<<
>>

§1. Основные принципы комплекса норм об общеправовых последствиях судимости

Многообразие общеправовых ограничений, связанных с судимостью, диктует необходимость разработки общего вектора, которым бы соответствовала совокупность этих ограничений. В то же время отсутствие адекватных критериев определения их целесообразности должно компенсироваться наличием общих правил введения таких ограничений, которые бы позволили привнести в несколько хаотичную рассеянность элементы порядка и оформленности.

По этой причине разработка принципов, которым бы руководствовался законодатель при введении тех или иных запретов составляет одну из важных сторон исследуемого предмета.

Бесспорно, принципы общеправовых последствий судимости не должны противоречить принципам, принятым в ст. ст. 3-7 УК РФ, так как институт судимости вместе с совокупностью ее общеправовых запретов является институтом уголовного права. Мы считаем, что помимо общих принципов уголовного права у института судимости должны быть специфические принципы, присущие институту судимости так же, как у института назначения наказания есть свои специфические принципы[290].

Их специфичность вытекает из особенностей законодательного закрепления в отечественной правовой материи ограничений, действующих в отношении лиц, имеющих судимость; незавершенности данного подинститута, необходимости соблюдения баланса между императивным и диспозитивным их регулированием и местом в системе институтов уголовного права.

Очевидным принципом является установление таких общеправовых ограничений судимости исключительно на уровне не менее, чем федерального закона. Этот принцип является общепризнанным и закреплен как в Конституции РФ, так и в международном праве[291]. Позиция Конституционного Суда РФ также не оставляет сомнений на этот счет[292]. Более того, в ч. 1 ст. 86 УК РФ четко указано, что судимость влечет правовые последствия, установленные иными федеральными законами. Однако нередко наблюдаются нарушения этого принципа.

Например, федеральные подзаконные акты могут уточнять нормы федеральных законов и установить дополнительные требования, связанные с судимостью, которых в законах не предусмотрено (Приложение № 2). Такие дополнительные требования, исходя из буквального толкования нормы ч. 1 ст. 86 УК РФ, противоречат действующему законодательству. При этом их можно разделить на две группы по признаку императивности или диспозитивности вводимых ограничений.

Первая группа уточняет положения закона и устанавливает обязательные требования об отсутствии судимости, в том числе снятой или погашенной.

Так, к аттестации в качестве специалистов в области ветеринарии не могут быть допущены лица, имеющие непогашенную или неснятую судимость за умышленные преступления, что предусмотрено соответствующим Постановлением Правительства[293]. Статья 4 Закона РФ «О ветеринарии», между тем, такого требования не предусматривает[294]. Другой пример - установление правила, согласно которому, в соответствии с Постановлением Правительства, руководителем, членами коллегиального исполнительного органа и главным бухгалтером организации, сдающей жилье по договору социального найма, не могут являться лица, имеющие судимость за преступления в сфере экономики[295].

Между тем ни в Жилищном кодексе РФ, нив Градостроительном кодексе РФ такого правила не предусмотрено. Ограничения, связанные с судимостью, встречаются и в других Постановлениях Правительства РФ, которые были приняты во исполнение ряда федеральных законов[296]. Введение подобных строгих ограничений в подзаконные акты противоречит нормам УК РФ и является недопустимым. Думается, что для устранения этого нарушения необходимо закрепить их в соответствующих федеральных законах.

Вторая группа ограничений, закрепленных в подзаконных актах, в данном случае в Постановлениях Правительства РФ, характеризуется диспозитивностью, и их действие в том или ином конкретном случае оставлено на усмотрение правоприменителя. Это, например, выдача разрешения на въезд в закрытые административно-территориальные образования, на территории которых расположены объекты Министерства промышленности и торговли РФ или Государственной корпорации по атомной энергетике «Росатом»[297]. Или, например, заключение о возможности передачи имущества и обязательств застройщика лицу, имеющему стать приобретателем, принимается Министерством строительства и жилищнокоммунального хозяйства РФ с учетом наличия или отсутствия у учредителей или участников приобретателя судимости за преступления в сфере экономики[298]. Думается, что в данном случае будет целесообразным закрепить в федеральном законе зависимость действия ограничения от решения компетентного государственного органа, как это сделано в пп. 10 п. 1 ст. 127 Семейного кодекса РФ.

Региональное законодательство в свою очередь также нередко устанавливает требования об отсутствии судимости, даже если таковых не предусмотрено в федеральном законодательстве. Например, в Республике Саха (Якутия) в соответствии с региональным законодательством званием «Мать-героиня» не может награждаться женщина в случае наличия у нее или ее детей неснятой или непогашенной судимости и (или) факта уголовного преследования либо прекращения уголовного преследования[299]. Федеральный закон, в соответствии с которым действовала бы данная норма, отсутствует. Имеется лишь снятый с рассмотрения законопроект, в котором, однако, не имеется никаких указаний на судимость женщины или ее детей[300]. Другой пример - требование, в соответствии с которым членом комиссии общественного контроля в РС (Я) не может быть лицо, имеющее непогашенную судимость[301]. Федеральный закон «Об основах общественного контроля в РФ» подобного требования не предусматривает[302].

Другой пример - установленное законом РС (Я) ограничение на осуществление общественного экологического контроля лицами, имеющими

непогашенную или неснятую судимость[303]. При этом в п. 1 ст. 3 указанного Закона прямо говорится о том, что общественный экологический контроль осуществляется в целях реализации права каждого на благоприятную окружающую среду, а в п. 1 ст. 6 - о том, что такой контроль могут проводить граждане, желающие содействовать соответствующим органам государственного надзора на безвозмездной и добровольной основе. Федеральный закон, в котором закреплены нормы, регулирующие подобные отношения, не содержит требований об отсутствии судимости так же, как и подзаконный акт о порядке организации деятельности общественных инспекторов по охране окружающей среды[304]. Между тем право на благоприятную окружающую среду закреплено в ст. 42 Конституции РФ. Следовательно, рассматриваемый Закон РС (Я) ограничивает конституционное право и противоречит ч. 3 ст. 55 Конституции РФ. Установление ограничений конституционных прав граждан законодательством субъектов Российской Федерации справедливо считается недопустимым как Конституционным Судом РФ, так и в научном сообществе[305]. Кроме того, при установлении ограничений конституционных прав, не закрепленных в федеральных законах, в нормативно-правовых актах субъектов РФ также не соблюдается требование ч. 1 ст. 86 УК РФ. В связи с этим полагаем, что необходимо привести в соответствие с указанием уголовного закона нормативно-правовые акты субъектов РФ.

Тем не менее, следует учесть, что случаи, когда закон субъекта РФ принят в соответствии с определенным федеральным законом, и, следовательно, ограничения, связанные с наличием судимости установлены федеральным законодательством, дублируются региональным законодательством, не являются нарушением ч. 1 ст. 86 УК РФ. Например, положение пп. 4 п. п. 1 ст. 14.1 Закона РС (Я) «О физической культуре и спорте в РС (Я)»[306] о том, что контролерами-распорядителями официальных спортивных соревнований не могут быть лица, имеющие неснятую или непогашенную судимость, дублирует положение пп. 4 п. 2 ст. 20.2 ФЗ «О физической культуре и спорте в РФ»[307]. В данном случае ограничение, закрепленное в нормативно-правовом акте субъекта РФ, не противоречит ч. 1 ст. 86 УК РФ, так как содержит аналогичное установленное федеральным законом предписание.

Следующий принцип — доступность формулировки норм, предусматривающих общеправовые ограничения, для всех граждан, чтобы лица могли предвидеть возможные последствия тех или иных действий, то есть применение закона должно быть предсказуемым и понятным. Это общий принцип правовых ограничений, налагаемых на права и свободы человека и гражданина[308]. Проще говоря, человек должен знать, что совершение преступления влечет не только уголовную ответственность с последующей судимостью, но и налагает четко определенный ряд

ограничений. Это вытекает требований законности Конвенции о защите прав человека и основных свобод[309]. Для удовлетворения требования законности с точки зрения п. 2 ст. 8 Конвенции должно соблюдаться требование предсказуемости закона. Закон должен быть доступен для лиц, которых он касается, должен быть сформулирован с точностью и определенностью, позволяющей заинтересованным лицам, при необходимости

воспользовавшись правовой помощью, предвидеть в разумных пределах, зависящих от обстоятельств, последствия, которые могут повлечь за собой определенные действия[310].

Реализация данного принципа совмещена с определенными трудностями. Проведенный нами опрос 124 лиц, имеющих юридическое образование, в том числе практикующих юристов, показал, что опрошенные могут назвать лишь около десятка из более чем ста последствий, установленных в законах. Об ограничениях, устанавливаемых подзаконными актами, большинство респондентов (86%) не было осведомлено. Один респондент указал, что для получения медали «Трудовая доблесть города Якутска» в Республике Саха (Якутия) препятствием является наличие судимости у кандидата[311]. Тем не менее, некоторые попытки сделать информацию об общеправовых последствиях судимости доступной все же предпринимаются. Например, на законодательном уровне предлагалось информирование об ограничениях, связанных с судимостью, для лиц, поступающих в высшие учебные заведения, и было одобрено всеми проголосовавшими депутатами[312]. Законопроект имеет смысл, постольку в большинстве случаев граждане информированы лишь о некоторых ограничениях, связанных с судимостью, даже те, кто имеет юридическое образование.

Соблюдение данного принципа в настоящее время затрудняется многочисленностью и рассеянностью норм об ограничениях, связанных с судимостью. В литературе данный факт нередко отмечался, однако позиции ученых зачастую прямо противоположны друг другу. С одной стороны, немало ученых убеждены, что создание такого акта бесперспективно и противоречит ст. 15, 55 Конституции РФ и положениям международных актов[313]. С другой стороны, предлагалось немало проектов по аккумуляции норм об общеправовых последствиях судимости в один документ. По мнению А.С. Михлина, следовало бы издать объединенный акт, отражающий как правовой статус судимых лиц, так и все вопросы освобождения от наказания[314]. Схожей точки зрения придерживался С.И. Зельдов, предлагавший издать «Положение о судимости», в содержании которого бы регулировались вопросы, связанные с освобождением лица из исправительных учреждений[315]. По этому поводу думается, что порядок освобождения от наказания должен определяться уголовным законом, а порядок освобождения из исправительных учреждений — регламентироваться Уголовно-исполнительным кодексом РФ, впрочем, как это есть в настоящее время. Несколько отличается мнение В.И. Горобцова,

согласно которому в структуру судимости не входят общеправовые последствия, которые представляют собой самостоятельный правовой институт, который вполне может называться институтом мер

постпенитенциарного воздействия[316]. Выражались заявления о необходимости создать нормативный акт, объединяющий все правовые последствия и ограничения для лиц, отбывших уголовное наказание и имеющих судимость[317].

По нашему мнению, объединение норм об общеправовых последствиях судимости представляется не совсем целесообразным, так как в настоящее время эти нормы довольно комфортно существуют в виде смешанного, межотраслевого института. С другой стороны, действительно, существуют сложности с доступностью подобной информации. В зарубежных странах подобную проблему частично решают с помощью медиа-информирования - выпуска специальных брошюр, создания специализированных сайтов и так далее[318]. То есть происходит внезаконодательное объединение информации об общеправовых последствиях судимости для доступности восприятия лицами, не имеющими юридического образования. В отечественном правовом поле подобная практика не развита столь широко.

Данную проблему, как нам думается, целесообразно разрешать двумя путями. Во-первых, ее устранению будет способствовать соответствие всех общеправовых последствий судимости принципу закрепления ограничений в федеральных законах. Отражение требований именно на уровне федеральных законов, а не на уровне подзаконных актов, будет означать, что информация о них будет более доступной, а ее поиск - более быстрым и легкодоступным. Проведенный нами опрос показал, что респонденты могут назвать некоторые ограничения, закрепленные в федеральных законах, и ни одного - на уровне подзаконного акта. Во-вторых, следует, по нашему мнению, создать единый информационный ресурс в сети «Интернет», посвященный общеправовым последствиям судимости, как это сделано в некоторых иностранных государствах, например, в Канаде или США[319]. В подобном ресурсе в наглядной форме может быть размещена информация обо всех последствиях судимости, в том числе по каждому субъекту РФ, а также размещен калькулятор этих последствий для каждого случая.

Доступности информации о существующих общеправовых ограничениях, касающихся лиц, имеющих судимость, препятствуют также недостатки юридической техники. В ряде законов ограничения, связанные с судимостью, сформулированы недостаточно четко и ясно. Например, иногда ограничение устанавливается в отношении лиц, «имеющих судимость», однако не уточняется, учитывается ли погашенная или снятая судимость[320]. При этом в других законах, если снятая или погашенная судимость препятствует той или иной деятельности, об этом обязательно указывается. Другой пример несовершенства законодательной техники демонстрирует ст. 22 ФЗ «О государственной тайне». В ней говорится, что основанием для отказа должностному лицу или гражданину в допуске к государственной тайне является наличие неснятой или непогашенной судимости за «государственные и иные тяжкие преступления»[321]. Очевидно, что законодатель не подразумевал, что допуск могут получить лица, имеющие судимость за совершение особо тяжких преступлений, однако недостаток имеет место быть.

На этих примерах наблюдается нарушение таких принципов юридической техники, как отсутствие двусмысленности и отсутствие пробелов[322]. В этой связи представляется, что указанные недостатки юридической техники должны быть устранены, так как нормативные акты адресованы не только (и не столько) юристам, сколько населению[323].

Следующий принцип, предлагаемый нами, которому должны соответствовать общеправовые последствия судимости — это возможность обеспечения государством максимального их соблюдения. Данный принцип означает, что сфера, в которых эти ограничения устанавливаются, должен контролироваться таким образом, чтобы в максимально возможной степени не допускать «осечки» в механизме правового регулирования. Если одной из целей установления общеправовых последствий судимости названо обеспечение безопасности общества и государства от лиц, ранее совершивших преступление и таким образом продемонстрировавших способность причинять вред охраняемым интересам, меры, предпринимаемые для их защиты, должны соблюдаться неукоснительно.

Это требование более или менее соблюдается в областях, в которых контроль осуществляется непосредственно органами государственной власти (например, государственная служба), как правило, без посредников, или в которых деятельность строго лицензируемая, либо одобряется специальной санкцией уполномоченных органов.

С другой стороны, указанный принцип практически не применим в отношении запрета организовывать публичные мероприятия лицам, имеющим судимость за определенные преступления. Данный запрет был введен по политическим причинам как законное основание разогнать митинг, организованный неугодными властям оппозиционерами, поскольку запретить публичное мероприятие нельзя, но в то же время в некоторых случаях можно принять меры по его прекращению. Критика данного запрета включает в себя указание на объективность вменения совершенного деяния, резкую репрессивную направленность, и поражение политических прав. Многие считают, что этот запрет был введен для того, чтобы легально лишить потенциального организатора публичного мероприятия (по сути оппозиционеров) возможности в течение длительного времени проводить следующее подобное мероприятие[324].

Следующий принцип заключается в том, чтобы устанавливаемые ограничения не должны иметь бессрочный характер, то есть, должна быть возможность того, что с учетом обстоятельств совершенного преступления и личности субъекта они могли бы быть сняты. Этот принцип также признается международным правом, на что было указано ранее. В настоящее время излишняя строгость подобных норм может быть преодолена в частном порядке путем обжалования нормы в Конституционный суд. Например, одно из Постановлений Конституционного Суда РФ отправило на пересмотр дело об увольнении пожарного, имевшего судимость за хулиганство, в части, расходящийся с конституционно-правовым смыслом[325]. Очевидно, такое состояние является неудовлетворительным, так как требует каждый раз обращения в столь высокую инстанцию и не становится общим правилом.

В отечественном законодательстве сроки действия общеправовых последствий судимости, как правило, императивны. Однако создавший довольно обширную судебную практику запрет на занятие педагогической деятельностью привел к появлению элемента диспозитивности. В Постановлении КС РФ от 18.07.2013 N 19-П взаимосвязанные положения пункта 13 части первой статьи 83, абзаца третьего части второй статьи 331 и статьи 351.1 Трудового кодекса Российской Федерации признаны противоречащими Конституции РФ в той части, в которой соответствующие ограничения имеют обязательный, безусловный и бессрочный характер[326]. Реализуется указанный элемент путем обращения лица, имеющего препятствие для занятия педагогической деятельностью в виде судимости, в Комиссию по делам несовершеннолетних и защите их прав, уполномоченную решать данный вопрос в соответствии с п. 21 ст. 11 ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»[327]. Порядок принятия Комиссией по делам несовершеннолетних и защите их прав о допуске или недопуске лиц, к педагогической деятельности регламентирован соответствующими Правилами[328]. При этом должны учитываться характеристики совершенного преступления, срок, истекший со дня совершения преступления, поведение лица, отношение к исполнению трудовых обязанностей, особенности личности и иные обстоятельства, позволяющие определить, представляет ли заявитель опасность для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних. Несмотря на то, что Комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав нередко принимает отрицательное решение, суды в определенных случаях могут отменить такое решение[329]. Региональное законодательство, как правило, продолжает подобный порядок решения данного вопроса (например, в Постановлении Правительства РФ от 05.08.2015 № 796 г. Москва)[330].

Кроме того, в законодательстве предусмотрена возможность (хотя и практически нереализуемая) ограничить действие другого общеправового последствия судимости. На уровне федерального закона такое правило с 2015 года установлено в отношении лиц, желающих усыновить ребенка, но имеющих судимости за совершение некоторых преступлений (пп. 10 п. 1 ст. 127 Семейного кодекса РФ). В отношении лиц, указанных в приведенной норме, запрет на усыновление начинает действовать только по решению суда, а не автоматически, как это предусмотрено в отношении других ограничений.

Думается, указанные обстоятельства являются примером проявления относительного смягчения законодательства о судимости и ее общеправовых последствиях. Полагаем, что такое допущение, в перспективе позволяющее лицам, имеющим судимость, к нормальной жизнедеятельности и восстановлению себя как благонадежного члена общества, положительно сказывается на развитии рассматриваемого подинститута. Было бы целесообразно ввести подобную возможность и в других сферах на федеральном уровне. Думается, что таковыми должны стать те ограничения, первичный контроль над соблюдением которых возложена на

хозяйствующие субъекты, а не на органы государственной власти. Объясняется это тем, что соблюдение наиболее важных ограничений в отношении лиц, имеющих судимость, государством взяты на себя. Даже если законодатель идет навстречу лицам, имеющим судимость, об этом указывается в законе (тот же пп. 10 п. 1 ст. 127 Семейного кодекса РФ).

Далее, одним из принципов установления ограничений, по нашему мнению, должна являться возможность индивидуализации государственно - принудительных мер в зависимости от тяжести совершенного правонарушения, личностных свойств правонарушителя и других имеющих значение, обстоятельств. Этот принцип тесно связан с предыдущим.

Общеправовые последствия судимости достаточно полно учитывают особенности совершенного преступления. Так, в нормах федеральных законов, предусматривающих общеправовые ограничения судимости, уточняется, судимости за какие преступления подлежат учету в тех или иных случаях. Значение имеют форма вины (умышленная), характер преступления (насильственный, корыстный), факультативные признаки объективной стороны (использование оружия), объект посягательства (против безопасности государства, против общественного порядка, против половой неприкосновенности несовершеннолетних и т. д.). Однако в отношении личных свойств лица, имеющего судимость, подобной щепетильности не наблюдается. По нашему мнению, такие вопросы должны в максимально возможной степени решаться в индивидуальном порядке. По заявлению лица, желающего преодолеть имеющиеся препятствия для осуществления той или иной деятельности, должно приниматься отдельное решение уполномоченных органов, как это установлено для случаев усыновления в соответствии с пп. 10 п. 1 ст. 127 Семейного кодекса РФ. Полномочиями по решению подобных вопросов возможно наделить не только суд, но и соответствующие комиссии, как это распространено во многих зарубежных странах. Заявительный характер процедуры означает, что обращение будет поступать от лиц, для которых установленные в их отношении конкретные ограничения действительно обременительны и препятствуют успешной ресоциализации.

Однако подобное нововведение может быть результативно при соблюдении некоторых условий. Во-первых, слаженным и эффективным образом должен работать институт постпенитенциарного контроля, содействующий специальной превенции и направленный на предотвращение возможности совершения контролируемым лицом новых преступлений. Во- вторых, в реализации и эффективности последствий судимости большое значение имеет неформальный социальный контроль, тем более, что сам механизм правовой «стигматизации» основан, как уже было показано, на социально-психологическом принципе отделения «своих» и «чужих»[331].

Однако в России практически исключена возможность участия общества в осуществлении социального контроля, а также предупреждения правонарушений. Как пишут некоторые авторы, частично это объясняется стремлением не допустить вмешательство в частную жизнь отдельных лиц[332]. Между тем, социальный контроль мог бы дополнить действие общеправовых запретов, и, вполне вероятно, намного повысить их эффективность. Постоянный негласный контроль окружения лица, имеющего судимость, свел бы к минимуму возможность совершения им новых преступлений. С другой стороны, не исключено, что законодатель, умаляя значение социального контроля, учитывает то обстоятельство, что у лица, совершившего преступление, может быть такой же круг общения, допускающий криминальное поведение. Впрочем, пока речь о социальном контроле в отношении отдельного лица, понятие о социальном контроле скорее относится не к общеправовым последствиям судимости, а к мерам постпенитенциарного характера.

Итак, решению проблем, существующих в части общеправовых последствий судимости, по нашему мнению, способствовало бы внедрение принципов, которым бы соответствовали устанавливаемые ограничения, касающиеся лиц, имеющих или имевших судимость. Эти принципы направлены на достижение единообразного, равномерного и оправданного установления подобных ограничений и снижение чрезмерности правового регулирования в данном вопросе.

В настоящее время, очевидно, не все общеправовые последствия судимости согласуются с перечисленными принципами. Закрепление же общеправовых ограничений судимости в подзаконных актах, например, в Постановлениях Правительства РФ (Приложение № 2), не соответствует ни принципу закрепления таких последствий на уровне не ниже федерального закона, ни принципу доступности информации о таких ограничениях. Следует ввести положения Постановлений Правительства РФ, предусматривающие общеправовые последствия судимости, в соответствующие федеральные законы.

Завершая параграф, следует подытожить, что, по нашему мнению, принципами, которым должен соответствовать комплекс общеправовых ограничений судимости, должны являться:

1. закрепление на уровне федерального закона в силу требований ч. 3 ст. 55 Конституции РФ и ч. 1 ст. 86 УК РФ.

2. доступность норм, предусматривающих общеправовые ограничения в связи с судимостью, их понятность и открытость для всех граждан.

3. недопустимость бессрочных ограничений (за некоторыми исключениями), что означает реальную возможность допуска лиц, на которых распространяется те или иные ограничения, к запрещенным для них видам деятельности или должностям, если будут на то основания. Данный принцип означает введение новых процедур принятия такого решения уполномоченными на то органами, что ведет к следующему принципу.

4. индивидуальность принятия решения о допуске конкретного лица к недоступной для него деятельности или должности. Решение, положительное или отрицательное, должно приниматься в случае, если лицо само обратилось в уполномоченные органы с соответствующим ходатайством.

5. гарантированность соблюдения установленных ограничений, связанных с судимостью, органами государственной власти, что означает, что, за исключением случаев реализации двух предыдущих принципов, установленные ограничения должны соблюдаться неукоснительно. Оборотной стороной этого принципа является исключение из числа ограничений тех, соблюдение которых в принципе не может обеспечиваться государством или его соблюдение затруднено. К таким ограничениям относится, например, запрет быть организатором публичного мероприятия лицу, имеющему судимость за преступления против конституционного строя, а также против безопасности государства и общественной безопасности, и общественного порядка.

Данные принципы, по нашему мнению, будут способствовать систематизации общеправовых ограничений судимости, повысят их эффективность и в то же время поспособствуют оптимизации комплекса мероприятий, препятствующих постепенной и комплексной ресоциализации лиц, отбывших уголовное наказание.

<< | >>
Источник: Архенгольц Илона Аркадьевна. СУДИМОСТЬ И ЕЕ ОБЩЕПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Екатеринбург, 2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме §1. Основные принципы комплекса норм об общеправовых последствиях судимости:

  1. § 2. Требования социалистической законности при осуществлении юридической ответственности
  2. Оглавление
  3. Введение
  4. §1. Судимость и ее компоненты
  5. § 2. Место судимости и ее общеправовых последствий в системе институтов уголовного права
  6. § 1. Предпосылки возникновения норм о судимости в человеческом обществе
  7. §1. Основные принципы комплекса норм об общеправовых последствиях судимости
  8. §2. Оценка эффективности комплекса норм об общеправовых последствиях судимости
  9. Заключение
  10. Список использованной литературы Официальные документы
  11. Приложение № 1
  12. § 2.2. Роль средств законодательной техники в обеспечении техники — юридического качества законов субъектов Российской Федерации
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -