<<
>>

§ 1. Понятие и социально-экономические основания криминализации лжепредпринимательства

Диспозиция ст. 173 УК («Лжепредпринимательство») гласит: «Лжепредпринимательство, то есть создание коммерческой организации без намерения осуществлять предпринимательскую или банковскую деятельность, имеющее целью получение кредитов, освобождение от налогов, извлечение иной имущественной выгоды или прикрытие запрещенной деятельности, причинившее крупный ущерб гражданам, организациям или государству, - наказывается...».

Термин «лжепредпринимательство», используемый в ст. 173 УК, состоит из двух частей - «лже» и «предпринимательство».

«Лже» происходит от слова «ложь», обозначающего намеренное искажение истины, неправду.15 Современному русскому языку известны многие имена существительные, которые используются в значении как «ложный, ненастоящий» (лженаука, лжесвидетель, лжепророк, лжеплод и т.д.).16 Суть лжи в каждом из них представляет собой намеренное искажение действительности путем присвоения мнимому деянию признаков, характеризующим позитивную часть этих слов («наука», «свидетель», «пророк», «плод» и т.д.).

Так, лжепредпринимательство включает в себя два компонента: 1) реальные признаки предпринимательства и 2) обман, намеренно искажающий смысл законной предпринимательской деятельности.17 Следовательно, для уяснения категории «лжепредпринимательство» ввиду бланкетности ст. 173 УК необходимо, прежде всего, уяснить значение 15

См.: Ожегов С.И. Словарь русского языка. - 13-е изд., испр. М., 1981. С. 291. 16

Там же. С. 286. 17

См.: Досюкова Т. В. Уголовная ответственность за лжепредпринимательство. Дисс. ...канд. юрид. наук. М., 1997. С.41.

термина «предпринимательство», а затем - определить конкретные признаки лжепредпринимательства (фиктивного предпринимательства, псевдопредпринимательства). При этом мы исходим из того, что по своему смысловому содержанию понятия «предпринимательство» и «предпринимательская деятельность» являются синонимами, а слово «лжепредпринимательство» - противоположно им по значению.

Российское законодательство определяет предпринимательство как самостоятельную, осуществляемую на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке (п. 3 ч. 1 ст. 2 ГК).18

Исходя из этого определения, основными признаками предпринимательской деятельности выступают: 1)

систематичность; 2)

самостоятельность; 3)

рисковый характер; 4)

направленность на систематическое получение прибыли; 5)

законные источники получения прибыли - от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Эти признаки должны быть учтены при анализе квалифицирующих признаков лжепредпринимательства.

Признак систематичности относится к двум компонентам понятия предпринимательской деятельности. Во-первых, сама предпринимательская деятельность должна осуществляться постоянно и системати-

18 Некоторые ученые-цивилисты полагают, что в законодательном определении предпринимательства упущен важный признак - профессионализм. «Гражданин- предприниматель должен открыто относиться к объекту своей деятельности как профессионал-специалист, для которого предпринимательская деятельность является промыслом» (Моисеев М. Предпринимательская деятельность граждан // Хозяйство и право.

1997. №3. - С. 78). Этот признак предпринимательства предусмотрен в законодательстве США, ФРГ, Франции.

чески, во-вторых, систематическим должно быть получение прибыли. Признак систематичности означает также, что данная деятельность осуществляется в течение определенного, скорее всего длительного, или даже не определенного времени с известной повторяемостью выполняемых действий. В анализируемом составе лжепредпринимательства уголовно-противоправное деяние также строится из цепочки действий, направленных на извлечение путем обмана имущественной выгоды в крупном размере. Однако, как показывает практика, объективная сторона лжепредпринимательства часто ограничивается одной или несколькими незаконными сделками путем создания так называемых «фирм- однодневок».

Самостоятельность предполагает, прежде всего, что каждый предприниматель (физическое или юридическое лицо) участвует в гражданском обороте непосредственно, от своего имени, своей волей и в своем интересе. Кроме того, предприниматель самостоятельно (но с учетом правовых дозволений и запретов) определяет направления и способы осуществления своей деятельности, принимает юридически и экономически значимые решения, использует находящееся в его распоряжении имущество, трудовые и иные ресурсы для достижения поставленной цели, осуществляет самозащиту и реализует право на судебную защиту своих прав. Всякое ограничение самостоятельности либо иное незаконное вмешательство в уставную деятельность индивидуального предпринимателя или юридического лица не допускается и влечет уголовную ответственность по правилам ст. 169 УК («Воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности»). Но с другой стороны, субъекты предпринимательства, приобретая соответствующий статус, должны использовать его по назначению - извлекать прибыль от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, сообразуя свою деятельность с принципом законности. Лжепредприниматель в ситуации реального выбора способа деятельно- сти непосредственно сам, от своего имени, своей волей и в своем интересе идет на нарушение уголовно-правового запрета, что и является субъективным основанием его ответственности.

Осуществление предпринимательской деятельности на свой риск - следующий квалифицирующий признак предпринимательской деятельности. Термин «риск» (risco) в переводе на русский язык означает «скала», испанские и португальские мореплаватели этим словом обозначали опасность, угрожающую их кораблям. Риск предпринимательской деятельности можно охарактеризовать как правомерное создание потенциальной или реальной опасности (на грани фола) в целях получения прибыли, достижения какого-либо другого результата. Для риска характерна ситуация, отличающаяся большей или меньшей степенью неопределенности результатов. Чем выше степень риска, тем больше шанс получить высокие прибыли. С криминологической точки зрения, лжепредприниматель, совершая преступление, также рискует, но его риск иного рода. Он сознает, что может понести наказание, но рассчитывает на то, что сумеет избежать ответственности. К сожалению, чаще всего так и происходит. Латентность лжепредпринимательства неимоверно высока. Судебной практике известны лишь единичные случаи применения ст. 173 УК и то по совокупности с другими статьями УК.

Основная цель предпринимательства - систематическое получение прибыли. Понятие прибыли определено в ст. 247 НК.19 Под прибылью понимается разница между полученным доходом и произведенными расходами.

Особенность предпринимательства - не в фактическом получении прибыли, а в том, что эта деятельность направлена на система-

тическое получение прибыли. Прибыли в результате такой деятельно- 19

Здесь и далее по тексту имеется в виду Налоговый кодекс Российской Федерации: часть первая от 31 июля 1998 г. № 146-ФЗ (СЗ РФ от 3 августа 1998 г. № 31 ст. 3824); часть вторая от 5 августа 2000 г. № 117-ФЗ (СЗ РФ от 7 августа 2000 г. № 32 ст. 3340) с последующими изменениями и дополнениями. 20

Более подробно см.: Беляева О.А. Предпринимательское право. Учебное пособие. - М.: Юридическая фирма «Контракт», «ИНФРА-М», 2006 г.

сти может и не быть, но она все равно будет признаваться предпринимательской. Направленность умысла в лжепредпринимательстве - противоправное извлечение какой-либо имущественной выгоды. Однако лжепредприниматель реально может и не получить планируемой выгоды. Тем не менее, его деятельность следует рассматривать как оконченное преступление, поскольку имеет место факт использования статуса субъекта предпринимательства с целью незаконного извлечения имущественной выгоды.

Государство, видя в предпринимательстве один из наиболее эффективных путей развития рыночной экономики, всячески охраняет общественные отношения, функционирующие в этой сфере, в том числе с помощью уголовного закона. Действующий УК содержит такие составы преступлений как воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности (ст. 169), незаконное предпринимательство (ст. 171), лжепредпринимательство (ст. 173).

Прежде чем описывать формы какого-либо явления, необходимо определить его понятие и сущность. В рамках настоящего исследования возникает необходимость проанализировать понятие лжепредпринима- телъства, так как в диспозиции ст. 173 УК дается лишь описание объективной стороны состава преступления, признаки других его элементов (объекта, субъекта, субъективной стороны) не раскрываются, а в уго- ловно-правовой науке имеются на этот счет различные точки зрения.

Так, ряд авторов рассматривает лжепредпринимательство как вид организованной преступности.21 Действительно, лжеорганизации нередко создаются организованными преступными группировками. В частности, имеются данные, что организованные преступные группы, занимающиеся отмыванием денежных средств, в том числе поступающих из-

21 См., напр.: Овчинский B.C. Криминологические, уголовно-правовые и организационные основы борьбы с организованной преступностью в Российской Федерации. Дисс. ... д-ра юрид. наук. - М.: 1994.

за рубежа для финансирования незаконных вооруженных формирова- ний, часто используют фирмы-однодневки.

Однако, как справедливо заметила Т.В. Досюкова, представлять лжепредпринимательство только в качестве одного из видов преступных сообществ, не совсем правильно. Она на примерах судебной практики показала, что это преступление чаще всего совершается отдельными лицами, создающими свои фирмы, вовсе не связанными с организованной преступностью.23

Некоторые авторы рассматривают лжепредпринимательство как один из способов хищения (путем мошенничества). С. П. Кушниренко пишет: «Суть хищений путем мошенничества с использованием лжепредприятия состоит в том, что под видом коммерческой или некоммерческой организации, индивидуального предпринимателя или крестьянского (фермерского) хозяйства действует группа преступников, мошенническим путем получающая от граждан, юридических лиц, предпринимателей и других структур денежные средства и имущество, которые преступники обращают в свою собственность с корыстной целью».24

Такой взгляд на лжепредпринимательство поддерживает Т.В. Досюкова, но с оговоркой, что хищение чужого имущества - не единственная, а одна из целей лжепредпринимательства.25

Отождествление лжепредпринимательства и мошенничества по действующему УК ошибочно. Отметим главное: непосредственный объект мошенничества - собственность, лжепредпринимательства - законная предпринимательская деятельность. Субъект мошенничества - общий, то есть физическое вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возрас- 22

Букарев В.Б. Легализация (отмывание) доходов, приобретенных преступным путем: общественная опасность и вопросы квалификации. Дисс. ... канд. юрид. наук. - М., 2007. 23

См.: Досюкова В.Т. Указ. работа. - С. 33. 24

Кушниренко С. П. Расследование хищений, совершаемых с использованием лжепредприятий. Учебное пособие. - СПб, 1995. - С. 7-8.

Досюкова В.Т. Указ. работа. - С. 133.

та, лжепредпринимательства - специальный, то есть полностью дееспособное в гражданско-правовом смысле лицо, имеющее право заниматься предпринимательской деятельностью.

В данном вопросе следует согласиться с мнением С.А. Жовнира, который полагает, что «...мошенничество и лжепредпринимательство являются смежными преступлениями, поскольку имеют несовпадающие признаки, которые носят взаимоисключающий характер (где есть безвозмездное обращение, там нет лжепредпринимательства). Несовместимость признаков означает, что в общественно опасном деянии могут

быть признаки только одного смежного преступления, а идеальная сово-

26

купностъ невозможна».

Реальная совокупность названных преступлений, тем не менее, не исключается. Трудно согласиться с мнением Н.А. Деуленко, что «квалифицируя содеянное одновременно по ст. 173 (лжепредпринимательство) и ст. 159 (мошенничество), лицо, совершившее преступление, дважды наказывается за одно и то же деяние, что противоречит принципам

ОН

законности и справедливости (ст. 3, 6 УК РФ)».

Важное разъяснение по данному вопросу содержится в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007 г. № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве,

28

присвоении и растрате», где говорится следующее: «В случаях создания коммерческой организации без намерения фактически осуществлять предпринимательскую или банковскую деятельность, имеющего целью хищение чужого имущества или приобретение права на него, содеянное полностью охватывается составом мошенничества. Указанные деяния следует дополнительно квалифицировать по статье 173 УК РФ как лжепредпринимательство только в случаях реальной совокупности названных преступлений (выделено мною - М.К.), когда лицо получает также 26

Жовнир С.А. Указ. работа. - С. 154. 27

Деуленко Н.А. Указ. работа. - 15 с. 28

«Российская газета» от 12 января 2008 г.

иную, не связанную с хищением имущественную выгоду (например, когда лжепредприятие создано лицом не только для совершения хищений чужого имущества, но и в целях освобождения от налогов или прикрытия запрещенной деятельности, если в результате указанных действий, не связанных с хищением чужого имущества, был причинен крупный ущерб гражданам, организациям или государству, предусмотренный статьей 173 УК РФ)».

Т.В. Досюкова, не отождествляя лжепредпринимательство с каким- либо видом преступности или конкретным преступлением, предложила рассматривать данное явление значительно шире — как незаконную деятельность, не связанную с предпринимательством либо имитирующую таковое, направленную на систематическое или разовое получение заведомо незаконной материальной выгоды. При этом к субъектам преступления она относит лиц, зарегистрировавших в установленном законом порядке предпринимательские структуры в качестве юридических лиц или зарегистрированных в качестве предпринимателей без образования юридического лица.29

К достоинствам данной точки зрения необходимо отнести отказ от действующей законодательной конструкции, в которой основу лжепредпринимательства составляет такой признак, как создание коммерческой организации. Но вряд ли приемлемо предложение автора рассматривать лжепредпринимательство с внешней стороны как любую «незаконную деятельность под прикрытием законно созданных предпринимательских структур». Недостаток такой редакции в неопределенности признаков деяния, поскольку под прикрытием законно созданных предпринимательских структур могут совершаться самые различные экономические преступления, в том числе не имеющие никакого отношения к предпринимательству.

29 Досюкова В.Т. Указ. работа. - С. 43.

О.А. Вагратьян факт создания субъектов предпринимательской деятельности без цели осуществления уставной (задекларированной) деятельности сохраняет в предложенном им определении лжепредпринимательства, но дополняет его важным указанием на возможность приобретения субъектов предпринимательской деятельности, а также руководства ими.30 Обращает на себя внимание использование автором в определении лжепредпринимательства такого понятия как «субъект предпринимательской деятельности». Действительно, в настоящее время довольно сложно определить в УК круг всех субъектов предпринимательства путем их перечисления и использование обобщающего понятия в таком случае вполне разумно. Тем не менее, определяя признаки лжепредпринимательства, О.А. Вагратьян не устраняет В'редакции ст. 173 УК основного недостатка, отмеченного практически всеми авторами. Речь идет о том, что самим фактом создания или приобретения субъектов предпринимательской деятельности невозможно причинить вред, указанный в этой статье.

Ю.П. Кравец предлагает устранить отмеченный недостаток путем переименования в УК лжепредпринимательства на фиктивное предпринимательство, определив его как «деятельность фиктивно созданного или приобретенного индивидуального частного предприятия либо коммерческой или некоммерческой организации без намерения осуществлять предпринимательскую, банковскую или иную экономическую деятельность, имеющая целью получение кредитов и (или) льгот по налогам, извлечение иной имущественной выгоды, причинившая крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо сопряженная с извлечением дохода в крупном размере».31 Автор в определении фик-

30 Вагратьян О.А. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика лжепредпринимательства. Дисс. ... канд. юрид. наук - Ростов-на-Дону. 2002. С. 9.

Кравец Ю.П. Проблемы, возникающие при применении норм об ответственности за преступления-в сфере предпринимательской деятельности // Право и экономика. 2007. № 9.

тивного предпринимательства обоснованно акцентирует внимание на действиях, которые незаконно осуществляются под прикрытием предпринимательской структуры. Однако предложение рассматривать объективную сторону состава преступления как «деятельность... организации» не согласуется с нормами действующего УК. В соответствии со ст. 19 УК уголовной ответственности подлежит только физическое лицо, только действия физического лица могут быть уголовно- противоправными.

Н.А. Деуленко, также пытаясь устранить отмеченную ошибку, определяет лжепредпринимательство > как «создание индивидуального частного предприятия или коммерческой организации без намерения осуществлять предпринимательскую или банковскую деятельность, если они использованы для совершения других преступлений или прикрытия деятельности, запрещенной, законом». Квалификация деяния как лжепредпринимательства согласно позиции Н.А. Деуленко возможна при установлении двух фактов - создания и использования индивидуального частного предприятия или коммерческой организации для совершения других, преступлений или прикрытия запрещенной деятельности. Логика данного предложения понятна, но оно не может быть реализовано в законе, так как между созданием (государственной регистрацией).субъекта предпринимательства и его использованием отсутствуют причинно- следственная связь. Реально индивидуальное частное предприятия или коммерческая организация могут быть использованы при совершении преступления независимо от того, имело ли лицо намерение при их создании осуществлять предпринимательскую или банковскую деятельность.

С.А. Жовнир, исследовав возможные варианты реформирования состава лжепредпринимательства, пришел к выводу, что ни один из них

32 Деуленко Н.А. Лжепредпринимательство: понятие, формы и уголовно-правовое значение. Дисс. ...канд. юрид. наук, - М. 2002. - С. 8.

не может быть принят, поскольку тогда норма либо будет совпадать с уже действующими составами преступлений, либо будет предусматривать ответственность за действия, не являющиеся общественно опасными. Им предложено в составы мошенничества, незаконного получения кредита, уклонения от уплаты налогов с организаций и некоторых Других преступлений внести квалифицирующий признак: «с использовани-

л о

ем официально зарегистрированного юридического лица». Фактически С.А. Жовнир высказался за исключение лжепредпринимательства из УК как самостоятельного состава преступления.

В научной литературе и другими авторами ставился вопрос о нецелесообразности криминализации таких общественно опасных деяний, как лжепредпринимательство и воспрепятствование законной предпринимательской деятельности.34 Отметим В.Н. Кудрявцева и В.Е. Эминова, которые выразили сомнение в «необходимости, обоснованности и эффективности» ст. 173 УК, так как по ней «отсутствует надлежащее законодательное реагирование и адекватная судебно-следственная практика». «С нашей точки зрения, - пишут упомянутые авторы, - указанные преступления в большинстве подпадают под санкции ст. 159 УК («Мошенничество»), где также учтен возможный организованный характер совершаемых деяний и, как правило, крупный размер похищенного имущества и денежных средств».35

Н.А. Лопашенко, анализируя норму о лжепредпринимательстве,

отмечает, что она «страдает неустранимыми на практике изъянами, что

требует ее исключения из УК РФ». При этом автор пишет о лжепредпринимательстве как о явлении, к которому субъекты предпринимательства вынуждены прибегать в условиях нестабильной экономической си- 33

Жовнир С.А. Указ. работа. - С. 154. 34

См.: Шпилевой В.А. Уголовно-правовая охрана предпринимательства. Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. -М., 2006. С. 9-10. 35

Кудрявцев В.Н., Эминов В.Е. Криминология и проблемы декриминализации // Журнал российского права, № 4, апрель 2005 г. туации и привлечение их за это к уголовной ответственности «едва ли

'3 /Г

оправдано и политически верно».

Наиболее категоричен в данном вопросе С.А. Жовнир, который пишет: «Состав, предусмотренный ст. 173 УК РФ, нельзя оставить в уголовном законе. Применение нормы в действующей редакции противозаконно, поскольку в диспозиции статьи не указана деятельность коммерческой организации, а все признаки состава должны быть указаны в нем. В нашем случае деятельность коммерческой организации, отвечающая целям субъективной стороны состава, является необходимым признаком последнего. Из-за ошибки, допущенной законодателем в конструкции объективной стороны, оказались несогласованными и другие элементы состава лжепредпринимательства: объект, субъективная сто- рона, субъект».

В современных условиях предложения о декриминализации лжепредпринимательства преждевременны и не имеют достаточно убедительных аргументов. Обоснование этих предложений только тем, что действующая редакция ст. 173 УК несовершенна, и что на практике эта статья применяется редко, не дают оснований для отмены уголовной ответственности за лжепредпринимательство.

Функционирование уголовной ответственности за то или иное общественно-опасное деяние, имеет своей целью обнаружение в объективной реальности таких обстоятельств, которые вызывают необходимость и целесообразность установления в уголовном законе наказания за это деяние.

Для принятия решения о криминализации того или иного деяния необходимо разрешить целый комплекс задач, включающих:

а) изучение распространенности конкретных деяний;

б) установление динамики совершения деяний с учетом причин и условий, их порождающих;

в) определение причиняемого такими деяниями материального и морального ущерба;

г) определение степени эффективности применявшихся мер борьбы с указанными деяниями;

д) установление наиболее типичных и опасных объективных и субъективных признаков деяний;

е) выявление общественного мнения различных социальных групп;

ж) определение возможностей системы уголовной юстиции в борьбе с определенными деяниями.1

В уголовно-правовой науке непосредственным материальным основанием криминализации признается наличие фактов совершения деяний, представляющих существенную опасность для общества либо причиняющих значительный вред общественным отношениям, охраняемым законом. Распространенность таких деяний отражает наличие в обществе объективных причин, которые с необходимостью, закономерно порождают эти деяния.

Согласно официальным данным, в России ежегодно выявляется от 400 до 390 тыс. преступлений экономической направленности, что составляет около 15% всех регистрируемых в стране преступлений. К уголовной ответственности за совершение этих преступлений привлекаются более 130 тыс. человек. Анализ статистических данных за последние годы свидетельствует о высоких темпах роста экономической преступно- сти. Так, с конца 90-х гг. до настоящего времени она выросла в 1,7 раза, а ее среднегодовой прирост составил свыше 15%. Удельный вес тяжких и особо тяжких преступлений в числе преступлений экономической направленности составляет более 35%. В то же время динамика преступлений, выявляемых в сфере экономической деятельности, характеризуется неравномерностью. Количество регистрируемых преступлений постоянно меняется. Однако, как показывают криминологические исследования, эти данные все в меньшей степени отражают реальные масштабы преступности данного вида.2

Подобное положение обусловлено тем, что большинство преступлений в сфере экономической деятельности относится к группе высоколатентных. Наблюдается снижение уровня' информированности правоохранительных органов о таких преступлениях и ослабление деятельности, направленной на их выявление. Экономическая преступность, так или иначе, затрагивает частный сектор, который любыми путями стремится. не допустить к своей деятельности представителей органов публичной власти. Кроме того, большинство должностных корыстных злоупотреблений, опосредованно затрагивающих интересы общества, совершаемых элитой, близкими к ней кругами, не становится предметом уголовного преследования.

Лжепредпринимательство как экономическое преступление отражает социально-противоправное явление, которое в условиях российской действительности приобрело довольно распространенный характер. Ввиду его высокой латентности опубликованная статистика о динамике зарегистрированных преступлений и судимости за лжепредпринимательство далеко от реальности. Но даже те данные, которые включены в статистическую отчетность, свидетельствуют о том, что за последние десять лет (1998-2007 гт.) зарегистрировано более полутора тысяч преступлений, квалифицированных по ст. 173 УК РФ.

Лжепредпринимательство по числу возбужденных уголовных дел также занимает не последнее место среди других преступлений в сфере экономической деятельности (гл. 22 УК РФ). Оно совершается чаще, чем преступления, предусмотренные ст.ст. 169, 170, 172, 178, 184, 185, 185.1, 189, 190, 192, 197, вместе взятые.

Наряду с распространенностью деяния в качестве основания криминализации выступают идеи, закрепляющие: -

социальную обусловленность (общественную необходимость) криминализации определенного деяния; -

социально-психологическую адекватность криминализации (одобрение или принятие общественным мнением); -

логико-юридическую адекватность нормы, обеспечивающей возможность ее эффективного включения всистему права; -

социально-политическую допустимость и целесообразность криминализации (декриминализации).3

Иными словами, основание уголовной ответственности - это то, что создает действительную общественную потребность в той или иной уголовно-правовой новелле, это внутренняя необходимость возникновения уголовно-правовой нормы:4

При определении лжепредпринимательства мы исходим из того, что_в1 экономике любой страны постоянно - взаимодействуют. легальный,. теневой и криминальный обороты капитала, служащие соответственно; основой для легального, теневого и криминального бизнеса.5 Основные, наиболее опасные субъекты формирования криминального капитала - организованные преступные группы и преступные сообщества. Вспомогательные субъекты — юридические лица, создаваемые основными субъектами для обеспечения криминального оборота капитала.

Источниками образования капитала могут быть: а) легальная деятельность; б) действия, образующие правонарушения (деликты); в) преступления.6 При легальной деятельности наступает общественно- полезный и необходимый результат для общества и государства, происходит позитивное воздействие на развитие экономической системы. Капитал попадает в сферу налогообложения. В противоправной экономической деятельности происходит вывод средств из-под контроля государства, развивается коррупция. Капитал выводится из сферы налогообложения. Экономическими преступлениями причиняется наиболее существенный вред личности, обществу и государству.

Сфера предпринимательства в этом отношении не является исключением. Представляется возможным выделить, по крайней мере, три существенных признака преступности в этой сфере.

Во-первых, реализация преступной деятельности происходит под прикрытием, при поддержке и в рамках легально созданной организации (учреждения). Следует отметить, что размеры, структура и другие характеристики прикрывающей организации (учреждения) оказывают большое влияние на особенности (объем, направленность) экономических преступлений, совершаемых за ее фасадом.

Во-вторых, жертва преступления, как правило, не осознает того, что подвергается преступному посягательству. Непосредственный контакт между правонарушителем и его жертвой (объектом посягательства), типичный для традиционных противоправных деяний, при совершении экономических преступлений отсутствует.

В-третьих, это проблема мер воздействия. В сфере экономической преступности эффективность уголовно-правовых норм незначительна, раскрываемость преступлений низкая. Связано это, прежде всего, с трудностями выявления правонарушителя, ибо преступные деяния совершаются в рамках легальной хозяйственной деятельности с использованием методов, принятых в повседневной деловой практике. Сказываются и стереотипы деятельности правоохранительной системы, профиль компетенции и особенности специализации ее сотрудников. Эти трудности усиливаются высоким социальным статусом личности правонарушителя и его широкими возможностями оградить себя от ответственности за совершенные противоправные действия. Последнее часто объясняется разрывом между законом и практикой его применения. Названные признаки экономической преступности в чистом виде выделяются лишь теоретически, на практике же они теснейшим образом переплетаются, взаимно усиливая друг друга.

Известно, что источником уголовно-правовых норм является государственная воля, выраженная в целях правовых предписаний. В лжепредпринимательстве цели уголовного закона следующие:

а) определение пределов действия нормы в сфере борьбы с экономической деятельности;

б) установление объективных признаков уголовно наказуемых деяний в данной сфере, учитывая бланкетность ст. 173 УК РФ;

- в) закрепление таких видов и размера наказания, которые обусловлены общественной опасностью данного преступления.

Социально-экономическая обусловленность уголовно-правовой нормы об ответственности за лжепредпринимательство включает:

1) основания признания деяний, посягающих на установленный порядок ведения предпринимательской деятельности под прикрытием статуса субъекта предпринимательства, преступлениями;

2) основания установления соответствующих мер уголовно- правового воздействия на лиц, виновных в лжепредпринимательстве.

Существует еще один критерий криминализации — отсутствие возможности вести борьбу с этими общественно опасными деяниями иными, не уголовно-правовыми средствами.7 Правильно замечено, что «прежде чем признать определенное деяние в качестве преступления, необходимо наиболее тщательно изучить вопрос социальной обусловленности такого шага. При этом если существует возможность урегулировать сложившиеся в общественных отношениях противоречия, не прибегая к введению мер уголовно-правовой ответственности, то нужно постараться ограничиться использованием в этих целях других отраслей

46

права» .

Трудности, которые возникают при изучении вопроса социальной обусловленности уголовной ответственности за лжепредпринимательство, вызваны, прежде всего, оценкой того факта, насколько социально полезные цели предпринимательства соотносятся с уголовно-правовым

I

запретом и средствами их достижения. В последние годы деятельность правоохранительных органов была нацелена на перекрытие каналов финансирования террористических организаций, в результате чего возросло количество выявленных преступлений, связанных с лжепредпринимательской деятельностью. Одним из приоритетных направлений деятельности органов внутренних дел намечена борьба с легализацией пре- ступных доходов через лжефирмы.8

По нашему мнению, лжепредпринимательство как преступное деяние с использованием статуса субъекта предпринимательства для получения имущественной выгоды, несомненно, воздействует на экономическую систему, обладающую важными отличительными признаками. Одним из главных среди них является определенная свобода субъектов этой системы. В самом общем смысле свобода предпринимательства заключается в возможности извлекать выгоду любым способом, не нарушающим права других лиц. Это определяет как способы ведения предпринимательской деятельности, так и пределы вмешательства в нее извне.

При исследовании социально-правовой обусловленности уголовно-правовых мер противодействия лжепредпринимательству важно также решить вопрос, насколько верно уголовно-правовая норма отражает реальное положение дел, не вступает ли она в противоречие с существующими социально-правовыми отношениями.9

Считается, что, запрещая под страхом уголовного наказания то или иное деяние, следует учитывать также распространенность данных деяний. Возможно, что данное деяние является нормой социального поведения, хотя бы не для всего общества, а для значительной части насе-

49

ления .

Установление уголовно-правового запрета, закрепление признаков конкретного состава преступления в уголовном законе возможно только при наличии в соответствующих проявлениях человеческой активности общественной опасности. Российское уголовное право признает преступлениями деяния, обладающие признаком общественной опасности (ч. 1 ст. 14 УК).

Еще 1764 г. в трактате «О преступлениях и наказаниях» Чезаро Беккариа писал: «Истинным мерилом преступлений является вред, наносимый ими обществу. Это одна из тех очевидных истин, для открытия которых не требуется ни квадрантов, ни телескопов и которые доступны любому среднему уму».50 В.Н. Кудрявцев определял общественную опасность как важнейшую социальную характеристику преступлений, отражающую тот вред, который причинен или может быть причинен обществу преступным поведением.10

Исследование на уровне общественного сознания общественной опасности лжепредпринимательства путем социальной оценки данного явления, запрещенного уголовным-законом, позволяет определить закономерности, лежащие в основе признания подобных деяний обществом опасными, вредоносными.

Во-первых, использование в противоправной деятельности правового статуса субъекта предпринимательства с целью извлечения имущественной выгоды в ущерб другим участникам рынка, нарушает общие условия функционирования экономической системы, препятствует нормальному развитию рыночных отношений, ведет к возникновению неконтролируемого «серого» или «теневого» сектора экономики, приносящего ущерб финансовым интересам государства, нарушающего правила конкуренции на рынке.11

Во-вторых, при совершении общественно опасных деяний, связан- -ных-с. лжепредпринимательством, в круг участников этих отношений в связи с необходимостью защиты нарушенных прав, все чаще включаются правоохранительные органы, используется система уголовного пра- восудия. За последние десять лет, по данным ГИЦ МВД РФ, преступное лжепредпринимательство возросло более чем в три раза. Если в 1997 г. оно составило 60 преступлений, то в 1998 г. - 89, в 1999 г. - 117, в 2000 г. - 140, в 2001 г. - 161, в 2002 - 232, в 2003 - 110, в 2004 - 208, в 2005 - 171, в 2006 - 195.

В-третьих, опасность лжепредпринимательства обусловлена вовлечением в сферу легального оборота денежных средств и иного имущества, приобретённых преступным путём. Преступно полученные доходы легализуются, а затем инвестируются в коммерческую деятельность, ставя её, тем самым, под контроль организованных преступных структур, расширяя, сферу их влияния. То есть лжепредпринимательство не только нарушает установленный порядок осуществления экономической деятельности, но и способствует распространению наиболее опасных форм преступной деятельности, находящихся под контролем организованной преступности (наркобизнес, торговля оружием, и многие другие).12

В-четвертых, лжепредпринимательство как социальный процесс и как преступление не существует в отрыве от других преступлений в сфере экономической деятельности и коррупции. Взаимодействуя друг с другом, они образуют единый комплекс преступной деятельности, что повышает общественную опасность каждого из них и создает новое качество, весьма опасное для общества, угрожающее национальной безопасности-государства.13- Накопление капитала преступными-формированиями, внедрение его в легальный гражданский оборот, а также использование, за пределами страны позволяет получать значительные преимущества в конкурентной борьбе, создает неблагоприятный климат для любых инвестиций и ведет к подрыву национальной экономики. При- влечение средств из незаконных финансовых источников вызывает в свою очередь дестабилизацию кредитных организаций, угрожает самостоятельности банковской системы в целом.

В-пятых, лжепредпринимательство нагнетает социальную напряжённость, продуцирует деструктивные процессы в легальной экономической деятельности, девальвирует привлекательность законного и честного бизнеса, вызывает отток частных (в том числе иностранных) инвестиций, создаёт экономическую базу для приобретения криминалитетом политического веса.

Таким образом, существенный экономический и социальный ущерб, наносимый псевдопредпринимательством, специфичность самого механизма получения наживы, обусловили выделение лжепредпринимательства в качестве самостоятельного состава преступления в уголовном законодательстве многих государств мира, в том числе и в России14.

Либерализация хозяйственной деятельности, ослабление государственного административного контроля, интеграция России в международное финансовое сообщество породили помимо очевидных выгод для национальной экономики существенную угрозу экономической безопасности страны от криминализации хозяйственной деятельности, росту которой в немалой степени способствует неконтролируемое распространение незаконного предпринимательства на внутреннем рынке, а также во внешнеэкономической деятельности.

В заключение рассмотрения вопросов общественной опасности лжепредпринимательства можно придти к следующим выводам.

Во-первых, общественная опасность лжепредпринимательства с экономической точки зрения обусловлена тем, что она сопряжена с дополнительным вовлечением в сферу легального оборота денежных средств и иного имущества, приобретённых обманным путём. Лжепредпринимательство не только нарушает установленный порядок осуществления экономической деятельности, но и способствует распространению наиболее опасных форм нелегального «предпринимательства», находящихся под контролем организованной преступности (терроризм, наркобизнес, торговля оружием, похищение людей и многие другие).

Общественная опасность лжепредпринимательства по отношению к вышеперечисленным факторам выступает юридическим свойством социально обусловленных негативных процессов, позволяющим определить наиболее характерные проявления «теневой экономики» с целью их криминализации.

Во-вторых, криминализация лжепредпринимательства является реакцией государства на наиболее значимые, социально обусловленные и, с юридической точки зрения, общественно опасные нарушения установленных правил ведения бизнеса, выражающейся в закреплении признаков соответствующего состава преступления в УК.

Распространение лжепредпринимательства в последние годы во много раз повысило общественную опасность этого относительно нового экономического преступления. Под прикрытием лжепредпринимательских структур совершаются не только различного рода хищения, как это было в начале 90-х годов, но и другие самые разнообразные преступления.

_ - Опрошенные нами работники правоохранительных- органов-на -

просьбу, указать, в чем, по их мнению, заключается общественная опасность лжепредпринимательства, дали следующие ответы: -

оно подрывает авторитет государственной экономической политики, дестабилизирует экономику, нарушает хозяйственные связи, налоговую, кредитно-финансовую, банковскую систему (71 %); -

вызывает недоверие населения к коммерческим структурам, налоговой и инвестиционной политике государства, нагнетает социальную напряженность, способствует развитию криминальных структур, создает условия для коррупции и влечет за собой иные довольно тяжкие последствия (60 %).

- наносит материальный ущерб гражданам (85 %), субъектам предпринимательства (70 %), государству путем сокрытия доходов и обходом уплаты налогов (70 %).

Лжепредпринимательство тесно связано с налоговыми правоотношениями. Многие экономисты и правоведы обращали внимание на несовершенство отечественной налоговой системы в этой части.15 По размерам отмывания через лжефирмы доходов, получаемых в результате налоговых преступлений, они, пожалуй, даже превышают размеры легализации доходов, получаемых от иной преступной деятельности (наркобизнеса, торговли оружием, проституции, распространения порнографии, хищений).16

При отмывании лжефирмами преступных доходов происходит процесс преобразования криминального капитала в легальный. В результате чего эти доходы автоматически попадают в сферу налогообложения. Поэтому у преступников встаёт вопрос о максимальной минимизации налогового бремени, для чего используются самые различные финансово-хозяйственные схемы, включая использование статуса субъекта предпринимательства, которые порой представляют собой примеры грамотного использования правомерных возможностей финансового за- - конодательства, его «лазеек», но зачастую связаны с совершением налоговых правонарушений и преступлений.17 Выделим факторы социально-экономической обусловленности установления уголовной ответственности за лжепредпринимательство в современных условиях: 1) лжепредпринимательство в настоящее время имеет довольно широкое распространение; 2) возросла вредоносность подобных деяний, выражающаяся в высокой степени причинения вреда хозяйствующим субъектам, а также экономическим и политическим интересам государства; 3) невозможность противодействия лжепредпринимательству в полной мере гражданско-правовыми и административными мерами; 4) государство усилило деятельность по защите прав и законных интересов граждан, особенно в экономической сфере.

Таким образом, можно заключить, уголовная ответственность за лжепредпринимательство в современных условиях социально- экономически обусловлена. Существует ряд объективных признаков, свидетельствующих об обоснованности криминализации наиболее значимых форм противоправного использования статуса субъекта предпринимательства лицами, реально не занятыми в сфере предпринимательской деятельности, для получения имущественной выгоды или прикрытия запрещенной деятельности.

Решая вопросы криминализации в предпринимательской сфере, законодатель руководствуется, прежде всего, положениями, согласно которым государство сообразно конституционным гарантиям свободы экономической деятельности должно: _„ _ ___ _ —--максимально-ограничивать-вмешательство в эту деятельность и защищать субъектов предпринимательства, обеспечивая реализацию провозглашенных законом гарантий их деятельности;

- бороться с псевдопредпринимательством и тем криминальным бизнесом, который существует под видом легального бизнеса; - обеспечивать свои финансовые интересы и экономическую безопасность, в том числе уголовно-правовыми средствами.18

Для достижения указанных целей в действующем уголовном законе установлена ответственность за следующие общественно опасные деяния, прямо или косвенно посягающие на установленный порядок осуществления предпринимательской деятельности: -

неправомерный отказ в государственной регистрации индивидуального предпринимателя или юридического лица либо уклонение от их регистрации; -

неправомерный отказ в выдаче специального разрешения (лицензии) на осуществление определенной деятельности либо уклонение от его выдачи; -

ограничение прав и законных интересов индивидуального предпринимателя или юридического лица в зависимости от организационно- правовой формы; -

незаконное ограничение самостоятельности либо иное незаконное вмешательство в деятельность индивидуального предпринимателя или юридического лица, если эти деяния совершены должностным лицом с использованием своего служебного положения (ст. 169 УК «Воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности»); -

осуществление предпринимательской деятельности без регистрации или с нарушением правил регистрации; - -

представление в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, документов, содержащих заведомо ложные сведения; -

осуществление предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (ли- цензия) обязательно, или с нарушением лицензионных требований и условий, если это деяние причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо сопряжено с извлечением дохода в крупном размере (ст. 171 УК «Незаконное предпринимательство»);

- создание коммерческой организации без намерения осуществлять предпринимательскую или банковскую деятельность, имеющее целью получение кредитов, освобождение от налогов, извлечение иной имущественной выгоды или прикрытие запрещенной деятельности, причинившее крупный ущерб гражданам, организациям или государству (ст. 173 УК «Лжепредпринимательство»).

Обращает на себя внимание попытка законодателя максимально сбалансировать меры уголовной ответственности, с одной стороны, государства в лице должностных лиц, участвующих в процедуре государственной регистрации субъектов предпринимательства и управления ими, с другой стороны, предпринимателей, нарушающих установленный порядок осуществления предпринимательской деятельности. Наряду с ними предусмотрена ответственность псевдопредпринимателей - лиц, использующих правовой статус субъекта предпринимательства в целях извлечения имущественной выгоды или прикрытия запрещенной деятельности. Исключение из этой триады какого-либо звена нарушит этот баланс, предоставит одной из сторон больше преимуществ, а государственным интересам такая декриминализация причинит больше вреда, чем пользы.

Формулируя дефиницию лжепредпринимательства, следует, на наш взгляд, выделить в качестве основного признака объективной стороны состава данного преступления способ его совершения, а именно - использование статуса субъекта предпринимательства в противоправной деятельности. Что происходит в действительности, когда совершается деяние, именуемое лжепредпринимательством? Один из субъектов предпринимательства (в настоящее время это коммерческая организация), используя свой правовой статус, вводит в заблуждение гражданина, организацию или государство и извлекает из этого для себя имущественную выгоду, причиняя крупный ущерб потерпевшей стороне. При этом для потерпевшей стороны не имеет существенного значения тот факт, какое намерение было у субъекта предпринимательства, когда тот приобретал соответствующий статус. Уголовно-правовое значение следует придать направленности умысла виновного не на стадии приобретения, а на стадии использования им своего правового статуса в противоправной деятельности.

Таким образом, под лжепредпринимателъством необходимо понимать использование статуса субъекта предпринимательства в противоправной деятельности, направленной на извлечение имущественной выгоды в крупном размере, а равно для прикрытия запрещенной уголовным законом деятельности.

На наш взгляд, уголовно-правовая характеристика исследуемого явления, раскрывающая его содержание, заключается в следующем.

Во-первых, при определении понятия лжепредпринимательства, как и любого другого преступления, основная смысловая нагрузка должна быть смещена в сторону признаков самого деяния, а не его целей или последствий. Главное, что это деяние по своей внутренней природе должно быть общественно опасным, то есть причиняющим или способным причинить вред охраняемым уголовным законом ценностям. Нет общественной опасности, нет и преступления. В ст. 173 УК деяние определено как создание коммерческой организации без намерения осуществлять предпринимательскую или банковскую деятельность. В этом деянии общественная опасность никак не может реализоваться, поскольку создание субъекта предпринимательской деятельности, в том числе коммерческой организации, всегда осуществляется путем его государственной регистрации в установленном законом порядке. Крупный ущерб, как признак преступления, предусмотренного ст. 173 УК, может быть причинен только путем использования статуса субъекта предпринимательства в противоправной деятельности. Отдельные авторы к такому пониманию основного признака лжепредпринимательства были близки, но в его дефиниции этот важнейший признак упускали или уводили его на второй план.

Во-вторых, следует отказаться от такого признака объективной стороны лжепредпринимательства как причинение крупного ущерба. Данный признак не только вызывает большие трудности при квалификации лжепредпринимательства по совокупности с преступлениями, содержащими этот же признак в основном или квалифицированном составе, но и противоречит принципу справедливости. Один и тот же ущерб не может учитываться дважды: один раз как элемент лжепредпринимательства, а второй - как элемент другого преступления (например, того, которое прикрывается с помощью использования статуса субъекта предпринимательства). Исключение крупного ущерба из диспозиции ст. 173 УК РФ решит эту проблему и усилит ответственность за осуществление преступной деятельности под прикрытием субъекта предпринимательства.

В-третьих, предпринимаемые попытки в дефиниции уголовно- правовой нормы определить круг субъектов лжепредпримательства путем их перечисления заведомо обречены на неудачу. По закону в предпринимательской деятельности могут участвовать различные хозяйствующие субъекты - юридические лица (потребительские кооперативы и коммерческие организации), холдинги, физические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, крестьянские (фермерские) хозяйства.' Приобретая соответствующий статус хозяйствующего субъекта, лжепредприниматель опасен тем, что выступает от его имени в противоправной деятельности, направленной на извлечение имущественной выгоды или прикрытие запрещенной деятельности.

<< | >>
Источник: КОВЯРОВ МИХАИЛ ЮРЬЕВИЧ. Диссертация. УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЛЖЕПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА. Москва . 2008

Еще по теме § 1. Понятие и социально-экономические основания криминализации лжепредпринимательства:

  1. § 1. Понятие и социально-экономические основания криминализации лжепредпринимательства
  2. § 2. Отечественный и зарубежный опыт криминализации лжепредпринимательства
  3. § 3. Технико-юридические предпосылки совершенствования нормы о лжепредпринимательстве в российском уголовном праве
  4. § 1. Объект лжепредпринимательства.
  5. § 2. Объективная сторона лжепредпринимательства
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -