смысле, сопоставляя философское учение с учением духовной антропологии, следует иметь в виду принципиальное различие между верой и знанием. Лейбниц сформулировал его следующим образом: знание опирается на разум, представляющий собой «обнаружение достоверности или вероятности предложений, выведенных из знаний, которые мы приобрели, пользуясь нашими естественными способностями, то есть ощущением и рефлексией», тогда как «вера есть согласие с предложением, основанным на откровении, то есть на указании, полученном необычным путем от Бога, сообщившего его людям»^[227].

Лишь приобщение к Божественному Духу делает людей подлинно духовными; поэтому наша задача состоит в том, чтобы выявить условия и основные формы постижения этой духовности.